Все статы в плюсе

Гарри Поттер, Драко Малфой и Рон Уизли прочно обосновались на лугу, на территории Поттеровского поместья. Точнее, на поляне в лесу около луга. Портреты подсказали Гарри, где найти готовый многоразовый портал у них в сокровищнице и как ввести туда нужные координаты. Так как у Поттеров постоянно были гости, защита была несколько опущена и чары не замечали использования фамильного портала. Гарри и Рон встречались в будни у Поттеров, те отводили троих детей в школу и позже забирали. Правда, последний год перед Хогвартсом (то есть в 10 лет), они должны были пойти в пятый класс. Вот только в среднюю школу ходить один год смысла не было, а потому им просто не стали искать новую школу. Джереми последний год обучали магии, взявшись, наконец, за безопасность Избранного в будущем. Тренерами выступали Джеймс, Сириус, Грозный Глаз Грюм, Дамблдор и некоторые другие. После того, как Рон и Гарри возвращались из школы, они делали уроки в ВП и, с помощью портала, уходили в Косой переулок. Возвращались оттуда они уже с Драко, перемещаясь на свою полянку. Никто об этом, понятное дело, ничего не знал. Драко тоже успел стать Игроком; запоздало выбрав себе второй класс – политик, – мальчик догонял друзей, ходя по Барьеру с инферналами до их каждодневных встреч. А так они обычно пытались пройти уровень пятый (на четвертом был ВП со временем 12 к 1), являвшийся смешением первого и третьего: скелеты-лучники и скелеты-меченосцы бродили рядом с инферналами, пытаясь защитить... вампира. Понятно, почему друзья не могли победить, да? В общем, вот и сейчас, 8 октября 1990го года, Гарри сидел на излюбленной ветке дерева, под ним, прислонившись к стволу, читал книжку Драко, а Рон лежал на траве, читая подвешенную заклятьем левитации книгу. Палочки они приобрели на Скрытой аллее, незарегистрированные в Министерстве Магии. Друзья также обнаружили, что заклятье, созданное палочкой и вербальной формулой – первый уровень, без слов – второй, без взмахов – третий, слабое без палочки – четвертый, стабильное без палочки – пятый... А дальше уже по-разному; если с «Агуаменти» Малфою пришлось "стрелять" водой на разные расстояния, делать разный напор воды и прочее, то для прокачки «Люмоса» пришлось научиться создавать несколько огоньков, отрывать их от пальцев, заставлять их менять цвет... – Гарри, – вдруг позвал Драко, – что ты понимаешь под «темными магами»? – Тех, кто пьет черный кофе по утрам*, – мрачно отозвался Гарри, отрываясь от разглядывания «сапфирового сердца инфернала». Мэг они сбывали исключительно «рубины». – Тебя, твоего отца, твою мать, Ремуса, Сириуса... – Ремуса и Сириуса? – Недоуменно переспросил Рон, откладывая книгу. – Сириуса потому, что он принадлежит к Роду Блэк, а он априори считается Темным. А Ремус – оборотень, приписанный к Темным тварям. Твои родители, Драко, служили Темному Лорду, ты – их сын... – Общественное мнение, – понятливо хмыкнул Малфой. – А еще? – Светлые заботятся о всех, несут добро и справедливость. Темные – лишь за себя и близких. Драко скептически приподнял бровь. – Да не понимаю я ничего, – сдался Гарри, – только то, что уже сказал. Однако действует! Мы с вами прошли на Скрытую аллею, на наших руках загорается «черное пламя». На ладони отца я видел «белый лепесток», а он аврор, жаждет справедливости и засадить твоих родных, Малфой, в Азкабан. Уменьшить поголовье Темных, так сказать. – Ммм, принято. Рон? – А я не задумывался, – просто сказал рыжий и снова