say something loving

Сехун смотрит широко открытыми глазами на Чонина и никак не может понять, действительно ли он видит то, что видит. Несколько секунд они оба молчат, пока Сехун наконец не отмирает: -Вот уж не думал, что мы действительно ещё увидимся. -Это город слишком маленький, чтобы увидеть кого-то всего лишь один раз, - отвечает почти не удивленный Чонин. - Так ты племянник тётушки Бокджу, получается? Забавно. -Забавно то, что она называет тебя малышом Нини. -До сих пор? Надо же, - Чонин посмеивается и запускает пальцы в волосы. - Ты пришел за велосипедом, правильно? Тогда пойдем. Он не дожидается ответа и выходит на тропинку к Сехуну, которому ничего не остаётся, кроме как следовать за ним куда-то вглубь участка. Они останавливаются у гаража, похоже, единственной старой постройки у Кимов. Сехун остаётся ждать у входа и осматривается, пока Чонин копошится с замком и наконец выкатывает наружу зелёный велосипед: -Теперь он твой. Довольно старый, конечно, но уж какой есть. Сехун отмахивается кратким "Сойдёт," и они идут до ворот, ведущих к улице. -Что ж, увидимся, - говорит Чонин. И на этот раз Сехун не сомневается, что так и будет. *** Через несколько дней они и в вправду встречаются снова. Сехун нежится под жарким июньским солнцем, лёжа на ковре одуванчиков в паре метров от собственных окон. Рядом никого нет, волосы слабо развиваются от редких порывов ветра, а из наушников льется любимая песня - полная идиллия, вдруг прерываемая знакомым голосом: -А ты тут хорошо устроился. -И тебе привет, Чонин, - щурясь от солнца, говорит Сехун. Чонин дарит ему свою фирменную ухмылку и вдруг заваливается на землю рядом с ним. Сехун снова закрывает глаза, пытаясь вернуть прошлый комфорт, но в один момент чувствует, как из левого уха исчезает наушник, а открыв глаза, он видит, что Чонин растянулся в позе, идентичной его, и теперь нагло улыбается. -Да уж, если ты действительно провел все эти дни так, то неплохо отдохнул. А значит, мне надо тебя немного встряхнуть. Только дай ещё немного послушать, - просит он, заметив, как Сехун тянется, чтобы забрать у него наушник. - Обожаю эту группу. Сехун послушно убирает руку и спрашивает: -Тоже любишь их? -Конечно! Я точно уверен, это лучшая группа современности! - оживляется Чонин. -Я постоянно говорю то же самое одному моему хёну. И знаешь, что он обычно делает в ответ на мои слова? -Что? - спрашивает Ким и приподнимается, чтобы опереть голову на руку. -Он начинает танцевать под Ред Вельвет! - возмущается Сехун. -Да ну, ты серьезно? Это же почти как богохульство! -Вот и я о том же! Через полчаса оживленного разговора Сехун понимает, что это как раз то, что он говорил с раздражением Чунмён-хёну, когда тот слишком долго болтал с братом по фандому: "И встретились две фанючки". Но теперь он смотрит на это с другого ракурса и думает, что, возможно, будет относиться к хёну мягче. Возможно. В итоге, обсудив все, что можно и нельзя, о несчастных музыкантах, они просто лежат рядом в комфортном молчании с довольным лицами. Внезапно Чонин решительно вздыхает и говорит: -Ну всё. Теперь пойдем. Он медленно встаёт и выжидающе смотрит на Сехуна. -Куда? -В город, конечно. А то все лето здесь проведёшь, - кивает Чонин на цветы вокруг. - Кстати, ты знал, что одуванчиковый сок очень трудно отстирать с одежды? Сехун, в общем-то, не против лежать все лето под солнышком, но последние слова Чонина оказываются на удивление убедительными, так что он подскакивает с удобного места в страхе испачкать футболку. -Мог бы и раньше сказать, - тихо бурчит Сехун, вдруг почувствовавший себя совсем маленьким ребенком. -Ты вполне мог бы одеваться попроще. Это все же не столица. А теперь переоденься и возьми велосипед. Я собираюсь устроить тебе экскурсию. *** По домам они разъезжаются только под вечер, когда начинает смеркаться. Сехуну почему-то нестерпимо хочется глупо улыбаться, и он постоянно теребит плетёный браслет на запястье, подаренный Чонином "на удачу", а в ушах все ещё стоит ставший привычным за пару часов езды скрип старого велосипеда. За этот день Сехун понял, что городишко, в котором он застрял на лето, ещё меньше, чем он предполагал. Здесь есть всего лишь два магазина, которые местные возвышают до супермаркетов, а три главные улицы пересекаются на площади, где, как сказал Чонин, обычно проводят фестивали. "Тоска смертная," - в очередной раз думает Сехун об этом городе. Но каждый раз в мыслях почему-то всплывает Чонин со своей вечной ухмылкой, и Сехуну кажется, что провести лето в этом захолустье, в общем-то, не так уж и плохо.