Полицейская история

В отличие от большинства своих коллег, привыкших разогревать домашние обеды в микроволновке в общей комнате отдыха, Ханбин питался чем придётся, пользуясь свободным часом, чтобы выйти из участка и прогуляться. Вот и сейчас он направлялся по залитой солнцем улице до ближайшей закусочной. Впрочем, там тоже хватало сослуживцев, поэтому Ханбин кивнул приятелю отдела грабежей, вымученно улыбнулся хорошенькой секретарше босса, которая нещадно кокетничала с каждым служащим полиции моложе сорока, и тяжело привалился к стойке. - Тебе как обычно? – сегодня за стойкой была Клэр, которая не отличалась особенным дружелюбием, зато великолепно помнила каждого более-менее постоянного клиента. Ханбин заглядывал сюда каждый день, когда был на службе, поэтому мог даже не тратить время на выбор и заказ. - Спасибо, - на этот раз получилось улыбнуться более естественно. Клэр не заигрывала с клиентами, поэтому Ханбин не испытывал неловкости в общении с ней, если обмен парой реплик в день вообще можно было назвать общением. С другой стороны, если бы Ханбин исключил всех, с кем общался подобным образом, он пришёл бы к неутешительному выводу: отношения с людьми, которые не являлись преступниками, всё ещё были для него большой проблемой. Конечно, у него всегда оставались родители и сестра, вот только жили они на Восточном побережье, Ханбёль готовилась поступать в колледж, мама недавно открыла новый магазин, а отец крутился как белка в колесе, чтобы вдохнуть новую жизнь в свой строительный бизнес. Как минимум раз в неделю мама или Ханбёль, а иногда и обе сразу, просили его подумать о переводе если не в Шарлотт, то хотя бы куда-нибудь поближе. Когда они наседали особенно яростно, Ханбин честно думал. Он брал упаковку пива, садился на террасе своего дома-трейлера и напряжённо думал о том, готов ли он сорваться с места. На одной чаше весов оказывалась семья и новые впечатления, за которыми Ханбин никогда особо не гнался, а на другой – буквально насиженное место, родной полицейский участок и отдел по особо тяжким, где Ханбин трудился уже несколько лет. Спустя несколько часов размышлений, - читай, распивания пива и рассматривания куска улицы, видного с его террасы, Ханбин в очередной раз укреплялся в мысли, что с переездом придётся повременить. - Эй! Спишь ты, что ли? – не особо вежливая Клэр ощутимо толкнула его в плечо. – Освобождай место, клиентов полно. - Спасибо, - Ханбин принял бумажный пакет, оставил на стойке пару мятых купюр и вышел на улицу. Можно было бы, конечно, присесть за любой столик, его бы не прогнали, но у Ханбина не было никакого настроения слушать чужие разговоры и тем более разговаривать самому. Вместо этого он прошёл ещё полквартала, перемахнул через невысокую изгородь и оказался в тенистом парке. Там тоже было людно, но никому не было дела до полицейского, одиноко обедавшего за одним из столиков. Неподалёку шумела какая-то компания из тех, что могли бы создать проблемы, но сейчас Ханбин считал себя свободным от выполнения обязанностей по охране порядка. Тем более, что пока парни просто разговаривали, пусть и на повышенных тонах. Если бы Ханбин тащил в участок всех, кто выглядел неблагонадёжно, там бы уже давно не осталось места для более серьёзных преступников. Вот если бы началась драка, тогда ему пришлось бы вмешаться. Впрочем, парни явно были не дураки. Они отлично его видели, поэтому на рожон не лезли, предпочитая обмениваться оскорблениями и выжидать. Ханбин вяло ковырялся в пластиковой миске с салатом и размышлял о том, что не отказался бы сейчас от маминого обеда. Ему уже порядком надоело день изо дня покупать один и тот же набор блюд, но только это в закусочной можно было есть без риска отравиться. Неожиданно наступившая тишина оглушила не хуже, чем громкие крики до этого. Ханбин вскинул голову и взглянул на притихшую компанию. Сначала он решил, что это собирались местные подростки, прогуливавшие занятия в школах