потянулся к книге. – Послушай... А как кони всегда оседланы, когда мы приходим? – Домовики, – растерянно ответил Гарри, все еще пребывая в мыслях о разделении Темных и Светлых магов. – Они нас, кстати, страховали, пока мы не научились держаться в седле. – Круто, я, кажется, недооценил этих ушастых. Гарри, можешь пирожок у Тинки попросить? Спустя пять минут ребята уже жевали пирожки с мясом. А еще через 15 вышли на луг, двигаясь к реке. – Драко, – на это раз тему задал Гарри, – а что ты тогда... ну, когда мы познакомились... что ты тогда делал в книжном? – Книгами закупался, естественно, – фыркнул блондин. – Нет, я про то, что такое количество книг... Сколько их было? Двенадцать? – Четырнадцать. И если ты тогда не заметил, то три из них – «История Хогвартса» разных годов издания, то же самое с другими учебниками. – И не жалко было денег? – Рон с любопытством посмотрел на друга, – Купил бы самый старый в наличии, и все. Да еще тащил сам. – А как? – непонимающе глянул на Уизли Малфой, – Домовиком нельзя, никто ведь не знал, куда я пошел. А эти ушастые отцу заложат. Палочки, чтобы уменьшить, у меня не было. А если бы Дик помог уменьшить, то как я дома размер вернул бы? Отца просить – расписаться в том, что я был на Скрытой аллее. – А какая-нибудь бездонная сумка? – не отставал рыжий. Гарри молчал. – А где ее взять? – пожал плечами Драко, – или ты думаешь, что у меня в комнате завалы артефактов? Я бы вернулся порталом домой в комнату, в кафе не заходил бы. – Закрыли тему, – Гарри сел у реки и потрогал воду, – теплая. Искупаться бы. – Октябрь, – заметил Драко. Брюнет не ответил. Так они и сидели у воды, пока... – Гарри? Поттер резко обернулся и вскочил. Его друзья поступили так же, теперь они все смотрели на Сириуса Блэка. – Гарри, что здесь делает Малфой? – глаза у мужчины сузились при взгляде на блондина. Драко, впрочем, гордо вскинул подбородок, а в кармане нащупал порт-ключ и готовился к стратегическому отступлению. – Мои друзья, – Гарри выделили тоном эти слова, – у меня в гостях. Что не так, Сириус? – Джеймс об этом знает? – Поттер помотал головой из стороны в сторону. – Ну тогда я извещу его об этом. Гарри сжал кулаки, глядя в спину крестному. Нужно было что-то решать, и побыстрее. «Выбей его из колеи. Любым способом» – пришло сообщение от Драко. – Да? Настучишь отцу на меня? Не знал, что мой крестный – такая крыса! – Сириус застыл на полушаге и развернулся, ошарашенно смотря на мальчика. «Не ожидал, да? Это только начало», – промелькнула у Гарри мысль. – Знаешь, я очень жалею, что мой крестный – это именно ты. Тебе же плевать на меня! Хотя, чего стоило ожидать от того, кто бросил свою семью? Драко и Рон потрясенно смотрели на друга. Его слова были жесткими и, возможно, несправедливыми, но заставили Блэка вернуться. Теперь мужчина внимательно смотрел на крестника, будто видел его впервые. – И кто, по-твоему, подошел бы на такую роль? – Не знаю, – протянул Гарри, – пожалуй, Питер Петтигрю был бы в самый раз. Или, может, Северус Снейп. Мальчик всего раз в жизни видел Снейпа, но тот произвел неизгладимое впечатление на него. Про Питера и так понятно: Гарри знал правду, а Сириуса такие слова бы задели. Мужчина застыл, не мигая уставившись на крестника. Почему-то было плохо. Вспоминалось, как он, первый год жизни Гарри, играл с ним; не отходил ни на шаг; как Джеймс устраивал с ним едва не бои, чтобы получить доступ к сыну. Неприятно кольнула мысль, что это как-то быстро исчезло