Глава 8.
2 июня 2019 г., 01:18
Если ты в меньшинстве — и даже в единственном числе, — это не значит, что ты безумен. Джордж Оруэлл » 1984».
Редакция, как и в любой другой будний день жужжала пчелиным ульем. Томас Кэмпбелл развалился за своим, забитым вырезками из газет, столом, просматривая последние заметки своих коллег из «Таймс». «Всё так же сухо и правдиво», — подумал журналист и лениво потянулся, разминая мышцы рук. По телу прошла приятная истома; белая рубашка в нежно-голубую полоску вылезла из брюк чуть больше, чем нужно, и журналист с неохотой вернул себе презентабельный вид. Развернув стул лицом к окну, расположенному чуть выше его рыжих кудрей, Томас заинтересованно разглядывал ползущие по небу дождевые облака. Белая вата, примостившаяся к крыше здания напротив, чем-то напомнила ему почтовый конверт. Закинув ногу на ногу, и облокотившись колючим подбородком о правый кулак, Томас вновь окунулся в мысли о недавнем происшествии. После фееричного фокуса с письмом «Джека» от «Таймс», начальство рвало и метало. Работникам «The Sun», включая Кэмпбелла было поручено наиважнейшее задание: выведать всеми правдами и неправдами секрет послания убийцы. Конечно, первым делом в ход пошли знакомые, но при попытке выведать информацию никто, разумеется, ничего не знал. Вернув стулу прежнее положение, Томас открыл обтянутый жёсткой, похожей на мешковину, тканью ежедневник. Пометки на желтоватых полях мозолили глаза напоминанием о завтрашнем собрании. Очевидно, что начальник будет проверять исполнение шпионского задания, а в блокноте для заметок уже, как неделю нет ни одной полезной сводки или на худой конец какого-либо здравого предположения по делу. Но в каждой бочке дёгтя обязательно найдётся место и для ложечки мёда. Двадцатилетняя дочь начальника мис Амелия всегда приходит на такие мозговые штурмы, подбадривая всю редакторскую лучезарной улыбкой и весёлым нравом. Все в «The Sun» её обожают и рыжий журналист Томас не исключение… Воссоздав образ милого личика Амелии, Томас растянулся в улыбке, пролистывая ещё несколько страниц вперёд. Фантик от шоколадной конфеты «Фантом», служивший ему закладкой, выпал из последних страниц. Подняв бумажку со своих брюк, серые глаза пробежали по короткой записи: «Стив Бакер — ср, пт, вс». Прикрыв блокнот, захотелось тяжело вздохнуть. Вчерашний день, как отметил про себя Кэмпбелл, был щедрым на события. После того, как Абберлайн увёл мальчишку инспектор продолжил допрос, который подтвердил, что на жертву напал опрометчивый пьянчуга. Прибыв в Скотланд-Ярд для дачи показаний, его попытки вытащить мальчишку не увенчались желанным успехом. Стив остался за решёткой, а бездельники в чёрных котелках строили непроницаемые мины, отвечая заученными фразами про нехватку времени. Но как ни странно журналист не беспокоился о судьбе мальца. Каждый ленивый знает о китайском дворянине, приехавшем шесть лет назад в Лондон, поэтому не вызывало никаких сомнений, что при таком-то знакомом очень трудно не решить свои проблемы. Томасу не посчастливилось застать владельца «Кунь-Лунь» лично, но ему было достаточно подойти к «Харрисон», которая уже как несколько лет находится под его покровительством. Там Кэмпбелла оповестили, что всё сказанное будет передано «господину Лау» и недвусмысленно намекнули, что журналист может дальше идти своей дорогой. Томас предполагал, что уже сегодня Стива должны выпустить. Осталось только дождаться, когда Бакер появится на пороге редакторской. Он ведь, придёт? — Кэмпбелл, чертяка! Весь день ворон считаешь. — К рабочему месту Томаса подошёл его бывший одноклассник Билли Томпкинс. Толстяк с залысинами на висках и с до противного правдивым языком. Бегло приметив рядом стоящий стул, Билли немедля на него сел. — Нашёл, что-нибудь? — Ещё чего! Всё пусто! Готов поспорить это эти петухи из «Таймс» подделали письмо. — Лицо Билли скукожилось, как чернослив. — Иначе как объяснить, что никто не