Глава 11: Ломка
25 октября 2018 г., 17:47
Сварм нахмурила брови, затаила дыхание и сосредоточилась из зо всех сил, ее рог искрил и прерывисто мерцал. Маленький красный резиновый мячик перед ней качался и дрожал, а ореол зеленой магии мигал вокруг него в ритме со слабым сиянием рога.
После нескольких напряженных секунд Сварм охнула и рухнула животом на скамейку, с трудом переводя дыхание.
Тихое, злобное хихиканье, раздавшееся откуда-то слева, заставило Сварм устало приподнять одно ухо.
Ее мучительница лениво закрутила свой мячик перед собственным носом, заставив его двигаться по спирали.
— Какие-то проблемы? — ласково спросила она.
— Заткнись, Глиммер! — прошипела Сварм, ее ушки вздрогнули и спрятались в гриве. Сегодня её грива была яркой-розовой, совпадающей по цвету с глазами, и лишь чуть-чуть не доходила до её небольших крыльев.
Голден Глиммер ухмыльнулась — красный мячик Сварм взлетел со скамейки и начал медленно кружиться прямо перед носом гибрида.
— Я тебя сейчас стукну, — прорычала Сварм, и сбив мячик копытом, сердито уставилась на Голден Глиммер.
— М-мисс Акьюмен сказала, что тебе нельзя вредить нам, — улыбка хулиганки померкла лишь на мгновение.
— И ты думаешь, она окажется здесь так быстро, что успеет остановить меня? — прямо спросила Сварм и прищурилась.
Единорог отступила на шаг назад, ее губы скривились в презрительной ухмылке.
— В любом случае, ты просто бесполезный жуликорн. Даже магию использовать не можешь, — она отвернулась и пошла к своей скамейке, медленно закручивая три мячика в воздухе перед собой.
— Не обращай на нее внимания, — Роут Айрон нахмурился и положил мячик Сварм обратно на скамью. — Просто некоторым пони надо больше времени, чтобы научиться магии. А она тут, кстати, одна из самых старших.
Сварм несколько секунд сердито смотрела в спину своей обидчицы, прежде чем фыркнуть и повернуться к жеребенку. Она наклонилась и прижалась щекой к его плечу.
— Я устала, — призналась кобылка, потерла глаза копытом, а затем решительно толкнула его. — Обними меня.
Роут Айрон ответил смущенным взглядом, но выполнил просьбу — наклонился и мягко потерся мордочкой о ее щеку.
— Вот так?
— Ага, — еле слышно пробормотала Сварм и потерлась о него в ответ. Она слегка повернула голову, так чтобы ее грива прикрыла их мордочки, и быстро поцеловала жеребенка.
Мордочка Роут Айрона буквально вспыхнула, он резко разорвал мимолетное объятие и начал оглядываться с целью убедиться, что никто ничего не заметил.
Сварм улыбнулась и почти неслышно мурлыкая, снова прижалась к жеребенку. Ее рог ровно засветился и красный мячик быстро взлетел вверх, замерев в воздухе перед ними абсолютно неподвижно.
* * *
Варден закусил нижнюю губу и с трудом сглотнул. От взглядов со стороны особняка его прикрывал старый колодец, находящийся на склоне холма в углу владений. Перед пегасом валялось старое ведро, соединенное с колодцем потрепанной и пыльной веревкой. Сам колодец был сломан, одна из стоек ворота проржавела и обвалилась. Он приходил сюда, когда ему хотелось побыть одному. Что в последнее время случалось все чаще и чаще. Перед ним лежала открытая медицинская сумка, содержимое которой было аккуратно разложено по отдельным кармашкам. Шприцы, уже заполненные тщательно отмеренной дозой прозрачной жидкости, иглы в одноразовых упаковках, жгуты, надувная манжета и флакон со светящейся янтарной жидкостью. Аврора. У Вардена уже был жгут, обернутый вокруг передней ноги, но его концы свисали свободно, жгут ничего не пережимал. У него даже не было шприца, подготовленного для инъекции. Покрасневшие глаза, морда со следами слез, копыта, дрожащие так, будто отбивали чечетку — пегас буквально олицетворял собой картину наркомана, переживающего тяжелые симптомы ломки. Варден шмыгнул носом, вытер его копытом и начал быстро моргать, пытаясь разогнать туман в глазах. Уши прижались к голове, когда он открыл книгу на новой странице. Ему пришлось положить её на землю, чтобы дрожание копыт не мешало чтению. Книга по ботанике была в ужасном состоянии. Многие страницы были в грязи и измяты, земля, пот, кровь и немалое количество слез оставили них свои следы. Одна из наиболее пострадавших страниц выглядела так, будто кого-то вырвало прямо на нее. Варден приобрел книгу менее недели назад и тогда она была в прекрасном состоянии. Снова шмыгнув носом, пегас попытался перевернуть