и колледжах, но сейчас он заметил, что компания состояла преимущественно из крепких парней, преимущественно старше двадцати. Такие одинокого полицейского обычно не стеснялись, а вооружены бывали похлеще отряда особого назначения. Ханбин моментально оценил свои шансы как нулевые и поднялся, чтобы получше рассмотреть, что там происходило. За широкими спинами было мало что видно, но Ханбин всё равно смог увидеть, что внутри круга, на земле лежал человек. Похоже, не все в компании отличались терпением. Ханбин машинально проверил наличие табельного Glock 19 в кобуре и выбрался из-за столика, подошёл ближе, привычно не чувствуя никаких эмоций: - Что здесь происходит? - Да базарим мы… Иди куда шёл, - один из парней даже рукой дёрнул, словно собирался ударить Ханбина. - Уже пришёл, - Ханбин перевёл взгляд ниже и увидел лежавшего на земле парня. Тот свернулся в позе эмбриона, подтянув колени к животу и обхватив руками голову, видимо, в любой момент ожидал удара. – Он хотя бы жив? - А что ему сделается? - И ты валил бы отсюда, чувак, а то ведь рядом ляжешь! - Убийство полицейского при исполнении карается смертной казнью, - безэмоциональным голосом произнёс Ханбин. Он всегда говорил так, словно это не касалось его самого. – Я уже вызвал наряд, скоро весь парк будет кишеть полицейскими, - Ханбин покосился на свою рацию. Блефовать он умел на отлично. - Валим! – видимо, кто-то из компании уже сталкивался с местной полицией и углублять знакомство не стремился. Впрочем, Ханбину это было только на руку. Он присел рядом с парнем и осторожно тронул того за плечо: - Вам нужна помощь? - Отвали! – огрызнулся парень, по виду такой же выходец из Азии, что и Ханбин, мгновенно вскочив на ноги. Ханбин отшатнулся и едва не шлёпнулся на задницу, но в последний момент удержался. - Пожалуйста, - Ханбин уже привык к человеческой неблагодарности и к тому, что в форме полицейского являлся врагом не только преступников, но и тех, кого он защищал. - Пошёл ты! – парень сплюнул на землю, рукавом вытер кровь с разбитой губы и отступил на несколько шагов. Было заметно, что он хотел бежать, но здраво опасался вооружённого полицейского. - Если вы знаете нападавших, мы можем пройти в участок и оформить заявление, - Ханбин выпрямился. Он привык выполнять свою работу несмотря ни на что. - Придурок что ли? – чуть растерялся парень. – А в жопу тебе не дать? - Не заинтересован, - в очередной раз бодро солгал Ханбин. Он находил этого парня довольно симпатичным, даже привлекательным, но флиртовать при исполнении он себе не позволял. Эту часть своей жизни Ханбин скрывал тщательнее, чем иные наркодельцы прятали товар. В участке до сих пор верили в слепленную на ходу историю о несчастной любви, разбитом сердце и осторожности, а матери и сестре он раз в пару месяцев в красках рассказывал о появлении новой подружки, непременно длинноногой блондинки с третьим размером. - Слушай, отпусти меня, - парень неожиданно присмирел. – Сейчас наряд приедет… - Никто не приедет, я солгал, чтобы они разбежались, - Ханбин поправил кобуру. – Хоть у нас и карают смертной казнью за убийство полицейского, я подумал, что на том свете мне это будет уже не интересно. Так что если вы не хотите написать заявление… - Да ты псих, - с пониманием протянул парень. – Я, пожалуй, пойду… - Ладно, - Ханбин мог бы его задержать и доставить в участок силой, но не видел в этом никакой необходимости. Он и сам прекрасно понимал, что в глазах этого парня и ему подобных банда уличных отморозков выглядела силой более внушительной, чем один тощий полицейский, пусть и с табельным пистолетом в кобуре. – Тогда всего хорошего. - Точно псих, - парень пробормотал себе под нос и скрылся между деревьями раньше, чем Ханбин успел что-либо ответить. Обедать ему расхотелось совершенно, да и времени осталось только на то, чтобы вернуться в участок, поэтому Ханбин выбросил почти не тронутую еду в мусорный контейнер и чинно, как положено