Неожиданное счастье

Растерявшийся Поттер пересел в кресло, зельевар же, стоя уперев руки в бока, здорово возвышался над Гарри, отсылая его во времена учебы в Хоге. - Я наивно предполагал, что после войны вы бросили эту скверную привычку - доставлять мне неприятности, но раз контролировать собственную жизнь для вас за гранью фантастики, то придется переехать ко мне, мистер Поттер,- казалось, аврор чуть замялся, и Северус бросил на него фирменный разочарованный взгляд,- Какие-то проблемы? Осмелюсь напомнить, это не я заявился к вам на ночь глядя с нелепыми предложениями, так что будьте добры, подчиняйтесь и не доставляйте мне лишних проблем. Вам всё ясно? - Гарри кивнул, - Я выделю вам комнату наверху - Где наверху, профессор? - не понял Поттер, подозрительно оглядывая директорский кабинет. Снейп не удержался и прикрыл глаза ладонью. Это будет тяжелее, чем он думал. - Вы всерьез думаете, что я живу в комнате Альбуса и сплю на постели человека, которого убил? Я теперь понимаю, почему вам предлагали баллотироваться на пост министра - туда, похоже, берут только идиотов. У меня есть дом, Поттер. *** Гарри почти с энтузиазмом берется за переезд и справляется за четыре дня. Днем никого из них нет дома, а к восьми часам возвращается Северус, заказывает еду и делает вид, что читает до тех пор, пока не явится старательно прячущий новые синяки Поттер. Через неделю он возвращается с задания раненым, Снейп, пока варит очередное зелье, в сотый раз повторяет, что у него нет столько времени, чтобы каждый месяц вытаскивать несносных мальчишек с того света. А аврор блаженно прикрывает глаза от ворчания того, чье имя повторял в бреду (Снейп как-то не задавался вопросом, почему домовик так легко принял его в доме Блэков, а стоило бы). Каменная маска с лица не исчезает, однако, теперь на заданиях Поттер ведет себя осторожнее. *** Как-то Гарри вернулся домой раньше профессора, и благоразумно решил, что успеет принять ванну. Не хотелось предстать перед Северусом помятым.  Теплая вода приятно расслабляла, и мысли аврора плавно переключились на самую приятную для него сейчас тему - на Снейпа. Теперь он принадлежит Северусу, он сам отдал свою жизнь в его руки, не до конца, правда, понимая, что делает и зачем, но оно того стоило - Гарри почти перестал видеться с кем-то не по работе, теперь он торопился домой. Торопился! Услышать его ворчание, почувствовать едва уловимый запах, когда Северус, резко развернувшись, пройдёт мимо, а потом посмотреть на развевающийся подол его мантии. Теперь день считался неудавшимся, если с утра Поттеру не представлялась возможность попасться под руку сонному зельевару и получить свою порцию беззлобных (ну почти), но тем не менее, как всегда, остроумных замечаний. Внешне эта зависимость никак не проявлялась, но Гарри понимал, что пугающе быстро привык к такой жизни.  Возможно, все дело в том, что он всегда был один, а тут Снейп. Семьей его, конечно, не назовешь даже с натяжкой, но это куда лучше, чем ничего. Он не решится признаться ему.  И это к лучшему.   Северус, вернувшись домой, обнаружил тяжелые аврорские ботинки коридоре, а вот сам аврор нигде не нашелся, ни на кухне, где бывал чаще всего, ни в своей комнате. Профессора охватило смутное беспокойство, все-таки мальчишка еще эмоционально неустойчив, а потому запертая дверь ванной комнаты, заставила его вспотеть от нервного напряжения. - Поттер. Поттер!- на этот раз громче, и тишина. Пара заклинаний и дверь поддается, Снейп ожидает чего угодно, да хоть перерезанных на маггловский манер вен, но не спящего в ванной Гарри. Он немного покраснел от горячей воды, волосы, сейчас распущенные, мягко спадают на плечи, а на лице умиротворенное выражение, даже счастливое.   «Хотел бы я знать, что тебе снится.»  Северус, коря себя за несдержанность, подошел к краю ванны и замер - он, безусловно, не рассчитывал, что Поттер решит помыться в одежде, но увидеть его обнаженным и таким беззащитным было слишком.  Зельевар несколько мгновений стоял, не в силах пошевелиться, лишь жадно впитывал очертания желанного тела, скользя голодным взглядом по сильным рукам с выступающими венами, намечающимся кубикам пресса на животе, ниткам и рубцам шрамов на правом боку, может, когда-нибудь Гарри расскажет ему, откуда у него все эти отметины. Часть из них Северус помнил: кривая полоса у плеча - это облава на оставшихся пожирателей четыре года назад, тонкий красный след от ключицы и вдоль шеи - от психа, возомнившего себя реинкарнацией Лорда, разные мелочи с рядовых заданий, и чем дольше он смотрел, тем сильнее становилось желание припасть губами и языком обводить каждый след на смуглой коже. Снейп сглотнул непроизвольно набежавшую слюну, зажмурился и тихо выскользнул из ванной. Ему хватит и того, что он сможет пересматривать эти воспоминания в думосборе.    Гарри только начал оттаивать, ему сейчас нужна дружеская поддержка, а не домогательства старого извращенца.    Северус уже раз сто пожалел, что у него хорошее зрение - его тело отзывается каждый раз, когда он видит Поттера, опрометчиво выходящего из душа в полотенце или разгуливающего по дому в одних штанах и испытывает почти неконтролируемое возбуждение, но он не был бы ужасом подземелий, если бы себя выдал.  Под мантией всё равно не заметно. *** Гарри долго не может привыкнуть к тому, что утром его ждет не ворчание домовика, а кружка ароматного, сваренного Северусом, кофе (и, бонусом, ворчание вышеупомянутого Северуса, если он не в духе). К тому, что Снейп, хоть и не в гостиной перед камином, а в своей лаборатории, всегда дожидается его, а потом, заслышав шаги в коридоре, поднимается к себе в комнату. Молодой аврор ловит себя на мысли, что у него не было ничего лучше, чем такая забота зельевара.  Как всегда считал Гарри, Снейп не умеет проявлять свои чувства, так что этого было с лихвой. Он часто хотел зайти в лабораторию, чтобы лишний раз увидеть Северуса, его резкие порывистые движения, и послушать занимательную лекцию о том, что некоторым аврорам не помешало бы быть менее неуклюжими и не пытаться уронить, зацепив плечом, шкаф с ингредиентами по дороге от двери к столу. Поттер мнется на пороге, улыбаясь краешками губ, до скрипа сжимая широкой ладонью дверной косяк и не решаясь войти, уходит к себе или в гостиную. Он не знает, какую дробь отбивает в эти моменты сердце директора Хогвартса. Так прошло два месяца.   Теперь по ночам Гарри мучают другие кошмары - ему больше не снятся окровавленные трупы, нет, теперь ему видится крупный, четко очерченный нос, ползущая вверх изогнутая бровь, ему снится, что он проводит своими пальцами по бледной шее и совершенно не представляет, каков Северус без мантии.   *** У Поттера был выходной, первый за... Мерлин его знает, сколько времени, в такие моменты Гарри совсем не знал, чем себя занять - в итоге уснул, дожидаясь Снейпа из Хога, сидя на полу в гостиной, прислонившись головой к подлокотнику северусова кресла - почему-то ему в голову не пришло в него сесть. Когда вернулся Снейп, это было первым, что он увидел, выйдя из камина. От такой щемящей, почти детской преданности, у Северуса на лице непроизвольно расцвела мягкая улыбка . Повинуясь внезапному порыву, он опустился на колени рядом со спящим и легонько, чтобы не разбудить, погладил по непослушным волосам. Зеленые глаза широко распахнулись, и вот Гарри уже сам тянется к руке Снейпа, прикрывая глаза, как бродячий кот, берет эту белую кисть, так ярко выделяющуюся на фоне извечной черной мантии, своей смуглой рукой и хочет поцеловать, но зельевар не даёт. Вырвав руку, он спешно апарирует в свои комнаты.  