why you can't be obedient, like a machine

17.02.2036 - окраина Детройта, особняк Камски Девушка облокачивает ладони о края раковины, стараясь унять нахлынувшее состояние удушения - ее все чаще охватывала беспричинная тревога и потребовалось время, чтобы научится усмирять беспощадные чувства. Она никогда не рассказывала о таких приступах Элайдже, боясь его реакции - размеренный Камски едва ли знал, что такое резко охвативший страх и паника, с которой невозможно справится. Его спутница резко зажмурилась и стиснула зубы в попытке наладить дыхание: Фицрой буквально держалась за бетонную панель, стараясь не упасть и не вызывать лишнего шума. Из под закрытых век плавными беззвучными дорожками потекли слезы - Мирна посмотрела наверх и протяжно выдохнула, растянув губы в бесшумном удушающей полуулыбке: чувство растерянности и уходящей земли из под ног стало такой частой гостьей в их браке, что девушка не знала, с какими словами стоит выйти из ванной в компанию к супругу. Камски же облокотился ладонями о постель и расслабил спину, в ожидании ушедшей и когда дверь уборной совсем осторожно открылась, измученная девушка оперлась о дверной проем, устремив взгляд на мужа: Камски обратил внимание на влажные веки и пунцовые щеки. - Ты нервничаешь, я понимаю, - Элайджа решил первым начать разговор, аккуратно докоснувшись женского плеча, позволяя прижаться к себе - вопреки заготовленным объятиям, Мирна сделала шаг назад и облокотилась о холодную стену, опустив взгляд, - Но ты очаровала всех. - В какой момент наши договоренности стали такими ничтожными? - Почему ты плачешь? - Элайджа опер ладони о поясницу и приподнял подбородок, с высоты роста рассматривая супругу - Мирна же злилась, постукивая кончиками пальцев по глухой поверхности. - Ты дал мне обещание. - Посмотри на меня, - мужчина мягко коснулся кончиками пальцев острого подбородка, на что девушка отмахнулась ладонью и сделала несколько шагов в сторону панорамного окна - он изо всех сил старалась держать себя в руках, не срываясь истошным криком от произошедшего. Несмотря на 6 совместных лет, Элайджа по-прежнему ощущал некую опеку над Мирной - ровно такую же, как и когда женился на юной ассистентке. Он наблюдал за тем, как она огрубела и стала более воинственной - его жена не меньше него могла постоять за себя и Камски невероятно этим гордился: он не испытывал интерес в отношениях, в которых он ощущал безоговорочное главенство. Их брак стер из его памяти запах медовых волос и ее бесконечного числа духов, аромат которых преимущественно составляли фрукты и ягоды - она была его райским садом, о котором он на время забыл. Элайджа наблюдал за изможденной женой и осознавал, что она по-прежнему пахнет спелыми персиками, но в ее глазах отчетливо читалось нежелание его нахождения рядом с ней. Его желание борьбы превратило Мирну, которая источала тепло, в девушку, которая была готова к войне. - Ты ничего не хочешь мне рассказать? - на выдохе произнес Камски, уложив скрещенные руки на груди: он желал молниеносной реакции, но сдерживал искренние намерения, укалываясь о грани максималистского девичьего характера. - Почему ты не можешь оставить меня в покое? - Оставить тебя в покое? - Ты прекрасно справлялся последний год, - девушка смело подняла взгляд на мужа, - К чему наши совместные вечера и твое единоличное решение рассказать обо мне. - Как ты прекрасно научилась у меня так изящно рубить с плеча. - Ты принял решение взвесив факты дольше двух минут? - Достаточно, - мужчина изможденно выдохнул и закрыл глаза, подавляя нарастающий гнев, предательски поселившийся в груди. Я подсознательно ждала несдержанность ладоней на своем горле, но вопреки моей выученной беспомощности, я не боялась своего мужа. Его множественные переменны настроения за последние пару лет научили меня не ждать беспричинного внимания и справляться с тем, что у меня осталось: я, наедине с любовью, которая не была ему нужна. Встретившись с реальностью, ударившей по затылку подобно толстой книжке, мне не удавалось найти причину возникшей злости: невозможность жить как прежде или то, что моя ложь самой себе рассыпалась так же быстро, как испаряется тириум при контакте с воздухом. - Ты хотела перестать прятаться, разве нет? - Камски развел руками, сделав несколько шагов в сторону отвернувшейся супруги, - Закончиться грязь в прессе с идиотскими догадками. - Тебя разве когда-то подобное волновало? - Мирна резко развернулась к мужчине и пожала плечами, - Твое интервью как очередная попытка приструнить меня, - девушка растерянно запустила пальцы в волосы - ее фраза вызвала в Камски бурю негодования, дерзким криком вырвавшийся из груди. - Что значит я неплохо справлялся последний год? - Я до сих пор не могу осознать, изменился ли ты или я никогда не знала, что ты за человек. - Я бываю груб, я признаю, но Мирна, почему ты забыла как мы начали? Его прикосновения, как и слова, отрывистые, тихие, и, мне кажется, сделаны специально. Мой муж собственноручно прописал модель поведения андроида, прошедшего тест Тьюринга - он прекрасно анализирует мои реакции, вплоть до громкости вдоха и тяжести взгляда. - Я не знаю, когда потеряла грань между тем, что сейчас и призрачным прошлым, которого будто у нас не было. - Почему ты до сих пор со