страницу, но разорвал её пополам, прежде чем понял, что сначала с нее нужно было убрать другую ногу. Крылья слабо дрогнули и он со злобным рыком пнул книгу, откидывая её прочь. Варден зарычал, злясь уже на себя, избегая смотреть на книгу и тяжело дыша от ярости. Копыто, которым он ударился о книгу, болело, под кожей наливался синяк. Все болело. От копыт до ушей. Болело даже в таких местах, где пегас даже не знал, чему там болеть, начиная от мест прямо над копытами и заканчивая внутренностями носовых пазух. Три аккуратных следа от инъекций возле его правого копыта тоже саднили и невыносимо чесались. Места для уколов были выбраны так, чтобы не попадаться кому-либо на глаза. — Варден? — О... привет, — пегас поднял глаза, отвернулся и склонил голову. — Чем занят? — Куно подошла к нему и аккуратно улеглась перед ним на живот, продолжая внимательно наблюдать за пегасом. — Пытаюсь оттянуть момент приема очередной дозы, — Варден потер копытом шею. — Старая зависимость... ну, сама же знаешь... — Мы оба знаем, что ты врешь, Варден, — Куно нахмурилась и покачала головой. — За последние несколько дней ты к ней едва прикоснулся. — Я принимал ее. Мне просто не нужно столько. Врачи говорят, что это гиперчувствительность. Потому что раньше я на ней уже сидел, — пегас бубнил оправдания себе под нос. Чейнджлинг продолжила смотреть на него, ее бровь медленно поднималась. — Я не хочу ее, — Варден склонил голову и снова вытер нос. — Нет, хочешь, — категорично заявила Куно. — И я знаю, что сейчас ты хочешь её куда больше, чем даже моей любви. — Дискорд подери тебя и твою чейнджлингскую породу, — сердито прошептал пегас, впившись зубами в свою ногу. — Эй! Прекрати калечиться, — Куно потянулась вперед и шлепнула его по морде, заставив отпустить ногу. — Ты об этом еще пожалеешь, когда поправишься. — Хорошо-хорошо, мне уже лучше, — Варден ударил копытом в землю. — Мне не нужна никакая аврора. Ты сама это сказала. Я и так уже долго без нее. — Спрятавшись здесь, на холме, вдали от всех, постепенно разрушая себя? — прямо спросила Куно. — По-твоему, это действительно “лучше”, Варден? — Лучше, чем раньше! — прошипел пегас, сердито топнув копытом. — Лучше, чем когда я сидел там, погруженный в скорбь, и вообще ничего не чувствовал! — Нет, это не так, и ты сам это знаешь, — чейнджлинг покачала головой, продолжая хмуриться. — Просто ты боишься это признать. — К-конечно, я боюсь! — Варден уткнулся мордой в свои копыта. — Да я легко выдержу боль и посильнее этой! — Это вредно для здоровья, Варден, — Куно приблизилась к нему. — Тебе нужно постепенно снижать дозу, и только когда ты будешь к этому готов. Так ты делаешь все только хуже. — Хуже, чем... делать с собой всякое, чтобы хоть что-то почувствовать? — прямо спросил пегас, его уши медленно шевелились. — Я не настолько слаб, я не нуждаюсь в авроре, чтобы перетерпеть боль. — Это не слабость, Варден, — Куно покачала головой и переместившись к пегасу, прижалась к его боку и начала поглаживать шею носом. — Сам ведь знаешь. — Нет, слабость... наркотическая зависимость — это слабость, — пробормотал пегас в ответ, вызывающе подняв голову. — Нет, слабость — это прятаться в агонии лишь из-за того, что тебе не нравится то, что ты чувствуешь, принимая аврору, — Куно нежно прильнула к его шее и успокаивающе обвила копытами плечи пегаса. — Я лучше выберу боль… — Варден тяжело привалился к ней и закусил нижнюю губу. — Дорогой, ты чахнешь. Когда ты в таком состоянии, все, что ты ешь, вообще не усваивается. И ты чуть не через день то страдаешь от ломки, то опять колешь себе аврору. У тебя вон все ребра торчат, — чейнджлинг аккуратно ткнула пегаса в бок копытом. — Но сейчас я тебя чувствую, — Варден поднял копыто и осторожно погладил спину своей жены. — Я могу тебя обнять... Я, может быть, даже смогу сделать еще кое-что... — Использовать секс для смены темы разговора — это моя фишка, — Куно осторожно погладила копытом морду мужа. — Ты в этом ужасен, Варден. — У меня даже больше не встает, — печально пробормотал пегас. — С тех пор, как... — Я тебе с этим помогу, когда ты достаточно поправишься, — успокоила его Куно и прижав голову к его шее, ободряюще посмотрела на него. — Я... я... — голос пегаса затих до едва слышного шепота, он с трудом сдерживал слезы. — Вчера утром я напрудил в кровать... Чувствую себя маленьким жеребенком... — Я