Вторая попытка

Ойкава устало откинулся на подушку, чувствуя, как рядом упали Куроо и Дайшо. Дышать получалось через раз, особенно, если учитывать, что рука Куроо всё ещё лежала поперёк его груди и была обжигающе горячей. Нет, дело было определённо не в том, что он забил на себя, пытаясь спасти сестру. Дело было в Куроо. Так решил Ойкава, когда после первого же поцелуя он почувствовал знакомое тянущее чувство внизу живота, а уж потом, когда всё закрутилось, он и вовсе захлебнулся в ощущениях. И судя по тому, насколько ошарашенным и удовлетворённым выглядело его собственное лицо сбоку, не он один. Куроо же, как обычно, выглядел просто чертовски соблазнительно, но совсем не так, как после секса, от которого в буквальном смысле кровать тряслась. Ойкава тяжело вздохнул и сдвинул руку Куроо, тут же чувствуя, как попал пальцами во что-то вязкое на собственном животе, и вариантов того, что это, было не очень много. Одно его радовало очень сильно — Куроо принёс нормальную смазку, и ему не пришлось вдыхать этот отвратительный запах банана. Или растягивать самого же себя с этой смазкой, или смотреть, как Куроо растягивает его… Если бы к этому моменту Ойкава не кончил уже не меньше трёх раз, то точно почувствовал бы, как у него снова встаёт. Дайшо лениво перевернулся к ним лицом и фыркнул. — Пиздец у тебя задница чувствительная, — прокомментировал он, за что и получил вялый шлепок по бедру. На большее Ойкава сейчас просто не способен был. Вообще вид его самого всего заляпанного бог знает чем и явно хорошо оттраханного — ещё бы не хорошо, он же участвовал в этом процессе! — вызывал в нём смешанные ощущения. Соблазнительные ягодицы Куроо с другого бока напряглись и вновь расслабились, когда он приподнялся на локтях. Его шея и плечи были разукрашены засосами и укусами разной степени интенсивности, а кроме того на плечах и немного на руках остались красные полосы от ногтей. Хорошо хоть, что не полноценные царапины. Он посмотрел на Ойкаву, губы которого припухли от поцелуев и кое-чего ещё, а ресницы немного дрожали, и улыбнулся. — Прекрасное действо, — хмыкнул Куроо, облизывая губы и пошловато улыбаясь. — Нет желания на ещё один заход? Дайшо приятно порадовался тому, что не он один испустил страдальческий стон. Куроо, засранец, был так охуительно хорош, что хотелось ещё и не один заход, но у Дайшо уже дрожало просто всё от перенапряжения, да и Ойкава выглядел не намного лучше. Куроо только самодовольно усмехнулся. — В душ, я так понимаю, вас тоже звать смысла нет? — поинтересовался он. — Только если ты понесёшь меня на ручках, — ответил Ойкава, уже явно засыпая. Дайшо тоже почувствовал, как его клонит в сон, несмотря на то, что в памяти ещё было то неприятное ощущение, когда просыпаешься грязным. Куроо покачал головой и соскочил с кровати, чтобы принести хотя бы влажные салфетки. За то время, пока он ходил, Дайшо уже предсказуемо заснул. Первое, что почувствовал Дайшо, проснувшись утром, упирающийся ему в бедро внушительный стояк. Он ухмыльнулся сквозь сон и повернулся, чтобы открыть глаза и наткнуться на восхитительную чёлку Куроо. И он уже даже протянул руку, чтобы поправить её, когда в глаза бросилась его собственная чёлка. С зелёной прядью. Он резко сел на кровати, потревожив мирно спящих соседей, и поднял одеяло, убеждаясь, что он в своём собственном теле. — Что ты скачешь, ненормальный? — недовольно пробормотал Ойкава и тут же тоже подскочил. — Не может быть! — Сработало! — обрадовался Дайшо. — Сработало, блять! — Я снова я! Ойкава кинулся обнимать Дайшо и тут же почувствовал очень даже неприятные ощущения в районе копчика и ещё пониже. Ничего себе они вчера накутили. Впрочем, это совсем не помешало ему всё-таки закончить манёвр и вместе с Дайшо завалиться прямо на живот Куроо. — Вы в курсе, что весите совсем не как пушинки, да? — немедленно отозвался тот, охая, но тоже улыбаясь. — Это всё сила моего волшебного члена. — Ну, парни, с вами было приятно иметь дело, но меня теперь ждёт клан и свои дела. Только ванной твоей воспользуюсь напоследок, — Дайшо поднялся с кровати и удалился в сторону душа, помахав ручкой. Ойкава моргнул пару раз и посмотрел на Куроо, но тот выглядел вполне довольным. Поймав взгляд Ойкавы он фыркнул и покачал головой. — Вернётся через день. Максимум, два. Инфа сотка, — пояснил он и притянул Ойкаву для глубокого утреннего поцелуя. — А пока он строит из себя свободного и независимого, мы разберёмся с твоей ненавистной экономикой. Не хочешь поработать внештатным журналистом немного? А то нам в журнал нужен ведущий колонки советов, а у тебя хороший слог… Ойкава не стал дожидаться окончания фразы, садясь Куроо на бёдра и увлекая его в поцелуй с продолжением, к которому через минуту присоединился и Дайшо, забывший полотенце.