Барабашка

— Чувствуй себя, как дома, — говорит Чонгук и, не дожидаясь девушки, идёт в кухню. Чон открывает холодильник, намереваясь смочить так некстати першащее горло живительной водичкой, но замечает, что недавно купленная бутылка минералки стоит почти пустая. Когда он успел? — Хорошо здесь у тебя, — говорит Сыльги, с интересом рассматривая интерьер, а затем обращая внимание на растерянного парня. — Что-то случилось, Чон-и? — Я… да нет. Ничего такого, солнце, — Чонгук слабо улыбается и в пару глотков допивает минералку, потом выкидывая бутылку в мусорное ведро. — Может, чай или кофе? У меня ещё есть вкусные печеньки для особых случаев. — Я не против чая, — улыбается Ким и садится за кухонный стол, — и печенек. Чонгук лишь кивает и начинает уже привычно хозяйничать на кухне. Он заваривает ароматный зелёный чай для Сыльги и самый обычный кофе — для себя. Когда две чашки с напитками оказываются на столе, Чон лезет в один из настенных шкафчиков, доставая оттуда одну пачку с шоколадным печеньем. — Их же три было, — растерянно бурчит себе под нос парень и чуть трясёт головой. Кажется, зубрёжка полностью заполнила остатки его памяти, раз уж он даже не помнит, когда успел съесть целых две пачки печенья. — Чего говоришь? — спрашивает Сыльги, давно не удивляясь привычке парня разговаривать вслух с самим собой. — Ничего, — Чонгук без проблем раскрывает яркую упаковку, ставя её на стол. Ким внимательно смотрит на Чона пару мгновений и пожимает плечами, разбавляя чай большим количеством холодной воды. Пару минут они сидят в абсолютной тишине, нарушаемой лишь негромким чавканьем Чонгука, пока девушка вновь не подаёт голос: — Чонгук, — парень вопросительно приподнимает бровь, — с тобой точно всё хорошо? Мне кажется, ты о чём-то беспокоишься. — Ничего такого, правда, — снова улыбается Чон. Рассказывать как про ночные похождения, так и про одного прелестного сталкера он точно не собирается. — Ты лучше расскажи, как твоя практика прошла? Как там Пусан? У Сыльги заметно загораются глаза, и она начинает увлечённо рассказывать о месяце, проведённом в родном городе. Чонгук слушает её в пол-уха, улыбаясь и кивая на особенно эмоциональных моментах. Обычно он действительно интересовался личной жизнью своей девушки, однако сейчас вопросы были заданы лишь ради приличия. Как-то даже стыдно перед Сыльги. Совсем немного. Чонгук уходит глубоко в свои мысли, приходя в себя лишь только после того, как девушка громко вскрикивает. — Бли-и-ин, — тянет Ким, смотря на расползающееся мокрое пятно на своей рубашке. — Ты в порядке? — Чон хватает первую попавшуюся тряпку и неловко вытирает (пытается) пролитый чай. — Чай был холодный, к счастью, — вздыхает Сыльги и переводит на Чонгука игривый взгляд. — Мне бы рубашку снять… — Точно. Сейчас принесу что-нибудь, чтобы ты накинула на себя, — говорит парень, уже собираясь пойти в свою комнату, но Ким хватает его за запястье, останавливая. — Не надо, оппа, — почти шепчет Сыльги, начиная растёгивать многочисленные пуговицы на рубашке. — Думаю, это шанс наконец-то получить свой подарок… — Оу, — из-за своих мыслей Чонгук успел забыть о своём подарке. Что это с ним вообще? — Думаю, ты права, — ухмыляется и припадает к нежным губам вкуса шоколада (спасибо любимому печенью). Сыльги сразу же отвечает на поцелуй, высоко простонав в чонгуковы губы. Девушка вплетает свои пальцы в мягкие волосы и обхватывает своими ногами талию Чона. Чонгук поудобнее хватает девушку за ягодицы, чтобы она не упала, и несёт её в сторону спальни, не прекращая терзать её губы. Распаковывать подарок на кухне он не собирается.