мной? - Элайджа ожидал искреннего ответа, но Мирна закрыла глаза, стараясь сбежать внутрь себя от чувств, которые Камски отчаянно вытягивал наружу. - После той ссоры в лаборатории мне не кажется все таким однозначным. - Ты думала уйти? - на заданный вопрос, девушка смиренно промолчала, пряча мимику от дотошного супруга, - Ты слишком самовлюбленна, чтобы увидеть выбор не только для своего блага. Мужчина прошел к постели и расслабленно коснулся мягкости невесомого пледа, приютившего в себе растерявшегося изобретателя: глубокое молчание и не ясность чувств девушки, к удивлению Камски, не вызывали в нем разрушительного гнева и негодования - он напротив был готов к любой ее реакции кроме такой затуманенной неопределенности. Кожа на спине обжигается о холод его измученного дыхания: я знала, что и вправду ни раз задумывалась о разводе, но мне не хватало сил признаться в этом Элайдже. Несомненно, он жаждал моих искренних признаний да и мое нутро, как прежде, невероятно желало утонуть в пустозвучных клятвах, которые я любила произносить, будучи влюбленной в Камски. Ныне я не понимала, что удерживало меня от секундного порыва, но переборов невидимый барьер, старалась вновь заставить себя вернуть что-то из нашего прошлого, коснувшись острых плеч бесчувственного мужа. - Что теперь будет? - Жизнь, которую ты хотела: закрытые мероприятия, поездки - может что-то из этого сделает тебя счастливой. Несмотря на огромные панорамные окна, комната давила бетоном высоких стен, заглушая едва слышные звуки первого этажа: я не слышала ничего кроме звуков наших тел, сквозь край широкого плеча рассматривая убранство спальни. Мягкая ткань платья на спине пропускала тепло родных ладоней - мы молчали, стараясь отыскать то, что разучились говорить. 18.02.2036 - окраина Детройта, особняк Камски Новое гнездо семьи Камски скрывало все звуки, происходившие внутри себя: оправившись от поглощающего сна, Элайджа вслушался в тишину дома, улавливая совсем тихий звук телевизора на первом этаже - он не знал, остался ли в одиночестве или Мирна привычно незаметно пряталась в одной из множества комнат, стараясь заглушить тревогу. После непростого дня его интервью, он запретил взволнованной части их семьи смотреть телевизор на предмет новых слухов, от чего встав с рассветом девушка поспешила к экрану и смартфону, постаравшись встретиться с осколками ее прежней жизни, сотканной из лжи о девушке, которой она не была. Работа в полиции, отношения с братом и ее немногочисленными подругами рушились с появлениями нового статуса, оставляя после себя выжженное поле в котором Мирна чувствовала себя глубоко одинокой. Элайджа спустился на первый этаж, завидев супругу в компании стакана с горячим кофе, забравшейся с ногами на широкое кресло в гостиной - на телеканале KNC действительно мелькал сюжет с их фотографиями, взятыми с презентации WR-400. Мужчина коснулся тонкого терминала, убавив звук практически до минимума, обнажив усталое дыхание супруги, аккуратно ставившей стакан на журнальный стол. - Сколько ты успела посмотреть этой чуши? - Их репортеры отлично копают факты, а твои бывшие подчиненные излишне разговорчивы. - Например? - Мне начать с того, что я твоя подчиненная и экспериментальная модель для WR-400, прототип которой по прежнему стоит за стеклом в Эдеме? - Ты не единственная, кто участвовал в том проекте, - Мирна отвлеклась на нежные прикосновения к коже за ухом и подняла голову. - Или дочь иммигрантов, которую из-за андроидов уволили с работы? - Кому это может быть интересно? - на заданный вопрос девушка тяжело выдохнула, обратив внимание на беззвучный смартфон, на котором вновь горел входящий вызов. - Илай? - Также мама, Джоан, отчим и пара коллег из полиции. - Едва ли хорошей идеей будет остаться в полиции из за повышенного внимания. - Капитан Аллен сказал, что я могу остаться на должности консультанта, работая удаленно, - Мирна потянулась к смартфону и отключила входящий вызов, почувствовав тяжелый взгляд Элайджи, устремленный в экран телевизора. Засыпая вчерашним вечером, мне наивно казалось, что никому не будет дела до неприметной серой мыши забытого изобретателя, уволенного с собственной компании. Вопреки моим надеждам, репортеры находили факты, которые могли меня так ярко описать для кого-то: дочь иммигрантов из Восточной Европы, не слишком хорошо окончившая средний колледж, работающая в Киберлайф на должности старшего ассистента - несомненно, их глазами Элайджа Камски казался мне таким лакомым куском с его состоянием и возможностями. Мне хватило смелости взять трубку от родного брата: Илай был в ярости, упрекая меня в таком длительном молчании и отсутствии уважения к собственной матери, которая, как мне казалось, должна была понимать, что я была связана сколько не собственными желаниями, а брачным контрактом, составленным лучшими юристами. Я не чувствовала вины перед собственной семьей, ведь вправду не хотела делиться деталями личной жизни, особенно последние несколько лет, когда мои отношения с братом сходились на нескольких поздравлениях с праздниками в году и редкими встречами за кофе с его увлекательными рассказами о студентках, которым он любил дурить головы. Может решение Элайджи и вправду станет новой страницей, которая так была нужна нашему браку? - Нас