Immortelle.

***

Джейк на всякий случай отключил способность Няни Плам управлять руками и ногами, чтобы она не травмировала его, в случае ее переключения на опасный режим. Лукас сидел на полу у стены, облокотившись руками о колени и, опустив голову, поглядывал на Джейка скучающим взором. — А ты, как я погляжу, мозговитый парень. — Задумчиво пробормотал эльф. Джейк, изучая переключатели, ответил не отрываясь от дела: — Да не, я еще только учусь. Ботаник нажал какую-то кнопку и кибернетическая фея открыла свои стеклянные темно-фиолетовые глаза. — Слушай, — Обратился Джейк к рыжеволосому. — М? — Лукас поднял голову и выпрямил спину. — А как ты узнал, что нам нужна помощь? — Спросил очкарик, держа голову феи у себя на коленях. Лукас махнул рукой и ответил, потягиваясь и зевая: — Да все просто. Я услышал звук рожка. Не знаю, что он значит у вас в прошлом, а для нас это сигнал о помощи. Бывало я попадал в такую задницу… А если успевал дунуть в свой ржавый рог, ко мне на помощь прилетала ЧарМа. Если копы слышали звон ее заклепок и грохот ее металлического крыла, они отключались, чтобы сохранить энергию — борьба с ней забирала все силы, ведь в ее власти древние магические силы из ваших времен. Джейк заметил, что Лукас очень часто вспоминает эту неизвестную девушку, а когда он о ней говорил, его нагловатый голос становился тяжелым и серьезным. Этот рыжий эльф выглядел таким уставшим, словно не спал уже очень долгое время. Скорее всего, за ним и его друзьями велась охота, как на нечипированных эльфов-мятежников, отказавшихся работать на благо великих эльфийских фабрик. Но не ответив ни слова, юный гений вернулся к делу и, отодвинув черные синтетические волосы Няни Плам, нашел еще несколько переключателей на ее голове. И он решил нажать их одновременно, чтобы проверить, могут ли работать несколько режимов сразу. Кибер-фея глядела на Джейка и из ее стеклянных глаз по силиконовым гладким щекам покатились масляные слезы. — Лучше убей… — Проговорила она электронным голосом, который звучал так, словно она захлебывалась водой. — Все в порядке, Няня Плам, я все сделаю, но только если ты расскажешь, что тут происходит. — Проговорил Джейк, осознавая, что смог включить несколько режимов и одновременно разблокировать режим личности. Это могло грозить фее безумием и психическим расстройством, ведь она, наверняка испытает огромный стресс, если окажется в сознании живого существа, но не сможет чувствовать и выполнять действия, присущие живым. Ее тело не органическое и не способно чувствовать. Из глаз Няни Плам продолжали течь слезы, а резиновые губы ее дигались так, словно она пыталась дышать, но не могла. Оно и понятно — Кибер-Плам уже много тысячелетий мертвая машина. — Прошу, убери блокировку движений, и я все расскажу… — Прохрипела она своим электронным голосом. Джейк каким-то образом, известным ему одному, вернул ее телу способность двигаться. Няня Плам с медленно поднялась с пола, за ее спиной возникли голографические крылья. Каждое движение феи сопровождалась жужжанием механических суставов… Утерев рукой с силиконовых щек масляные слезы, она улыбнулась неестественной улыбкой и начала монотонно исполнять какую-то песню, скорее напоминающую мотивом колыбельную. Только звучала эта колыбельная робо-няни жутко и мрачно:

Жёлтое небо над головой. В трубах заржавленных стих ветра вой. В чёрной грязи размокает картон. Дождь разъедает железобетон.

— Кажется тут синтезировались режимы няни, личности и функция развлечения Его Величества… Иначе бы она не исполняла этот жуткий механический танец… — Прошептал Джейк. Приблизившись к нему вплотную, Лукас тихо спросил: — А с чего ты взял, что это танец? Может быть она просто разминает свои суставы?.. Действительно, фея иногда выполняла совершенно неестественные даже для робота движения, походящие на танец. И на продолжала свою монотонную колыбельную, исполняемую совершенно безо всяких эмоций и чувств.

