Осколки. Книга 2

Прошла неделя с тех пор как Тэсс забросила свои занятия балетом, и всю эту неделю она снимала одну пленку за другой, даже не зная, получится ли у нее когда-нибудь проявить их. Ей нравился сам процесс. Чарли не раз говорила ей что-нибудь вроде: «Да брось ты возиться с этим старьем! Давай я попрошу Джозефа, чтобы он привез тебе современный фотик! Глазом моргнуть не успеешь, как старик это уже сделает». Но Тэсс отказывалась. Современный фотоаппарат почему-то не вызывал у нее такого интереса. «Когда мне удастся проявить пленки, ты поймешь, почему я вожусь с этим старьем», - говорила Тэсс. Несколько раз даже Чарли сфотографировала девочку, когда та переодевалась в свое старинное зеленое платье. Тэсс немного ушила его, и теперь оно вообще сидело на ней идеально. И Тэсс была так прекрасна в нем, что у Чарли подрагивали руки, когда она делала эти фотографии. Она старалась не бросать на Тэсс слишком долгие взгляды, не пялиться на ее открытые плечи и изгиб тонкой шеи, но у нее это плохо получалось. И Тэсс замечала, конечно же замечала, как Чарли смотрит на нее, и это приводило ее в неописуемый восторг. И она надевала это платье почти каждый день, чтобы ловить на себе долгие взгляды Чарли снова и снова. «Ей не может быть всего тринадцать, - думала Чарли в ужасе, когда смотрела на то, как Тэсс преображалась. – Конечно, психологически ей уже пятнадцать, но она даже на пятнадцать не выглядит. Нет. Эта девчонка сведет меня с ума!». Чарли заметила, что в зеленом платье у Тэсс даже грудь становилась больше. Она была уверена, что Тэсс что-то туда подкладывает, но ничего не говорила. Чарли понимала, что нельзя винить девушку в том, что она хочет выглядеть старше. Особенно, если она влюблена. И особенно, если она навечно заперта в теле подростка. Как-то вечером, когда Тэсс переодевалась из своего платья, чтобы лечь спать, Чарли сидела на постели, демонстративно повернувшись к девочке спиной и сделав вид, что читает книгу. На самом деле она не могла сосредоточиться ни на чем, кроме шуршания этого проклятого платья. Когда Тэсс закончила переодеваться в свои фиолетовые леггинсы и длинную серую футболку, в которых в последнее время спала, она подошла к кровати и спросила тихонько: - Чарли? Почему ты совсем не смотришь на меня? Я так люблю, когда ты на меня смотришь. - Тэсс… - Чарли устало вздохнула. – Я не могу смотреть, как ты переодеваешься. Даже не думай об этом. Это неправильно. - Чарли. В этом мире только мы решаем, что правильно, а что нет, - голос Тэсс был твердым. Она забралась на кровать с ногами и села рядом с Чарли, которая все еще не поднимала на нее взгляда. - Нет, Тэсс. Так нельзя, - прошептала Чарли. – Я так не могу. - Может, это потому что без одежды я кажусь тебе уже не такой взрослой, и тебя это отталкивает? – Тэсс понизила голос, и Чарли отчетливо услышала прозвучавшую в нем боль. - Нет, Господи, конечно нет… - Чарли разом повернулась к девочке и взглянула в ее обеспокоенные глаза. – Как ты только могла подумать такое, Тэсс? Конечно, меня пугает твой юный возраст, я этого никогда не скрывала. Ты это знаешь. Но меня ничто в тебе не отталкивает. Пожалуйста, не думай так. - Это хорошо, - Тэсс улыбнулась и обвила руками шею Чарли. – Тогда не стесняйся смотреть на меня. Я тебе разрешаю. Мне это правда очень нравится. Всю жизнь я считала себя уродиной, но когда ты смотришь на меня, я начинаю чувствовать себя красивой. На меня никто не