why you can't be obedient, like a machine

22.01.2036 - центр города Детройт Его длинные пальцы осторожно касаются моих волос и я закрываю глаза, стараясь до последнего ухватится взглядом за согревающий взгляд, блуждающий по чертам моего лица. Мы непривычно молчим: мне кажется, я слышу его дыхание, но это не более чем самовнушение от воспоминаний, нахлынувших разом. Наряду с тихим шепотом, который окутывает мой слух несмотря на неподвижность пухлых губ, обоняние цепляется за знакомые запахи, вырванные явно из иных моментов моей жизни: терпкий аромат розмарина и нежных лепестков шиповника, растущих за домом у родителей в доме, где нас с ним никогда не было. Я кладу руки на острые ключицы, выглядывающие из тонкой футболки с названием компании, которую он создал, наблюдая как губы растянулись в непривычно искренней улыбке - она так глубоко согревает мое нутро, дающая надежду на то, что он по прежнему мог любить меня. Наше взаимодействия до неприличия плавное и отработанное: будто бы он улавливает мое настроение, касаясь там, где я совершенно забыла ощущение ласки - мягкие губы неспешно обхватывают тонкую кожу на шее и я стараюсь до последнего не закрывать глаза, ухватываясь пальцами за кончики распущенных каштановых волос. Мне только остается нашептывать любимое имя на ухо, смакуя переход от буквы «а» к букве «й» - несмотря на руины отношений, оставшиеся между нами, звук его имени вызывает такой приятный трепет, по которому я истосковалась. Мне неожиданно хочется отвлечься от нашей ласки, прикоснувшись к поверхности, приютившей нас: мокрая трава охлаждала кончики пальцев, ощущаясь непривычно реалистично, практически так же, как в детстве в лесу за отцовским домом. Несмотря на то, что мой разум так предательски отсылает меня в отчий дом, меня согревает окутывающее чувство безопасности, наряду с запахом весенних трав и дыханием мужчины, любившим меня. Его ладони обвивают талию, заставляя пересесть к себе на руки - некогда любимая поза моего мужа, в которой мы проводили вечера в квартире, оставленной нами в попытках начать новую жизнь в особняке, не ставшим нашим домом. Я покорно устраиваюсь на коленях, не сдерживая желания поцеловать его: едва ли я вспомню, когда мы неспешно целовались в последний раз. Долгий брак стирает такой трепетный момент из жизни - несдержанные поцелуи удел любовников или юных подростков. Элайджа касается меня в ответ, обхватывая мою нижнюю губу своими - его кожа податливо мягкая и нежная, и вопреки осознанию нереальности происходящего, я сосредотачиваюсь на губах, ощущения от которых стерлись из моей памяти. Мне не хочется выпускать пальцы из длинных волос - я помню прикосновения к ним с первого дня нашей совместной работы и невольно стараюсь прижаться крепче: у меня из памяти окончательно стирается осознание того, что все это имитация. Мирна слышит ненавязчивый звук оборудования - он нарушает создавшуюся тишину и также моментально прекращается, стоит девушке снять с лица прозрачные очки. Камски жмурится, стараясь привыкнуть к яркому неестественному свету неуютной комнаты и андроиду, полулежа наблюдающим за ней - он знает, что она не любит разговаривать. Младший офицер в спешке прикладывает карту к светящемуся датчику у выхода и накидывает на плечи пальто, стараясь найти наиболее короткий пусть из неонового здания. После создания андроидов, грань между тем, что можно считать изменой или предательством истончилась окончательно - как и я не могу уловить ее в те моменты, когда вхожу в дом и вижу взгляд своего мужа, в котором застыли эмоции, не сменяющиеся несколько месяцев. После нашей совместной работы над WR-400, компания Элайджи не остановилась в разработках: их новое изобретение позволяет воссоздать картинку сугубо из воспоминаний и чувств, испытываемых в тот момент. Первые несколько симуляций показали несостоятельность идеи для человека с таким отвлеченным вниманием, как у меня - мои встречи с прошлым не были похожи на те моменты, которые я старалась вспомнить, перемешиваясь с чувствами и воспоминаниями о том, что некогда вызывало у меня чувство безопасности. Я ни разу не произносила эту мысль настолько структурировано, стараясь спрятаться от нее: я ходила в клуб "Эдем" чтобы встретится с Элайджей, который остался в моих воспоминаниях и запахе травяного одеколона, пропитавшим вещи в нашей первой квартире. Наблюдая за серыми глазами и искренней улыбкой, которую я видела на его лице лишь несколько раз, она смешивалась с запахами сада отчего дома и ощущениями леса, в котором мы практически