Наше лето

Еще пару часов парни просто болтают, узнают друг друга получше. Казалось бы, зачем сейчас все расспрашивать, чтобы потом весь вечер знакомств, как это назвал Артем, сидеть, сложа ручки и молчать. На самом деле, у парней было кучу вопросов друг к другу, они все говорили и говорили, а вопросы появлялись с такой скоростью, что даже на старые не успевали толком отвечать. В общем, атмосфера очень даже располагала. И кстати, об Артеме. Дзюба оказался очень приятным и вежливым собеседником. Если брать в сравнение его и Смолова, то братья будто попали в другой мир к другим людям. Не сказать, что Федор был каким-то злым, нет, нисколько, просто от Артема была другая энергетика, и он уже своим присутствием вдохновлял ребят. Он первый начал о себе рассказывать, и его было интересно слушать, что Миранчуки, упершись локтями в колени, ловили каждое слово и вносили свои комментарии, шуточки, на что Артем был только рад и сам смеялся над этим. Оказалось, что он тоже футболист, как и Сашка, сюда его прислали не только как вожатого, но и тренера, так сказать. Его график ничем не отличается от тех, что имеют остальные, работа тренера не сказывалась на этом, просто вместо каких-то игр Дзюба будет тренировать детей, а ему это в радость. Головин же все это время отмалчивался, и когда Артем закончил свой рассказ, то тут же потребовал историю Саши, хоть он ее уже слышал. Саша не был против, только начал он немного неуверенно, запинаясь и поглаживая ладони от волнения, но потом вошел во вкус. Братья видели в нем не то, что замкнутого человека, скорее того, кто не любит хвастаться своими успехами и достижениями, поэтому в рассказе проскальзывали такие моменты, например, почему взяли вожатым именно его, хорош ли он в футболе. Дзюба, когда парень создавал пробелы в повествовании, сам вставлял свое слово:  — Сашка, между прочим, был признан лучшим игроком! А он сидит тут молчит, — после такого Головин слегка улыбался, прятал взгляд, а Артем все добавлял:  — Саня, Саня, как ты жить дальше будешь, — а потом тяжело ойкал. Миранчуки тоже рассказали про себя, правда, чего-то крутого и масштабного им сказать было нечего, и у Саши даже появилась мысль, что он тут не один скромный, ведь не может такого быть, чтобы у парней не было каких-то заслуг. А их любили за то, что они открыты, просты и звезда во лбу у них не горит. А потом Антон начал рассказывать случаи из жизни, как они с братом записывают короткие ролики, где поют в машине, как проводят прямые эфиры в Инстаграме, отвечают на вопросы и даже передают приветы, как устраивают мастер-классы детям, которые живут далеко от Москвы и у них нет возможности пообщаться со звездами футбола, и Сашка даже как-то растаял, что ли, и сказал, что они и впрямь крутые. Парням было приятно слышать такое, и они даже издали протяжное «о», придавая сказанным Головиным словам большей милости.  — Парни, у нас через час будет ужин. Говорят, тут дают отменные сырники, поэтому если вы опоздаете, то не обижайтесь, что я съем и вашу порцию, — воодушевленно говорит Артем, потирая ладоши и предвкушая вкусный десерт.  — Откуда ты столько знаешь о лагере? Ты же тут только с утра? — интересуется Леша, спрашивая с каким-то таинственным тоном, что Антон даже вздрагивает.  — У меня связи, — радостно отвечает Дзюба, а Сашка вставляет свои пять копеек:  — Да у охранника уже все выведал, зубы так ему заговорил, что тот уже был готов избавиться от него, — Головин вспоминает эту историю, как только он приехал, то сразу на КПП встретил Артема, увлеченно беседующего с Игорем, тем самым охранником. У того лицо не выражало ни одной эмоции, если только не «я сейчас умру» или «Саша, забери его уже». Головин потом так и поступил, отлепив интересующегося всем Артема от окошка, в которое Дзюба чуть ли не вцепился, желая остаться. Так они и познакомились. После этой истории братья засмеялись, представляя орущего про сырники Артема, которого за шкирку тащит Саша, и Головин сам рассмеялся. Дзюба засмущался, нервно хихикнув.  — Точно ничего вам не оставлю, — Артем сощурил глаза и вышел из холла. В скором попрощались Саша и братья. День медленно, но верно шел к своему завершению. Удивительно красивый закат постепенно окрашивал голубое небо в нежно-персиковый цвет, но лучи солнца все еще могли пробиться сквозь деревья, отчего вся зелень, дома казались нежно-воздушными и принимали новый оттенок. Намека на прохладу даже не было, в воздухе до сих пор держалось тепло и духота, но было приятно пройтись в такое время по улице. Как-то в лагере это ощущается по-другому. Более свежо и легче, что ли, чем в том же самом городском парке, например. Через час, ровно к назначенному времени, парни пришли в столовую. Первым, естественно, был Артем, который уже покорно ждал свою порцию, держа в одной руке вилку, которой не хватало только еще постучать по столу, как маленькому ребенку, а в другой телефон, увлеченно что-то в нем разглядывая. Парни сели напротив него, и Артем даже не сразу их приметил, лишь только когда Антон театрально прокашлялся. Дзюба резко поднял голову, будто его поймали с поличным, и уставился на братьев.  — Опа, — вновь произносит, пытаясь различить Миранчуков. Кажется, это «опа» его коронное, как и «вообще-то, я Антон» у Антона, который он и произносит, когда Артем в следующую секунду путает их.  — Парни, вы могли бы родиться чуть-чуть по-другому. Ну, типа, различия хоть какие-нибудь были, — от этого Леша прыскает от смеха, а Антон поворачивает свою голову в сторону, демонстрируя родинку на шее и показывая одно отличие.  — А еще Леша не любит бриться, поэтому он как дед Мазай ходит заросший, — Антон шутит, на что в ответ получает коронный подзатыльник от брата. Артем отвечает коротким «ага», означающим, что все понятно (хотя на самом деле Артем все еще не видит в них разницы), и уже вместе с братьями ожидает теперь не только сырники, но и Сашку, который все еще никак не дошел. Как только на стол ставят тарелки с рисом и котлетами, а еще уже полюбившимся блюдом Дзюбы, в столовую влетает и Саша. Да как влетает, чуть двери не вышибает, отчего женщина, что прикатила еду, подпрыгивает, чуть не роняя тарелки, и Артем уже мысленно бросается ей в ноги, ловя еду.  — Фу, блин, опоздал, — Головин отодвигает стул, садясь рядом с Артемом.  — Ты решил начать тренироваться уже сегодня, чего взмокший такой? — интересуется Леша, и Сашка, запыхавшись, пытается дать ответ.  — Федя поймал и затащил в кабинет.., — тут повествование обрывается, так как парни радостно начали укать. — Идиоты, он напоминал, что завтра в десять приедут мои дети, в смысле не мои, ну, фактически не мои, в общем! Наставления давал.  — Ага, ага. — Антон подкалывал, пытаясь прожевать котлету, но ему стало так смешно, что он чуть не подавился едой, и брат хорошенько треснул ему по спине.  — Как хорошо, что идиотизм не передается по наследству, — ответил Леша, и Антон тут же обратил на него грозный взгляд. Когда дело дошло до сырников, Дзюба так и засветился от счастья, смотря влюбленными глазами на десерт.  — Чтоб на меня так смотрели, как Артем на сырники, — прокомментировал Саша и тут же поймал удивлённые взгляды товарищей. Дзюбу, правда, было не оторвать от поедания и восхищения мучного изделия, поэтому это он пропустил мимо ушей. Ребята, сытно поев, разбрелись по своим комнатам, пытаясь переварить еду, потому что в последнее время они столько не ели — жесткий график тренировок и игр не позволял. Зато теперь откормятся здесь как у бабушки, а в сентябре вновь будут приводить себя в форму. Миранчуки долго отлеживались у себя, комментируя, что кормят тут отменно. Котлеты с рисом напомнили им время, когда раньше мама готовила им на обед или на тот же самый ужин домашнюю еду, и они уплетали все, почти не прожевывая, так хотелось есть после тренировок. Мама потом ругала и говорила, что так нельзя набивать желудок. Один день в лагере уже начал пробуждать в них ностальгию.  — После смены обязательно съездим к маме, — задумчиво уставившись в потолок, Антон озвучивает точно такие же мысли Леши, и тот мычит в знак согласия. Через несколько минут они уже выдвигаются ко второму корпусу. *** Парни ожидали Антона с Лешей с большим нетерпеньем, — лежа на кровати пузом вверх и листая ленту в телефоне.  — Опа, — Артем вновь всматривается, даже щурится, пытаясь распознать братьев, и спустя три минуты идентификации, выдает свой ответ:  — Антон, — показывает на Лешу, — Леша, — показывает на Антона. Парни закатывают глаза, а Дзюба кидает короткое «тьфу ты» и откладывает телефон. Комната парней располагается на первом этаже домика. В их корпусе проживает уже именно персонал лагеря, тут же, этажом выше, живет и Федор, поэтому в чем-то парням и повезло, но Миранчуки и не против быть ближе к детям.  — В чем заключается наше сегодняшнее веселье? — после слов Антона Саня достает из тумбочки маленькую красную коробочку чего-то.  — Уно? — читает издалека Леша, а потом добавляет, — эт че, испанский? — Саша утвердительно качает головой.  — Ща все объясним, — Артем садится в центр комнаты, доставая карты, длинный листок с правилами он отшвыривает в сторону. — Я в нее играл уже сто раз с нашими парнями из клуба, поэтому нам тоже должно быть весело, — он начинает тасовать карты, но они все выпадают из рук, поэтому Леша берется сам сделать это, не упустив возможности сказать «о боже», на что Дзюба фыркает, как еж. У Миранчука тасовать получается лучше, он даже делает это так умело, завораживающе, что парни невольно засматриваются на его виртуозные движения, и Антон, конечно же, вставляет шуточку:  — Братик, ты случаем не таким образом машину нам купил? После Дзюба отбирает карты, раздает по семь каждому и начинает объяснять правила:  — В общем, на обычных картах разного цвета изображены цифры. Если я кину желтую семерку, вы вправе положить любую карту желтого цвета или же семерку другого цвета. Вот эта карта, — Артем достает одну из общей колоды, демонстрируя, — меняет движение в обратную сторону. Если выпадет вот эта, — он достает уже другую, на которой нарисован перечеркнутый круг, — то следующий игрок пропускает ход. Эта прибавляет еще четыре карты игроку, а вот эти две, — Артем показывает каждую карту, давая пояснения, и парни кивают, давая понять, что все понятно. Осталось только ничего не перепутать.  — Ну, и сам прикол игры. Если у вас останется одна карта, вы должны закричать «УНО», если вы забыли про это, то вам дается две штрафные карточки. У кого на руках останутся карты с большим числом очков, тот проигрывает и должен выполнить какое-нибудь желание, — довольно заканчивает Артем.  — Ух, как по-взрослому, — шутит Антон и взглядом Дзюбы мысленно получает пинок.  — А ты чего хотел? Мы в детском лагере, — после этих слов парни разбирают свои колоды, стараясь скрыть, что у них есть, но вот шило в заднице Антона не дает ему спокойно сидеть, поэтому он косится на карты брата и Артема.  — Миранчук, косоглазие заработаешь, — не отрываясь от своих, произносит Саша, и Антон вновь получает недовольные взгляды парней.  — Саня, ты как моя учительница в школе.  — Я рад, что заставил тебя вспомнить школьные годы, — шутит Головин, и в этот момент Артем выкидывает первую карту. Красная пятерка. Тоша тут же подхватывает и кидает красную двойку. Леше приходится подумать пару секунд, и Антон замечает, что у того нет карт нужного цвета, поэтому приходится положить синюю двойку. Саша, не раздумывая, бросает черную карту со знаком «плюс четыре», и Дзюба откашливается, гневным взглядом благодаря Сашку за четыре карты. Игра идет размеренно, без резких поворотов, пока у Леши в руках не остаются две карты. Все жадно смотрят на его руки, следя абсолютно за каждым движением, чтобы в нужный момент подкинуть штрафные, если парень забудется, но Леша помнит об этом, поэтому бросая одну карту, в этот же момент громко кричит «УНО», оставаясь с одной картой. Игра накаляется. Теперь и Артем остается с одной. Леша уже радуется, что победил, ведь сейчас в игре желтый цвет, и у него на руках карта желтого цвета, но тут брат выкидывает черную, и старший готов отдубасить того чем-то по голове, но лишь приходится молча взять четыре карты. Саня кидает желтую шестерку, и Тема с радостными криками бросает последнюю карту — желтая единичка.  — Саня! Я думал, мы заодно!  — Я сижу напротив тебя и даже не вижу твои карты, алло.  — Тьфу, блять, — Антон не сдерживается, бросает все свои карты, в которых виднеются две девятки, один пропуск хода и еще одна с добавлением двух карт. В сумме они дают больше очков, чем у всех парней, именно поэтому Антон, молча и чуточку злясь, выслушивает свое первое задание.  — Спой для меня песню «Я твоя», — сразу выпаливает Артем, радостно тасуя карты для следующей игры. Антону даже сказать нечего, кроме как:  — Артем, ты дурак?  — А что-о-о? Мы же тут на желания играем, тем более ты сам рассказывал, как вы с братом в машине поете да еще и на видео записываете, так что давай. Можешь даже на стульчик встать, если хочешь, — Артем кивает в сторону, указывая на стул, и Антону приходится встать. Начинает петь, смотря в экран телефона, потому что слов он совершенно не знает. Такое зрелище никто не оставляет без внимания, поэтому все тут же начинают снимать под недовольное оханье проигравшего. Следующая игра уже начинается с огоньком. Первым ходит Антон и бросает карту пропуска хода, следующим ходит Саша. Тот тоже выкидывает пропуск хода, соответственно Артем тоже в пролете. Антон, улыбаясь, бросает карту, на которой вновь изображен перечёркнутый кружок, на что Леша возмущается:  — Да сколько у тебя их, екарный бабай!  — Специально для тебя была последняя, — говорит прямо в лицо, отчего Леша даже шарахается, а Саня принимает ход, выкидывая карту обратного хода. В это время Артем уже пыхтит, как паровоз.  — Разбудите, как очередь дойдет, — и складывает руки на груди, прикрывая глаза. В этом время ходит Леша, давая шанс Антону, а тот уже и Дзюбе, которого приходится пнуть ногой, чтобы он проснулся.  — Вы так любезны, — изображает поклон и выкидывает карту с двумя плюсами, что означает, что Саша должен взять карточки, а тот даже и не противится. Дальше Леша бросает сразу две одинаковые карты, оставаясь при этом с одной, и тут же кричит, дабы не получить штрафной. Все взгляды снова прикованы к нему. Антон нервно дышит, забирая из колоды одну карту, так как у самого нет ничего нужного, и ход переходит Артему, который также радостно выбрасывает карту, оставаясь с одной. Сашка кидает свою зеленую четверку, и Леша заканчивает игру, выкидывая точно такую же карту.  — Саня! — вновь орет Антон, бросая карты, а Головин лишь пожимает плечами, мол, «я не виноват». У Миранчука снова больше всего очков, поэтому новое задание вновь для него.  — Давай ты потверкаешь, а мы потом забудем этот ужас, — шутит Саня, смеясь в кулак, и все тут же оборачиваются на него.  — Капец, Саня, ты жжешь, — комментирует Артем.  — Ты во мне сомневаешься, щенок? — Антон тут же щурит глаза, будто кидает вызов парню, а тот, приняв позу лотоса и упершись ладонями в пол, с ног до головы осматривает проигравшего.  — Ты кого щенком назвал? — после этого у Артема рот приобретает форму буквы «о», а глаза удивленно смотрят на Леху, который также не понимает, что сейчас будет.  — Хочешь забатлиться?  — Не вопрос.  — Саня, с тобой точно все хорошо? — Артем заботливо потирает его плечо и в ответ лишь получает утвердительный кивок. Головин встает, разминая ноги, и встает рядом с Антоном, почти упираясь тому в грудь. Сейчас точно будет сцена, как в самых настоящих фильмах про танцевальные батлы.  — Жесть, если Саня сейчас реально будет тверкать, завтра на ужине я отдаю вам свою порцию сырников, — Дзюба смотрит на убивающих друг друга взглядами парней, как на восьмое чудо света. Хотя Головин, трясущий задницей, точно открытие. Леша тут же находит какую-то ритмичную песню, и первым задом поворачивается Антон. Все камеры направлены на него. Как только в песне начинает драйвовый момент, парень изо всех сил пытается изобразить популярный танец, и, как ни странно это говорить, плакать от этого не хочется. Сашка, смотря на весь этот цирк, по его мнению, машет руками в сторону Миранчука, показывая, что это полный отстой, но Тоха уступать не собирается, лишь продолжает трясти попой еще ритмичней, и тогда Головин встает рядом с ним, также начиная делать. Дзюба даже свистит, а второй Миранчук свалился на пол в конвульсиях, снимая при этом уже потолок, а не тверк. В этот момент открывается дверь, и на пороге показывается незнакомый молодой человек. Тверкающим все равно, они слишком заняты делом, а вот Дзюба произносит коронное «опа», выглядывая из-за задниц парней.  — Я это, точно не ошибся? — парень ошарашенно отступает на шаг назад, заглядывая за дверь и убеждаясь, что это точно комната 101. Саша с Антоном теперь уже во всю разглядывают гостя, а еще переглядываются друг на друга, кажется, покраснев то ли от стыда, то ли от энергичного танца.  — Тут живут Артем и Саша?  — Ага, я Артем, а вот Санька, — Дзюба дает пинка под зад Головину, отчего тот вынужден прикрыть пятую точку и хихикнуть.  — М-м-м, — тянет парень, продолжая смотреть на всех присутствующих. — Я ваш сосед новый.  — Опа, — Дзюба даже откладывает телефон, а Саша нервно сглатывает, пытаясь ужиться с мыслью, что этот человек видел его позор. Спасибо, что не задом к двери тряслись.  — А тебя звать как?  — Саша. Саша Ерохин, а лучше просто Саня.  — О-о-о, так у нас теперь не только близнецы по лицам, но еще и близнецы по именам, — шутит Артем, но на шутку никто не реагирует, поэтому он лишь хмыкает.  — Я не помешал? А то вы так усердно занимались делом, — новый Саша отшучивается и улыбается, чем заставляет Головина и Миранчука сесть на свои места.  — Нет, у нас тут только все начинается. Хочешь к нам? — приглашает Артем, отчего у Саши, тот, что Головин, и у Антона глаза на выкат лезут.  — У вас весело, я смотрю. Давайте, что ли, — неуверенно чешет затылок, но все же присоединяется к парням, садясь между Лешей и Сашей.  — Ну что, кто следующий тряхнуть стариной? — и Артем вновь раздает карты.