смотрел, как ты. Никто не восхищался мной. - Я рада, что ты так чувствуешь, - пробормотала Чарли. – Но я чувствую себя последней извращенкой, когда смотрю на тебя, Тэсс. Тэсс хихикнула. - Тогда я тоже извращенка! Потому что мне нравится видеть тебя полуголой. - Чего? Меня?! – завопила Чарли, краснея. – Когда это ты меня полуголой видела?! - А помнишь тот день, когда у тебя только начала проявляться татуировка на спине? На тебе тогда были только джинсы и лифчик, - она кокетливо улыбалась, усаживаясь на Чарли верхом. Тэсс это просто обожала. Забраться на Чарли и почувствовать себя главной. – А потом мне даже удалось снять с тебя лифчик. И я даже видела кое-что. Совсем немножко, но все же. Чарли в ужасе смотрела на Тэсс, ее щеки стали еще краснее, а губы дрожали. Чарли думала, что ничто в этой жизни уже не сможет ее смутить, но Тэсс каким-то образом это удавалось. И Чарли начинала чувствовать себя неуклюжим подростком рядом с Тэсс. Как будто ей снова было пятнадцать, как будто она впервые влюбилась. - Наверное, с того дня все и началось, - продолжала Тэсс все с той же хитренькой улыбкой. – Наверняка это именно вид твоей груди пробудил во мне чувства, о которых я почти забыла. - Тэсс… - Чарли не знала, куда ей деться от стыда. Она ощущала себя слабой, беспомощной, пойманной в ловушку. И хуже всего, что ей это нравилось. - Чарли… Расслабься ты уже, наконец… - прошептала Тэсс, склоняясь к ее губам. И снова Чарли сдалась. Обычно перед сном Чарли разрешала девочке всего один короткий поцелуй, но только не в тот вечер. То ли это разговоры о груди так распалили их, но в тот вечер ни Чарли, ни Тэсс никак не могли остановиться. Обычно во время поцелуев Чарли старалась держать свои руки в каком-нибудь безопасном месте – на щеках, на плечах или на спине у Тэсс. Но в тот вечер руки у Чарли были слабыми и непослушными. Она и сама не поняла, как это вышло, но в какой-то момент ее левая рука скользнула по внутренней стороне бедра Тэсс. Это вышло случайно, Чарли была уверена, что это вышло случайно, потому что на самом деле она хотела обнять Тэсс за талию. Но от этого случайного прикосновения Тэсс вздрогнула, оборвала поцелуй и отшатнулась от Чарли, тяжело дыша. У нее был такой испуганный вид, что Чарли захотелось умереть на месте. - Прости, прости, пожалуйста… Я не хотела, клянусь. У меня и в мыслях ничего такого не было. Прости, прости меня, Тэсс, - сбивчиво шептала Чарли и сама себе не верила. «А что если я это нарочно сделала? Господи, что если я уже начала распускать руки? Превращаться в чудовище?». Тэсс выдохнула, испуг сошел с ее лица, она снова расслабилась и коснулась щеки Чарли кончиками пальцев. - Ничего. Ничего страшного, правда. Я знаю, что ты не нарочно. Я знаю, что ты не хотела. Просто это случилось так неожиданно, что я… немного испугалась. Но это было даже приятно, - Тэсс улыбнулась. - Нет, нет, я так не могу, - Чарли попыталась подняться с кровати и снять с себя Тэсс. – Вот видишь, до чего все это дошло. Тэсс, пожалуйста, пусти меня. - Куда? – испугалась девочка. - Пойду переночую в маячном домике, - Чарли старалась не смотреть на Тэсс, ей было слишком стыдно поднять глаза. - Нет! Пожалуйста, Чарли, не уходи, - Тэсс прижала девушку к стене, отказываясь отпускать. – Ничего страшного ведь не случилось! - Еще как случилось. Я уже начала пугать тебя. Лучше нам с тобой спать раздельно. - Чарли! Посмотри на меня! – закричала Тэсс, поймав бледное лицо Чарли