после того Хэллоуина. – Петтигрю, – неверяще повторил Блэк, – и Снейп. Пожиратели Смерти. Один подставил твою семью под удар, а второй предал ее. Достойные кандидаты в крестные брату Мальчика-Который-Выжил. – Так вот кто я для всех вас? – Последние слова подняли в Гарри глубоко спрятанную обиду. – «Брат Мальчика-Который-Выжил». Жалкая тень. Подобие и даже лишний. Закончил мальчик ужасающе спокойным голосом, словно вдруг смирился окончательно с этим положением вещей. Рон и Драко уже сто раз успели пожалеть, что встретились сегодня. Что Драко сказал Гарри выбить из колеи крестного. Уизли держал Малфоя за руку, не давая трусливо бежать. Сириус молчал. Внутренне «настоящий» Бродяга давил самозванца, диктующего своё отношение к окружающим людям. Нет, только к крестнику... Гарри Поттер завороженно наблюдал за Репутацией с Сириусом. Надпись мигала, искрила, в конце концов полыхнула белым светом и... «Сириус Блэк: +5000 (обожание, печаль)». «Есть!» – мысленно сообщил Гарри, – «С Сириуса спали чары!» «Это было ужасно, дружище» «Ты бил метко, Поттер. Уизли, тебе не понять всех тонкостей взаимоотношений крестного-крестника за неимением данной связи» – Драко немного поколебался, – «мне остаться или уходить?» «Наверное, лучше уйти» – Ты прав, – Сириус выглядел побитой собакой, – я был совершенно отвратительным крестным. И ты, ни в коем случае, не подобие или тень. Ты – Гарольд Джеймс Поттер, мой крестник, будущий ученик школы Чародейства и Волшебства Хогвартс. –...Я помню многое, Бродяга. Все, если быть точным, – тихо, смотря на свои ботинки, сказал Гарри, – и тебя, катавшего меня на себе-собаке, и отца, делающего точно также в форме оленя. И Петтигрю... Дядю Питера, что, услышав хлопок аппарации в тот день на первом этаже, храбро бросился по лестнице вниз, готовясь к обороне. Тогда, в тот Хэллоуин. А затем поговорил с кем-то, ушел и вернулся... спустя пять минут. С Темным Лордом. И как он испугался, наверное, понимая, что мы с Джерри сейчас умрем. Он не хотел. – Если ты помнишь все, и тот Хэллоуин, ты должен знать, что произошло. Как Джерри победил Воландеморта, – Сириус посмотрел на крестника. Вот он, ответ на все вопросы о том дне! Всегда был рядом, а они и не замечали! Не замечали... И впрямь, практически не замечали Гарри. Учили, да – давали информацию, но не разжевывали, как Джерри. Не интересовались успехами в школе. Не интересовались постоянными пропаданиями. – Вы все время считали, что Джереми пережил ужасное, что та ночь оставила на нем свой след. Что он может помнить, например, Воландеморта. И никто не замечал, что это я, я «пережил ужасное»! Что я все помню. Что я помню цвет и скорость авады, летящую в меня. Дважды. А потом, в третий раз, после неудавшихся первых двух, – в Джереми. И как я закрыл его, отражая луч назад. И как предсмертным проклятьем Воландеморт взрывает детскую, как дядю Питера ранят осколки, как он накидывает на манеж чары, спасая нас с братом... Сириус долго молчал, а потом они еще дольше говорили. Несмело, делая первые шаги, расспрашивая друг друга о разных вещах. Драко и Рон давно ушли (один порт-ключом, второй – добравшись до имения и дальше камином), оставив крестника и крестного. У них есть, о чем поговорить. *** – Джереми, скорее, скорее! – Лили стояла у камина и взволнованно смотрела на одного из сыновей. Тот тащил гигантский чемодан по лестнице вниз, собираясь перемещаться на платформу. Джеймс опаздывал, Ремус не смог прийти, а Гарри и Сириус невозмутимо