Искра

— Ну и где Игорь?       Артем беспокойно поглядывал то на наручные часы, то на проходивших мимо людей, выискивая лишь одну фигуру, которая, к его разочарованию, до сих пор не появлялась. То, что Мистер-Дисциплинированность-Акинфеев никогда не опаздывал, было известно всему вожатскому составу спортивного лагеря «Искра». Да, кажется, что даже дети, приезжающие в лагерь уже не один год, знали это. — Тема, успокойся, — протянул Смолов, вальяжно развалившись на лавочке рядом с кучей спортивных сумок, чемоданов и рюкзаков. — Ты же его знаешь. Щас примчится к тебе. Мы просто раньше пришли. Новенького тоже еще нет. — Сейчас уже детей начнут подвозить, а его еще нет. — Могу поспорить, что Игорь, как только узнал, что ты в этом году с ним в паре, передумал ехать или же от счастья словил инфаркт.       Леша и Тоша Миранчуки – два брата-близнеца – стояли вместе в теньке, немного поодаль от общего сбора, при этом старший положил подбородок на плечо младшему. Они переговаривались о чем-то шепотом, иногда поглядывая на сидящего на скамейке Федора. В разговор старших товарищей встрял младший. — Леш, сейчас не время для тупых шуток, — Смол кинул на близнецов предупреждающий взгляд. — Вообще-то, я Антон.       Федя лениво махнул рукой на них, снова возвращая свое ценное внимание на обеспокоенного Артема, который ходил туда-сюда, словно блядский маятник. — Тема, блять, если ты не успокоишься, то я обещаю, что…— однако миру так и не удастся узнать, что бы сделал Федор, не появись Акинфеев в начале парковой аллеи в этот момент.       На лице двухметрового Артема Дзюбы появилась широкая детская улыбка, и только присутствие рядом с Игорем худенького высокого парнишки остановило его от того, чтобы не сорваться и не побежать к нему на встречу.       На самом деле, Акинфеев был самым «древним» вожатым. Дети, которые всю свою юность проводили в «Искре», любили пошутить за его спиной на тему того, что «ему должно быть лет 50 уже» или же что «существование динозавров более доказанный факт, чем смена без Игоря». Поэтому-то его уважали и слушались почти беспрекословно не только участники, но и другие вожатые.       В прошлом году Акинфеев был в паре с Ромой Зобниным, а Дзюба — с Федей, но Темино желание попасть в отряд и работать бок о бок с Игорем неизвестно, наверное, было только самому Игорю. В этот же год Саламыч — директор спортивного лагеря — поставил их вместе на самый младший отряд, от чего Артем весь светился от счастья всю последующую неделю после распределения. — Так, Смол, это Саша Головин, — обменявшись приветствиями, Акинфеев указал на худощавого мальчишку рядом с собой, который был больше похож на пацана из старшего отряда, а не на вожатого. — Вы вместе работаете. Новенький. Не обижать. — А можно нам такого третьим? — попросил Леша, с интересом разглядывая паренька. — Федя один справится, — добавил Тоша. — Да? — Заткнись, Леш, — мгновенно ответил Федор. — Да Антон я. — Я знаю. — Спокойнее, — как всегда, стоило Игорю начать говорить, как внимание всей группы обращалось к нему. — Артем, ты взял, что я просил?       Повисло неловкое молчание, в которое взгляд Дзюбы метался из стороны в сторону, а Акинфеев ставил на лавочку гитару и свою сумку. Другие же поспешили поприветствовать подошедших Илью и Рому; близнецы же набросились с вопросами на новую кровь в их лагерном болоте, а именно — Головина. — Можно просто Тема, — парень перевел тему, судорожно пытаясь вспомнить просьбу Игоря. — Зачем тебе гитара? Ты научился играть? — Нет, Денис просил привезти, — ответил парень. — А он где сам? — Уже на базе, — Акинфеев провел рукой по лбу, пожимая плечами. — Там еще один новенький, иностранец, и Денис вызвался показать ему корпуса до нашего приезда, поэтому пока мы следим еще и за их детьми. Ты взял свечку*? — Что? — Дзюба облегченно выдохнул. — Ах, да.       Все же облажаться в первый день перед Игорем для Артема было смерти подобно.       Денис Черышев тоже уже не первый год варился в этом котле, однако в прошлом году свою смену он закончил немного раньше из-за нашествия ос, на укусы которых у Дениса оказалась аллергия, что вызвало волну звонков от родителей и некоторые возмущенные комментарии. — Да, Саша, живи с нами, — Леша Миранчук стоял с одной стороны от новоиспеченного вожатого и уверенно приводил минусы жизни с Федором. — Он заставляет детей отжиматься. Еще у него странный фетиш на ковры. Серьезно. Он не может жить в комнате без ковра. Ты видел, сколько у него татуировок? Он сектант. — А еще он храпит по ночам, — добавлял Антон, прижимаясь к парню с другой стороны. — И кашляет. — Вы откуда знаете? — брови Головина сошлись на переносице, а близнецы растерянно переглянулись. — Черт, спалились.       