***

— Красивая, — заключает Тэхён, внимательно рассматривая зашедшую в кухню девушку. — По-моему, она обычная, — безразлично пожимает плечами Юнги. — А по-моему, ты просто не разбираешься в девушках, — говорит Ким и также пожимает плечами. — Ой, а ты-то разбираешься, что ли? — Мин закатывает глаза и переводит взгляд на растерянное лицо Чона. Не стоило всё же пить столько минералки. Чёрт. Ким не отвечает, продолжая следить за девушкой и её эмоциями. «Она милая.» «Она красивая.» «Она интересная и, кажется, очень заботливая.» «Она девушка и человек.» Барабашка и дальше бы продолжал витать в своих мыслях, если бы не Юнги, сильно толкнувший его в плечо. — Больно вообще-то, — обиженно дует нижнюю губу Тэхён и трёт теперь ноющую часть тела. — За что? — Это ведь ты, да? — Я? — Ким непонимающе сводит брови к переносице. — Печенье, — домовой кивает куда-то в сторону, и Тэхён замечает знакомую упаковку в руках Чонгука. — Оу. Я думал, он не заметит… раньше ведь прокатывало. — Как видишь, заметил, — задумчиво говорит Мин, понимая, что Чон с окончанием сессии стал более внимательным к мелочам. Тэхён больше ничего не отвечает, а просто садится на свободный стул, стоящий возле Сыльги, и начинает впитывать в себя информацию от девушки. Вдруг пригодится. Юнги смотрит пару мгновений на троицу, сидящую за столом, а затем тяжело вздыхает и растворяется в воздухе, перемещаясь в родной астрал. Тэхён искренне пытается хоть немного вслушиваться в увлечённое щебетание девушки, однако сделать это намного труднее, чем кажется. Высокий голос быстро приелся и стал неприятно резать тэхёнов слух, а сбивчивая речь стала раздражать. Барабашка бросает взгляд на Чонгука и понимает, что парень сам особо не вслушивается в то, о чём ему так упорно рассказывают. Почему? Разве ему не интересна жизнь собственной девушки? Тэхён крупно вздрагивает, когда девушка как-то уж слишком притворно вскрикивает, и переводит на неё взгляд. — Ты в порядке? — обеспокоено интересуется Чонгук и бережно вытирает пятно на груди (!!!) девушки. — По-моему, это было слишком постановочно, Чонгук-и, — с видом профессионала кивает Тэхён. — Ей точно не быть актри… Ким давится воздухом, когда девушка начинает растёгивать рубашку, а Чонгук ухмыляется и целует её в губы. Тэхён с широко открытым ртом наблюдает за происходящим, пока Чонгук на руках не выносит девушку из кухни. — Что-о… Барабашка пялится на выход пару секунд, а потом вскидывает руки и выкрикивает: — Это ещё что за подарок такой?! Что делать?

***

— Оппа-а-а, — несдержанно стонет Сыльги, когда Чонгук оставляет яркий засос на бледной шее и мнёт мягкую грудь в своей руке. Ким тянет парня за шею и впивается в его губы требовательным поцелуем. — Пожалуйста, оппа, — в самые губы шепчет девушка и скользит по обнажённой груди руками. Чонгуку дважды повторять не нужно. Чмокнув Ким в губы, Чон тянется к чёрным кружевным трусикам, но тут же замирает, когда слышит со стороны кухни странный звук. — П-почему ты остановился?.. — Сыльги тяжело дышит и приоткрывает глаза. — Кажется, показалось… — парень снова тянется к мешающей вещичке, но слышит звук бьющегося стекла. — Что это? — Ким испуганно смотрит на Чона, который недоумённо косится в сторону двери. — Я не… — Чонгук не успевает закончить мысль, как слышится особо громкий шум, сопровождающийся странным криком (парню кажется, он слышит «уходи»), — о чёрт… — Чонгук, мне страшно! — Сыльги принимает сидячее положение и прикрывается чонгуковой футболкой. Чон смотрит на слезящиеся глаза и, заслышав особо жуткий крик, тяжело вздыхает. — Я проверю, что там, — игнорируя возбуждение, Чонгук встаёт и надевает свои домашние широкие штаны. — Ты должна уйти! — слышится более отчётливый крик из кухни, и Сыльги всхлипывает. — Тихо одевайся и медленно выходи из квартиры, поняла меня? Я задержу того, кто бы там ни был, — шепчет Чонгук и хватает с тумбы настольную лампу. — Но… — начинает Ким, но столкнувшись с взглядом, не терпящим возражений, выдыхает тихо, — хорошо, оппа. Чонгук кивает и на секунду прикрывает глаза. Нужно разобраться с этим.