хочет его показывать? Так и мы можем наскрябать любую кутерьму и выдать её за послание убийцы. — И то верно… Адамс, Клэр, а у вас, что? — парочка о чём-то ранее щебетавшая, прервалась; они отрицательно покачали головами, — Сэм, ну, а ты? — работник с гнездом на голове крепко спал на своём рабочем месте. — Всё ясно. Как и ожидалось их отдел (из десяти человек!) был совершенно не готов к собранию. Хотя многие питали надежду, что Ребекка (главный информатор «The Sun»), сблизившаяся с книгопечатником, работающим с треклятой газетой, сможет, что-нибудь разузнать. Томас отбивал на ручке стула темп вальса. — Кто там?! — крикнул Билли в конец комнаты. — Ты чего? — негодование Томаса закончилось, когда он услышал, как открывается дверь. — Мистер Кэмпбелл, — из проёма высунулась русая голова секретаря. — К вам пришёл мистер Бакер. Впустить его? — Спасибо, Мэтью, если тебя не затруднит. — С нетерпением вырвалось у Кэмпбелла, наконец-то хорошая новость. — Мне вас оставить? — Билли не хотел слушать не предназначенные для его ушей разговоры, поэтому уже приготовился вставать. — Сиди давай. Это наш новый разносчик. Тем временем Бакер проводили к нужной двери. Поблагодарив парня вызвавшегося помочь, Сонг постучала. — Войдите. Комната была очень светлая по сравнению с плохо освещённым коридором. Пять продолговатых окон тянулись от начала противоположной стены до её конца. Под окнами расположились десятки столов и стульев. Возле обычной стенки без окон стояли внушительных размеров шкафы из светлого дерева, забитые книгами. В конце вытянутого помещения были замечены пять человек, самый высокий помахал Сонг рукой. Двигаясь вперёд, вежливо здороваясь со всеми присутствующими, она добралась до самого крайнего стола. Томас, не скрывая улыбки встал, чтобы пожать ей руку, — как ты? — Лучше, чем вчера. — Отлично, — журналист обошёл свой стол и характерно кашлянул в кулак, привлекая к себе внимание сопящего Сэма и Адамса с Клэр, хихикающих возле дальнего окна. — Ребята, это Стив Бакер с сегодняшнего дня он будет работать вместе с нами. Работники подтянулись к Томасу и новому работнику, обменявшись с новичком приветствиями; все вернулись к своим делам. — В общем я пошёл. — Пропыхтел Томпкинс. — Пока Бакер. Ещё увидимся. — Мужчина ушёл к себе на место, расположенное через два стола от Кэмпбелла. — Нам нужно поговорить. — Обратился Томас к Сонг. Увидев, что его поняли он продолжил, — как насчёт того, чтобы встретиться сегодня вечером, в восемь? — Я буду свободен. — Хорошо, тогда сегодня в восемь, в пабе «Чёрный монах». Спустившись с железного моста в район Блэкфрайерс, именно там по указаниям Томаса находилось питейное заведение, Бакер встретило вытянутое в форме утюга здание с высокой скульптурой монаха в чёрных одеяниях, довольно сомкнувшего ладони чуть выше уровня живота. Стрелки золотистых часов над головой монаха показывали пятнадцать минут девятого. Устроившись под свисающими с горшков второго этажа цветами, девушка стала дожидаться журналиста. Спустя несколько минут её окликнули. — Пойдём? — Томас в компании Сонг шагнул внутрь «Чёрного монаха». Людей было действительно много. Каждый столик занимала шумная компания из пяти и даже семи человек. Казалось, что паб слишком маленький для такого количества народа. Этому ещё способствовал низкий потолок, до лакированных брусков которого рыжий журналист при желании мог легко коснутся ладонью. Расположившись за дальним столиком во втором, более просторном, зале, двое заказали фирменное блюдо и по пинте тёмного пива с лёгкими закусками. — Итак, рассказывай. — Томас с интересом ждал подробного рассказа своего собеседника. Стив рассказал, что после вчерашнего происшествия благополучно вернулся в гостиницу. На дополнительные вопросы парень отвечал отстранённо, уверяя, что рассказывать особо нечего. — Хорошо, но, как же ты нашёл редакторскую? Я только утром вспомнил, что не давал тебе наших координат. Сонг