офицеру, покинул парк через одни из открытых ворот. - Куда ты каждый день уходишь? – на перекрёстке у закусочной его встретил один из коллег, офицер Джонс из отдела по борьбе с наркотиками, и даже попытался толкнуть локтем, чтобы придать разговору атмосферу дружеской беседы, а не более привычного им допроса, но Ханбин успел отстраниться. - Сидел в парке. - Да ладно? Один? - Один, - Ханбин пожал плечами. – Насколько я знаю, и уголовный, и административный кодексы мне это дозволяют. - Не будь занудой, сержант! Что весёлого в том, чтобы просто сидеть в парке? - А нужно непременно веселье? – Ханбин потихоньку начал раздражаться. Он терпеть не мог, когда ему навязывали чужие вкусы и взгляды. Офицер Джонс же был из тех, кто и дня не мог прожить без того, чтобы поделиться своим ценным мнением по тому или иному поводу. А ещё он сводил любую тему к сексу всего за несколько предложений: - Можно и что-нибудь другое, - Джонс многозначительно подвигал бровями, а Ханбин тяжело вздохнул. – У тебя там подружка? - Где? - В парке. – Ханбин посмотрел на Джонса как на придурка: - Белка, что ли? - Какая белка? - А я больше никого сегодня в парке не видел. Да и вчера тоже, - Ханбин не стал делиться деталями сцены, свидетелем которой он стал. - Да быть такого не может. Там же только мамашек с детьми больше, чем деревьев. А ещё постоянно толпы школьников тусуются… Что, наставляешь кому-то рога с молодой женой, пока личинка человека куличики лепит? Или присмотрел себе кого помоложе? Нравится школьная форма? - Это ты мне? – Ханбин смотрел на Джонса с искренним недоумением и лёгкой брезгливостью. – Серьёзно? - Только вот не надо этого лица, - Джонс поморщился. – Ты знаешь, что уже по отделам ставки принимают? - На что? – Ханбин что-то такое подозревал, конечно, но прямо не спрашивал. - На то, с кем ты спишь. - И твои варианты, как я понимаю, ты уже озвучил? – Ханбин ощутил что-то похожее на радость, когда увидел впереди крыльцо полицейского участка. - Это ещё не всё… Ходят слухи, что ты трахаешь секретаршу босса. - Здорово, и как она? – Ханбин постарался изобразить интерес, и Джонс купился: - Да ничего особенного. Я потом её и бросил, хотя она думает… - А слухи кто распускает? Ты сам? – Ханбин хмыкнул. Он и так уже догадался, что кто-то в отделе настойчиво помогал его репутации опускаться всё ниже и ниже. И Джонс был одним из первых кандидатов. Взять хотя бы то, что Ханбин уже был сержантом, в то время как Джонс, старше его на пятнадцать лет, всё ещё оставался офицером. К тому же, отдел по борьбе с особо тяжкими преступлениями всегда считался самым интересным и перспективным. Особенно отличившиеся могли потом даже перейти на службу в ФБР. Ханбин имел в своём послужном списке несколько действительно громких и сложных дел, а ещё был молод, полон сил, здоров и достаточно амбициозен, чтобы не закисать в одной должности десятилетиями. Он был бы плохим полицейским, если бы не догадывался о том, что творилось за его спиной. Слухи и сплетни преследовали его изо дня в день, коллеги присматривались к нему, иногда приторно улыбались, а иногда не скрывали зависти. Наверное, не будь у их босса репутации примерного семьянина, мужа и отца, Ханбин бы услышал и о фаворитизме со стороны руководства. Хотя, возможно, он просто услышал ещё не всё. Впрочем, сейчас ему было более интересно понаблюдать, как будет выкручиваться Джонс. - Почему сразу я? - А кто ещё? Тем более, она дала тебе от ворот поворот. - Это я ей дал! - Это ложь, - фыркнул Ханбин и добавил очень серьёзным голосом: - по теории уважаемого доктора психологии Кэла Лайтмана, знающий человек очень легко может распознать ложь. К примеру, у лгуна голос становится выше, как у тебя сейчас, - Ханбин приложил все усилия, чтобы не рассмеяться. Доктор Кэл Лайтман утверждал просто замечательные вещи, даже жаль, что он был всего лишь вымышленным персонажем, талантливо сыгранным Тимом Ротом. Но Джонс, похоже, не знал даже этого. - Дурацкая