Бывает, так случается

Началась третья четверть игры. Тренер выпустил пятёрку гениев, объяснив примерный план атаки и дав советы по избежанию серьёзных травм. Ханамия Макото понимал, что если против его команды будут играть пять лучших баскетболистов Японии сразу, победа AoS не светит в любом случае. Проблема была также и в том, что «поломать» Мидориму не удавалось уже первые двадцать минут матча и не представлялось возможным в будущем, Мурасакибара был слишком высоким и заметным, чтобы его можно было ощутимо, но не привлекая внимания, вывести из игры, а Акаши… Сказать по правде, этого баскетболиста все просто боялись. Ради победы Ханамия решил начать с «обработки» Фантома, самого слабого и незаметного, но от того не менее полезного для своей команды игрока. Ребята PGM, как всегда, слаженно действовали вместе. На первых же секундах третьей четверти Аомине вошёл в Истинную Зону, ловко уворачиваясь от ударов Annihilators ot Stereotypes, но через две минуты кому-то удалось болезненно ткнуть его под рёбра локтём. Дайки зашипел, но не остановился, ведя мяч к кольцу и совершая один из своих бесформенных бросков. В такой момент PGM бы не помешали запасные игроки такого же высокого уровня, как и они, чтобы, если случится что-то на самом деле серьёзное, они могли положиться на кого-то ещё, кроме себя. Акаши уверенно вёл команду к победе, сохраняя совместную со своими сокомандниками игру и ловко обращаясь с мячом. Если выдавалась возможность, то он без колебаний перепасовывался за пределы центра, чтобы Шинтаро мог совершить трёхочковый бросок. Атака PGM была основанна на силе Мурасакибары, который слегка потянул руку, но из-за своего упрямства продолжил играть. Данки центрового великой пятёрки были восхитительны. Они являлись слиянием мощи и чего-то ещё, что обычным людям было не заметно, но что видел Тацуя. Даже с экрана телевизора юноша замечал малейшие детали игры своего кумира. Как же ему нравилось наблюдать за действиями такого высокого, сильного и надёжного в игре, но милого и наивного в общении человека! Химуро мечтал, что этот удивительный баскетболист окажется его соулмейтом, ведь свою влюблённость парень с чёлкой на один глаз осознал даже раньше товарищей, которые уже вступили в отношения со своими родственными душами. Такие давние чувства к Мурасакибаре не могли быть беспочвенными, но Химуро всё ещё не был уверен в себе и Атсуши.

***

Середина третьей четверти. Макото щёлкает пальцами, загадочно ухмыляясь и поглядывая на Фантома. Через несколько секунд какой-то высокий парень из AoS резко ударяет тяжёлым кроссовком, и Куроко спотыкается, схватившись за колено и тихонько поскуливая от боли. Поспешившие к парню врачи сказали, что для предотвращения серьёзных последствий, того стоит немедленно госпитализировать. Мурасакибара попросил тренера заменить себя на Вакаматсу, игрока второго состава, и ушёл вместе с врачами и Куроко. Всё равно Айда давно хотел посадить потянувшего руку здоровяка на скамейку, так что затея последовать за своим лучшим другом в больницу оказалась удачной. Кагами, увидев на экране телевизора надпись о том, что повредившего ногу Куроко Тетсу заберут в клинику, резко подскочил с места. Он испугался, что с его возлюбленным случилось что-то очень серьёзное, и Тацуя, также услышавший слова диктора о «поехавшем за юным игроком Мурасакибаре-сенсю», схватил Тайгу за руку. Таща друга за собой, брюнет кинул Фурихате, чтобы тот не забыл отключить электричество, уходя из кафе, и захлопнул дверь служебного входа. — Кагами, мы просто обязаны наконец-то объясниться со своими соулмейтами. Во-первых, мы теперь знаем, где их искать, а во-вторых, твоему Куроко сейчас наверняка необходима поддержка любящего человека, а ты по нему просто сохнешь!

