МАЙВЭЙ

      — Новенький? Хм, — задумался парень, склонив голову набок и посмотрев в окно, — хорошо, попробуем его. — Он сбросил трубку, полностью раздвинув шторы. За окном вот уже второй день подряд было пасмурно, что брюнета не очень радовало. Хотя, какое ему дело? Работа у него в помещении, причем, в достаточно скрытном, так что на погоду ему относительно все равно, только голова иногда болела. Саске начал неспешно одеваться с мыслями о том, как его всё заебало. Работа есть, причём, весьма прибыльная, машина, дом и так далее по списку. Он с полуспущенными штанами вновь подошёл к окну, открыв его. Впрочем, ничего не изменилось: небо затянуто тучами, несмотря на середину лета, хмурые люди напоминали муравьёв, которые вечно куда-то спешат — кто-то с приподнятым настроением встречает новый день в Стране восходящего солнца, а кто-то Учиха Саске, к которому это утро повернулось, простите, огромной задницей. Он устало вздохнул, заправив прядь черных волос за ухо, покрытое множеством пирсингов, принявшись застёгивать черные джинсы, свободной рукой наполняя высокий стакан апельсиновым соком.       Окончательно собравшись, Учиха поднял бутылку сока и помахал ею в воздухе. Разочарованно выдыхая, он выбросил упаковку. Подхватив связку ключей с милым брелочком гавайской девушки, парень направился к своей машине, которая стояла не далеко от входа в сам дом. Садясь за водительское место ярко красного «Bugatti Veyron», которое прикупил буквально на днях после очередного снятого фильма с удачным гонораром на несколько миллионов иен. Выворачивая руль на главную трассу, рукой потянулся к магнитоле, находя волную радио:       Шум прибоя, запах моря, Супер танцы, в стиле гангста. Двигай телом, вправо, влево, Ты другого не хотела. Брызги света, до рассвета, Содрогнётся вся планета. Мы с тобою зажигаем, В лютом стайте утопаем.       — Тц, — брюнет многозначительно фыркнул и вырубил всю систему, раздражаясь словам песни, — жара у них, блять. — Возмутившись, Учиха посмотрел на серое небо, активируя дворники, которые тщательно протирали лобовое стекло от капель дождя, спустившегося буквально через несколько минут, когда молодой режиссёр сел за руль авто.       За полчаса Учиха Саске добрался недалеко за город, где и располагалась порностудия «EBIS' ONO KON'OM». Выезжая на своё место парковки, он заглушил мотор, откинувшись на спинку кожаного кресла, прикрыв глаза.       — Что же ты не уймешься, чертов дождина. Чтоб тебя. — Выругнувшись, молодой мужчина в самом расцвете сексуальных сил открыл дверь. К несчастью, зонт он не взял. Кто ж знал, что погода его возненавидит? Нет, он, конечно, видел серые тучи и все такое… Но, блять! Шумно выдыхая, мужчина в строгом черном костюме выставил сначала одну ногу, словно какая-то шлюханутая модель, а следом другую, полностью выбираясь из автомобиля.       Саске, негромко хлопнув дверью, активировал на небольшом пульте сигнализацию, направившись в здание, матерясь на всех языках, которые только знал, успев по пути придумать свои ругательные слова, которые прямиком относились к наглому дождю. Пнув какой-то куст, который был элементом декора, он свернул на тропинку, направляясь в студию, которая имела достаточно большие размеры: во-первых, высотой здание, наверное, с трёхэтажку. Во-вторых, у него было два крыла с обоих сторон, в которых обычно и проходила вся «работа». В-третьих, оно было тёмно-серого, почти черного цвета, что придавало ему пафоса, а самый любимый элемент декора Учихи были огромные окна, которые открывали вид на чудесную природу вокруг. Остановившись у главного входа… Нет, не того входа, куда входили порноактеры-активы, а у входа в здание, он поднял голову кверху, картинно изображая гримасу полную боли и страдания:       — О, великий, Посейдон, за что же ты так жесток?!       Войдя внутрь, Саске сразу же подался к своему уютному кабинету, где сможет расслабиться и пригладить жеребца, при этом смотря фотографии некоторых актеров, сидя в удобном кресле за огромным деревянным столом, попивая горячий кофе с привкусом рома. По пути он подмигнул какой-то новенькой секретарше, да попросил принести ему желанный напиток — кофе.       Пройдя в кабинет, Учиха снял пиджак и аккуратно сложил на обшитый черной кожей диванчик, пнул очередной элемент декора в виде высокой пальмы, куда любил сбрасывать пепел от сигарет. Устроившись в кресле, парень открыл ноутбук, нажимая небольшую кнопку «пуск». Клик мышкой по одной из папок, и перед ним открылось целое состояние профессиональных фотографий. Эту папку он должен был проверить еще вчера, эдакое фото-резюме от нового актера, которого наняли без ведома самого режиссера. Кликнув по одной из фотографий, та открылась на весь экран, и перед ним предстала весьма неплохая картина: атмосферная местность, напоминающая джунгли, невысокий молодой парень с выразительными голубыми глазами, в меру подкаченным смуглым телом, которое приятно поблескивало на фотографии, а его раскрепощенная поза только заводила молодого режиссера. Мотнув головой, он переключил на другу фотографию из той же фотосессии. Конечно, паренек в качестве главного героя на фильм ему понравился, но тот факт, что выбрали без ведома Учихи всё еще раздражал. От мыслей его отвлёк тихий стук в дверь:       — Можно войти? — робко поинтересовалась девушка, переминаясь с ноги на ногу.       