пригласили на мероприятие Киберлайф в честь очередного улучшения для RT-600. - Мне казалось что они все обитают в нашем доме, - Мирна устало выдохнула и поднялась, желая пройти в сторону барной стойки, но была остановлена протянутыми ладонями супруга. - Через две недели, закрытый клуб, твои коллеги с отдела будут там. - Едва ли я в той же роли, что и когда мы ушли из компании. - Дай нам шанс. 07.03.2036 - квартира Элайджи Камски, бизнес-центр города Детройт Элайджа всегда ассоциировался у меня с периодом перехода поздней осени в зиму с ее первыми холодами - его глаза и бледная кожа, так красиво оттеняющая тонкие вены на запястьях вкупе с запахом жженой травы и нотками миндаля. Он одновременно хладнокровный, но согревающе теплый - он обнимает меня в нашей постели и я словно чувствую последние теплые дни ноября, переходящие в безразличный и снежный декабрь, стоит утреннему солнцу осветить комнату. Иногда мне кажется, что время логически завершило свое кольцо и стерло наше прошлое - мой муж заново привыкает к моим прикосновениям, как и я стараюсь наивно доверить ему не только себя, но и право распоряжаться моей жизнью. После интервью мне лучше не выходить из дома - спустя многолетнего периода загадок о личной жизни гения Камски, я оказалась слишком непохожей на людские ожидания. Я ничего о себе не сказала, оказалась не так выразительна внешне и неприлично тиха для телевидения: Элайджа просит меня не просматривать новости, оберегая мое внимания от догадок желтой прессы - кто на самом деле эта белокурая кукла? Капитан Аллен дал распоряжение обращаться ко мне как к консультирующему специалисту по отдельному перечню вопросов. Я работаю на дому, отвечая на интересующие вопросы по телефону и изучая дела на планшете - Элайджа невзначай спрашивает о них. Я не задумываюсь, с какой целью - интерес или очередной способ контроля. 11.03.2036 - Закрытый клуб Мун, район Кэпитал-парк, Детройт Клуб Мун был излюбленным местом для акционеров компании, созданной Элайджей - мы в департаменте как никто это знали, разгребая периодические письма с угрозами от очередных неумелых, в шантаже, их сотрудников с фотографиями нашего руководства. Никому в Детройте и вправду не было дела до сплетен и грязи, сочащейся из под закрытых дверей знаменитого места: узнав о месте проведения мероприятия, я не хотела идти, но мне приходилось выполнить данное обещание перед Элайджей выйти в свет, впервые в качестве официальной спутницы создателя компании. Черное шелковое платье стало таким выгодным холстом для украшений, некогда подаренных моим мужем и похороненных в глухом ящике гардеробной - рассматривая непривычный вид в зеркале, я тосковала по полицейской форме или классическим рубашкам, хранивших мое прошлое от глаз женщины, которой я стала. Несмотря на мою настороженность, Элайджа смаковал этот образ, сидя напротив в беспилотном фургоне, доставлявшем нас к месту мероприятия: его взгляд так жадно впивался в линию моей шеи, обрамленной золотым колье - несмотря на мой дискомфорт от собственного внешнего вида, я была счастлива вновь ощутить себя желанной пусть в роли не самой себя, а красивой куклы, которой я на вечер согласилась стать для гениального изобретателя. Максимально приглушенный свет, скопление акционеров компании, части менеджерского персонала и бесчисленное количество андроидов: кто-то в качестве спутниц пришедших, кто-то в качестве персонала и пустышек для создания красивой картинки места, куда хотела попасть большая часть города. Юная кукла проводит нас к отведенному месту на балконе и я наблюдаю часть своих бывших коллег, стараясь спрятать стыдливый взгляд меж собравшихся и собственного облика, призванного сделать меня кем-то другим - вопреки моему настроению, Элайджа улыбается, прижимая ладонь к моей талии, наслаждаясь трофеем, урванным с собственной компании. - Почему акционеры так смотрят? - Мирна скрещивает руки на груди, облокачиваясь всем телом на спинку бархатного дивана - в клубе громко играет музыка, стараясь заглушить чувства девушки, жаждущей сбежать. - Они узнали что есть второй человек с фамилией Камски, - Элайджа протягивает спутнице бокал с искрящимся напитком - она хмурится и нехотя принимает его, делая небольшой глоток, - Расслабься и насладись тем, что мы вышли из дома, - Камски также сделал глоток и поставил стакан на блестящий стол - его начинал раздражать настрой супруги и мужчина старался отвлечься видом бывших подчиненных и прекрасных кукол, услужливо угождающих создателю. Мы заняли места на балконе, уготовленные для действующих владельцев Киберлайф и их спутниц, большую часть из которых представляли андроиды или девушки, младше меня по возрасту, открыто смотрящие в рты кошельков, пришедших на праздник. Элайджа неспешно здоровался за руку с людьми, отобравшими у него компанию и сдержанно делился дальнейшими планами на свои открытия - я же старалась приветливо улыбаться, играя роль дорогого аксессуара, дополняющего Камски. Один за одним к нам подсаживались люди, которых я прежде видела на квартальных отчетах отделов перед руководством компании: их неискренние комплименты в мою сторону и хвала гениальности разума Элайджи, с их сальными взглядами и красивыми куклами, под заказ сошедшими с конвейера компании, подарившей