теория! - Однако же она работает. А ты решил убить двух зайцев одним выстрелом. И бывшей отомстить, и мне нервы попортить. Поступок, достойный офицера полиции. - Слушай ты, сопляк! – Джонс схватил Ханбина за грудки прямо в коридоре полицейского участка, на глазах у десятка сотрудников. - Продолжишь – и лишишься премии. Твоя жена будет крайне недовольна и снова поднимет вопрос о разводе, - Ханбин даже не делал попыток вырваться. - Да я тебя! - Ты меня что? Ударишь? Унизишь? Оскорбишь? Что ты мне сделаешь? Кстати, что бы ты ни сделал, хуже потом будет тебе самому. Лишат не только премии, но и значка с пистолетом. Твоему сыну, думаю, тяжело придётся в школе, дети нынче ужасно злые, - Ханбин договорил уже не в воздухе: Джонс в бессильной ярости разжал руки, и Ханбин только стряхнул с форменной рубашки невидимые пылинки. - Какая же ты сука! - Я? – Ханбин непритворно удивился. – Это тебя бросила молодая любовница, это ты пытаешься мстить своим коллегам за то, что их карьера складывается успешнее твоей, хотя мне до сих пор не ясно, кто мешал тебе сдать экзамены и получить новое звание. Уже мог бы давно ходить в капитанах. Жена бы гордилась, сын не стеснялся бы… Не мне тебе рассказывать. Но, в итоге, я виноват в том, что у тебя жизнь не сложилась. Браво! – Ханбин демонстративно похлопал старшему коллеге, а потом прошёл мимо него в свой кабинет. Наверное, Ханбин зря так много сказал, но он тоже порядком устал. Он старался быть хорошим человеком и хорошим полицейским. Он делал свою работу так тщательно, как мог. Он не пытался никогда взять чужое, и не понимал, почему кто-то так настойчиво пытался отнять что-то у него самого. - Хани! – высокий звонкий голос Элис – секретарши босса, которую Ханбин предпочёл бы в ближайшее время не видеть и не слышать, - сверлом ввинтился в его мозг. – Хани! Мне сказали, что ты меня защитил! Это правда? - Боюсь, ты всё не так поняла, - Ханбин чуть отъехал вместе с креслом, чтобы даже случайно к ней не прикоснуться. Ещё не хватало, чтобы Элис восприняла его поступок как попытку к ней подкатить. - Да ладно тебе, я же не дурочка какая. - Не дурочка, - Ханбин криво улыбнулся и продолжил уже про себя: «Ты дура набитая. Это же надо додуматься крутить роман с Джонсом так, чтобы об этом знал весь участок». - Так что? - Что? - Сходим сегодня куда-нибудь поужинать? – Элис сделала вид, что поправляет рубашку, от чего глазам Ханбина открылось немалое богатство и даже кружевной край её нижнего белья. - Извини, - Ханбин покачал головой. – Сегодня я занят. - А завтра? - А до завтра ещё нужно дожить, - Ханбин взял исписанный лист из стопки, скомкал его и прицельно бросил в мусорную корзину. – Вдруг утром я зайду в магазин, а меня возьмут там в заложники и пристрелят? - Что ты такое говоришь? - Извини, - Ханбин развёл руками. – Так что давай как-нибудь в другой раз. - Ладно. Но ты мне обещал! – Элис легко соскочила со стола, сверкнув резинками чулок, едва прикрытыми юбкой, - Я запомню! - Можешь даже записать, - Ханбин забросил в урну ещё один лист, после чего придвинулся обратно к столу и принялся доделывать отчёт. Освободился Ханбин одним из последних. В участке оставались одни дежурные офицеры да ещё парочка таких же ответственных трудоголиков, которые использовали каждую спокойную минуту для того, чтобы приводить в порядок бумаги. У Ханбина ближайшее дежурство по графику стояло только в конце недели, поэтому он с чистой совестью попрощался, вышел на парковку и вскоре уже выехал на своём стареньком форде на дорогу. Его дом находился довольно далеко от участка, практически на окраине города, поэтому Ханбин всегда тратил уйму времени на дорогу. Зато у него был собственный клочок земли, пусть и крошечный, а на нём дом. Конечно, мать с отцом не воспринимали всерьёз его привязанность к маленькому жилищу, больше напоминавшему снятый с колёс трейлер, но у Ханбина мысли о том, чтобы расстаться с этим местом, вызывали стойкую неприязнь. Он