Ангелы лики закрыли руками. Свет задыхается под облаками. Пепел стал заменителем кожи. Невесту кладут на прокрустово ложе.

— Эх, брат, а она, ведь, дело говорит. Все ужасы замка — это цветочки еще. Все страшное именно на улице. Там знаешь сколько публичных домов для техосмотрщиков? Содом и Гоморра, а не Маленькое королевство… И все! Все до единого киборги! — Нервно бормотал Лукас, держа Джейка за плечи и прячась за его щуплую спину. — А девушки-феи нужны вообще только для секса и оценивают их по определенным критериям, потому у стремной феи вообще нет никаких шансов. Ее или убьют электричеством, если живая еще, на опыты отправить могут, ну или на органы разобрать. Если же робот или голограмма — утилизируют без жалости и сожалений… Джейк начинал испытывать страх, а внутри будто бы все сжалось от одной только мысли, что все это — результат безумия старого эльфа. Вдруг, Кибер-Плам, резко выпрямившись, словно попыталась закричать, но из стеклянного горла слова стали звучать незначительно отчаянно, но намного громче:

Это город-призрак, это город теней. И здесь тысячи лет не рождалось детей. Этот город забыт Богом и Сатаной. Этот город любим только Смертью одной.

— Лукас, как же так? Неужели инстинкты размножения теперь нужны только для удовлетворения пошлых потребностей? — Вопрошал юный эльф Лукаса. Рыжеволосый парень, хлопнув Джейка по плечу, проговорил, учтиво кивнув: — Да… Вот ты мне как раз напомнил для чего нужен этот инстинкт. Детей теперь создают из клеток ДНК и выращивают их в инкубаторах. Кровь, короче, сдаешь на анализ, а ее проверят в клинике на наличие отклонений, тебе скажут о твоем здоровье, а биоматериал себе оставят, чтобы создать новый организм. Не нужна тут больше любовь… Няню Плам переклинило и она вернулась к темпу механической колыбельной»

Псевдо-органика, синтетика чувств, Псевдо-значение псевдо-искусств. В чёрной грязи размокает мораль. Дождь наполняет Священный Грааль.

Искусственным было все — чувства, эмоции, отношения… И невозможно было понять, общаешься ты с живым эльфом или это одна из тех машин…

Ангелы лики свои отвратили. Через мгновение все их забыли. Треснули стены, крошится дорога. Пепел стал заменителем Бога…

— Знаешь что, братец, нам с тобой надо бы валить отсюдова. Каждый вечер после заката, которого за тучами не видно, сюда приходит Великий лидер. Отключай эту несчастную и просто бежим… — Бормотал Джейку Лукас, не отрывая изумрудного взора от ужасающего танца Кибер-Плам.

Это город-призрак, это город теней. И здесь тысячи лет не рождалось детей. Этот город забыт Богом и Сатаной. Этот город любим только Смертью одной.

Внезапно ее заклинило на многократном повторении отчаянного куплета, из горла послышался звук битого стекла, словно детали собственного искусственного тела мешали ей. Плам хотела порвать этот силикон, освободиться от мотора и трубок, по которым от него, как по жилам текли вещества-кровь робота.

Это город-призрак, это город теней. И здесь тысячи лет не рождалось детей. Этот город забыт Богом и Сатаной. Этот город любим только Смертью одной.

Она оступилась и, с жестяным грохотом упав на металлический пол, отключилась. Ее шея была неестественно вывернута, а у ее прекрасного тела, облаченного в глянцевый фиолетовый латекс, образовалась масляная лужица, которая при свете искусственных ламп переливалась радужными разводами. Джейк, повидавший уже очень многое, не смог сдержать слез, глядя на это несчастное, когда-то живое, а ныне униженное существо. Феи теперь приравнены к домашним животным, с которыми можно делать абсолютно все. Эльф выключил что-то на затылке у Плам, но тут с лестницы послышалось множественные приближающиеся шаги, и скоро на кухню вбежали Антивита, Холли и Бен. Антивита, переведя дыхание, монотонна проговорила: — Ребята, прячемся или бежим. Великий лидер уже здесь…