жизнь, которой я жила. Один бокал виски сменял другой, горячие ладони мужа касались коленей под шелком, непреднамеренно давая понять о причастности к нему: я же рассматривала танцующих и старалась забраться внутрь себя, чувствуя тяжесть колье, подаренного мужем на мой, двадцать четвёртый, день рождение. - Пошла вон, глупая дрянь! - Мирна вздрогнула от истошного крика поодаль от себя и обернулась, увидев упавшую на пол куклу и обезумевшего мужчину в костюме, повторно занесшим руку над беззащитной девушкой - Элайджа ощутил испуг супруги и прикоснулся к ее ладони, призвав остаться на месте, предназначенном для нее спланированным сценарием. - Что она сделала? - Мирна, она кукла. - У нее тириум на лице. - Хочешь сделать ему замечание за то, как он обращается с вещью, за которую заплатил? - в ответ на риторический вопрос, Мирна крепче сжала ладонь Элайджи, наблюдая как миловидная девушка поспешно встала с пола и покинула зону их видимости - после увиденного эпизода, Фицрой ощутила приступ тошноты, подкатившей к горлу. - Мне нужно в уборную. Проходя через толпу андроидов и сотрудников компании, я чувствовала на себе внимательные взгляды, подобные тем, которым я смотрела на красивых кукол на коленях мужчин напротив себя - казалась ли я пришедшим симпатичной вещью, подобной изобретениям Элайджи или меркантильной сукой, отхватившей лучший куш на прошлом месте работы? Уборная была наполнена, по больше части, знакомыми коллегами с отдела, в ответ на мой вид приветливо кивавшими в мою сторону - мне не хватало духу заговорить с кем то после нескольких лет лжи и притворства о моей тайной связи с СЕО компании. Облокотившись о глухую стену уборной, через розовый неоновый свет и клубы табачного дыма, я рассматривала сотрудниц в красивых платьях из моих любимых, в прошлом, масс-маркетов и чувствовала аромат клубничных духов, смешавшихся со стойким запахом табачного дыма, напоминавшего мне о брате и отце, выкуривавшем по паре пачек в день. Я любила момент, когда отец зажигал сигарету - маленькая трубка из бумаги помогала закрыть ему рот, из которого лилось бесконечное нытье на его никчемную жизнь и мать, не остановившейся на одном отпрыске. - Миссис Камски? - темноволосая девушка с собранными кудрями протянула усталой Мирне сигарету и девушка приняла ее, аккуратно сжав между пальцами - Элайджа не переносил табачный дым и вмиг заметил бы появившийся запах. Фицрой благодарно кивнула в ответ и опустила взгляд на сигарету, медленно прокручивая ее между пальцами. Прошлое возникало такой яркой картинкой в сознании - в колледже я около двух лет была отъявленной курильщицей, которую подсадил собственный брат в надежде разделять со мной цену на пачку и ругань от матери. Такой милый жест со стороны незнакомки и тонкая сигарета вызвали во мне приятное тепло воспоминаний из прошлого, не позволяющего впустить в них красок, закурив терпкий табак. В туалетной комнате становилось меньше незнакомцев и я чувствовала острую необходимость вернуться на заготовленное для меня место, рядом с мужчиной, жаждущим всеобщего подчинения. Мой взгляд падает на красивую девушку у огромного зеркала, проводящей помадой по пухлым губам - мне интересно наблюдать за ней, завидуя внутренней свободе, которая обманчиво исходит от блестящей кожи на ее плечах. - Хотите пробник, бесплатно, - утонченная незнакомка неспешно вышагивает в сторону Фицрой и протягивает небольшой семпл с красными кристаллами - узнав известный наркотик, Мирна поднимает взгляд и слабо улыбается. - Не думаю что в моей ситуации уместно. - Вы одна в туалете этой чертовой дыры, может стоит и попробовать. - Красный лед сбывают по космической цене, чтобы раздавать его бесплатно. - Мой начальник толкает вторую партию в двойную цену. - Может не самое лучшее решение толкать наркотики именно мне. - Я не знаю вас, - незнакомка убедительно кивает и Мирна принимает маленький семпл в ладонь, сжав его между пальцами, - Но едва ли кто-то из нас приходит сюда единожды. - Тебе стоит пройти на балкон - денежные мешки с куклами на коленках заплатят тройную цену за семпл. - Класс, хорошего вечера, - незнакомка покидает уборную и Мирна проходит в след, желая вернуться к Элайдже. Ее открытый взгляд и роспись из серебристого глиттера у краешек глаз так убедительно позволяет мне поверить с искусную ложь о том, что я осталась инкогнито - меня не волнует ее осведомленность, скорее успокаивает попытка кого-то показаться в неведении о том, чьей женой я была. - Мирна, наконец то, - Элайджа обнимает жену за талию, и взгляд вернувшейся невольно скользит по нескольким неубранным бокалам на прозрачном столе - девушка кладет голову на плечо, обрамленное острой рубашкой, и раскрывает ладонь с красными кристаллами. - В уборной раздают пробники красного льда, - несмотря на невозмутимость девушки, Элайджа взял семпл и рассмотрел сверкающее содержимое, изможденно выдохнув, - Наркотик с голубой кровью в составе. - Вы видели формулу «Красного льда», младший офицер Фицрой? - Да. - Это кокаин с добавлением тириума 310, - Элайджа увереннее прижимает спутницу к себе, рассматривая в полумраке черты острого лица, - Я не могу нести ответственность за грехи людей, применяющих мои разработки, - Мирна ощутила несдержанный поцелуй на щеке и постаралась скрыть