выросли с Илаем. Будучи детьми, мы все лето проводили на полях, усеянных полевыми цветами: мне в память так намертво врезался летний сон на коленях старшего брата, окутанный медовым ароматом душицы и луговой травы. Наряду с попыткой отвлечься от жизни, окружавшей меня, мне было интересно наблюдать за собственными ощущениями: подсознание так предательски выстраивало убежище от жесткого мужа, ожидавшего меня в стенах безжизненного каменного дома. Впервые я вышла из клуба с накатившей панической тревогой: симуляция выглядела настолько реалистично, что вернувшись домой, я смотрела на Элайджу в странной попытке осознать реальность происходящего вокруг меня. В ту ночь я пообещала себе окончить не начавшийся круг моих измен, но в очередной раз оказываясь в машине, призванном отвезти меня в особняк, я указывала адрес клуба, в желании получить сладкую порцию эндорфинов, вызывающих забвение от реальности, которую я ненавидела. У меня нет идей касаемо исхода в случае информированности моего мужа: почувствует ли он охвативший гнев от предательства или вовсе ничего, отпустив ироничную шутку касаемо того, что могла представлять его глупая жена. Каждый вечер я застаю его в гостиной, будто Бога, окруженного преданными нимфами - может от того моя тайна не вызывает во мне чувство предательства, представляясь одним из секретов, хранимых супругами друг от друга. Я соврала Элайдже об очередном дежурстве в отделе, проведя выходной день наедине с жизнью, которую я выстроила из лжи самой себе: мой привычный выходной, о котором не знал мой муж, проходил в нашей первой квартире, после в любимой кофейне, и оканчивался лаской мужчины, которого я заперла в своих воспоминаниях. Неожиданно для себя, я уподобилась настроению Камски, навеянному изменениями в нашей жизни, избавившись от длины локонов, лелеемых моим прошлым мужем. Их по прежнему любил и Элайджа, но мне неожиданно стало глубоко плевать, что любило мерзкое существо в теле человека, встретившего меня. Рассматривая себя в отражении светящего зеркала, я скользила взглядом по кончикам волос, спадающих на форменную рубашку и бейдж младшего офицера полиции - моя нескончаемая ложь создавала картинку, в которой я не чувствовала бремени Камски, сжавшей кожу кандалами на лодыжках. Привычно возвращаясь за полночь с работы, мне предстояла встреча с огромным портретом в холле нашего дома и попыткой отмахнуться от внимательного взгляда: Элайджа все чаще возвращался на ночь в нашу спальню, осторожным движением прикасаясь моей кожи в момент, когда я притворялась спящей. После лаборатории в привычную рутину крепко вцепилось чувство страха: трусливой ассистентке внутри меня было легче выстроить фальшивую жизнь, нежели осознать правду, окружившую меня из-за подписей в брачном контракте и клятв, данных создателю андроидов. Мужчина расслаблено покручивал граненный стакан с виски в длинных пальцах: вихрь напитка отвлекал его от мыслей, наряду с видом на ледяное озеро, освещенное мягко горящими диодами на гранях особняка. Камски привык к окружающей его тишине, забиравшейся в самые отдаленные уголки сознания - наблюдая за ледяными глыбами за окном, он вспоминал о прошлом, так резко переменившим курс жизни в настоящее, отравленное ненавистью и непониманием. Его жена избавилась от наивного и смущенного взгляда, обретя отрешенность и закрытость поглотившего ее одиночества, несмотря на попытки в очередной раз прикоснуться друг к другу на белоснежной простыни. Поглощающий вакуум тишины разразился хлопком закрытой двери, ведущей к просторному холлу - Элайджа вмиг поднялся с кресла, заметив супругу в строгой форме, сбрасывающей теплое пальто в ладони белокурой куклы. - Ты поздно, - мужчина слабо улыбнулся, поставив опустошенный бокал на журнальный стол - первые несколько секунд девушка не оборачивалась на супруга, изящным движением освобождая тонкую шею от теплого шарфа. - Мы зашли перекусить, - Мирна легким движением забрала бокал с поверхности, поставив в раковину - кончики белокурых волос скользнули за ворот полицейской рубашки, привлекая внимание мужчины, старавшегося подступится с равнодушной жене. - С капитаном Алленом? - С Амандой, - Мирна повернула голову в сторону мужа, встретившись с глазами, изучающими ее образ - девушка не сразу вспомнила о причине его пристального внимания к изменившейся внешности. Камски неспешно подходит к жене, наблюдая за ней с высоты роста - Мирна же привычно отворачивает голову, чувствуя аккуратные прикосновения к кончикам остриженных волос: неожиданные изменения вызывают на лице