Барабашка

— Чонгук-и, чем занимаешься? Парень чуть подпрыгивает на стуле и, не отзываясь, судорожно щёлкает мышкой, закрывая тем самым какие-то вкладки на ноутбуке. — Гук-и? — уже обиженно тянет Тэхён, смотря на напряжённую спину Чона, который, наконец, оборачивается к нему, хватаясь за сердце. — Я ведь просил, не появляйся так резко! — громко восклицает Чонгук, притворно хмурясь. — Так и до сердечного приступа не далеко, Тэ. Ты этого добиваешься? — Нет, конечно, — бурчит барабашка, дуя губы и виновато смотря в пол. Да, Чон просил об этом. Да, не один раз, предупреждал, что и врезать случайно может, ведь рефлексы у него ого-го. Но Ким ничего не может с собой поделать, попросту забывая обо всём на свете, когда смотрит на сосредоточенное любимое лицо. Чонгук лишь вздыхает. Тэхён не исправим и всё тут. — Иди сюда, — Чон призывно хлопает по своим бёдрам, на что Ким сразу же реагирует, привычно садясь на уже полюбившееся место — между сильных чонгуковых ног. Парень обнимает барабашку за талию, сцепляя руки за его спиной в замок, и мягко чмокает во всё ещё надутые губы. Как ни странно, Тэхён слегка отстраняется и строит недовольное лицо. — Что такое? — Ты снова курил? — спрашивает Ким, хотя и так прекрасно знает ответ. — Зачем, Гук-и? — Просто? Это старая привычка, я не могу так быстро избавиться от неё, ты должен понять, — Чон спокойно пожимает плечами и тянется за новым, более глубоким, поцелуем, но натыкается лишь на длинные тэхёновы пальцы. — Фто такое опять? — Я не хочу целоваться с пепельницей, это неприятно, — бурчит Ким, всё ещё не убирая пальцев. — И вообще, ты даже не пытаешься бросить! — возмущённо взмахивает свободной рукой, насколько позволяет его положение. — Ну, Тэфён, — Чонгук на своё же произношение закатывает глаза и убирает ладонь со своих губ. Оставляет по лёгкому поцелую на каждой костяшке, не сводя взгляда с кимовых глаз. — Прости, я исправлюсь ради тебя. Веришь, малыш? От подобного обращения Тэхён сильно алеет щеками и начинает быстро кивать головой. — Верю… правда верю тебе… — Вот и славно, малыш, — Чон довольно улыбается, видя, как барабашка смущается пуще прежнего. — Что-то не так? — Не зови меня… малышом, — тихо, но достаточно слышно говорит Ким и утыкается носом в плечо парня. — Я старше почти в пять раз, забыл? — Ну и что? Всё равно ты милый и стеснительный малыш ТэТэ, — смеётся Чонгук и целует Тэхёна в макушку. — И тебе ведь нравится, м? Ким тихо тараторит что-то в ответ, но парень и так всё отлично понимает. — Тогда поцелуйчик? Тэхён неуверенно поднимает голову, встречаясь с мягким взглядом и такой же улыбкой, и почти сразу же припадает к чонгуковым губам. Чон довольно улыбается сквозь поцелуй и берёт инициативу на себя, углубляя поцелуй.

