Неизвестный: наследник Слизерина

      Утром, а точнее в обед, Гарри Поттер проснулся знаменитым. В «Ежедневном пророке» вышла статья, описывающая события со слов Дамблдора.       — Берегись, Гарри, теперь за тобой будут бегать журналисты, — беззаботно сказал Теодор. Занятия из-за ночного пира отменили, и слизеринцы небольшой компанией сидели у озера.       — Тогда тебе надо подстричься. Они же будут делать колдофотографии!       — Когда я стригу волосы, они торчат еще сильнее, Дафна. — Гарри тяжело вздохнул. Не хватало еще начать переживать из-за внешнего вида. И без этого хватает забот.       — Аккуратной прической может похвастаться каждый, а вот победить василиска — только Гарри! — горячо поддержал друга Блейз.       — Ох, не напоминай. Я как представлю, что бедный Гарри сражался против василиска… — девочка испуганно вздрогнула.       — Помнится мне, что ты говорила, что поседеешь, если Гарри чего-нибудь выкинет.       Забини ухмыльнулся, а Гринграсс обиженно поджала губы и толкнула его в плечо.       — Да ладно вам, сейчас же все хорошо, — попытался примирить их Поттер.       — Я не поседела только потому, что когда узнала обо всем, то с тобой уже все было в порядке! — оправдывалась Дафна. Нотт устало закатил глаза и прилег на траву. Гарри счастливо улыбнулся.       День был чудесный. Солнце греет, дует теплый ветерок, а никакой Ужас Тайной комнаты больше не угрожает ученикам. Поттер последовал примеру друга и тоже лег на траву. Повсюду раздавались радостные возгласы и смех. Ученикам не надо было готовиться к экзаменам, потому они веселились на улице.       — Поттер, тебя просят подойти к директору. Забини, ты тоже.       Гарри открыл глаза и уставился на говорившего — старосту Джемму Фарли. Блейз помог другу встать, и вместе они направились в Хогвартс.

***

      В кабинете директора их встретила Патриция Забини, которая, к удивлению сына, сначала бросилась обнимать Гарри. Затем женщина прижала к себе Блейза и стала ругать его на итальянском. Друг очень смутился, но Поттер не понял, в чем его обвиняет мать.       Пока происходили семейные разборки, Дамблдор подозвал мальчика к себе. Директор сказал, что миссис Забини поможет Гарри дать интервью, а после ужина ему придется провести в Тайную комнату авроров и невыразимцев. На всякий случай они устроят дополнительную проверку.       В кабинет директора вошел жутко недовольный Снейп. Патриция, наконец, перестала ругать сына и сразу же начала обсуждать с деканом какую-то книгу по Зельеварению. Гарри даже не пытался вслушиваться. Блейз скомкано попрощался с другом и ушел. Через камин прибыли журналист и колдофотограф.       Впятером, без Дамблдора, они пошли в ближайший приличный кабинет — кабинет ЗОТИ. Без портретов Локхарта, которые облепляли стены на протяжении года, он выглядел каким-то пустым. Пока Снейп что-то обсуждал с журналистом, миссис Забини перевязала Поттеру галстук и пригладила складки на мантии.       — Гарри, ты меня так напугал, — шептала она, причесывая мальчику волосы. — Я, конечно, знала, что вы догадались про василиска, Блейз мне писал об этом. И даже понимаю, почему вы пошли искать Тайную комнату. Вы, мальчишки, такие любопытные, — женщина цокнула языком и помотала головой. — Но зачем ты полез биться с василиском?       — Я не хотел с ним драться. — Поттеру стало стыдно. Он и до этого понимал, что его поступок был откровенно глупым, но когда об этом говорит кто-то другой, да еще и не Снейп… — Я хотел найти наследника и отомстить.       Патриция ласково погладила Гарри щеку и грустно сказала:       — Mio caro, * надеюсь ты понимаешь, что за тебя все волновались. И я, и все твои друзья, и преподаватели. А каково было Блейзу знать, что ты там один? — мальчик стыдливо опустил глаза. — Слава Мерлину, все обошлось. Но пойми, Гарри, тебе не стоит быть таким безрассудным. Просто знай, что если тебе нужна помощь — то стоит только попросить.       От стыда у Поттера загорелись щеки. Миссис Забини ласково поцеловала его в лоб и добавила:       — Сейчас у тебя будут брать интервью, но не волнуйся. Мы с тобой посмотрим, что напишет журналист, и подредактируем. Газеты и слова дурного про тебя не скажут, — весело подмигнула женщина.       — У вас есть связи среди журналистов?       — Ну конечно, Гарри, — Патриция обаятельно улыбнулась. — Если бы у меня не было связей, то хоть раз бы вышла статья о моих мужьях.       — О вас не писали в газетах? Тогда почему все об этом знают? — удивился Поттер.       — Писали, но только обо мне. Я ведь выпустила парочку статей в «Вестнике зельевара». А про моих мужей все знают лишь потому, что некрологи выпускаются в любом случае, а это уже рождает многочисленные слухи.       Гарри стало интересно, какие слухи будут ходить о нем. Миссис Забини еще раз критично оглядела мальчика и удовлетворенно кивнула.