мужчины искреннюю улыбку, наряду со взглядом, изучающим ее облик. Колкость высокого воротника формы окутывает горло и Элайджа расстегивает маленькие пуговицы, ослабляя воротник - Мирна по инерции ухватывает его ладонь за запястье. - Ты выглядишь взволнованной. - Я после смены и хочу пойти спать, - девушка устало кивает, отводя глаза на пластиковую куклу, наблюдающую за неуместной нежностью. - Разделишь со мной ванную? - Может в другой раз. - Ты знаешь, как мне тяжело просить дважды, - вопреки настойчивости фразы, голос создателя окутывал давно забытой лаской нежного шепота, непривычного для настороженной супруги. - Может иногда стоит переступать через свое эго. В его глазах сквозь лёд и невыносимых холод я разглядела Элайджу, за которого я вышла замуж - мне хочется всеми силами ухватить его за руку и вытащить наружу, заменив самовлюбленного мужчину, обитавшего в нашем доме. Вопреки нежеланию находится рядом с ним, мне нужно дать шанс нашим заблудшим душам, кротко кивнув на прозвучавшее предложение, хоть мне и странно увидеть внимание Элайджи к себе в тот момент, когда мы нашли баланс в жизни друг без друга. Ко мне вернулась бессонница, прекратившаяся после переезда в квартиру моего будущего супруга - она не волнует меня, позволяя привыкнуть к своей новой роли суки, живущей в особняке по праву второй фамилии. - Аккуратнее, - Элайджа осторожно обнимает маленькую ладонь, наблюдая за тем, как ступни касаются водной глади - на ощущение обволакивающей воды, Мирна неловко улыбается, поддаваясь волнению от происходящего момента. - Мне кажется мы лежали в ней только когда переехали, - девушка облокачивает спину о торс супруга и закрывает глаза, чувствуя тепло рук и неловкость ситуации, возникшей между их душами - вопреки настроению Мирны, у Элайджи замерло дыхание от трепетного момента, возвращающего их в прошлое. - Не только ванная стала местом, так и не приютившем нас. - Может особняк никогда не станет нашим домом? - Может когда-то ты дашь ему шанс, Мирна. - Почему Мирна? - ассистентка рассматривает впадинку над пухлыми губами, стараясь сосредоточится на непривычной нежности спутника, - Практически ни разу за шесть лет как то ласково. - С того момента как я прочел твое имя в контракте на разработку, - Элайджа улыбнулся, расслабленно отпустив разум за течением нежных воспоминаний, - Там была твоя фотография в белой рубашке и испуганным взглядом, которым ты смотрела на меня в первую встречу. Будто немеют ступни - вода обжигает сильнее, чем есть на самом деле: во мне горит мое чувство стыда и предательства, в котором я стараюсь оправдать себя как потерпевшую, а не осужденную. Непреднамеренно жду, когда мой муж привычно схватит меня за горло, но его прикосновения слишком плавные и мягкие, что мешает мне найти повод сбежать и спрятаться в спальне, чувствуя привычное тошнотворное чувство. Вода так мягко двигается в такт наших легких и неспешного течения широких ладоней, скользящих по моему животу - длинные пальцы переплетаются между собой под моей грудью, наполняя пространство под ребрами чувствами, которые я переставала испытывать. Элайджа чувствовал кроткое дыхание супруги, старавшейся подавить в себе нарастающее давление: мужчина же пытался не замечать ее эмоций, наслаждаясь моментом, вырванным из их нежного прошлого. Практически три недели после жестокой ссоры в лаборатории, его щебетавшая птица позволила быть пойманной и Элайдже хотелось насладится ее вниманием, на несколько минут забыв о сжигающем чувстве вины. После их ссоры, Камски не забывал о причиненной им боли и старался проводить время в отшельничестве, позволив себе проанализировать такое едкое чувство гнева и желания причинить боль. За время их одиночества, Элайджа старался разобраться в множестве мыслей в попытке понять, что ему стоило делать дальше. - Прости меня. - Мы оба вели себя не так, как стоило бы, - девушка ощутила как извинение Элайджи болезненной иглой вырвалось из глубины легких, забрав практически все дыхание - Мирна решила не подливать масло в огонь непримиримой обиды, чувствуя стыд, сочившийся с любимых губ. - Я переступил черту, - Камски изможденно выдохнул, почувствовав аккуратные прикосновения к похолодевшим запястьям - вопреки ожиданию ее гнева, девушка старалась молчаливо передать сквозь прикосновения глубокое чувство всепрощения. - Нам стоит жить дальше. - Расслабься. Обоняние улавливает приторный запах зимних ягод - в такт нарастающему аромату, ладони Элайджи плавно скользят по моим плечам, позволяя ощутить тонкую мыльную пленку между