Аллея в парке постепенно заполнялась разными по возрасту детьми, которые озадаченно оглядывали группу молодых парней, стоящих в теньке. Некоторые из них были с родителями, которые, конечно же, возьмут номера у вожатых своего чада, дабы быть в курсе всего, что происходит. Те, кто уже знал друг друга, с радостью бросались в объятия и безостановочный поток обмена новостей за прошедший год. Были и те, кто подходил к вожатым поздороваться и напомнить о себе.       Вожатский состав спортивного лагеря почти не менялся, поэтому они все знали друг друга довольно-таки хорошо. Только Миранчуки соглашались ехать в том случае, если их ставили вместе на один отряд. Никто и не спорил.       У Смола и Дениса эта смена была уже четвертой в качестве вожатого, у Ромы с Ильей — второй, у братьев и Артема — третьей.       «Искра» спортивный лагерь с футбольным уклоном, где все члены ОРГкомитета были игроками различных местных футбольных команд, кроме братьев, игравших вместе за один двор, а также учились на факультете физической культуры городского педагогического ВУЗа. Существовало какое-то неоговоренное правило, что общение за стенами базы между ними сходило почти на «нет». — Так, сейчас я раздам таблички с номерами отрядов. Списки у вас на руках? — деловито начал Акинфеев, когда заказные автобусы уже начали припарковываться у ограждения парка; рядом с ним стоял Артем, сложа руки на груди. — Отлично. Приедем, отправим детей распаковываться, а сами к Саламычу. Гори? — Чтобы светить, — одновременно отозвались все собравшиеся.       Девиз для лагеря, как ни крути, что-то вроде святыни.       В небольшом кабинете директора «Искры» было ужасно душно. Если на улице сейчас температура на термометре пересекла отметку в +30, то в помещении были все +40. Понятие «кондиционер» здесь могло прозвучать как настоящее ругательство.       Самого директора пока еще не было, поэтому первыми пришедшими оказались Игорь с Артемом. Акинфеев с возмущением поглядывал на расстроенного и плетущегося за ним Дзюбу, который всячески пытался невинно ему улыбнуться. Следующими пришли Денис с Марио, тем самым новеньким иностранцем, говорящим по-русски получше некоторых самих русских. Новичок смущенно присел рядом с Черышевым, который сразу же перешел к главному. — Ну, и что, девочки, у вас случилось? Напряжение в комнате хоть ножом режь. — Денис, я сейчас не в настроении шутить, — ответил Игорь, вновь сердитым взглядом сверля дырку в Теме. — Заткнись, Черешня, — недовольно бросил Артем. — Игорь, что произошло? — вновь испытал удачу Денис. — Он перелез через ограждение, — начал Акинфеев, вздыхая. — В парке. И повел детей за собой, потому что, видите ли, так короче. Конечно, все обошлось без травм, но кроссовки кто-то все же порвал.       Тема уже готовился возмутиться, как дверь с грохотом открылась снова и в комнату ввалились Леша с Тошей, громко смеясь. За ним тут же зашел Федор в мокрой футболке и с выражением на лице, отчетливо говорящем всем поблизости бежать. Однако Смол просто сел за стол, взял одну из бутылок, стоящих на нем, открыл и сделал пару глотков. Близнецы же бесстрашно уселись с каждой стороны от него. — Знаете, — начал Федя, обращаясь к остальным. — Мне кажется, мы что-то перепутали. Миранчуков надо было в список с детьми впечатывать. — Не будешь нас путать, — нагло заявил Леша. — Где ты потерял своего напарника? — В погоне за вами. — Мы очень польщены, но он нам нравится больше, прости, — Антон хитро переглянулся с братом, от чего Смолова передернуло.       Именно они были его головной болью вот уже три года. Каждый блядский раз в лагере они умудрялись получить награду как самые милые вожатые, свести с ума всех девчонок и насолить Смолу настолько, что хватало на целый год.       Когда остальные вожатые заняли свои места за столом, показался Саламыч, одетый, как обычно, в деловой костюм серого цвета. Он отдельно поприветствовал новичков, прежде чем перейти к основным темам. — Сейчас у вас обед. Далее, знакомство с отрядами. Поиграете с ними во что-нибудь на сплочение, но не на улице, иначе в такую жару и до обморока недалеко. Далее, после ужина готовьтесь к представлению отрядов, которое пройдет в восемь вечера. Пять минут на отряд! Дискотека и отбой в десять. Ко мне с утра по одному вожатому за планом на следующий день. Вожатые, вы сами по очереди договариваетесь, кто будет патрулировать корпуса. Правила напомнить?       Кивнули все, даже яростно записывающий информацию в блокнот Игорь. — Во-первых, никакого курения на территории базы. Во-вторых, в вожатский душ детям ходить нельзя. В-третьих, за мат наказания. Все понятно?       Ответом ему был очередной всеобщий кивок.