потянулась к сумке, доставая из неё последний выпуск «The Sun». Открыв последнюю страницу, её палец указал на обведённый грифелем адрес. В молчании обменявшись красноречивыми взглядами, Сонг и Томас дружно рассмеялись. Через добрые полчаса на их столик прибыл горячий ужин. В деревянных глубоких тарелках плавала зелёного пластилинового цвета жидкость с плавающими кусочками варёной картошки. — Фууу! Томас, когда ты советовал заказать черепаховый суп я не думал, что принесут это… — проворчала Бакер, смотря на зелёную слизь, свисающую с деревянной ложки. Девушка не была особо брезгливой, но незнакомая жижа заставляла побеспокоится о желудке. — Ха-ха-ха! Стив, не поверишь, но черепаховая похлёбка — это лучшее, что я когда-либо ел в этом городе. Так, что жуй. Поковырявшись ещё какое-то время в супе, ложка прихватила кусочек картошки и черепашьего мяса. Оставив пару капель на столе, ложка с опаской отправилась в рот. — На вкус, как курица, — распробовав новое блюдо, Сонг сделала глоток прохладного пива. — Думал будет хуже. — А я, что говорил. Пока они доедали горячее, второй зал паба постепенно заполняли новоприбывшие посетители. Стало шумнее и ближе к ночному часу начали выходить музыканты. Выпив до половины свою порцию пива, расслабленная Сонг прислушалась к звукам, издаваемым певучей скрипкой возле резной барной стойки. Мужчина с сединой на висках сосредоточено водил смычком по желтоватым струнам, готовясь к общему выступлению с аккордеонистом. Началось выступление, и музыка разлилась по «Чёрному монаху» задорным звучанием. Внимание Сонг привлёк облегчённый вздох напротив. Томас устало облокотился о спинку стула поглаживая свой живот. — Объелся. — Тяжело сказал мужчина. — Почему-то я не удивлён. А ты ещё порывался заказать третью порцию, — Кэмпбелл представил себе ещё ложку супа и его лицо стало в цвет съеденной похлёбки. — Не издевайся. — Сонг улыбнулась. — Томас, слушай, я хотел спросить, а вас всегда так много на работе? — Бакер вспомнила про пять калек, увиденных ею утром в редакции. — Ха-ха почти. Наш журнал открылся только год назад. В основном все стремятся в крупные, уже заработавшие себе имя издания такие как «Таймс» или «Дейли Ньюс» поэтому не стоит удивляться увиденному. Уйдёт ещё пару лет на то, чтобы привлечь к себе внимание. — Но площадь для такого молодого журнала не маленькая, — Бакер понимала, что это немного грубо, но финансовые возможности директора журнала просто поражали. «The sun» представлял собой двухэтажное здание из красного кирпича, расположенного в одном из самых оживлённых районов Лондона. — Хм. Сейчас, когда ты об этом заговорил… а ведь действительно, я никогда не задумывался об этом. — Розовощёкий журналист повеселел. — Даже не знаю, что тебе ответить, расскажи лучше, что-нибудь о себе! — О себе? Я же уже рассказывал. — Сонг опасливо всмотрелась в журналиста. Конечно, как и она Томас неплохо выпил, но ей нужно быть готовой ко всему, в том числе, к обходу различных подводных камней. — Правда? — светлые брови взлетели вверх. — Честно сказать я смутно помню вчерашний день. Хотя подожди! — белоснежные пальцы театрально коснулись переносицы. — Действительно. Ты говорил, что у тебя возникли проблемы в семье, и ты сбежал в Англию, а ещё, что у тебя нет ни гроша и ты срочно нуждаешься в работе, верно? — Стало понятно, что из всей вчерашней исповеди журналист услышал только «подработка». — Почти угадал. — Извини. Похоже я так был рад, что ты согласился на работу, что дальше всё было как в тумане. Расскажи пожалуйста ещё раз. Например, откуда ты родом, кем работают твои родители? Мои старики до сих пор разводят овец неподалёку от Сент-Килда. Далековато, конечно, но им нравится. — Поверь, это будет не интересная история. — Извини, принеси нам пожалуйста ещё пива! — Томас обратился к смуглой официантке в зелёном платье, проходившей рядом с их столиком. Ему кивнули. — Ладно, потом расскажешь, когда будешь