***

Атсуши сидел в палате своего названного брата, закусив губу и сжав мощные кулаки. Он думал о том, что после игры набьёт Ханамии морду, да так, что на его лице не останется живого места. С силой Мурасакибары и большими ладонями подобное было вполне вероятно. Внезапно дверь больничной комнаты отворилась, и в неё буквально влетели Химуро и Кагами. — Муро-чин? Что ты тут делаешь? — здоровяк очень удивился, увидев перед собой своего знакомого и его друга, чьё имя он не помнил. — Я давно хочу поговорить с тобой, Мурасакибара. Я смог найти тебя только сейчас, удели мне несколько минут, пожалуйста… Химуро вывел Атсуши из палаты, а тот покорно подчинился. Он был удивлён таким необычным появлением Тацуи в больнице, но обаяние брюнета заставило непосредственного игрока последовать за ним. — Атсуши, будешь сладости? Ты, наверное, проголодался от стресса, а я кое-что прихватил с собой из кафе, — проговорил Химуро и вежливо улыбнулся, глядя немного взволнованными глазами на своего кумира. Мурасакибара странно посмотрел на собеседника и раскрыл широкую ладонь, на которую брюнет высыпал горстку шоколадных конфет в разноцветных обёртках. Мимо проходил лечащий врач Фантома, разговаривавший с медсестрой. — Как там этот баскетболист, которого только что привезли, Куроко Тетсу? — Мей-сан, я осмотрел его колено, и, если парнишка пройдёт курс реабилитации, теоретически проблем быть не должно. Дело в другом. Он выглядит буквально разбитым, и вряд ли это из-за травмы. Ему нужна поддержка близких, а родителей у него нет, друзья заняты своими делами. Если Куроко-кун морально не захочет выздоравливать, подавив к себе волю к жизни — что он, как можно судить, уже довольно успешно делает на протяжении какого-то времени — то я ни за что не ручаюсь. Колено не представляет опасности, я бы не стал класть пациента в больницу с такой травмой. Но, думаю, к Тетсу стоит приставить психолога.

***

       Кагами стоял на пороге палаты рядом с заботливо прикрытой Тацуей дверью. Куроко округлившимися глазами смотрел на него, не произнося ни слова и не меняя позы. Примерно через минуту, прошедшую в полнейшей тишине, Тайга медленно подошёл к кровати Фантома и присел возле неё на корточки. Он вглядывался в голубые глаза любимого человека, пытаясь прочесть в них хоть что-нибудь, но, кроме удивления, ничего не находил. Осторожно Кагами положил свою руку на лоб Куроко, и тот издал какой-то непонятный звук наподобие всхлипа. Тем не менее, парень не попытался как-либо отодвинуться от Кагами, и это придало ему смелости. Тайга очень медленно поднял рукав спортивной кофты, которую Мурасакибара захватил для Фантома, чтобы тому не пришлось долго находиться в пропотевшей футболке. Мягко коснувшись метки Куроко подушечками пальцев, Кагами почувствовал, как Тетсу, всё ещё ошарашенно молчавший, вздрогнул и задержал дыхание. Было так странно и непривычно, и в то же время головокружительно приятно видеть СВОЮ метку на чужом запястье… Внезапно слова полились рекой, и Тайга уже не мог себя остановить. — Куроко, пожалуйста послушай меня хотя бы сейчас. Я очень сильно пожалел, что отрекался от тебя. Дело в том, что я пытался совершить это ненамеренно, даже не подозревая, что мой человек — это ты. Ты бы смог прервать нашу связь, но… Сам знаешь, как я сопротивлялся этому. Потому что не хотел, чтобы мы оставались порознь. Я хочу защищать тебя и любить, а ты публично заявляешь, что я тебе не нужен. Я ни в коем случае не обвиняю, просто… У меня, походу, чёртова зависимость от тебя, если так люблю! — Тайга уже не сдерживал слёзы, которые медленно капали на рисунок на коже соулмейта. Куроко смотрел на такого сильного и серьёзного внешне парня, который рыдал, держа его руку в своей. Все нежность и вера, которые голубоглазый Фантом так долго пытался убить, обманывая себя и окружающих, снова проснулись в его душе, и парнишка прикрыл глаза. Из-под пушистых ресниц тоже выкатилась солёная капля, но Тетсу еле заметно улыбнулся, осмелившись наконец-то доверить себя своему соулмейту. Ведь Куроко тоже любил… Просто раньше боялся в этом признаваться. — Кагами-кун, наклонись, пожалуйста, — тихо попросил Тецу, приподнимаясь на локтях и опираясь спиной на подушку. Без лишних слов студент повиновался. Он не знал, чего хотел его соулмейт, и никак не ожидал того, что произошло в следующие секунды. Кагами ждал чего угодно: пощёчины, болезненного удара в челюсть, скандала, апокалипсиса, но не этого! Фантом коснулся губ Тайги, облизывая их и нежно пробуя на вкус застывшего от удивления Кагами. Он робко целовал юношу до тех пор, пока не получил немного напористый ответ, пока чужой язык не проник в его рот, а пальцы не сжали хрупкое запястье с неярко светящимся изображением тигра. Только спустя какое-то время он смог отстраниться от соулмейта с мягкой улыбкой. Прервав поцелуй, парни ещё долго удивлённо смотрели друг-другу в глаза и наслаждались моментом.