***

      Интервью длилось до самого ужина и сильно вымотало Поттера. Он успел пожалеть, что стал знаменитым. К тому же к ним присоединился сам министр магии — Корнелиус Фадж — и вручил Гарри орден Мерлина первой степени. Колдофотограф усиленно щелкал, словно в него вселился Колин Криви. Миссис Забини расстроилась. Как же, Поттеру под прицелом камеры жмет руку министр магии, а мальчик даже не в парадной мантии!       А затем еще с десяток взрослых человек — авроров и невыразимцев, под предводительством Гарри и Снейпа спустились в Тайную комнату. Зельевар сразу направился цедить оставшийся яд василиска. Мальчик поежился, глядя на мертвое чудовище. Если бы позавчера кто-то сказал Поттеру, что тот победит василиска, то он бы определенно не поверил. Даже сейчас ему слабо в это верилось, хотя воспоминания четкой картинкой стояли в голове.       Авроры исследовали каждый угол этого зала, но ничего не нашли. Невыразимцы залезли в гнездо василиска и… тоже ничего не нашли. Кроме самого василиска здесь совершенно не было ничего интересного.       Когда начали разделывать короля змей, Гарри отправили спать. Один из невыразимцев довольно сносно научился произносить «откройся» и «закройся» на языке змей, поэтому потребность в мальчике отпала.       В спальне было непривычно тихо. Поттер ожидал, что Блейз примется расспрашивать его об интервью и исследованиях Тайной комнаты, но друг непривычно молчал. Теодор поинтересовался, нашли ли там что-нибудь интересное, а Забини грустно вздохнул. Гарри не выдержал.       — Что-то не так? — спросил он у Блейза. Нотт, обычно почти не выходивший из комнаты, ушел в гостиную. И это было странно.       — Все в порядке, — грустно пробормотал мальчик. Поттер нахмурился.       — Тогда чего такой грустный? Из-за мамы?       — Причем тут мама? — Забини недоуменно уставился на друга.       — Она же тебя ругала за что-то… Уф, просто скажи, что не так.       Повисла тишина. Блейз отвел взгляд и вяло водил пальцем по балдахину, повторяя изгибы серебряных узоров. Наконец, он сказал:       — Извини.       — Чего?       — Я сказал: «Извини», — буркнул мальчик.       — За что?       Поттер не понял, за что он извиняется, а Блейз в ответ по-малфоевски закатил глаза.       — Я тебя бросил, Гарри. И извиняюсь за это.       — Мы встречаемся? То есть встречались, а ты меня бросил? — то ли он сильно хотел спать, то ли просто слабо соображал после двух насыщенных дней, но Гарри совершенно ничего не понимал. Забини засмеялся.       — Уф, скажешь тоже, — он еще раз хихикнул, а затем резко стал непривычно серьезным. — Я тебя бросил у входа в Тайную комнату. Я не должен был тебя отпускать туда одного. И вообще, должен был потащить тебя к преподавателям.       Блейз поджал губы и расстроенно изучал глазами пол.       — Но я сам тебя отправил за преподавателями. Ты ни в чем не виноват, — Поттер в недоумении почесал шрам на лбу. — Мне, конечно, не стоило лезть туда одному, но ты тут ни при чем. И хорошо, что ты не прыгнул за мной, я бы только волновался за тебя и отвлекался. Тогда все могло бы закончиться хуже.       Забини молчал, но уже не выглядел таким печальным.       — О, точно. Это я должен извиняться. Я же сломал те часы, что ты мне подарил.       — Пфф, — друг ухмыльнулся. — Тоже мне, нашел проблему. Я еще подарю.       В ответ Гарри неуверенно улыбнулся.       — К тому же, ты ведь спустился в Тайную комнату…       — Слишком поздно.       — Но ведь спустился. Кстати, как ты проскочил мимо профессора Спраут?       — Попросил Миртл ее отвлечь, — гордо ответил Забини. — Она теперь готова на все ради моих комплиментов.       Поттер весело усмехнулся и покачал головой. Его друг умудрился влюбить в себя приведение.       — Так что было на интервью? — поинтересовался Блейз.       На этот раз уже Гарри по-малфоевски закатил глаза, а затем оба мальчика рассмеялись.