собственной кожей и теплыми пальцами. С каждой минутой мне кажется, что в следующий момент я проснусь в холодном поту посреди ночи в опустевшей спальне и мне нужно убедится в том, что я действительно чувствую прикосновения Элайджи, а не отрывки воспоминаний, которые выстраивает сознание. Открыв глаза, через приглушенный свет ванной, я стараюсь рассмотреть глухие стены, отвлекаясь от собственного тела - в последний период нашей жизни, чувствуя грубость, я привыкла ненавидеть отражение в зеркале. Может так мне было легче принять произошедшие перемены - тело девушки, лежавшей в ванной с любимым мужем, казалось мне другим и я чувствовала себя сторонним наблюдателем, видящим ласку, которую не должна была. Та, кем я стала, старалась спрятать себя в ворохе дешевых простыней мерзкого клуба с андроидами, помогающими мне ощутить реальность картинок из собственных воспоминаний. Может я всегда любила себя через взгляд человека, смотрящего на меня через стекло комнаты звукозаписи? - Над чем ты работаешь в лаборатории? - Над развитием эмпатии у андроидов, - Элайджа начал рассказ и спустя несколько минут увидел, как Мирна аккуратно спустилась ниже, практически погрузив голову в воду - вопреки ее жесту, он продолжил рассказ, неспешными движениями поглаживая острые плечи. Его не обижал ее поступок, наоборот, мужчина увидел в нем отголоски их прошлого и засыпающую на его коленях ассистентку, в полудреме ухватывающуюся сознанием за разговоры, в которых она ничего не понимала. Погрузившись в глубь окутывающей воды, меня поглотила вибрация нежного тембра его голоса, и я не разбирала и половины слов из, запрошенного мной, рассказа - меня успокаивало, что Элайджа не замолкал, помогая мне отвлечься от мыслей, разрывающих разум. Мягкие прикосновения вызывают во мне множество чувств из прошлого, так болезненно нарушая целостность нитей, которыми я оградила себя от окружающей действительности - сквозь толщу воды и мыльную пленку, я чувствую человека, которого встретила, и я не знала, выйдя в холл дома, хотела ли я дальше жить с мужчиной, который изменился. В какой то момент наша жизнь стала похожа на проверку на прочность - может я не прошла ее, желая сделать то, что я делала всегда: сбежать? Я оказалась ничтожной мышью, при первой течи убежавшей с тонущего корабля в объятия человека, который остался существовать в моей голове. У меня перехватывает дыхание - вода кажется невыносимо горячей, и я не знаю, почему не могу до сих пор потерять сознание, захлебнувшись в стыде и омерзении от той, кем я стала. Элайджа остановил рассказ на середине предложения и нежным движением завел ладони за тонкие руки, приподняв Мирну из глубины, окутавшей их, воды в желании прикоснуться губами к мокрым щекам. Несмотря на тишину, утопившую в себе чувства супруги, создатель сдерживался от попытки рассказать то, что он испытывал, прижимая к себе горячую кожу, чтобы услышать в сбитом дыхании то, что Мирна перестала говорить вслух. 21.02.2039 - Окружной суд округа Детройт - Миссис Камски, имело ли место в вашей семье эмоциональное насилие? - Алана скрещивает ладони от заданного вопроса, внимательно наблюдая за чувствами своей подзащитной – вопрос не ранит настороженную супругу, вызывая неоднозначные эмоции на остром лице. - Можно описать этой фразой наш брак последние несколько лет? Не только Элайджа был виноват в нашем разводе - наш брак распался постепенно, из за систематических ошибок и абсолютного неумения противостоять своим нарциссическим чертам характера. Камски крайне своенравен, а я всегда была слишком труслива, чтобы ему противостоять в открытую, подливая масла в огонь, в самое жерло драконьего нутра. Иногда мне казалось, что он жаждал этого противостояния - ровно такого же, как в начале наших отношений, стараясь поймать влюбленную ассистентку меж десятка этажей прошлого офиса. - Разрешите мне вступить в дискурс, подняв непростую тему, - осторожно выступил Брайан, адвокат Камски, устремив внимательный взгляд на властную часть распадавшейся семьи, - Мистер Камски, вы изменяли своей жене? - Нет, - уверенно ответил создатель, непреднамеренно устремив орлиный взгляд на взволнованную супругу. - В понятие измены, в данном контексте, входят не только другие люди, но и андроиды. - Я не изменял своей жене ни с людьми, ни с андроидами. - Миссис Камски? - Да, - Мирна молниеносно подняла взгляд, пожелав лицом к лицу встретится с одним из самых сложных периодов их прошлого, - Я изменяла мужу с андроидом. - Мистер Камски, вы знали об изменах жены? - Увы, это не