в ладони и заставляя ее поднять голову. – Смотри на меня. Чарли подняла на Тэсс затравленный взгляд. Ее губы дрожали. Девушка чувствовала, что вот-вот расплачется от страха, от ненависти к себе, от того, что она посмела распустить руки, напугать Тэсс, осквернить ее. - Чарли, успокойся, не надо плакать, - голос Тэсс был твердым, взрослым, уверенным. – Я не боюсь тебя. И я никогда не боялась тебя. Думаешь, я стала бы все это время спать с тобой в одной кровати, если бы боялась, что ты начнешь приставать ко мне? Я знала, что ты не тронешь меня. И я не боюсь тебя. Наоборот, ты помогаешь всем моим страхам исчезнуть. Слышишь ты, глупая Чарли? Хватит уже считать себя педофилом или кем ты там еще себя считаешь. - Но ты испугалась, - в голосе Чарли дрожали слезы. – Сейчас я все-таки напугала тебя. - Нет. Я боюсь не тебя, я боюсь резких движений. Это напоминает мне о том, о чем я не хочу вспоминать никогда. - Прости меня, Тэсс… - Чарли громко шмыгнула носом, она уже не могла держать слезы в себе, и они потекли по ее щекам, и Тэсс начала смахивать их пальцами. – Я правда не хотела. Мне так стыдно, Господи, я не хотела напугать тебя. - Я знаю, Чарли. Все в порядке, - Тэсс улыбнулась. – Ты можешь трогать меня, где хочешь. Главное не резко. - Вот уже не надо, обойдусь как-нибудь, - пробормотала Чарли. - Ну же, Чарли, обними меня. Что ты как деревянная стала? Со мной правда все в порядке, и ты не разрушила мои психику. Вряд ли ты способна навредить мне сильнее, чем это уже сделал тот человек. Моя психика уже разрушена. И то, что сейчас произошло – лишь отголосок этого. И в том, что я вздрогнула и испугалась, твоей вины нет. - Ох, Тэсс, - Чарли неуверенно обняла девочку. – В идеале я должна залечивать твои раны, а не продолжать пугать тебя. - Ты это и делаешь, ты залечиваешь мои раны. Ты ведь чувствуешь, как меня тянет к тебе? Ты – это все, что мне нужно, чтобы забыть о нем. Рядом с тобой я ничего не боюсь. Даже секса не боюсь. Я знаю, что он у нас когда-нибудь будет, но я не боюсь. Мне нравится, когда ты прикасаешься ко мне. И я знаю, что ты никогда не сделаешь мне больно. - Ох, Тэсс… - повторила смущенная до полусмерти Чарли. – Тебе еще рано думать о таком. - Но мне нравится думать «о таком», - Тэсс улыбнулась и запустила пальцы Чарли в волосы, вызвав волну мурашек по всему ее телу. – Я люблю подумать о чем-то таком иногда. И мне было бы очень приятно и лестно, и радостно, если бы ты чувствовала ко мне то же самое. Я боюсь, что буду нежеланной для тебя из-за этого… этого неразвитого тела. - Тэсс, - на этот раз голос Чарли был твердым. Она все-таки обняла девочку за талию и сказала: - Никогда не думай так, Тэсс. У тебя не должно быть никаких комплексов по поводу своего тела, ты поняла? Никаких сомнений в своей привлекательности. Никогда. Ты не должна переживать из-за этого. К тому же, тебе все-таки было не десять лет, когда ты умерла. Твое тело уже успело достаточно развиться… Достаточно для того, чтобы я пялилась на тебя, как последняя извращенка. Тэсс довольно захихикала, ее глаза сияли, а щеки раскраснелись от удовольствия. А Чарли подумала, что может она не такая уж отвратительная извращенка, если может заставить Тэсс так радоваться. А потом они снова целовались, забывая о призраках из прошлого, страхах, комплексах. С того дня Чарли заметила, что Тэсс перестала искусственно увеличивать грудь. Девочка наконец-то поверила, что нравится Чарли такой, какая есть.