***

— Мелкий, где моя минералка? — Хён, а ты не охренел случайно? — Чонгук недовольно складывает руки на груди, наблюдая, как один наглый гном домовой шарится в его холодильнике. — Нет, а что, проблемы? — Юнги закрывает холодильник и смотрит на Чона, вопросительно приподняв брови. — Мой дом, мой холодильник, моя минералка. Единственное, что принадлежит тебе здесь  — это Тэхён, и тот — частично. — Почему это частично? Он только мой. А что, проблемы? — Чонгук ухмыляется, заставляя Мина закатить глаза. Ну что за ребёнок, а? — Извините… — прокашливается Тэхён, привлекая к себе внимание, — у нас гость. — Доброго вечера. — Намджун-хён, я думал ты уже не придёшь, — удивляется Чонгук и тут же улыбается. — Ты ведь очень просил прийти, чтобы обсудить… работу по психологии, так? — говорит Намджун, почему-то переводя взгляд на домового, который с интересом рассматривает его. Хотел того Чонгук или нет, но он просто не мог не познакомить своего хёна со своим сталкером и его лучшим другом. А Тэхён и не был против, ведь ему очень и очень хотелось получше узнать окружение своего парня, а заодно и завести друга. С Юнги было сложнее, но барабашке всё же удалось уломать Мина. Знакомство вышло крайне странным и неловким, учитывая, что Юнги не сказал Намджуну и слова, а просто прожигал его странным взглядом. Тэхён же пытался быть общительным и честным, в чём ему с радостью помогал Чонгук, не забывая изредка смущать барабашку своими словами. Домовой на это морщился. Слишком приторно это было. На удивление Намджун практически сразу поверил в происходящее. Хотя, сложно не поверить, когда перед тобой исчезает (не)человек. Так в их странной компашке появился четвёртый. — Да-а, психология, — нервно говорит Чон, бросая на Тэхёна непонятные взгляды. Пожалуйста, пусть сейчас он захочет уйти. Пожалуйста! — Вот и занимайтесь своей психологией, — фыркает Мин, обращая на себя внимание, — а мы с Тэ в астрал. Там намного увлекательнее, чем с вами. Барабашка не успевает возразить, так как домовой просто хватает его за руку и тут же испаряется. Чонгук облегчённо выдыхает. Спасибо, Мин Юнги, подсобил! — Ты ведь не по этому поводу меня позвал, — даже не спрашивает — утверждает Ким, присаживаясь за стол. — Ну, рассказывай. Помогу, чем смогу. Чон усиленно кивает и садится напротив хёна. Но молчит. — Чонгук? — спрашивает Намджун и только сейчас замечает пунцовые щёки тонсена. — Всё в порядке? — Хён… я… мне… мне правда неловко говорить с тобой о подобном, но… мне больше не у кого спросить… — Чон запинается, кусает губы и так и не поднимает глаз. — Я слушаю, Чонгук. — В общем, хён. Я хотел попросить совета… ну… насчёт интимной близости… я не уверен, как это будет… — Ты сейчас серьёзно? — Ким говорит так же спокойно, но в его голосе легко можно заметить удивление. — Мне казалось, вы давно переспали. Всё же почти полтора месяца вместе. — Ну… у нас были поцелуи, — Чон всё же поднимает взгляд. — Ты сам знаешь, хён, проблем в этом плане у меня никогда не было, но… Тэхён ведь парень. Я точно не уверен, как это должно происходить… — Как насчёт того, чтобы посмотреть что-то в интернете? Или почитать? Думаю, много интересного найдёшь. — Хён, я ведь не такой идиот. Я смотрел, даже чуть перед Тэхёном не спалился, — Чон вздыхает и трёт переносицу. — Тогда в чём, собственно, проблема? — Я боюсь сделать что-то не так, вдруг что-то плохое случится, а, хён? — Ведёшь себя, как девственник, — улыбается Ким, на что получает хмурый взгляд. — Да что может случиться? Главное — смазка и ваше общее желание. И тогда всё получится. Чонгук поджимает губы.

