Барабашка

Тэхён опирается о входную дверь и пытается хоть немного усмирить бешено бьющееся сердце. Вот чего Ким точно не ожидал, так это настолько скорого появления того самого Намджун-хёна. У него ведь только-только начали строиться отношения с Чонгуком, а какой-то там парень всё испортил всего лишь одним звонком. Обидно. Тэхён слышит сзади недовольное цоканье, потому быстро разворачивается на все сто восемьдесят градусов, выпучив глаза. Неужели он забыл стать невидимым? Но перед собой барабашка видит лишь своего старого доброго хёна, который недовольно смотрит из-под длинной чёлки, сложив руки на груди. — Боже, хён, напугал, — Ким прикладывает руку к сердцу и нервно смеётся, а Юнги закатывает глаза. — Тебе не меня пугаться надо, а дружка Чонгука, который вот-вот придёт. Может, у тебя неплохо получилось запудрить мальчишке мозги, но очень сомневаюсь, что правда не всплывёт. — Хён, — Тэхён бледнеет, и его глаза жалостливо блестят, — что мне делать? Я ведь… я ведь только смог установить настоящий контакт с Чонгук-и, а теперь… теперь… — Тише, балда, — домовой закидывает свою руку через плечо Кима, заставляя его чуть наклониться, и треплет по мягким волосам, — не паникуй раньше времени. Да, он узнает, что ты наврал, но это ведь и хорошо. — Хорошо? — барабашка ближе прижимается к хёну, оплетая руками его худую фигуру. — Ну, сам подумай, — кряхтит Юнги из-за слишком крепких объятий, но даже не думает отстранятся, — если он сейчас ничего не узнает, то тебе и дальше придётся врать. А значит, что ложь будет накапливаться и в конечном итоге выльется во что-нибудь не очень хорошее. Понимаешь? — Понимаю, — Тэхён отстраняется и растягивает губы в слабой улыбке, — спасибо, хё… Раздаётся крайне неприятная трель звонка, из-за которой Ким чуть подпрыгивает на месте от неожиданности, а Мин лишь морщится. Почти сразу же в коридоре появляется Чонгук, который, пройдя прямо сквозь домового, подходит к двери, смотрит в глазок и, не задумываясь, открывает двери. — Привет, хён.