***

Химуро и Мурасакибара стояли в стерильном и вылизанным до блеска больничном коридоре. Когда Тацуя клал конфеты на ладонь своего кумира, он немного коснулся пальцами его тёплой кожи, но тут же отдёрнул руку. Он боялся, что если прикосновение продлилось бы чуть дольше, он просто не смог бы его прервать. — Так о чём ты хотел поговорить, Муро-чин? Вопрос застал погрузившегося в мечты брюнета врасплох. Если честно, то на расстоянии всё казалось намного проще: подумаешь, подойти и признаться возможному соулмейту в любви. Но, стоя перед Атсуши сейчас, парень абсолютно не знал, что говорить. Банальное «я люблю тебя» — внезапно и неуместно. А «ты мне нравишься» прозвучит глупо и по-девчачьи… Химуро очень волновался, теребя запястье со своей меткой. Внезапно следивший за странным поведением брюнета Мкрасакибара подал голос. — Что это у тебя на руке нарисовано? Мне показалось, что там что-то знакомое, Муро-чин. Покажешь мне? Тацуя выдохнул и кивнул, открывая изображение на коже и показывая метку взявшему его руку в свою Мурасакибаре. Небольшая кисть брюнета легко помещалась в гигантской ладони Атсуши, и Химуро улыбнулся такой разнице в размерах. Тёплые прикосновения любимого человека, рассматривавшего его рисунок, буквально заставляли Тацую таять от удовольствия. — У меня такая же метка, Муро-чин, — протянул высокий юноша и продемонстрировал запястье. Химуро прикрыл глаза и широко улыбнулся. — Значит, мы с тобой соулмейты, Атсуши. Это очень здорово. — И мы должны начать встречаться? — Должны? А… Ты не хочешь, Мурасакибара? — Нет, очень хочу, — произнёс баскетболист и доверчиво улыбнулся, — Ты красивый и интересный, Муро-чин. Тацуя не думал, что несколько слов могут сделать его настолько счастливым. Теперь он всегда сможет быть рядом с возлюбленным, оберегая его, такого наивного и милого, от многих несправедливостей и угощая сладостями, держа за руку и поднимаясь на носочки, чтобы погладить по длинным фиолетовым волосам… Химуро поднёс руку к коже соулмейта, следя за тихим свечением меток и утопая в приятных ощущениях. Мурасакибара наклонился, поцеловав брюнета в макушку, и притянул его к себе, обнимая за плечи. Тацуя прижался к соулмейту, вдыхая запах его кожи. Оба парня радостно улыбались.