Will you wait for me?

~ ~ ~

      — Девушка, не согласитесь ли потанцевать со мной?       — Джеймс!       — Будем считать это положительным ответом. Обними же меня. Ну же, Т/И! Сколько мы не виделись? Четыре месяца? Пять?       — 147 дней.       — Ты все таки считала.       — Просто вспомнилось. Не смотри на меня таким взглядом, потому что я не знаю, что он значит.       — "Я люблю тебя" - вот, что он значит. Знаешь, я ведь хотел тебе сказать...       — Что?       — Какая же ты красивая!       — Ты так говоришь только для того, чтобы добиться от меня...       — Чего? Добиться чего?       — Ты знаешь!       — Я знаю, чего хочу. Я хочу, чтобы эта песня никогда не заканчивались и мы продолжали танцевать всю ночь напролёт. Я хочу обнимать тебя, хочу чувствовать под своей ладонью мягкость этого платья и жар твоего тела. Хочу, чтобы твои пальчики бесконечно продолжали массировать мою голову, путая волосы. Эй! Ну же, продолжай!.. Т/И, я хочу прижимать тебя к себе и вдыхать запах твоих духов. Знаешь, а ведь твоя кожа пахнет лавандовым мылом, которое я подарил тебе на прошлый Сочельник. Помню, как ты обрадовалась, когда нашла сверток под ёлкой... Я хочу, забрать с собой частичку тебя: твой запах и тепло тела, улыбку, блеск глаз и твои милые ямочки на щёчках. Это то, чего я хочу прямо сейчас, то, что мне жизненно необходимо.       — Я... Да. Я так и думала.       — Моя девочка.       — Почему ты смеешься?       — Ты ещё такой ребёнок, хотя уже такая взрослая. Я бесконечно рад, что даже в такое страшное время, ты сохранила внутреннего ребёнка. Я люблю тебя такой.       — Какой "такой"?       — Моей.       — Джеймс, я хотела сказать тебе...       — Говори, моя милая. Говори сколько хочешь! Хочу насладиться звуком твоего голоса. Говори... Говори. Никогда не думал, что твои щёчки такие мягкие и румяные... Ты смущаешься? Моя любимая. Моя птичка. Моя. Что же ты молчишь?       — Я хотела сказать... Знаешь, после того, как я прочитала в письме, что ты можешь приехать, я всё думала о том... Знаешь? Ты знаешь, о чём я думала?       — О чём, моя дорогая?       — Я думала только о том, как же сильно... Нет! Не могу сказать!       — Нет! Нет, мой ангел, расскажи мне! Расскажи мне всё то, о чём ты побоялась написать. Я хочу знать абсолютно всё.       — Весь последний месяц до нашей встречи я думала о том, как же сильно я снова хочу... мне так сильно хочется снова поцеловать т-тебя.       — Моя девочка...       — Твои губы такие... Сегодны ты поцеловал меня второй раз за всё то время, что мы знакомы, и мне кажется, что твои губы такие... такие родные мне! Нет! Постой, не торопись! Это еще не всё. Не говори ничего. Выслушай меня.       — Только не отстраняйся. Ну же! Иди ко мне. Сейчас поменяют пластинку и опять заиграет музыка. Обними меня, Т/И. Вот так. Слышишь? Это Гленн Миллер. Да. Вот так. Умница. Именно так, обними меня покрепче...       — Я хочу рассказать...       — Говори! Говори мне на ушко. Только не отстраняйся. Я хочу держать тебя в своих объятиях. Позволь мне, держать тебя в своих обьятиях, Т/И.       — Знаешь, я ведь представляла нашу встречу иначе, всё должно было происходить по-другому и я собиралась сказать тебе нечто важное. Ты слушаешь?       — Я слушаю тебя. Что ты хотела сказать мне при встрече?       — Это очень важно.       — Я слушаю.       — Наклонись ко мне. Ещё ближе. Это должно остаться секретом, договорились?       — Твой шёпот такой горячий и мне так хорошо. Всё, что пожелаешь, моя девочка. Я сделаю всё, как ты скажешь.       — Хорошо. Тогда слушай...       — Я слушаю тебя.       — С каждым прочитанным письмом, которое ты адресовал мне, я всё больше и больше понимала... Нет, не так! Я абсолютно точно уверена, что сейчас я люблю тебя. На самом деле, я и раньше любила тебя - так было всегда, но я боялась признаться себе в этом. Вокруг тебя вечно крутилось столько девушек, что я радовалась уже тому, что просто могу быть твоим другом. С тех пор, как в детстве мы играли в семью и ты был моим мужем, я думала только о том, как бы было хорошо, если бы мы на самом деле, взаправду, поженились. Чтобы на мне было маленькое белое платье и шляпка с вуалью, а ты в костюме и счастливый от того, что я стану твоей женой. Стану твоей.       — Моей!       —Да. Только твоей. И вот теперь, когда спустя столько лет, мы впервые оказались настолько далеко друг от друга, и ты каждый день рискуешь своей жизнью, я подумала, что пора... Вот дьявол! Ну же, Джеймс! Достань же кольцо и сделай всё как положено! Стив всё мне рассказал.       — Ах, он маленький...       — Джеймс!       — Я, знаешь ли, тоже планировал это несколько иначе.       — Хочешь, мы выйдем?       — Да, пожалуй. Держи: накинь мою куртку.       — Февраль в этом году выдался холодным.       — Мы же не о погоде вышли поговорить!       — Ты прав. Прости.       — Мне нравится, что ты стала такой послушной.       — Джеймс!       — Что?.. Ты выйдешь за меня замуж?       — Да.       — Да?       — И почему я слышу удивление в твоём голосе?       — Если честно, я до последнего не был уверен в том, что ты согласишься.       — А я сказала "да". Я хочу быть твоей женой, глупенький! Хочу быть твоей. Только твоей.       — Моя. Моя девочка!

< . . .>

      — Вот и дом. Впустишь?       — Это же твой дом, забыл?       — Наш дом, Т/И!       — Ты не против? Я сделала небольшую перестановку...       — Так гораздо лучше!       — Спасибо.       — Т/И, а, где я буду спать?       — В гостиной на диване. А чего ты ждал?       — Нет, ничего.       — Джеймс?       — М-м?       — Когда ты уезжаешь?       — На рассвете. Еще успею подремать пару часов.       — Джеймс?       — М-м?       — Я хочу проводить тебя. Можно?       — За мной приедет водитель капитана, но я буду рад, если мы сможем попрощаться.       — Я соберу для тебя кое-что в дорогу.       — Спасибо. Т/И, что это?       — Это моя пряжа. Я почти закончила вязать пинетки. Хочешь взглянуть?       — Т/И, они такие... крошечные. Неужели у всех детей такие крошечные ножки?       — Конечно.       — Я хочу, чтобы в этом доме бегала детвора с маленькими ножками в разноцветных носочках, которые ты свяжешь...       — Звучит неплохо.       — Превосходно. Это звучит превосходно. И, знаешь, что?       — Что?       — Это второй самый лучший стимул вернуться домой.       — А какой первый?       — Сделать тебя своей женой, чтобы к тебе обращались "Миссис Барнс".       — Звучит неплохо.       — Нет. Идеально. Это звучит идеально. Можно я поцелую тебя перед сном?       — Целуй же! Джеймс... Добрых снов. Я разбужу тебя перед рассветом.       — Спокойной ночи, Миссис Барнс... Да, я был прав. Это звучит идеально...