новость, - Элайджа прокрутил между пальцами карандаш, стараясь отвлечь слишком сосредоточенный разум - он слишком хорошо помнил тот вечер, когда узнал о вечерах, проводимых супругой в клубе, - Мы с Мирной выяснили все, что необходимо и нам не стоит останавливаться на этой теме. - Нам стоит вспомнить ваше интервью телеканалу KNC, мистер Камски. Я очень хорошо помню этот день - десятки людей, облюбовавших нашу гостиную, стойки со светом, лучезарная телеведущая и мой муж, пытающийся рассказать о семье, которой у нас никогда не было. День, после которого я не могу переступить порог собственного дома. 31.01.2036 - Центральное отделение департамента полиции Детройта Несколько дней назад мне исполнилось двадцать семь - ровно столько же, сколько было Элайдже на момент нашей встречи: этот факт вселил нервную улыбку, которую я постаралась спрятать в поглощающем списке дел в участке. Последние пару лет я не любила собственный день рождения - после того как наши отношения стали заметно ухудшаться, мне претила неискренняя улыбка мужа и подарки, которые показывали не его внимание, а скорее то, насколько Элайджа хотел в слепую потешить себя. Коллекционные книги, украшения, платья, которые я ни разу не надевала - может он и хотел искренне порадовать меня и я стала разозленной тварью с хроническим недовольством. В этот год праздник выпал на дежурство и я настойчиво отказалась от перемены в расписании, проведя первую ночь двадцати семи лет над описанием обыска в одном из домов сбежавшего, от хозяина, андроида. Вернувшись домой практически под пять утра, я застала Элайджу в полудреме на кресле в гостиной, в компании опустошенного винного бокала и моего подарка в бархатной коробке. Несмотря на мой внутренний скептицизм, между нами настала такая приятная оттепель, подобная теплой весне, в которой я познакомилась с Камски. Цепляясь взглядом за его усталую мимику перед сном, я слушала возобновившиеся рассказы о разработках и интересных наблюдениях, видя в ледяных глазах искреннее раскаяние, вызывающее во мне единственное желание - отступится от непростого периода нашего брака, вернув в отношения чувства, по которым я тосковала. Жизнь стала налаживаться - Элайджа окончательно смирился с моей новой ролью в полицейском участке, а я перестала врать касаемо рабочего графика и дежурств, возвращаясь домой и предпочитая стереть из памяти период своей лжи. Мне нравилось то, как мы обрели баланс между нашими желаниями и гранями характеров: мы стали вновь каждый вечер встречаться в гостиной за непринужденными рассказами о проведенном времени порознь. Как и раньше, я любила быть слушателем больше, нежели рассказчиком: благодаря и тому, что я в рамках своей должности не могла распространяться в деталях дел, лишь изредка рассказывая Элайдже о новых поломках моделей, выпущенных в период его руководства. Я никогда не испытывала эмпатии или сопереживания к андроидам в период работы в Киберлайф, но моя новая должность открывала для меня грани, которые прежде ускользали от глаз ассистента по управлению репутацией: наш отдел относился к куклам как к кухонной утвари, вроде поломанной посудомойки. Больше половины стопки дел моего отдела занимала кража или порча андроидов, с красочными фотографиями истерзанных кукол с остатками синтетической кожи и голубой кровью, при виде которой у меня начинало спазмировать горло. Закрывая подобные документы в терминале и относя коробки с пластиковыми телами на склад вещественных доказательств, я испытывала неприязнь к происходящему, стараясь безуспешно запретить себе испытывать жалость к куклам. Элайджа ни раз убеждал меня в полном отсутствии эмоций в их программе, но данный факт не позволял мне принять жестокость по отношению к андроидам как естественную часть человеческой натуры. Я же вслушивалась в его рассказы о небольших открытиях, но чем чаще его мысли уводили нить разговора куда-то совсем далеко, тем больше мне казалось что я никогда не узнаю об истинных мотивах разработок, производимых в подвале нашего дома - в такой момент я закрывала глаза и старалась заснуть на коленях человека, которому училась заново доверять. 