готов. Не хочу наседать. — Вернулся он к своему компаньону. Сонг считала Кэмпбелла хорошим человеком. Возможно, она даже хотела бы, чтобы они стали друзьями. Ну, а пока у неё есть время получше к нему присмотреться. — Агх! Дырявая башка, как же я мог забыть? — Томас неуклюже сновал по внутренним карманам пиджака, стараясь, что-то отыскать. — Вот он! Стив, помнишь вчерашнюю пострадавшую? — Сонг кивнула. — Хезер Миллер? — придвинулась поближе к собеседнику. — Так точно. — И, как она? — Сонг долго терзали сомнения удалось ли Кэмпбеллу помочь женщине. — Лучше, чем вчера. — Повторил Томас, улыбаясь. — Она просила передать письмо «тому милому молодому человеку», — глаза журналиста искрились серебристым цветом. Бакер взяла протянутое письмо и, наклонившись к настольной свечке, принялась его читать. «Здравствуйте, мистер Бакер, К сожалению, я не могу выразить в этом письме всю свою признательность вам, переполняющую моё ещё живое, благодаря вам и мистеру Кэмпбеллу, сердце. Не знаю смогу ли когда-нибудь отплатить вам за вашу доброту… …Я слышала, что вы сейчас работаете в гостинице у дорогой миссис Харрис. Буду рада лично поблагодарить вас сражу же, как позволит здоровье. Спасённая вами, Хезер Миллер». Лист бумаги аккуратно вложили между страницами кожаного блокнота. Сердце Сонг наполнилось теплом. — И всё же мне интересно почему ей никто не помог тогда. К ней было невозможно протолкнуться такая была толпа, но все стояли, как истуканы. — вспоминала Сонг. — Ты это о чём? — Как это о чём? Ты же и сам помнишь, как вся улица собралась вокруг мисс Хезер. — Думаю, тебе уже хватит, дружище. — Томас отодвинул от Сонг, принесённую официанткой, свежую порцию пива. — Ты, что думаешь я пьян? — Сонг возмущённо смотрела на действия журналиста. — Да, думаю. Стив, ты только вслушайся. Какая «толпа»? Мы с тобой там были совершенно одни! — Как одни? — Сонг словно окатили холодной водой. — Давай закругляться. Уже поздно. Здесь заночуешь? — Томас вспомнил о мини гостинице, устроенной хозяевами для особо пьяных и не желающих возвращаться домой клиентов. — Нет, я лучше к себе. — Промямлила брюнетка, ватной рукой забирая свою сумку со спинки стула. — Как хочешь. — Кэмпбелл пожал плечами и тоже встал с насиженного места. — А ты остаёшься? — Сонг повернулась к журналисту, не спешившему покидать заведение. — Ага. Увидимся завтра на работе. — Подмигнул он. Обменявшись дружественным рукопожатием, они разбрелись в разные стороны. Сонг направилась в сторону барной стойки расплатиться за ужин, а Томас скрылся за дверьми кухни, где мелькнула зелёная юбка официантки. За стойкой стоял крупный мужичок с густой бородой и рисунками, похожими на браслеты, на широких запястьях. — Ваш друг уже за вас заплатил. — Сказал хозяин «Чёрного монаха», протирая высокие стаканы куском ткани. — И когда только успел, — промямлила Бакер, — спасибо за всё. — Приходи ещё. — Добродушно попрощался бородач, возвращаясь к своим обязанностям. Нужно было идти домой, в Харрисон. В глазах немного двоилось, но ноги ещё могли идти. Может, всё-таки заночевать тут? Споткнувшись на ровном месте, девушка случайно налетела на одного из посетителей. — Ах! Прошу прощения. Я вас не заметил. — Сонг поклонилась перед размытым силуэтом посетителя, которого она по невнимательности задела. Ещё раз извинившись, она поспешила к выходу. Идя по морозной улице, голова наконец прояснилась. Сонг в недоумении вспоминала конец разговора с Томасом. Совершенно ничего не поддавалось логике. В мыслях царила такая каша, что Сонг совсем не удивилась бы, если бы из её ушей повалил пар. Нужно было выяснить правда ли в день нападения никого не было рядом или это пьяный бред Томаса Кэмпбелла. Единственный кто мог сказать правду — Хезер Миллер. Она должна сейчас быть в одном из госпиталей. Наверняка Томас знает в каком именно. И так как завтра первый рабочий день в журнале, Бакер предоставиться возможность встретиться с ним.