стояли у стены. Они оба сильно сблизились за оставшееся время до Хогвартса, хоть мальчик и не доверил крестному тайну о Системе. С собой у него был рюкзак, подаренный Блэком на день рождения, с чарами облегчения веса и увеличения пространства. Впрочем, стандартные чары, но Сириус в этом году подарил хоть что-то. И полезное. – Да тут я, – мрачно буркнул Джерри. Круглые очки-велосипеды соскользнули на кончик носа, и он поспешно их поправил. У Гарри зрение было отличным, в отличие от брата**. «Да, глаза имеют не только мамин цвет», – глубокомысленно изрек тогда Сириус, узнав об этом их отличии. – Давай, Сириус, вы с Гарри первые, – поспешно махнула рукой Лили, подавая горшок с летучим порохом. Мужчина шагнул в камин и исчез в зеленом пламени. За ним последовал и Гарри. Поттер огляделся. Картина, открывшаяся ему, завораживала: красно-черный поезд, пускающий клубы дыма, толпы детей и их родителей, совы, летающие над магами и коты, бегающие у них в ногах. И сотни громких звуков. Гарри заметил Рона, который махнул ему рукой, и платиновые волосы Малфоев. У них был уговор найти друг друга в поезде, потому мальчик не стал подходить к друзьям. – Ладно, Сириус, до каникул, – улыбнулся Гарри, оборачиваясь к крестному и попадая в крепкие объятия. – Пока, Сохатик, – ухмыльнулся Блэк, рукой растрепав волосы Гарри. – Мам, пап, пока, – попытался привлечь внимание матери и уже пришедшего отца мальчик, но те тискали его брата и откликаться не собирались. Гарри закатил глаза, пробормотал что-то напоминающее «я и не сомневался» и удалился в поезд. Найдя свободное купе, Поттер вытащил из рюкзака книгу «Целебные Зелья» некоего Ч.Принца и стал ожидать друзей, коротая время чтением. Первым пришел Рон, а уже после отправки поезда к ним присоединился Драко. – Включим ВП «12 к 1»? – сходу спросил Малфой. – Ты хочешь провести кучу времени в поезде? – Вопросом на вопрос ответил Гарри. – Нет, так доедем. Некоторое время они весело общались, обсуждая последние новости; в который раз затронули тему неудачного ограбления Гринготтса, просьбы Мэг о «сапфировых сердцах» (они все еще поставляли лишь «рубины»), будущий факультет – Равенкло или Слизерин. Снова договорились, что «пойдут туда, куда отправят первого из них». Тележка уже прошла, когда дверь открылась, впуская нерешительного мальчика их возраста в купе. – Извините, вы не видели жабу? – спросил он. В ответ компания помотала головами в отрицательном жесте. – Я потерял ее, – чуть не плача продолжил он. – Не волнуйся, она найдется, – обнадеживающе улыбнулся Гарри. – Поищи старост и старшекурсников, может, они знают заклинания для поиска жаб. Мальчик благодарно кивнул и покинул купе. Правда, в скором времени дверь снова открылась. На пороге стояла решительно настроенная девочка с копной каштановых волос на голове. За ней мялся тот самый мальчик, что искал жабу. – Никто не видел жабу? Мальчик по имени Невилл потерял ее, а я помогаю искать, – командным голосом заявила незнакомка, а Невилл бросил в сторону мальчиков извиняющийся взгляд. – Мое имя Рональд Уизли, и Гарри сказал Невиллу, что жабу мы не видели. Извини, думаю, что нам необходимо переодеться. Не забудь представиться в следующий раз. Девочка вспыхнула и захлопнула купе, не прощаясь. Мальчики, как и говорили, переоделись (вернее, только Рон, так как Гарри и Драко были в мантиях) и приготовились к прибытию поезда. Через некоторое время металлический голос объявил, что поезд подъезжает к Хогсмиду. На