Учиха потянулся в кресле, лениво бросив на девушку взгляд черных глаз.       — Да, войди, — разрешил он, открывая один из множества ящиков дорогого стола. Достав оттуда небольшой футляр, выудил оттуда очки с черной оправой. Он вальяжно откинулся на кресле, закидывая ногу на ногу и медленно надевая очки. Плохое зрение? Вовсе нет, просто читать в них намного удобней. Ну, и идут они ему, нечего сказать, даже секретарша нервно облизнула пересохшие губы, неся на подносе крепкий кофе с довольно приятным ароматом рома, который сразу донёсся до аккуратного носа Учихи. Поставив напиток на край стола, она немного наклонилась вперед в знак уважения, собираясь покинуть кабинет.       — Новенькая? — вопросительно выгнул бровь, осматривая розоволосовую девушку с приятными глазу округлостями.       — Да, — коротко ответила она, нервно отводя глаза от парня. Терпеть на себе их черный взор практически невозможно!       — Зовут как? — Саске обхватил длинными тонкими пальцами белую кофейную кружку, поднеся ту к губам, вдыхая приятный запах кофе, глядя в огромные зеленные глаза напротив.       — Сакура. Харуно Сакура, — повторилась девушка, — на стажировке с сегодняшнего дня.       — Что ж, стажёрка Сакура, спасибо за кофе, свободна. Ах, да, предупреди, чтобы в кабинет никто не заходил, даже если кто-то будет умирать от желания увидеть меня.       — Хорошо, Учиха-сан. — Вновь поклонившись, она пулей вылетела из кабинета.       Шумно выдыхая и отпивая немного горячего напитка, Саске закинул голову назад, разглядывая потолок, постепенно погружаясь в пучину своего прошлого. Раньше у него было всё: карьерный рост, репутация… Нет, конечно это есть и сейчас, но в данный момент она слишком грязная. И это самое последнее, чего хотел добиться Учиха в своей жизни. Он был прекрасным режиссером, более десятков фильмов ужасов с довольно прибыльной экранизацией. Жаль, всегда найдутся мудаки, которым такая слава будет не только глаза резать, но и, грубо говоря, ебать в зад. Крупная фирма «Пейн» и ее владелец, Нагато, были самой огромной занозой, которая стояла на пути у Саске. В принципе, эта заноза испортила всю жизнь молодого режиссера.       Плохая репутация — никакой работы. Кто к себе захочет взять молодого режиссёра, у которого за спиной темное прошлое? Подставные наркотики, следом три года тюрьмы. Разве после такого кто-то захочет взять к себе в студию такого человека и портить себе же репутацию? Ясен хер — нет. К тому же, Учиха опровергнуть такую подставу не мог. Всё слишком четко указывало на его вину. Следующее время мужчина уже взаправду закидывался наркотиками, пустые бутылки из-под алкоголя хаотично валялись по всей квартире, из которых можно было возвести небольшой замок. Вскоре он потерял всё. Счета в банке, квартиру, машину и многих друзей. Часто жил у некоторых из них, но и те стали отворачиваться от него. Последним другом оставался Дейдара — молодой мужчина лет двадцати семи, который фактически спас задницу Учихи от самоуничтожения, предложив ему попробовать себя режиссером в одной студии, которые, кстати, на днях потеряли своего режиссера при весьма глупых обстоятельствах. Ха, это даже было несколько смешно. По крайней мере, Саске точно заливался громким смехом. А сама ситуация обстояла так: этому старпёру было лет под сорок, мужик приехал домой и, как обычно, не один, а со шлюхами, которые сопровождали его, не давая уйти в депрессию из-за развода с женой, которая отсудила у него больше половины всего его состояния. Тот сидел за столом, пил теплое молоко, да, именно молоко. Что поделать, любил. Запивая домашнее печенье, форма которого напоминала Пряню из «Шрека». Девушки же обнимали его за шею и сидели на коленях, водя своими юркими язычками то по шее, то по щекам, изредка целуя его противные губы. Очередной раз он откусил печенье, подавившись его крошкой, что и последовало летальному, но смешному исходу. Какая неудача. Он схватился за горло, начал кашлять до синего оттенка кожи. Молодые девицы резко вскочили с его колен и прекрасными пальчиками прикрыли свой ротик, охая и ахая от страха, а мужик корчился на полу и подыхал у них на глазах. Вот же, курицы раздетые! А ведь ни одна из них не догадалась позвонить в скорую или помочь умиравшему. Да-да, он умер, подавившись крошкой печенья. Такие вот обстоятельства. Потому вскоре порностудия «EBIS' ONO KON'OM» искала нового режиссера. Плевать какого, с каким стажем и возрастом. Съёмки должны уже состояться. От безысходности Саске согласился. Подумаешь, снимешь одну порнушку, сшибешь денег и хоть как-нибудь поднимешься в обществе. Например, купишь новую квартиру. Однако всё это грязное дело затянуло его по уши. И вот он, состоявшийся мужчина двадцати шести лет, с дорогой машиной, пентхаусом, личным кабинетом, и просто мужчина девчачьих грез… Ну, или не только девчачьих.       Мотнув головой тем самым разгоняя тучи мыслей прошлого, он отпил немного кофе, морщась от того, что оный остыл. Поднявшись с места, брюнет вышел из кабинета, но секретаршу-стажёрку на месте не заметил. Выдохнув, он оставил дверь приоткрытой и пошел в сторону эдакой кухни, где собирался подогреть напиток.