***

      Этим летом миссис Забини не планировала навещать родственников в Италии, потому пригласила Гарри погостить до самого его дня рождения. Нотт приглашал на 2 недели еще в начале весны. И у Поттера оказалось свободное время только в конце августа. Мальчик решил, что пока не стоит его занимать. Ведь на следующий год требуется разрешение родителей или опекунов на походы в Хогсмид. Поэтому придется навестить Дурслей.       После выхода интервью ему стало приходить много писем. Слишком много. Родители учеников писали благодарности, другие просил автографы, третьи вообще присылали подарки. Такое внимание жутко смущало Гарри. Он не привык быть на виду. Конечно, о его существовании знали еще с прошлого года. Но победа над троллем не сравнится с победой над василиском. Многие шутили, что в следующем году Поттер завалит дракона.       Да и весь этот год его избегали. Но сейчас к нему подходили абсолютно все факультеты. Старшекурсники хвалили, жали руки. Первокурсники восторженно смотрели вслед и (о Мерлин) просили автографы. Один раз Малфой в шутку крикнул, что Поттер раздает автографы, и Гарри пришлось убегать. Драко потом даже извинился: он сам не ожидал такого эффекта.       Когда в школу вернулась Джинни Уизли, она вместе со своим братом Перси также подошла к нему.       — Спасибо, что спас всех, Гарри, — смущенно проговорила покрасневшая девочка. — Я… Это все моя вина.       Гриффиндорка всхлипнула, а Поттер не мог на неё злиться. Вся злость обратилась на Тома Риддла — лорда Волдеморта. Джинни казалась маленькой напуганной девочкой. Весьма глупой, но она и без участия Гарри сполна заплатила за свою глупость.       — Да, спасибо тебе, Поттер, что спас Джинни. И за Пенелопу спасибо, — щеки Перси вспыхнули красным, а неподалеку присвистнул Блейз.       — Эм… Пожалуйста, — Гарри до сих пор не знал, как отвечать на благодарности. Обычно он просто смущенно кивал.       — Извини, что… ну, что на тебя все думали, — пробормотала Уизли.       — Джинни, мы же обсуждали, что ему не повезло, и это не твоя вина, — прошептал ей брат, а слизеринец невесело скривил губы в ухмылке.       — Ну, я пойду. Джинни, просто будь осторожней с неизвестными предметами, — сказал Поттер, а гриффиндорка поспешно кивнула. Перси тоже кивнул.       — Подумать только, эти Уизли решили, что за такое можно просто извиниться, и их простят, — произнес Драко с надменным видом, когда Гарри подошел обратно к своим однокурсникам.       — Малфой, просто заткнись, — устало проворчал он. Драко обиженно поджал губы, но действительно замолчал.

***

      — Поттер, мне надо с тобой поговорить.       С такими словами к нему подошел Малфой утром в день отъезда. Блейз заинтересованно прищурился, Дафна недовольно поджала губы. Но Тео схватил их обоих за руки и повел дальше, оставляя Гарри наедине с Драко.       — Я слышал, что ты летом едешь к Нотту и Забини. Погостить, — сказал он с высокомерным видом. Поттер все равно заметил, что Малфой от неуверенности комкает рукав мантии.       — Ну, да.       — И что в конце лета у тебя есть свободное время…       — Ага, — Гарри не понимал, к чему он ведет. Драко смерил его недовольным взглядом, будто винил, что Поттер такой недогадливый.       — Моя maman приглашает тебя погостить на две недели в конце августа.       Приглашение было неожиданным. Конечно, Гарри стал знаменитым. Теперь даже Малфой прислушивается к его мнению. Но дружить от этого они не стали. Да и почему именно его мать приглашает в гости?       — Постой, твоя мать же в девичестве Блэк? — резко вспомнил мальчик.       — Ну да, — недоуменно ответил Драко, а затем обиженно нахмурился. — Надеюсь ты не думаешь, что она с тобой что-то сделает, только потому что является кузиной Сириуса Блэка?       — Нет, конечно нет, — поспешно заверил Гарри. В его голове созрела интересная идея: побольше узнать о своем крестном. Все же, тетя Петуния утверждала, что Блэк лично отдал ей маленького Гарри, при этом выглядел очень грустным и хотел отомстить предателю — Питеру Петтигрю. Весь год ему мешали учеба и дурная слава наследника Слизерина, но настало время разобраться в этой мутной истории.       — Так что?       — Я согласен.       Малфой явно обрадовался, пусть и не хотел этого показывать.       — Отлично, — он кивнул. — Тогда я тебе напишу.

***

      В поезде Блейз опять рассказывал свежие сплетни: кто с кем ходил на выпускной бал, кто там целовался, а кто поссорился. Короче говоря, Гарри слушал его вполуха. Он лениво вспоминал весь прошедший год.       Тео, по обыкновению, читал какую-то книгу. Дафна пыталась одновременно читать газету и спорить с Забини. С остальными Поттер попрощался заранее и обещал писать.       — … вот Флинт с Вудом опять подрались, но потом-то их никто не видел…       — Не может быть! — воскликнула Гринграсс, перебив Блейза.       — Ну да, все считают, что они снова вместе…       — Да нет же! — раздраженно сказала девочка. — Я не про это! Смотрите!       Она пальцем указала на какую-то статью. Нотт сидел рядом с ней. Он убрал свою книгу и нахмурился, читая газету. Забини недовольно скрестил руки, но взгляд у него был заинтересованный. Поттеру было неудобно пробираться к подруге.       — Что, опять читаешь про Тайную комнату и беспокоишься за Гарри? — съязвил Блейз.       Дафна обиженно хмыкнула и объяснила:       — Во Франции авроры обнаружили дом четы Фламелей. Николас Фламель создал философский камень, — пояснила девочка для Поттера. — Его и жену нашли убитыми в собственном доме!       — Не это самое странное, — серьезно сказал Тео. — Философский камень не нашли. Кто-то его украл.