***

— Чонгук-и, всё хорошо? — Тэхён аккуратно касается чонова плеча, стараясь не напугать. Намджун ушёл почти час назад, но парень так и продолжает сидеть за кухонным столом, нервно покусывая губы. — Тэхён… Названный чуть наклоняет голову, ожидая вопроса, но вместо этого, Чонгук лишь тянет Кима на себя, заставляя сесть его на свои колени. — Тэхён-и… — Чон покрывает лицо барабашки мелкими и лёгкими поцелуями, заставляя того широко улыбнуться. — Мой малыш… — Гук-и, ты чего? — тихо посмеивается Тэхён и с радостью подставляет лицо под любимые губы. — Тэхён-и, ты веришь мне? — парень резко прекращает свои действия и смотрит с такой нескрываемой надеждой, что барабашка на мгновенье теряется. — Конечно же, верю, что за вопросы такие? Чонгук не отвечает, а вновь припадает к мягким губам и прижимает худое тело ближе. Языком Чон обводит сначала верхнюю губу, затем — нижнюю, заставляя Кима тяжело вздохнуть и прикрыть глаза. Наконец, парень соединяет их губы в поцелуе и сразу же углубляет его. Рука вплетается в приятные на ощупь волосы и несильно оттягивает, из-за чего Тэхён тихо стонет в поцелуй. Барабашка отстраняется, так и не открывая глаз. Да, он ни разу не занимался чем-то подобным, но он ведь совсем не ребёнок. Он понимает, что это за мучительно-приятное тепло, разливающееся по всему телу и уходящее в низ живота. Он понимает к чему всё это ведёт и от этого так странно и так хорошо. — Чонгук-и, ты… — Ким не договаривает, так как его вновь утягивают в, на этот раз страстный, поцелуй. Тэхён не сопротивляется, а отвечает всё с той же отдачей, хоть это и сложно — опыта у него в этом немного. — Малыш, — говорит хриплым от возбуждения голосом Чонгук. — Я так хочу тебя сейчас… можно? — и почти рефлекторно прижимает барабашку ещё ближе, тем самым заставляя почувствовать своё возбуждение. Ким заливается краской, но смотрит прямо в глаза и кивает. — Можно… я тоже очень хочу тебя… Чонгук-и… Чону этих слов достаточно. Он подхватывает барабашку под ягодицы и несёт в их спальню. Парень аккуратно кладёт Кима на кровать и нависает сверху, внимательно рассматривая его лицо. — Прекрасный, — шепчет Чонгук перед тем, как Тэхён притягивает его за шею и соединяет их губы. Только сейчас парень понимает, что хочет нежно, мягко и, как никогда, чувственно. Страсть ещё, несомненно, будет, но позже, только не сейчас. Тэхён пропускает тот момент, когда они оба оказываются без одежды. Он скользит взглядом по в меру подкаченному телу и понимает, какой же его парень идеальный. Как-то на автомате барабашка сравнивает себя с Чоном и понимает, насколько же они разные. Даже стыдно становится за собственную худобу и мягкий живот. Чонгук, будто чувствуя внутренние метания Кима, нежно мажет губами по его щеке. — Ты такой красивый, Тэхён-и. Самый-самый лучший, — шепчет Чон прямо в ушко и спускается поцелуями к манящим ключицам. Ким вплетает пальцы рук в чоновы волосы, когда тот начинает несильно покусывать и сразу же зализывать выпирающие косточки. Из горла вырывается почти что скулёж. Приятно. До дрожи в коленках приятно. Чонгук из-под прикрытых ресниц наблюдает за разомлевшим барабашкой, не прекращая своего занятия. После, он аккуратно переворачивает Кима на живот, чуть выпячивая его зад и раздвигая длинные ноги. Тэхёну ужасно неловко от осознания того, что Чон сейчас видит всё. Но вот самого Чонгука ничего не смущает. Он проводит ладонью по округлым ягодицам Кима и, не удержавшись, оставляет на одной из них несильный укус. Тэхён слышит какое-то копошения, но ничего не чувствует. Он поворачивает голову в сторону и видит, как Чонгук нетерпеливо возится с тюбиком. «Персик» — мелькает в голове Кима, когда смазка оказывается на чоновых пальцах. — Потерпи, малыш, — парень целует барабашку в копчик и вводит первый палец. Несмотря на всю аккуратность, первые три пальца прошли очень тяжело. Тэхён неосознанно сжимал мышцы, что усложняло растяжку. Но Чонгук и не торопился. Он хотел, чтобы первый раз его малышу запомнился только хорошим. Свободной рукой Чон размашисто водил по члену Кима, уделяя особое внимание головке, и губами целовал спину, на что Тэхён постанывал, не сдерживая себя. Когда барабашка сам насаживается на пальцы, Чонгук понимает — он готов. Не медля, Чон заменяет пальцы своим членом, заполняя Кима полностью одним толчком. Не проходит и минуты, как Тэхён сам толкается навстречу, призывая Чонгука к действиям. Чон начинает двигаться, не забывая мягко оглаживать всё, до чего может дотянуться, и целует спину, иногда прикусывая кожу и тут же зализывая. Тэхён тихо поскуливает и тяжело дышит — голос сорван, так что стонать уже не получается. Ким не знает, сколько проходит времени, но когда он кончает, ему кажется, что прошла целая вечность. Чонгук выходит из Кима и кончает почти сразу, делая финальные движения рукой. Тэхён поворачивает голову в сторону парня и устало, но счастливо улыбается. Голоса нет от слова «совсем», поэтому он произносит одними губами главные слова. И Чон их понимает. — Я тоже люблю тебя.