Они опять встретились голодными взглядами, переполненными безграничным желанием друг к другу. Любовь их запретна, но чище и крепче, чем любая другая на Земле. По-крайней мере, так думают братья. Санеми не отставал, его пальцы изучали каждый возможный изгиб, невольно задерживаясь на чертах милого сердцу лица.

— Не как брат... — закусив губу, стараясь не встречаться с ним взглядом, Генья нервно перебирал собственные пальцы. Всё, что он только что сказал, было похоже на страшный сон, до сих пор не верилось реальность происходящего, но на душе ощущалась какая-то ненормальная легкость. Он признался. Пусть теперь его возненавидят, изобьют и никогда не захотят видеть, но он больше не мог держать в себе чувства, что испытывал к Санеми, чувства, которые не были похожи на братские узы.

14-е февраля, день Святого Валентина, который отмечают в большинстве стран, и Япония не стала исключением. Этот день Саске считал не более чем днем психически больных, ну а что? Все так суетятся черт знает почему, тратят деньги на ветер, пытаясь что-то доказать своими подарками, хотя Учиха не понимал что именно. Вот и считал это самой настоящей безделицей.

— Ты имеешь ввиду секс? — Саске решил наступать в лоб, чем застал Узумаки врасплох, на что тот отвернул голову, заметно краснея, — хочешь сказать, что ты еще девственник? — усмехаясь, язвительно произнес брюнет.

— Суйгецу, чёрт тебя подери! — с громким рыком завопил Учиха вскакивая с кровати, рукой случайно цепляя единственную свечу на деревянной старой тумбе рядом. Благо та не загорелась, а ведь всё «благодаря» Суйгецу.