Вредный Мин Юнги, доминирующий Пак Чимин, чертов стул Ким Намджуна и последствия голубой любви

— Мы. Снова. Делаем. Ах. Это. Здесь, — с трудом выговаривает Юнги, дергаясь от быстрых поступательных толчков. Его растянутый анус с влажным хлюпом с легкостью принимает в себя колом стоящий член Чимина почти час, не прекращая мило поддергиваться. Вокалисту совсем срывает крышу от тепла внутри старшего и поджимающихся стенок, что после четвертого оргазма улетает в астрал, неуклюже втрахивая мембера в диван, иногда промахиваясь мимо цели с громким стоном, закидывая ноги Юнги на себя, а потом рвется вверх, хочет достичь пика, поднимает старшего на руках, не боясь надорвать поясницу, и заваливает на стул, продолжая долбить так сильно, что не выдержает мебель такого напора и трещит под тяжестью двух парней. — Стой, Чимин. Стул… с-сейчас… сл-сломается… — Юнги уже сам чувствует подступающую волну оргазма. Он еле успевает схватиться за стол, когда Чимин вторгается так глубоко, задевая простату, и кончает обильно, дергаясь всеми конечностями в полном экстазе, но руки уже не держат, и когда пелена перед глазами рассеивается, рэпер летит на пол, приземляясь на пятую точку. — Твою..... — шипит он, испуская всевозможные маты из всех щелей, морщась и хватаясь за зад, из которого вытекает сперма.       Чимин смеется, пытаясь отдышаться после пятого захода, и валится обессиленно на пол. С трудом протягивает руки к старшему и тянет его в свои объятия, просовывая руку между его булок. — Я уже давно хотел разломать этот стул к чертям, — шепчет он на ухо мембера и сует обратно сперму, проталкивает пальцы в мягкий сфинктер Юнги. — Перестань, — мычит Мин, но не может сопротивляться, когда Чимин целует прямо в губы и не прекращает улыбаться. Юнги поддается ему, и сам ложится сверху, не разрывая контакта, пока не становится совсем тяжело дышать, но даже это не останавливает их. Они пожирают друг друга глазами и шепчат лестные слова, смущая друг друга. — Вот зачем было ломать стул? Это ведь Намджун отдал мне его, — чуть погодя всё же отмечает нерадостно Мин, поднимаясь с пола. Смотрит на груду и даже не знает, что с этим делать. Починить стул явно уже невозможно. — Вот именно поэтому. — Ты все еще ревнуешь, — закатывает глаза Юнги, доставая влажные салфетки и запуливая упаковку прямо в мембера, попадая в живот. — Ыгх, — сгибается Пак на полу. — Больно ведь. — Так тебе и надо. Мне тоже было больно, когда ты продолжал трахать, даже когда я просил перестать. — Ну прости, — шепчет ласково Чимин, строя глазки и замечая, как старший собирается уже переступить через него, чтобы достать одежду, заваливает на себя, получая в живот еще и локтем. — Умн!       Юнги еще пуще злится и пинается ногами, пока Чимин не захватывает его, зажимая в цепких руках. — Пусти, — шипит старший, всячески пытаясь выбраться, но Чимин лишь довольно лыбится, не обращая внимания ни на что. — Что ты задумал? — Мне кажется, мы еще не занимались этим на полу. — Прекращай, извращенец. — Да ладно тебе. Давай еще разок. — У тебя что сперматоксикоз? Хватит. Я устал. — Ну ты можешь просто лежать, а я все сделаю, — уже приподнимается Чимин над хёном, а Юнги только замечает, что давно свободен и строит в голове план побега. Пак достает еще один презерватив из кармана, но не успевает даже открыть, как старший вылетает из студии полуголым с толстовкой в руке. — Юнги? — подорвавшись, Чимин притормаживает у двери и аккуратно выглядывает, хмуря лоб, а Юнги шлепает чуть быстрее, хватаясь за спину и показывая неприличный жест в сторону младшего. — Вот значит как, — неторопливо натягивает футболку и спортивки вокалист, разминается, запихивает пару презиков в карман и выходит из студии словно на красную дорожку. Откидывает свои влажные волосы назад и направляется в ту же сторону, куда убежал Мин. — Если догоню, то оттрахаю, что ходить не сможешь же, хён, — шепчет он себе под нос и безумные искры из глаз пускает во все стороны. — О, здравствуйте, Чимин-сонбэ, — из поворота врезаются в него детишки тонсэны и извиняются без конца, кланяясь. — Привет, ребятки. Вы случайно не видели Мин Юнги? — спрашивает любезно Чимин, не поддавая в виду. — А? Ааа… Юнги-сонбэнним, сказал не говорить вам ни в коем случае, где он, — выдает один и под удивленные взоры прикрывает рот рукой, осознавая, что сам только что проговорился, глядит на остальных, которые мысленно посылают в него убийственные искры. — Вот как, — щурит глаза Чимин. — Вот как.       Юнги, запыхаясь, останавливается на нижнем этаже, и уже хочет покинуть коридор, как перед ним вырастает фигура мембера. — Какого?.. — чуть не шлепается он, спотыкаясь о собственные ноги. — Как ты нашел меня? Меня сдали? Я ведь договорился заказать им курицу, — щебечет Юнги, спиной отходя от младшего, а Чимин с довольным видом вразвалку напирает до самой стены. — А я просто заказал им тройную порцию курочки. — Не может быть! — Ха-ха. Ну теперь, хён, ты от меня не сбежишь. Идем же, — хватает Чимин за толстовку старшего и тянет за собой. — Куда мы идем? Не говори, что ты всё ещё думаешь, что мы сделаем это снова. — Но я ведь знаю, что тебе это нравится, хён, — шепчет Чимин на ушко и кусает мочку. Он стоит совсем близко к Юнги, забираясь одной рукой под толстовку и щупая мягкий живот старшего. — Что ты делаешь? Не в коридоре же, — отталкивает его Юнги, весь покранев. — Да кто нас увидит.