17.02.2036 - окраина Детройта, особняк Камски - Почему они не могли прийти в будний день, когда я в участке? - Не расстраивайся, - Элайджа поджал губы, поправив выбившуюся прядь в гладкий хвост, - У тебя есть время собраться перед поездкой в Детройт. - Мы поедем в город? - Мне нужно забрать старую документацию по PL-600, а ты можешь купить свои любимые эклеры на тринадцатой. - Забыла какие они на вкус. Изящные запонки с едва уловимым звуком смыкают ткань рубашки на запястье - Элайджа предпочитает расправляться с ними самостоятельно, не прибегая к помощи супруги, расслабленно забравшейся на бархатный пуф у платяного шкафа. Мирна старалась отвлечь себя, перебирая запонки на туалетном столике, оказавшиеся недостаточно привлекательными для острого глаза создателя, наблюдая за мужем, рассматривающим себя в огромном зеркале. Сегодня тот редкий момент, когда мой муж согласился на интервью. С тех пор, как мы оба покинули Киберлайф, Элайджа старался избегать своего появления на страницах и телеэкранах светской хроники, вызывая тем самым множество слухов и догадок о своей жизни после ухода из компании - секретарь полиции обладала сильной любовью к желтой прессе и проходя мимо ее стола, я зачастую узнавала о новых невероятных романах и фактах о своем муже. Он всегда был загадочной фигурой для прессы и ее публики - еще на посту СЕО компании Элайджа предпочитал работу, нежели бесконечные пресс-конференции, что создавало трудности в работе нашего отдела - я рассылала в месяц около сотни отказов от участия в интервью. Я не имею ни малейшего понятия, почему сейчас он согласился - на кону нет острых поводов для его комментариев. Единственная моя догадка - это его неуемное самолюбие и страх, что человечество забудет о гениальном изобретателе. Для всех он по-прежнему самовлюбленный холеный холостяк, проживающий в огромном особняке на окраине - мечта для второсортных романов, которые любит моя мать. Элайджа приподнял подбородок, в последний раз убедившись в безукоризненности своего вида: черная рубашка в паре с брюками графично отделяла бледную кожу и смольные волосы, собранные в идеальный пучок на затылке. Мирна же старалась отвлечь себя от мыслей о компании репортеров в особняке, невольно вспоминая один из первых визитов фотографов в дом, который только приютил их семью. Она, как и сейчас, пряталась на втором этаже, слыша множество заинтересованных голосов, звук вспышки фотокамеры и строгие комментарии редактора журнала Century - в тот год Элайджа стал «Человеком Века» и его фотография в костюме-тройке с тех пор украшает холл дома изобретателя. Мужчина слабо улыбнулся, повернувшись в сторону панорамного окна, свет от которого так ярко контрастировал с теплым цветом белокурых волос - его супруга рассматривала заснеженные деревья, круча меж тонких пальцев одну из запонок. После их примирения, Элайджа задумывался о словах, так громогласно и беспощадно произнесенных Мирной в лаборатории, стараясь проанализировать их без обуявшего гнева: неразглашение их отношений когда-то стали одним из главных договоренностей в начале их брака, позволяющих ассистентке Фицрой работать в компании без осуждающих взглядов, возможность как прежде ходить в любимую кофейню напротив дома и жить жизнью, не обремененной фамилией Камски. Все годы их брака мужчина относился к этой просьбе как к непреклонной истине, но в последнее время их брак нуждался в переменах и Элайджа хотел стать их отправной точкой. Он никогда не был против представления общественности Мирны как спутницы жизни, но подобное решение означало невозможность возврата их прошлого, укутанного тайной и интимностью отношений, известных только их участникам. Изобретатель поправил ворот строгой черной рубашки, окончательно убеждаясь в непреклонности намерений: он хотел даровать Мирне жизнь, которая вернула бы его власть над ними. Это даже кажется забавной игрой: включенный телевизор в спальне и я, параллельно устроилась за туалетным столиком в компании уставшей жены изобретателя, отражавшейся в зеркале. Поездка в Детройт в компании Элайджи была настолько редкой и неожиданной составляющей моего выходного, что я и вправду неприлично к ней подготовилась, оттенив глаза черной подводкой, призванной привнести праздник в мою поездку за клубничными эклерами. Часть экрана, который я вижу через отражение в зеркале, показывает камеру первого этажа, а вторая прямой эфир телеканала KNC, анонсирующего интервью с гением Камски. Отвлекаясь от картинки на экране, я наблюдаю за самой собой, поправляя на плечах бежевое шерстяное платье - интересно, что думает тот самый человек века, уставший от нашего брака? - Сегодня наш эфир проходит в крайне необычном месте, - оператор берет общий план, демонстрируя ведущую и сидящего по левую руку Камски, уютно расположившегося на небольшом диване, - Элайджа Камски, основатель компании Киберлайф и один из величайших изобретателей нашего века согласился принять нас в гостях и рассказать