Гарри первый раз видел, как покраснел его возлюбленный. Это вообще первый раз, когда кто-то видит, как краснеет Северус Снейп. Этой ночью Поттер стучится в дверь зельевара и, не дожидаясь ответа, заходит. Снейп чувствует, как рвутся защитные чары, а этому нахалу хоть бы хны. На Северусе старомодная ночная рубашка и это почему-то кажется трогательным.  - Поттер, какого Чёрта вы тут забыли? Этажом промахнулись?- нарочито спокойный голос и убийственный взгляд. Хорошая попытка, только на Гарри не действуют такие вещи, не после того, как он ощутил ласку Северуса, почувствовал его желание. Поттер больше не может ждать, пусть Снейп хоть круциатусом его пытает, он никуда не уйдет. Если уж совсем честно, у Снейпа уже стоит от вида красавца аврора, явившегося к нему в спальню в одних трусах. В голове зельевара проскальзывает мысль о том, что неплохо было бы научить Поттера ходить одетым, а то не принимать же ему холодный душ по пять раз в день в самом деле. Гарри только чуть улыбается и молча стягивает с опешившего от такого поворота событий Северуса одеяло. -Поттер, вы хоть понимаете, что творите? - осторожно, чуть слышно выдохнул Снейп, боясь испортить мгновение, он так долго этого хотел, что боялся в это поверить. А причин верить действительно не было - как может Гарри любить того, кто издевался над ним шесть лет? Хотеть человека вдвое старше себя? Да еще такого. Профессор зелий никогда не обманывался насчет собственной внешности, тем разительнее контраст между юным Поттером, прекрасным, как сама молодость, и им.  Если бы Северус Снейп мог нормально соображать, то пришел бы к выводу, что это невозможно, и выставил за дверь зарвавшегося аврора, но жадные поцелуи и сильные руки, блуждающие по его телу, категорически не давали этого сделать. Вопрос, надо признать, действительно неплохой. Положа руку на сердце, Гарри не мог бы сказать, что полностью отдает себе отчет в своих действиях, а кто бы отдавал? Окажись Северус на его месте, всё было бы точно так же.  - Да, профессор… Я хочу Вас,- хрипло отвечает Гарри и, пробравшись рукой под сорочку, медленно поглаживает его ногу от колена к бедру. Такую откровенность зельевар просто не может игнорировать, его мозг выключается, стоит вдохнуть запах шампуня Поттера. Северус опрокидывает свое личное наваждение на спину и жадно скользит руками по коже, будто силясь охватить максимальную площадь, целует всего и везде, а великий маг наконец сбрасывает свою маску, получает откровенное удовольствие, слишком откровенное, и позволяет распробовать свою кожу на вкус. Зельевар находит, что она прекрасна, а Гарри вдруг резко подминает Снейпа под себя, вылизывает шею, плечи, целует живот и бедра, кончиком языка проводит по стопе от пятки к пальцам и чуть прикусывает лодыжку, заставляя Северуса поперхнуться воздухом и застонать сквозь кашель. Поттер растягивает розовую дырочку неторопливо, сначала с трудом проталкиваясь одним указательным пальцем в узкий проход, преодолевая сопротивление мышц, хочется растягивать его, смотреть, как скользкие пальцы погружаются в анус, раздвинуть темно-розовые края указательными пальцами и протолкнуть язык.  