неприязнь от резкого запаха виски и терпкого одеколона, - Тебе правда есть дело до слабохарактерных наркоманов, употребляющих красный лёд? Было ли мне дело как девушки, которая в прошлом видела на себе взгляд любящего мужчины, одурманенного известными кристаллами? - Ты никогда не жил в бедных районах Детройта и не знаешь, к чему прибегают люди, чтобы не видеть своих проблем. - Думаешь у меня никогда их не было? - Ты выбрал путь избавления от своего гнева на других, а не запрещённые вещества. К нам подсаживается высокий светловолосый мужчина - мне кажется, я видела его раньше в отделе Разработки: Элайджа увлеченно рассказывает ему о нюансах проекта, в то время как я стараюсь рассмотреть толпу танцующих сотрудников этажом ниже. В полумраке прокуренного клуба, мне не удается четко разделить людей и андроидов - их образы в искрящихся платьях и высоких каблуках сливаются воедино в картину, частью которой я не могу стать. Громкая музыка практически заглушала гул из моих собственных мыслей, крутящихся вокруг представлений о нашем возможном будущем: мне было тяжело представить, какая жизнь была уготовлена мне после интервью Элайджи. Наивная часть меня до сих пор тешила себя надеждой о том, что я обладала неяркой внешностью, которая могла бы помочь в обыденных желаниях и привычках, вроде визитов винного бутика и пекарни напротив нашей прошлой квартиры. Другая часть моего нутра была склонна все утрировать и готовится к худшему, от того я готовилась к тому, что застыну прекрасной куклой, разодетой в богатый шелк, рядом с мужем, забывшем о нашем прошлом. Он ведет меня за руку через толпу собравшихся: я же стараюсь опустить голову и внимательнее следить за почвой под ногами, переступая высокими туфлями по скользкому полу в поглощающем желании быстрее оказаться в беспилотном фургоне, увозящем наши тела далеко от Детройта, в гавань, где едва ли я была так же свободна как сейчас. На подземной темной парковке, Элайджа открывает передо мной дверь автомобиля и после непривычно садится рядом, после закрытия двери расстегнув пару пуговиц на тугом вороте белоснежной рубашки: мы практически никогда не делили заднее сидение с того самого дня, как переехали. В автомобиле темно и я настраиваю себя на долгую поездку за город в особняк, рассматривая огни ночного города, в который так хотела вернуться - Детройт же дружественно улыбался светом из жилых окон и вывесками с рекламой Киберлайф, с лицами андроидов, населяющих наш особняк. Элайджа устало выдыхает и заносит руку над моими плечами, прижимая к себе - я же покорно опускаюсь ниже, чувствуя щекой тепло крепкой груди и прикосновения тонких пальцев, перебирающих шелк платья. - Какая же ты красивая, Мирна, - мужчина облокачивается лицом о медовые локоны, прикрывая веки от усталости: Элайджа не чувствовал запаха табака, смешавшегося с духами, поглаживая кожу у лямок платья, - Ты встретила кого-то из коллег своего отдела? - В уборной, так, перекинулись взглядом, - девушка протянула ладонь к острым скулами, коснувшись короткой щетины на щеках, ощутив размеренное дыхание на кончиках пальцев, - Тебе удалось что-то обсудить? Огни удаляющегося Детройта как сотня глаз помогают мне рассмотреть нас со стороны: текущий момент грубыми ножницами отрезает наше настоящее от прошлого, сохранившего в себе мужчину и девушку, которыми мы встретились. Блеск белого золота на моей шее отражался в серых глазах Элайджи, обнажая мне тех, кем мы стали: этой ночью я должна была смиренно принять тех, кто заменил нас обоих. Нежная влюбленность юной ассистентки в своего СЕО покидала нашу жизнь, оставляя мне на обозрение мужчину, поглощенного поединком за возвращение собственной власти, и меня, подобной пластиковой кукле, покорно рассматривавшей происходящую кровавую бойню без намека на собственную волю. Чувствуя расслабление дыхание в собственных волосах, я молчаливо улыбалась любящему меня мужчине, чувствуя необходимость привыкнуть к тем, каким он стал. Когда я привыкну жить так - все станет как прежде. 22.03.2036 - окраина Детройта, особняк Камски Элайджа не знает о моих изменах и я стараюсь тщательно стереть их из памяти, оправдывая себя как потерпевшую от режущего безразличия моего мужа. Его пальцы жадно забираются меж волнистых прядей - он еле ощутимо гладит мою голову, не произнося ни слова: он ровно так же погружен в собственные мысли как и я. Мое прошлое дотла сжигает меня изнутри и я стараюсь потушить его мыслями о грехах возвышенного Камски, в момент когда его губы отрываются от моих, в моих мыслях звучит лишь один вопрос: изменял ли мой муж мне? Может такими размышлениями я стараюсь принизить собственные грехи - мне легче думать о том, что в наших шкафах достаточно скелетов, которые мы скрываем с непростых периодов наших отношений. Элайджа никогда не интересовался, в какой мере и глубине я знакома с устройством андроидов - я не спрашивала, знает ли он. Мне было бы достаточно взять одну из наших бестолковых многочисленных нимф и посмотреть историю ее обновлений - проходила ли она процесс стирания памяти. Едва ли мой муж настолько беспокоился бы об этом - мне стоит задать ей вопрос и машина будет не вправе солгать. Я смотрю в ее пустые голубые глаза - она действительно просто пластиковая кукла, созданная для того, чтобы мой муж ощущал себя кем-то в их молчаливом присутствии. Не потому, что Элайджа так сильно любит меня и безукоризненно следует обещаниям, данным в момент принятия мной фамилии Камски. Ему необходимо чтобы его любили глубоко и прикаяно. Он наслаждается не моментом прикосновений или произнесенными словами о моих чувствах - ему нравится ощущать как я бессловесно предана. Элайджа любит чинить что-то сломанное - может от того ему приятно было сломать меня в прошлом, чтобы сейчас вновь заглаживать вину, ощущая как я жадно впилась в сахарную кость после долгой голодовки? 