о своей жизни после ухода с поста СЕО. - Добро пожаловать, - Камски дружелюбно кивает и слегка приподнимает подбородок в ожидании заготовленных вопросов, не раз согласованных с хозяином особняка. - Для начала хотела сказать, что ваш дом просто поражает - стиль, обстановка вызывают восхищение. - Спасибо, - Элайджа благодарно кивает, - он был построен под моим внимательным руководством. - Мистер Камски, - ведущая слегка разводит руками и расслабленно выдыхает, - Всем интересно, чем вы были заняты все эти годы после ухода из Киберлайф? - Преимущественно отдыхал и находил время на хобби после долгих лет работы в компании. Элайджа выглядит таким расслабленным - всегда завидовала этому качеству: он центр мира и как никто это понимает. - Оставили ли вы работу над искусственным интеллектом или нас еще ожидают новые открытия? - Мой разум всегда занят этим, - Элайджа расплывается в самовлюбленной улыбке, - едва ли я смогу навсегда оставить мысли об усовершенствовании искусственного интеллекта. - Можно сказать, что вы превратили работу в хобби? - Да, скорее так. - Консультируете ли вы нынешнее руководство Киберлайф или вы предпочти оставить компанию в прошлом? - Временами. Исключительно по острым вопросам, но крайне редко. Я предпочитаю абстрагироваться от своего прошлого. - Мистер Камски, данный вопрос звучит неловко, но наши телезрители не простят меня, если я не подниму тему вашей личной жизни, - на слова телеведущей Элайджа понимающе кивает, - О вашей личной жизни ничего не известно, помимо догадок желтой прессы о ваших романах. Вы холост, и посему я хочу передать вопрос наших прекрасных зрителей - какой она могла бы быть, спутница одного из величайших изобретателей 21 века? Интересно, он отшутится или назовет клишированный набор в духе "стройной, умной и заботливой». На вопрос телеведущей Элайджа невольно опускает глаза и широко улыбается, потирая указательный и большой пальцы друг о друга - он выдерживает неловкую паузу, заставляющую телеведущую испытывать легкий дискомфорт от заданного вопроса. - Может мой ответ их расстроит, - Элайджа поднимает голову, не пряча искреннюю улыбку, - но я женат. В эфире наступает оглушающая тишина и Мирна резким движением разворачивается в сторону экрана и невольно наклоняется вперед, стараясь осознать, что происходящее на экране не плод ее воображения. - Мистер Камски, - неподдельно удивляется ведущая, - у вас есть спутница жизни? - Я женат уже более 6 лет, - Элайджа кивает и выражение его лица демонстрирует такое ярое счастье от сказанного: он поджимает губы - не находит дальнейшие слова. - Какая она? - телеведущая не сразу задает вопрос - его ответ не выходил в заранее распланированный сценарий, - миссис Камски? - Мирна очень рассудительная и умная, - он неловко смотрит в сторону, - Я счастлив. - Есть ли шанс, что мы когда-нибудь увидим миссис Камски? - Хлоя, - Элайджа зовет помощницу и едва ощутимо касается ее руки, - пригласи к нам мою жену. - Ваш муж зовет вас, - вмиг оживает Хлоя, стоящая позади Мирны и девушка нервно поправляет небрежные локоны на одну сторону, опустив ступни с бархатного кресла на ледяной паркет. Его жест так похож на весь характер властного создателя - я будто вновь чувствую подрагивающие пальцы на своем горле, жаждущие беспрекословного подчинения. Не знаю, что душит меня больше: его слова о нашем счастливом браке или своенравное нарушения обещания, данного в день принятия его фамилии: «Никто не узнает, пока ты не захочешь, Мирна». Я должна спуститься, оказавшись рядом со своим мужем: в его любимом бежевом платье, которое он попросил меня надеть и легком колье на шее, означающим мою принадлежность красивому дому, охраняемой пластиковыми слугами и безжалостным драконом. На пути к лестнице, ведущей со второго этажа, я успеваю рассмотреть в зеркале безукоризненность длинного платья, поправив опавшую тушь с щек - Элайджа как всегда заранее спланировал свой спектакль, а я оказалась достаточно глупа, чтобы ему доверится. - Элайджа, твои сюрпризы, - девушка совсем тихо спускается с лестницы, невесомо расставляя ступни по высоким ступеням, моментально ощущая на себе переход камеры, постаравшись как можно скорее оказаться на близком расстоянии с мужем. Они оба выглядят расслаблено, но Мирна улавливает в голубых глазах заметное только ей ощущение его власти - Элайджа обнимает жену за талию и супруга податливо принимает его пальцы в ладонь, стараясь успокоится. - Миссис Камски, прошу простить меня, но мы в состоянии легкой импровизации - ваш приход удивил не только