Входить в него снова и снова, Северус отдается, как в последний раз, а потом вылизывать дырочку, заполненную спермой, чувствуя, как дрожит тело любовника. Хочется оставлять засосы везде, чтобы вся бледная кожа стала багровой, хочется сделать для него все что угодно, лишь бы он не отвернулся. Немолодой уже Снейп кончает трижды за ночь, как мальчишка, и ему всё мало. Он лежит, блаженно прикрыв глаза, а Гарри медленно ведет языком от кончика носа Снейпа, до переносицы. Потом ловит его язык и посасывает его. Северус издает странный звук, почти урчит, ему еще не было так хорошо. Никогда и ни с кем. Гарри обнимает его медленно, но крепко, настолько, что у зельевара включается инстинкт самосохранения. Он прижимает его к себе так, что Снейп утыкается ему носом в шею, и водит горячей ладонью по спине. - Ты ведь не оставишь меня, Северус?- тихо спрашивает Гарри лишь сильнее прижимая к себе самое драгоценное, что у него есть. - С чего это такие нежности Пот.. Хм.. ... Гарри? Это первый раз, когда Снейп назвал мальчишку по имени.  - Северус...ммм, - Гарри целует его в макушку, зарываясь носом в волосы, скользя языком по пробору, и чувствуя, что от того, как звучит его имя из уст зельевара, от того, что ему позволено звать его по имени, он возбуждается снова. Рядом с Северусом он становится одержимым, просто маньяком, хотя, раз уж сам Снейп против этого ничего не выказывал, то почему бы и нет?   А Северус лежит прижатый к широкой груди, вдыхает самый лучший запах - запах секса с Гарри, и думает, что оказывается не готов к такой страсти и напору. Снейп всегда считал себя, мягко говоря, непривлекательным, а когда тебя хотят вот так, рыча, дорвавшись, это сбивает с толку. И хотел Поттер именно его, иначе не имел бы на протяжении почти двух часов. Еще Северус оказался не готов к ошеломляющей честности и простоте гриффиндорца в постели. "Я хочу вылизать тебя всего". И ведь вылизал. Всего!  Сносит крышу, когда его широкие ладони ложатся на бедра и ставят на четвереньки, заставляя бесстыдно выставить задницу, и пока ты поднимаешься, чувствуешь, как вытекает из ануса сперма. Его сперма. Она и пахнет приятно. Большими пальцами Гарри оттягивает ягодицы в стороны и дует на красную горячую дырочку, заставляя вздрогнуть и рефлекторно сжаться. И вдруг почувствовать там касание языка, он проходится по саднящим растянутым краям, будто заглаживая вину. Во время секса капельки пота по спине стекали к ягодицам и по ним в ложбинку. Там влажно от пота и пощипывает края растянутой дырочки, а тут еще и язык..  Северус исступленно выгибался и глухо стонал, просто не контролируя себя, он был близок к обмороку. А Гарри все было мало, он боялся, что это его единственная возможность доказать своему профессору, что он на самом деле чувствует, что Снейп больше не пустит его в свою постель. Впрочем, едва ли его бы это остановило.     И вот Поттер, вновь возбудившись, решил, что сейчас самое время для нового захода. Он переворачивает Северуса на живот, аккуратно погружает палец во все еще сокращающийся анус, нащупывает простату и едва ощутимо проводит по ней подушечкой указательного пальца. Снейп резко выдыхает, прикрыв глаза. А Гарри упивается этими стонами (он точно маньяк). Несколько быстрых движений и зельевар уже хрипло дышит, снова череда легких касаний и ещё один сильный толчок. После всего, что уже было этой ночью простату уже саднит, туда просто сумасшедший приток крови - пальцы дарят наслаждение практически через боль, и от этого еще слаще. После нового оргазма у Северуса ни на что не осталось сил и он уснул, а Гарри подтянулся к нему наверх и снова прижал его к себе, одной рукой поддерживая голову, а другую положив на ягодицу зельевара, так, что кончики среднего и безымянного пальцев оказались в ложбинке, заставив Снейпа беспокойно ворочаться во сне.  Утром Северус проснулся первым и еле встал. Во всем теле ощущается сладкая ломота, он весь пропах запахом пота и спермы своей и Гарри. Снейп улыбнулся. «Неужели так будет всегда?»