платформе всех первокурсников созывал громадных размеров мужчина, в котором мальчики узнали лесничего, Хагрида. Хагрид провел их в тусклом свете фонаря по неровной тропинке, где дети чудом не навернулись, до озера. Открылся чудесный вид, раздалось восхищенное «о-ох» и первокурсники стали рассаживаться по лодкам. Гарри, Драко и Рон подсели к Теодору Нотту. Знакомый с ним Малфой по всем правилам представил спутника, хотя Гарри и Рон уже выяснили его имя с помощью «Наблюдения». Когда все выбрались на берег, Хагрид проверил лодки, обнаружил жабу Невилла и, наконец, довел их до ворот замка. На стук огромного кулака дверь открыла высокая строгая женщина в зеленой мантии и остроконечной шляпе. – Профессор МакГонагалл, вот первокурсники. – Спасибо, Хагрид, я их забираю, – сухо кивнула профессор МакГонагалл и обратилась уже к детям, – следуйте за мной. МакГонагалл привела их в небольшую комнатку, прочла лекцию о системе баллов и факультетах, наказала вести себя прилично и оставила их, чтобы «подготовить других к их появлению». За время ожидания Гарри, Драко и Рон выслушали с десяток глупых предположений о церемонии распределения, познакомились с призраками и изрядно перенервничали. Наконец, их ввели в Большой зал. Потолок поражал. Прекрасное звездное небо... и голос той самой девочки: «он со времен самих Основателей, я читала». Гарри горько вздохнул: очарование было разрушено. Распределяющая Шляпа запела какую-то песню о факультетах, себе и детях. Гарри даже не пытался вслушиваться, рассматривая всех, кто сидел в Большом Зале. – Сейчас я назову ваше имя и вы выйдите к табурету, сядете и наденете на голову Шляпу, – МакГонагалл раскрыла свиток, – начнем. Аббот, Ханна! Светловолосая девочка, спустя несколько секунд, отправилась к столу Хаффлпаффа. Сьюзан Боунс ушла вслед за ней, а Терри Буту аплодировал стол Равенкло. Наконец, прозвучало имя Драко. Он гордо вышел к табурету и, просидев на нем с полминуты, отправился к столу Слизерина. Участь Рона и Гарри была решена. – Поттер, Гарольд! Гарри вышел из толпы первокурсников, стараясь не обращать внимания на сотни взглядов, направленных на него. – Я вижу храбрость, много храбрости... И желания проявить себя. И ум весьма неплох... Но больше всего в тебе скрытности, изворотливости... Куда же тебя отправить?.. – На Слизерин, пожалуйста. На Слизерин, только на Слизерин, – шептал Гарри, подмечая, что качества «барсуков» она в нем не увидела. – На Слизерин? Ну что ж, пусть будет по-твоему... СЛИЗЕРИН! Зал остолбенело застыл. Но через мгновение «змеиный стол» апплодировал новому ученику, хоть и несколько неуверенно. Гарри прошел к Драко и сел рядом с ним. МакГонагалл опомнилась. – Поттер, Джереми! – ГРИФФИНДОР! – Здесь шляпа сомневалась не более пяти секунд. Гриффиндорский стол разродился бурными апплодисментами. Близнецы Уизли кричали «с нами Джереми Поттер!», многие хлопали рыжего Мальчика-Который-Выжил по плечам, поздравляя. Подошла очередь Рона. – Уизли, Рональд! –...Слизерин, – не очень уверенно, но твердо произнесла шляпа. Готовящиеся поздравлять брата Перси, Джордж и Фред застыли. Зал затих в шоке второй раз за день. Слизеринцы зааплодировали вновь, пытаясь удержать вежливость на лице. Разберутся потом. Драко, Рон и Гарри с чистой совестью прослушали все слова директора и принялись за ужин. А через полчаса они уже засыпали в своих кроватях, радуясь, что сумели отвоевать комнату на троих, во вторую отправив Забини, Нотта, Гойла и Крэбба.