наших зрителей, но и меня, и поэтому задам вопрос, который думаю, застыл на лицах наших зрителей: можете рассказать немного о себе? - телеведущая наблюдает за растерянностью пришедшей и старается растянуть свою речь, позволяя Мирне привыкнуть к прожекторам и объективам телекамер. Меня ослепляет яркий свет: грудь сдавливает нарастающее волнение, заставляя крепче ухватить ладонь своего мужа - удивительно, как после всего я вцепилась в него как в спасательный круг. Элайджа непринужденно улыбается - он чувствует себя как некогда привычно, в отличии от меня, привыкшей в ходе работы занимать обратную сторону телекамеры. - Меня зовут Мирна Фицрой-Камски, мы женаты с Элайджей уже 6, с небольшим, лет, - Мирна невольно постаралась сделать свою речь более заготовленной и подходящей для экрана, боясь с непривычки кануть в омут чувств и захватившего волнения, выглядев не так презентабельно, как хладнокровный Камски. - Мирна немного удивлена, ее появление не входило в план моего интервью, - Элайджа улыбнулся, неспешно проведя ладонью по спине, обнятой мягким кашемировым платьем, - Ей в новинку объективы и репортеры, - почувствовав непринужденную защиту от супруга, Мирна нервно улыбнулась и постаралась выпрямиться, вселив в саму себя ложное ощущения уверенности. - Можем ли мы услышать историю вашего знакомства? - Мирна работала в Киберлайф и я, в какой то мере, воспользовался своим положением чтобы добиться ее внимания, - Элайджа перехватил инициативу, позволив супруге привыкнуть к новой роли. - Мой будущий муж настойчиво ухаживал, - расслабленно отозвалась девушка, посмотрев на дружелюбный взгляд телеведущей - ее волнение постепенно отступало, а тело расслаблялось под мягкими прикосновениями мужских ладоней. - Вы работали под руководством мистера Камски? - Нет, мы какой-то период взаимодействовали в ходе разработки одного из проектов, - Мирна поправила выбившуюся прядь волос за ухо и пожала плечами, - Не могу представить, чем я привлекла его внимание. - Вы прекрасная девушка! - ярко отозвалась телеведущая, - можете рассказать нам пару фактов о себе? - После ухода из Киберлайф, я старалась поддерживать Элайджу, параллельно являясь консультирующим специалистом в Полиции Детройта, - Мирна пожала плечами и устремила взгляд на супруга, растерявшись в деталях, которые ей было позволено говорить. - Она и есть ответ, чем я занимался после ухода из компании, - мужчина перевел расслабленный взгляд на телеведущую, - Размеренная семейная жизнь. Размеренная семейная жизнь - мой муж говорит фразами из низкопробных мыльных ситкомов по телевидению. Даже интересно наблюдать за тем, как он старается описать то, чего у нас никогда не было. - Миссис Камски, мы более не смеем тревожить вас, но хотели бы задать один вопрос: какого быть женой талантливейшего изобретателя? Удушающе, словно веревка надетая на шею. - Я едва ли задумывалась, - Мирну застал врасплох заданный вопрос и она повернула голову в сторону Элайджи, невольно столкнувшись с ним взглядом - ей прежде хотелось ответить на заданный вопрос внутри самой себя, стараясь подобрать нужные слова. - Думаю точно так же, как и женой любого мужчины, - Мирна слабо улыбнулась, - Элайджа для меня в первую очередь мой спутник, а после гениальный изобретатель, и я всегда была готова идти за ним, поддерживая принимаемые решения, - девушка прикрыла глаза - выдавленный ответ окончательно опустошил ее. - Я очень ценю это. Вопреки вдохновляющему ответу, ведущая почувствовала возникшую неловкость - их импровизация не вселила в Мирну должного энтузиазма, и взгляд Элайджи дал понять об окончании эфира. Яркий свет вмиг погас и прямой эфир прекратился - команда облегченно выдохнула. Я только лишь следую игре, которую затеял мой муж - мы играем счастливую верную пару из вечернего сериала. - Спасибо за интервью, мистер и миссис Камски, - ведущая благодарно кивнула и Мирна отпустила ладонь мужа, встав с дивана, поспешив попрощаться с собравшимися гостями пустующего особняка. - Простите меня, мне нужно идти, - она едва стояла на ногах после отступившего волнения и Элайджа приобнял ее плечи, возжелав сбавить градус нарастающей тревоги, - Хлоя проводит вас. Поспешив скрыться от любопытных глаз репортеров, я отделяю чувства, зудящие под ребрами: испытываю ли я злость, растерянность или же я подавлена невероятно правдоподобной игрой своего мужа в идеальную семью, которую мы так и не смогли дать друг другу. Я всегда задавала себе вопрос «Почему я?», но сейчас мне больше всего хочется спросить - «Кто из них настоящий ты?».