еле удержалась, чтобы не сломать тебе чего-нибудь, когда увидела, что ты сжигаешь прекрасный комплект постельного белья, — чейнджлинг нахмурилась и крепко обняла расплакавшегося мужа. — Ты имела в виду — совершенно испорченный, — возразил Варден, тяжело вздыхая и вытирая нос копытом. — Так жить нельзя. С зависимостью от авроры жить нельзя. — Это не зависимость, — серьезно сказала Куно. — Ты два дня её не принимал и называешь это зависимостью? Зависимость — это когда ты не можешь себя контролировать. — Я много раз говорил себе, что могу отказаться от авроры в любой момент, когда только этого захочу. В последний раз это было как раз тогда, когда я на ней сидел... — пегас совсем повесил голову. — Я в это даже верил... — Но рядом с тобой не было никого, кто мог бы помочь тебе с этим, — голос чейнджлинга был полон решимости. — Я знаю, что ты можешь это сделать, Варден. Это не зависимость. Это необходимость. — Но я не хочу... — нижняя губа пегаса задрожала. — Я не хочу снова ничего не чувствовать... — Варден, без авроры ты можешь умереть, — Куно повысила голос. — Я воскрешала тебя и разбиралась со всеми этими проблемами совсем не для того, чтоб ты себя убил по собственной дурости!!! Голова Вардена опустилась, а уши дрогнули. — Ты должна была позволить мне умереть… — Варден опустил голову, его уши мелко дрожали. Пощечина застала пегаса совершенно врасплох. Он глупо моргнул и уставился на жену. В ушах звенело, а во рту чувствовался вкус крови. — Даже не заикайся об этом! — глаза чейнджлинга наполнились слезами. — Ты мне нужен, Варден. Я пожертвовала всей своей жизнью ради тебя. Я предала свой Улей ради тебя. Я убила свою Королеву ради тебя, Варден. Но мне нужно, чтобы ты очнулся и принял свое долбаное лекарство! Пегас взглянул на нее и облизнул губы. Кровь капала из носа и слезы вновь потекли из его глаз. — Я... я сожалею, — всхлипнул он, опустил голову, а потом вообще лег на живот. — Я хочу быть сильным для тебя, но это так сложно, и мне так больно... Мне кажется, что я уже мертв, когда принимаю аврору. Словно какой-то оживший труп. Я чувствую себя таким грустным, разбитым и жалким... И теперь, когда я наконец могу тебя обнять и почувствовать, ты говоришь мне, чтобы я снова стал таким? Это... Это несправедливо... — Жизнь вообще несправедлива, — серьезно ответила Куно, подошла ближе к мужу и потерлась своим носом о его, не обращая внимания на кровь. — Жизнь никогда не была справедливой. Ты тащишься от одной черной полосы до другой и лишь надеешься, что между ними будут хотя бы мгновения счастья. Просто сейчас очередная черная полоса, Варден. И если хочешь добраться до счастливой части, то должен её перетерпеть. Ни у кого не бывает полностью безоблачной жизни. — Поцелуй меня, — гнусаво пробормотал пегас, приподняв голову. — Что? — Куно удивленно моргнула, одно ухо встало торчком. — Поцелуй меня, — гораздо разборчивее повторил Варден, встал на ноги, обхватил жену передними копытами, и притянув ее к себе поближе, впился в ее губы яростным поцелуем. Чейнджлинг попыталась было отстраниться, прежде чем слиться с ним в ответном поцелуе, слегка наклонив голову, чтобы было удобнее. Варден жадно целовал ее в течении нескольких долгих секунд, прежде чем отстраниться, тяжело дыша и вытирая глаза. — Спасибо... Спасибо, что ты всегда рядом и заставишь меня очнуться, когда это необходимо. Куно кивнула и достала шприц из медицинской сумки. Пегас протянул к ней свое копыто, отвернувшись и закусив язык. Чейнджлинг извлекла иглу из упаковки, присоединила ее к шприцу, и найдя вену, сделала укол. Варден слабо застонал, пытаясь сдержать слезы, когда жуткое холодное оцепенение двинулось от копыта к груди, стирая все ощущения. — Спасибо, Варден, за то что ты — это ты, — Куно нежно развернула морду мужа к себе, осторожно поцеловала и наклонившись вперед, крепко его обняла. — Ты самый сильный пони, которого я знаю. — Нет, я не такой, — пегас жадно поцеловал ее. — Просто у меня замечательная жена. — Мы сделаем все, чтобы вернуть тебя такого, как раньше, — Куно осторожно покачала головой, успокаивая его, а затем снова поцеловала. — Мы снова будем счастливы? — беспомощно пробормотал Варден, отчаянно целуя ее, пока пугающее онемение расползалось по всему телу. — Мы снова будем счастливы, — Куно кивнула, прижимая его к себе. — Сколько бы времени это ни заняло.