25.03.2036 - окраина Детройта, особняк Камски Я сегодня проснулась от его легких прикосновений к ногам - Элайджа сидел на краю кровати и свободной рукой касался моих ступней, расслаблено запутанных в легкости простыни. Его глаза блуждали по простору огромной спальни и ее монохромным стенам, а мысли явно увели его слишком глубоко. Глубоко настолько, что кончики пальцев прикоснулись к моим лодыжкам, невольно пробудив меня от сна. Мне сложно сдержать улыбку - он все чаще смотрит на меня по утрам и позже молча уходит в лабораторию, оставляя мысли нового дня наедине со мной. Мы такие, как я себе представляла: более уверенные друг в друге, размеренные, но в предельно чувственные - Элайджа как никто знает меня, ровным счетом как и я, наизусть изучила его. Мы стали семьей, о которой он говорил в интервью. Я искренне улыбаюсь, наблюдая как кофе наполняет его любимую чашку - все будто растворится, стоит создателю щелкнуть пальцами. Элайджа хаотично вышагивает по мягкому ковру гостиной - если бы к его ступням привязать тюбик с маслом, вероятно получилась неплохая абстракция: я аккуратно выхватываю пустую чашку из его ладоней, не отвлекая от телефонного разговора. На часах раннее утро - усталость на бледном лице и нервные ноты голоса дают мне понять, что едва ли сон моего мужа превысил привычные несколько часов. Чашка отправляется в раковину, а я же пытаюсь отыскать на просторной кухне терминал, чтобы выключить докучающий телевизор с новостями. В процессе разговора Элайджа подходит ближе, едва ощутимо касаясь губами лба - от него пахнет горьким кофе и сладкими фруктами, которые он успех вырвать меж дел в качестве завтрака. - Вечером мы идем в Мун, - мужчина кладет прозрачный телефон на стол и делает глоток из высоко стакана с кофе, приготовленного девушкой для себя, - Хлоя забрала твои платья из химчистки. - Мы резервировали стол в Наре, - Мирна хмурится, наблюдая за супругом, кривящимся от ощущения кофе с молоком на губах. - Мне нужно встретится с акционерами - мы можем перенести твою любимую Нару на следующую неделю. - Правда, - девушка протяжённо выдохнула - ее не радовала перспектива очередного похода в клуб, который она ненавидела, - Ты не хочешь стать резидентом этого, Богом забытого места, где твои акционеры спят с куклами и тратят деньги компании, которую ты создал? - Если я хочу сохранять влияние на Киберлайф, мне нужно быть в курсе дел, - подобно жене Камски скрестил руки на груди и высокомерно поднял подбородок, рассматривая изменившиеся выражение ее лица. - Тебе нужно что-то кроме влияния? - Может ты наконец откроешь глаза и отрезвеешь от сказок, в которых тебе нравится жить? - Элайджа сжал губы, постаравшись усмирить взвинченный тон, - Мне казалось ты догадывалась, что бремя моей жены несет последствия. - Шесть лет загадка какой женой мне предстало быть, чтобы ты оставался доволен, - Мирна не пожелала оставаться в открытой конфронтации и прошла в сторону панорамного окна, отвлекая себя видом, видневшегося из за тумана, Детройта - она отвыкала от разговоров на повышенных тонах и предпочитала заканчивать их раньше, чем они перерастали в крик. - Ты не привыкла ни за что бороться - сразу прячешься как что-то выходит за рамки твоего комфорта, - Элайджа нервно выдохнул, поправив рукава плотной водолазки, - Я не намерен молчаливо ждать, когда мне вернут то, что создал. Правда так нещадно прошлась по горлу - я и вправду привыкла приспосабливаться, нежели бороться. Попытка борьбы однажды разлилась голубой кровью по моей коже и тем ударом о металлический стол. - При чем здесь я, сидящая как дорогой подарок среди вцепившихся в твою компанию? - Ты нужна мне рядом и я надеюсь, ты умеришь пыл своего эгоизма, - Элайджа подошел ближе к супруге в желании рассмотреть ее реакцию, отвернутую в сторону озера, - Насладись жизнью, которой ты так хотела от меня. - Тебе нравится наша жизнь? - Мне нравится, когда ты рядом в красивом платье, пока я пытаюсь вернуть то, что для меня важно. - Может лучше бы ему исчезнуть неумелыми руками идиотов, которые сидят с нами в Муне, - Мирна нервно сжала ладони между собой, рассматривая сплетение собственных рук - это ощущение безысходности от андроидов зрело месяцами в ее сознании, наблюдавшем за вещдоками в полиции и юными куклами, услужливо терпящих прихоти жестоких обладателей. - Едва ли тебя смущала этическая сторона, когда ты скрывала последствия в отделе Управления Репутацией, - Элайджа прикоснулся к линии острого лица в желании обратить заплутавшее внимание, - Они не чувствуют боли и их травмы стираются с одного запуска команды в строке. - Справедливо ли мириться с тем, что ты можешь купить себе кого-то в картонной упаковке как