вложил в свой дом не только время и деньги, но и кусочек собственной души. Собственными руками он пристроил к дому просторную террасу, сделал навес для форда, а на крохотном клочке земли, что у него остался, посадил куст жасмина. Ханбин даже в отпуск никуда не ездил, настолько комфортно ему было в своём доме. За полквартала до своего дома, Ханбин свернул к небольшому магазинчику, где обычно покупал продукты. Припарковав машину, Ханбин зашёл внутрь и кивнул Кайлу – мальчишке-подростку, который сегодня стоял за кассой. Время от времени они даже обменивались парой фраз о погоде или о собаке Кайла Альме, когда та дремала в тени под стеной магазина. Ханбин нежно любил животных и всегда мечтал о собственном питомце. Дружелюбный чёрный лабрадор казался ему отличной идеей, но Альма, как назло, не желала устраивать свою личную жизнь, и Ханбину приходилось ждать. Заглянув за один из стеллажей, Ханбин нахмурился: парень в растянутой толстовке, пытался спрятать под одеждой упаковки с растворимой лапшой. Когда услышал шорох и обернулся, Ханбин закатил глаза: опять! - Иди куда шёл! - Сюда и шёл, - Ханбин подошёл ближе. - Дай пройти! – парень начал раздражаться. – Какого хера? Весь день сегодня! - Я предлагал вам написать заявление, - Ханбин пожал плечами. – Но это не значит, что я позволю вам у меня на глазах совершить преступление. - А сдохнуть от голода у тебя на глазах позволишь? - У вас нет денег? - У меня ничего нет, - парень вскинул голову, словно безмерно гордился этим фактом. – Но таких, как вы, это же не интересует. У вас есть закон… - Идите к кассе, - Ханбин моментально принял решение. - За каким хером? - Идите, - Ханбин продолжал говорить вежливо. – Кайл! Рассчитай этого господина, - Ханбин уверенно прихватил парня за локоть и подтолкнул перед собой. – Я сейчас возьму всё, а потом заплачу, добро? - Есть, сержант! – Кайл шутливо отдал ему честь, а потом принялся торопливо пробивать упаковки с лапшой. – Что-то ещё? - Бутылку воды, - подумав, добавил Ханбин, а парень, которого он держал за локоть, ехидно спросил: - А пивом не угостишь, начальник? - И упаковку пива, - Ханбин вздохнул. – Надеюсь, со смертью вы повремените. - Так и быть, - парень неожиданно расслабился, перестал смотреть на Ханбина зверем. Видимо, человечное отношение всё ещё могло его подкупить. – Но только пару дней. - Хотя бы так, - Ханбин кивнул на прощание и снова вернулся к изучению товаров на стеллажах и витринах. Ему нужно было пополнить свои запасы, чтобы в ближайшие несколько дней не тратить на это время. Ханбин подумал, что следующим вечером можно было бы поехать в сторону Корона дельМар, чтобы просто посидеть где-нибудь у воды на диком пляже и отдохнуть от города и его суеты. Закончив с покупками, Ханбин расплатился за всё, попрощался с Кайлом и в очередной раз напомнил ему, что он первый в очереди на щенка Альмы, а потом вышел на улицу и направился к своему форду. - Ты всегда так долго торчишь в магазине? Хотя, наверное, это вопрос количества денег, - всё тот же парень сидел теперь на капоте его машины и легкомысленно болтал ногой. - Я полицейский, у меня денег – кот наплакал, - Ханбин поставил бумажные пакеты с продуктами на заднее сидение. - Но на благотворительность хватает? – парень отсалютовал открытой банкой пива. - На лапшу и пиво хватает, а благотворительностью я каждый день занимаюсь на службе. Садитесь, если хотите, подвезу вас до дома, - Ханбин кивнул на пассажирское сидение. - Долго везти придётся, - парень невесело усмехнулся, но с капота сполз, подтянул висевшие на заднице не очень чистые джинсы и тяжело рухнул на переднее сидение, чудом не расплескав пиво. – Ничего, где-нибудь пристроюсь, пока тепло. Тепло? В октябре? Когда ночью могло быть и всего каких-то десять градусов, а могло быть и меньше? Ханбин передёрнул плечами, а потом решительно повернул ключ в зажигании. - Пристегнитесь, - он выехал с парковки и направил свой форд в сторону дома.