***

— Выглядишь неплохо для человека, который вчера влил в себя три с половиной бутылки соджу, — смеётся Намджун, но тут же ойкает и щурится, хватаясь за ноющую голову. — А вот ты выглядишь хреново, хён, — честно говорит Чонгук, и Ким даже не обижается на тонсена — сам знает, что так и есть. — Может, таблеточку? — Да нет, я выпил уже. Лучше кофе налей. Чон кивает и принимается за готовку. Кофе у него самый обычный, который из пакетиков, но даже так Чонгук старается сделать его максимально приятным на вкус, кладя в него незамысловатые добавки. Пусть это будет платой хёну за своеобразную заботу в виде Тэхён-хёна. — Кстати, хён, — парень бросает на Намджуна мимолётный взгляд, но от своего дела не отвлекается, — с чего это ты с утра пораньше решил ко мне зайти? Ты ведь в другой стороне живёшь. — Во-первых, сейчас почти двенадцать, так что не так уж и рано. А во-вторых, мне пришлось идти в аптеку за таблетками, так что решил и к тебе заглянуть и убедиться, что ты смог добраться до квартиры живым. — Ну, Тэхён-хён мне очень помог, так что… да, я более чем живой, — Чонгук наконец заканчивает с кофе, поэтому с характерным звуком ставит перед хёном чашку. — Тэхён-хён? — Ким недоуменно смотрит на Чона. — Э-э, — Чонгук точно так же смотрит в ответ. В смысле? — Ну… да? — Ты раньше никогда не рассказывал о нём, — хмыкает Намджун и делает глоток ароматного напитка. — Он с твоего курса или как? Чон молчит и смотрит куда-то сквозь хёна, не моргая. Кажется, если прислушаться, то можно услышать, как в голове у парня происходит сложный мыслительный процесс. — Чонгук? — Ким щёлкает пальцами перед лицом Чона, так как тот просто не отзывается. Наконец, Чонгук вздрагивает и моргает пару раз. — Ты чего? — Хён. Ты серьёзно не знаешь, кто такой Ким Тэхён? — Впервые слышу. — Он, по твоей просьбе, помог мне добраться из клуба до квартиры, чтобы я не влип в неприятности… — Но я никого не отправлял с тобой, — Намджун хмурится, — я посадил тебя в такси, заплатил за поездку и наказал таксисту отвести тебя точно по адресу. Я, конечно, тоже выпил, но не настолько, чтобы забыть всё, что было ночью. Получается, этот Тэхён был в твоей квартире вчера? Чонгук бледнеет и медленно кивает. — Он… ещё и ночевал со мной. — Может, он вор? Хотя, тогда он бы вряд ли остался у тебя в квартире. Тогда, что ему нужно было? — Намджун делает глоток кофе и задумывается. — Ты точно его до этого нигде не видел? В универе там или, может, в каком-то кафе или магазине? — Нет. Я бы его точно запомнил. Он… необычно выглядит. — Необычно, говоришь, — Намджун задумчиво ерошит волосы, — может, он твой сталкер или типа того? Чонгук скептично приподнимает бровь. — Нет, ну серьёзно. Ты сам сказал, что он необычный. Да и разве стал бы нормальный человек помогать незнакомому пьяному парню добраться до дома? А потом ещё и на ночь оставаться. Чонгук закусывает губу и задумывается. Вообще-то, слова хёна не кажутся таким уж бредом. Чон никогда не был серой мышкой — симпатичный парень со складной фигурой, яркой улыбкой и выразительными глазами всегда привлекал к себе много внимания. Чего скрывать, у Чонгука всегда были фанатки. И фанаты. Это было приятно и ужасно льстило его самолюбию. Ему предлагали встречаться, признавались в любви, но никто никогда не сталкерил за ним. Или всё же был такой? Чонгук вспоминает покрасневшую мордашку Тэхёна, тёплые руки на собственной груди и странную, но такую счастливую улыбку. — Не знаю, хён. Но кажется, ты прав.

***

— Отлично. Теперь ты официально получил титул сталкера. Молодец, Тэхён! — барабашка хочет побиться головой о ближайшую стену, но должного эффекта, пока он не видим и не осязаем, всё равно не будет. — Да ладно тебе, — неловко говорит Юнги, смотря на понурое лицо. Вообще-то, это именно он всегда говорил Киму нечто подобное, ведь Тэхён никогда не обижался и воспринимал всё, как добрую шутку, но сейчас хочется действительно подбодрить. — Не «ладно». Не «ладно», хён! Это точно конец всему! Теперь, если он меня когда-нибудь увидит, то будет думать, что я ненормальный сталкер, который воспользовался ситуацией! — воет барабашка. — Ну, частично так и есть, — все же вырывается у Юнги, но он тут же добавляет. — Тэхён, успокойся. — Как тут успокоиться, хён?! Я не могу… ну почему всё происходит вот так… — Тэхён, — Мин хватает Кима за плечо, обращая на себя внимание. Глаза барабашки слезятся и, кажется, он вот-вот расплачется. Домового это не устраивает, — с каких пор ты решил так просто сдаться? Мне казалось, ты был твёрдо уверен в себе и своих силах. — Д-да, но… — Никаких «но», Тэхён. Ты не опустил руки, когда Чонгук тебя не замечал, и продолжал верить, что всё изменится в лучшую сторону. А теперь Чонгук заметил тебя. Да, возможно, не совсем так, как ты этого хотел, но ведь это уже прогресс. Так что намотай сопли на кулак и соберись, понял меня? — Хён, ты знаешь, что ты лучший хён в моей жизни? — Ким всё же всхлипывает и наваливается с крепкими объятьями на Мина. — Естественно, — вздыхает домовой. Тэхён понимает, что Юнги прав, что он слишком быстро решил опустить руки, а ведь это совсем не в его репертуаре. Ну уж нет. Так дело не пойдёт.