*Где-то в компании*

— У меня уже походу глюки, — говорит вслух охранник и трёт глаза, чтобы точно убедиться, что ему не померещилось. — Что такое? — отрывается от экрана напарник. — Ты посмотри. — Чего? — Кто-то привёз ЭрДжея в полный рот.

*Где-то в другой части компании*

— Хён, если ты вот так согнёшься, то член войдет глубже, ты знал об этом? — Ах, нет, — дрожит мембер всем телом, когда член действительно проникает, касаясь простаты. — Намджун там! Быстрее! Я сейчас уже кончу. Сделай уже это. — Ну ладно, — пожимает плечами рэпер и приподнимает ноги старшего, расстягивая его анус своим горячим органом и проникая одним мощным толчком, что все внутренности встряхиваются. — Ах. Да! Да! Там! Нгх... мннн... — стонет всё громче Джин, хватаясь за ножки стула. Намджун, запаниковав, что голос старшего услышат снаружи, накрывает ему рот ладонью и продолжает прямо ебать до самых звёздочек, чувствуя, что вот-вот сам изольётся. И когда его член начинают часто сжимать влажные горячие стенки ануса, Ким наполняет, шлепая смачно яйцами по ягодицам, и замирает, закатывая неконтролируемо глаза, кончая следом за старшим и целуя в сие дрочибельном завершении в губы. — Ох! Йоу, — щелкает ручка двери за спиной, и невысокая фигура застывает прямо в тот момент, когда сперма брызгает из члена Джина. Чимин в ахере застывает, всё еще держа толстовку Мина своими маленькими пальчиками, даже когда тот больше не сопротивляется. — Опа!.. — втягивается Юнги за ним следом и разворачивается в том же темпе, устремляя глаза к потолку, будто ничего только что не видел. — Эй, может хватит трахаться в компании где ни попадя. — Кто бы говорил, — бормочет Мин, оставаясь стоять в коридоре. Чимин дедает вид, что не замечает, но в груди хитренький план уже намечается. Он хочет поторопиться, так как между ног и так уже тяжелее некуда, что в голове прожоджают всплывать извращенные мысди, даже посде того, как застал трахающихся старших. — А и кстати Джин-хён, тебе тут посылка, — добавляет Чимин, исчезая наконец за дверью и оставляя смущенных мемберов. — Кажется кое-кто забыл правило номер один. — Это какое? Всегда проверять дверь? — предполагает Юнги, хоть и впервые слышит о каких либо правилах. — Угу. Помнится, когда я застал тебя с Намджуном, вы тоже дверь не запирали, — задумчиво напоминает Чимин. — Аб... Блл… Ка… Какого хрена ты снова вспомнил об этом? — присев на корточки, бурчит Юнги, пряча румянное лицо. — Это называется профилактика, чтобы ты не забывал, как ранил меня. Чимин частенько вообще напоминает о произошедшем, что Юнги хочется его прибить за это каждый раз. — Я думал, мы уже окончательно забыли о том моменте, — поднимается наконец с опущенной головой Мин. Чимин, зная, что хён раздражается, когда напоминают об этом, не хочет упускать шанс поиздеваться над старшим еще, но после всего он просто обнимает старшего со спины и просит прощения. — Ну прости. Хочешь я закажу тебе что-нибудь. — Так то ты должен мне теперь стул. — Я вообще имел в виду какую-нибудь одежду для сексуальных игр. Ну знаешь что-то вроде кошачьих ушек и хвостика, — Чимин делает вид, что это только что пришло в его голову, но на самом деле он давно желает переодеть Юнги в кошечку с розовыми ушками. Хотя максимализмом его извращенной натуры было одно сокровенное желание, чтобы Юнги-хён снова примерил форму горничной. Чимин чуть ли не кровью обливается, когда представляет это в голове, а член встает колом моментально, будто в воздухе витает афродизиак. — Чего? — хлопает глазами Юнги, смотря на немного уплывшего в своих мечтах мембера. — Ничего. Я просто подумал об этом прямо