молоко в супермаркете? Элайджа протянул руку, приглашая супругу сесть рядом с ним на софу - Мирна забралась с ногами на узкий диван: мужчина старался подавить, подкатившее в горлу, нежелание разговора, но хотел раз и навсегда закрыть вопрос, вызывающий в Мирне огромное количество эмпатии к андроидам. - Ты никогда не умела видеть множество граней, ограничиваясь точкой зрения, которая тебе кажется правильной. - Как и не у всего, что ты создал, есть положительная сторона. - Что ты хочешь обсудить? - Только у Киберлайф есть патент на изготовление Тириума 310? - Да, - мужчина уверенно кивнул. - Как дилеры изготавливают красный лед? - Мне было двадцать, когда я изобрел тириум и ты правда думаешь, кто-то не смог повторить мою формулу? - Почему Киберлайф не ищет изготовителей? - Мы найдем кто незаконно его производит, - мужчина облокотился о спинку дивана, одновременно поглаживая тонкую кожу на женском запястье, - После тириум начнет пропадать с наших складов, в лучшем случае, а в ином участятся кражи андроидов с целью получения голубой крови. - А что с куклами в Муне? - Если покупатель не может ударить куклу, почему андроиды могут работать на опасных производствах? - Элайджа сопровождал свои вопросы изящными жестами, разрезающими воздух широкой ладонью, - Ты же не веришь в наличие сознание у кофемашины, которой каждый день пользуешься. - Ты не поднимаешь руку на Хлою, когда она приносит тебе не ту рубашку. - Наличие лица и имитация эмоций не делает ее живой, - Элайджа притянулся ближе к супруге и аккуратно коснулся губами холодного лба, после оставив супругу в одиночестве, - Может лучше кто-то ударит куклу, нежели собственного ребёнка? Аккуратное прикосновение к моей голове заставляет мне почувствовать себя тем самым ребенком, который обычно докучает родителям с вопросами в духе «почему небо синее» или «почему я не могу питаться только шоколадными батончиками» - Элайджа никогда не воспринимал поднятую тему в серьез: отчасти я его понимала, ведь едва ли ты одушевляешь то, что под твоим руководством сошло с конвейера. Размышляя о человечности кукол, я не могла ответить сама себе на вопрос о моем изменившемся мнении: была ли тому виной работа в полиций или ежедневное наблюдение за юными нимфами, угождающими создателю. Моя семья ненавидела андроидов - отчим, как и мама, потеряли работу из-за того что руководство предпочитало услужливых роботов, не требующих заработной платы. Мы не были исключением или разовым случаем: после выпуска первого андроида в стране безработица росла в геометрической прогрессии, но вопреки гневным высказываниям отчима о куклах, я скорее относилась к ним как к очередному этапу прогресса и тому, к чему необходимо было привыкать. 11.04.2036 - Ресторан Нара, район Вест Сайд, Детройт - Решил, что тебе понравится, - Элайджа улыбается, рассматривая растерянную девушку, открывающую бархатную коробку - мужчина не часто бездумно пролистывал телефон, но контекстная реклама редкой керамики привлекла его внимание. - Ваза? - Трещинки на глазури называются кракле - довольно привычная вещь для Японии, - мужчина поджал губы, наблюдая за растерянной реакцией супруги, - Хороший повод чаще заказывать цветы. - Очень красиво, правда, - Мирна улыбнулась, вернув дорогую вещь в коробку из красного бархата, призванную похоронить в себе подарок, как и остальные сюрпризы, которыми Камски стремился показать свое внимание. Едва ли мой супруг правда думал что я, выросшая в пригороде, знала про кракле - к чему вообще дарят вазы? Последние недели мы практически проводили в Муне - моя психика старалась превратить ненавистные события в игру, и каждый раз наряжаясь в клуб, я представляла себя кем-то другим. Женщина, смотревшая на меня с зеркала в момент, когда на шее защёлкивалось очередное колье или Элайджа помогал застегнуть молнию на спине. Женщина, которая всегда подводила глаза и красила губы, и в отличии от меня, смиренно молчала, слушая разговоры мужа о будущем его компании - бездействуя при виде власти, поглощающей Камски и жестокости к куклам, я предпочитала винить ту часть себя, личину которой я вытаскивала наружу, переступая порог клуба. Может в чем-то я оказалась права: наша жизнь и вправду стала налаживаться или мне искреннее хотелось так думать. Каждый раз Элайджа устало облокачивался щекой о мои волосы, стоило нам после клуба сесть в беспилотный фургон - я чувствовала запах табачного дыма, исходящий от ткани рубашки, и его размеренное дыхание, ощущая себя последним пристанищем изможденного Камски. Мы всегда ехали в тишине: дорога от Муна до особняка занимала около получаса по ночным дорогам, и эти тридцать минут нещадно заполняли пустоту, возникшую в наших отношениях. Я же рассматривала блеск колец на собственных пальцах, осознавая истину, которая жгла в самой глубине: Элайджа был искренне счастлив с женщиной, которой я притворялась. В некоторые моменты нашей жизни, мое сознание заставляло влюбиться в саму себя: с нежным шелком на теле и белом золоте, которое до последних месяцев ни разу не надевала - я смотрела на себя через призму ледяных голубых глаз мужчины, восхищенно рассматривающего мой образ в стенах душных клубов. Ему понравилось дарить мне подарки - хорошо, что большую часть из этого акта может сделать Хлоя: от моего мужа требовалось лишь поставить утвердительную галочку на планшете и дать доступ к данным карты. Раз за разом открывая красивые бархатные коробки, я показательно улыбалась, стараясь выдавить радость, но после оказавшись одной в ванной нашей спальни, я рассматривала саму себя, чувствуя зудящее одиночество. Мне все чаще казалось, что обнаженное тело, отражающееся в зеркале, принадлежало не мне, а женщине, которой удалось по-настоящему стать Камски. Оглядываясь в наше прошлое, в котором я так хотела укрепления нашей семьи, мне было не ясно, что изменилось: душила ли меня власть и внимание Элайджи или я никогда не была готова к жизни, уготованной с создателем андроидов. 