***

      — Саске-сан, — девушка заглянула в приоткрытую дверь, но начальника на месте не заметила. Нужно было срочно оставить ему документы, которые передало ей высшее начальство. Не побоявшись, она вошла в кабинет, желая по быстрому оставить папку на столе. Оглядывая интерьер, она прижала документа к груди, с приоткрытым ротиком разглядывая фотографии на стене, не замечая, как в кабинет кто-то наглым образом вошёл.       — О, ты режиссёр? Какая молоденькая, — Наруто оценивающим взглядом скользнул по девушке, глаза который выражали недоумение, — отлично, на съёмки я согласен. И да, простите, но мне срочно нужно бежать, а это, — он подошел к столу и поставил тонкую папку со своим резюме с другой порностудии, — вы прогляньте и, думаю, сработаемся, ттебайо! — наскоро попрощался Узумаки, оставив всё еще недоумевающую девушку.       — И что это было?.. — поморгав глазами, тихо поинтересовалась Харуно у пустоты.

***

      — Ты совсем слепой, что ли? Дитя, смотри, куда лезешь! — рявкнул Учиха, закипая от злости. Дело в том, что выходя из кабинета, какой-то блондин с подозрительно знакомым лицом неудачно врезался в Саске, возвращавшегося с кружкой горячего кофе, которое после встречи с этим «незнакомцем» оказалось у них обоих на рубашках.       — Это ты смотри, куда прёшь! — ответно гаркнул Узумаки, отступая назад, дабы осмотреть объект, с которым столкнулся.