сейчас, каким бы ты миленьким был, хён. — Ну это… на самом деле у меня уже это есть, — неожиданно признается Юнги и брови сводит устрощающе, будто сейчас ударит. — Где это сейчас находится? — глаза Чимина чуть не вылезают из орбит от услышанного. Внутри всё переворачивает. Он не верит, что его мечта может сбыться прямо сейчас. — В общежитии. Но я не собираюсь это надевать сегодня, ты и так переборщил. Пф, — тычит пальцем раздраженно Юнги и уходит прочь от мембера. — Ну почему, хён? Ты ведь сам это купил. Давай я помогу тебе выкинуть чертов стул Ким Намджуна и мы поедем в общежитии, — догоняет Чимин старшего вприпрыжку. — Сначала стери эту дурацкую улыбку с лица, — щурит глаза Юнги. — Хорошо, — не двинув ни одним мускулом, Чимин толкает старшего в плечо и идет с ним рядом, желая зажать его в крепких объятиях сильно-сильно. Они возвращаются обратно в студию Юнги, где всё еще пахнет потом и спермой. — Вау. Это мы что ли сделали, — все еще сверкая зубами, Чимин протискивает внутрь комнаты через две двери, пока никого не было видно в коридоре. — Ну а кто еще. Знаешь, у меня всё еще ноет пятая точка. — Ну-ну хён. Вот придем в общежитие, я хорошенько вылижу место, где бо-бо, а сначала… — хватает Чимин спинку стула двумя руками и поднимает вверх.       Юнги напряженно замирает, не понимая, что собирается делать младший. Пак возносит восторженно спинку, как Муфаса представляет Симбу со Скалы Предков, а потом с такой же широкой улыбкой разбивает о своё колено, продолжая так несколько раз, пока спинка не разваливается на две части. — Ауч. А это оказывается больнее, чем я думал, — констатирует Чимин, потирая ушибленное место. Юнги даже не хочет комментировать, оставаясь стоять в стороне с лицом лица. — Ты ненормальный. — Но ты же всё равно любишь меня таким, да? — Чимин снова замахивается и разламывает другую часть от стула. Юнги даже не представляет, где эта штука крепилась. — Мм. — Что-что не слышу? — Люблю тебя… — произносит Юнги еле слышно, и мембер обнимает его, целуя в щеку. — И я тебя, хён. Давай еще раз здесь займемся, — понижает голос Чимин почти до хрипа и кончиком языка касается мочки уха старшего. — А то мой стояк увидят другие, если мы выйдем из студии.       Юнги опускает взгляд, замечая, как разгорячен младший, и берет через брюки эрегированный орган, неуверенно обхватывая его пальцами. — Ох, Юнги. Сделай что-нибудь или я снова попытаюсь выебать твой зад, — закатывая глаза, Чимин хватается за плечи старшего. Юнги, не отрывая глаз от лица Чимина, опускается на колени и тянет штаны вниз, получая по лицу твердым дилдом. Выпускает язык и кончиком касается головки. — Мм… — закидывает голову Пак и гладит по голове старшего. Юнги направляет в себя пенис и заглатывает медленно, пока горячий орган не утыкаются в глотку. Выпуская влажный пенис, снова заглатывает, ускоряя движения. Мин сам возбуждается, тянет руку в боксеры, начиная себе надрачивать, и мычит, когда Чимин уже не сдерживается и начинает трахать его рот грубо, что слюна скатывается по подбородку. — Я сейчас, — стонет Чимин и спускает прямо на лицо рэпера. — Черт, — выдыхает он. — Похоже мне нужен еще заход. Твое личико слишком сексуально с моей спермой, — прижимается он и мнёт тонкие губы, чувствуя, как хён хватается за плечи и сам забирается на него. — Еще раз, — рвано просит Юнги. Его член всё еще твердо упирается в живот. — М? — Говорю, выеби меня еще раз, Пак Чимин, или я запихну в себя что-нибудь от этого стула. — А как насчет моей руки, хён? — Чт.. об? — не может связать слова Юнги. — Говорю, что если я впихну в тебя свою руку, ты будешь доволен?