21.02.2039 - Окружной суд округа Детройт - Как изменилась ваша жизнь, после огласки отношений, миссис Камски? - Я перешла на удаленное консультирование в Полиции, меня не лишили звания с доброй руки моего руководителя, - Мирна облокотилась о спинку кресла, перекинув ногу на ногу - она старалась подавить воспоминания, отвечая сухими фактами, призванными скрыть ее подлинные эмоции, - Мы стали посещать официальные мероприятия, которые устраивала компания Элайджи, ходить на ужин в красивые места, не знаю, - девушка тяжело выдохнула, - Жить праздной жизнью, которой я прежде никогда не жила. - Вам нравился ваш новый статус? - Я не могу ответить на поставленный вопрос. - Мирна со смиренным терпением принимала необходимость посещать мероприятия, за что я искренне был ей благодарен, - Камски облокотил локти о письменный стол, невольно поправив края вздыбившейся рубашки - он с искренним удовольствием помнил то время, в котором они были так искусственно счастливы. Вспоминая тот период жизни, я помнила только нарочито показную часть себя: то, что было после, практически стерло воспоминания о моих истинных чувствах, оставив яркие образы в виде золотисто-бежевых платьев и бесчисленного количество бокалов игристого. Иногда я вспоминала уставшее лицо Элайджи, когда с меня в очередной раз случайно слетала маска, оголяя неприглядную тревогу на моем лице, вызывающую желание резко покинуть Мун, швырнув остатки из бокала в лицам сидящих напротив. Тот период научил меня дрессировать собственную несдержанность - ведь кто-то в нашем браке был вынужден это делать. - Миссис Камски, вам нравилась ваша новая жизнь? - Мне не с чем было ее сравнивать, - девушка пожала плечами, - Мне нравилось наблюдать как между нами все налаживалось. - Мистер Камски, почему вы не посоветовались с женой перед тем, как придавать ее персону общественной огласке? - Мирна дала мне понять, как ей нужна активная и открытая жизнь - я ей ее дал, - Элайджа высокомерно скривил губы, - То, что эта жизнь оказалась далека от ее представлений - не моя вина. - Я хотела совместного будущего, а не сидеть с тобой в Муне, развлекая своим видом людей, отобравших твою компанию, - Мирна разгневанно повысила голос, на что мужчина приподнял голову, отбросив карандаш в сторону. - Я перестал после нескольких раз брать тебя в Мун, поэтому не поднимай эту тему в очередной раз, - Элайджа отрешенно отвернул взгляд в сторону и сомкнул веки, стараясь сохранить самообладание, - Я не виноват, что тебе не хватало смелости оказаться честной, а не молчаливо врать, позволяя мне поверить в твою поддержку. - Едва ли кому то понравилось бы преданно ждать тебя с клуба, где весь Детройт знал что происходит. - Если бы я развлекался с куклами, ты бы стерпела, стоило мне продолжать поощрять твой нескончаемый эгоизм, - Камски несдержанно ткнул указательным пальцем в сторону супруги, устремив на нее внимательный взгляд, - Извини, что я предпочитал уезжать один, только не смотреть на твое несчастное лицо. - Простите, что прерываю ваше выяснение отношений, но последний вопрос, касаемо поднятой темы, - Алана уверенно подалась вперед в сторону подзащитной, облокотившись о письменный стол, - Миссис Камски, ваш муж пользовался вами или вашим образом для собственных целей, связанных с компанией Киберлайф? - Миссис Камски не имеет права отвечать на вопросы, связанные с компанией, согласно приложению к брачному договору, - вмешался адвокат Камски и на прозвучавшую фразу Элайджа несдержанно усмехнулся - он искренне не помнил, что они подписали практически десять лет назад. Меня никогда не интересовали хитросплетения договоров, соглашений и прочего, что я подписывала в период работы в Киберлайф и будучи девушкой ее основателя - в компании практически ничего нельзя было разглашать, от того проще было на свидании в баре не упоминать о месте работы. Будучи до одури влюбленной в Элайджу, я не читала брачный договор и приложение в нескольких страницах - наш брак стер все мое окружение, избавив меня от проблемы охраны секретов компании моего мужа и скелетов в шкафу изобретателя, которого я любила. Размышляя над заданным вопросом моего адвоката, у меня не было на него ответа - зачем Элайджа предпочитал таскать меня в Мун и на открытые мероприятия: было ли в его жесте желание подарить мне жизнь, которую я хотела, необходимая ему поддержка или что-то большее. В тот период своей жизни я старалась заставить себя поверить в то, что он правда любил меня, отбросив шелковые платья, реки из игристого и мою улыбку, за которой я скрывала бесконечное желание быть необходимой.