Принцесса Сталин 2: Камбэк

      Преодолеть расстояние до необычного кристального образования почти не составило труда. Конечно, почти было корнем фразы. Ведь этот городок Сталин совсем не знал, точнее знал, но лишь местоположение относительно других населённых пунктов. Так же, при начале строительства Дворца Советов, он имел место изучить фотографии, которые раздобыла архитектор.       Что ещё заметно попадалось на глаза политику, так это местная архитектура, которая кардинально отличалась от города на горе, и это было вполне понятно, ведь Кантерлот — такое название запомнил Иосиф Виссарионович, был столицей. До сих пор оставалось неясно, как эти пони воздвигли столь огромный город, торчащий из скального массива над глубокой пропастью, да ещё и так искуссно, что он не обрушился под собственным весом. Следовательно, определённые строительные технологии, похожие на человеческие, а может даже и лучше, тут всё-же были…       Основной проблемой было то, что редкие пони, которых он встречал на улицах, покрытых смесью булыжника и некого светлого песка, либо падали в обморок, либо с невнятными криками убегали/улетали прочь, словно перед ними был не их председатель, а кто-то совершенно незнакомый и пугающий. Теория о том что что-то серьёзное успело произойти в момент его отсутствия тут, всё больше вкрадывалась в мозг, иначе как объяснить его появления ни на кровати как в прошлый раз, а в совсем, мягко говоря, «другом месте»       И вот впереди показалась небольшая тропинка, которая тянулась прямо к дворцу, прямо так, в обход центра, что конечный отрезок маршрута для человека, застрявшего в теле лошади, вышел весьма спокойным, никакого внимания со стороны простых граждан, вождь народов более не получил. Но что нужно было делать теперь? Таким вопросом задался Сталин, отлично понимая что нельзя просто так войти внутрь и сказать — «здравствуйте, а я тут из гроба вылез»: нет, нельзя. Это определённо вызовет у них ту же реакцию что и у остальных. Иосиф Виссарионович призадумался, но не найдя другого решения, просто ударил копытом в белую дверь.       Как ни странно, но эхо от странных кристаллов было очень громким, будто кто-то протрубил в гигантскую трубу и гул пробежал по коридорам этого чудного сооружения словно ветер. Пока ответа не последовало, вождь народов сделал очень интересное для себя открытие — здание было цельное, без единого шва или каких-либо очевидных признаков его строительства. Будто эта постройка сделана из чистого и цельного куска кристалла, причём сразу и с окнами и с другими деталями. «Но ведь это же невозможно, нет таких технологий» — мысленно недоумевал политик, аккуратно проводя своим передним копытом по гладкой поверхности двери.       Внезапно, изнутри послышался громкий голос, усиленных тем самым дворцовым эхом. По видимому, он приближался и принадлежал кому-то женского пола, конкретно кому именно из его старых-новых знакомых, Сталин точно не знал, хоть и предполагал.       Дверь протяжно скрипнула и с гулом распахнулась, открывая вид на умиротворённую лиловую кобылку с крыльями и рогом. Её взгляд был пока что совершенно мирный, не имеющий за собой ничего значимого, сокрытого, он был таким, какой бывает у человека, который временно отвлёкся от дел и сейчас продолжит работу. Но лицезрев перед собой саму дневную принцессу, она остолбенела. Копыта кобылки стали как куски ваты и она почти что осела на кристальный пол, смотря стеклянными непонимающими глазами и оглядывая каждую деталь тела в прошлом наставницы.  — Принцесса Селестия… это, это действительно вы?  — Товарищ… не всё так просто, — в своей манере речи выдал Сталин. Кобылка моментально оживилась, как только услышала знакомое слово «товарищ». Она вскочила как ошпаренная, её правый глаз начал немного дёргаться, а рот приоткрывался и закрывался, пытаясь выговорить хоть что-то членораздельное или же поймать так необходимый для дыхания воздух.  — С-сталин?! — наконец, недоумевая, воскликнула она.

***

      Товарищ Сталин находился в просторном на вид помещении, с интересным и высоким кристальным сводом. По центру комнаты находился стол, который окружали несколько цельных каменных стульев или же тронов, учитывая то что хозяйка постройки носила титул принцессы.       Как ни странно, но удивления в мыслях политика не было, ведь воспоминания о прошлом нахлынули словно цунами, когда он вновь очутился тут и теперь, ему казалось что он будто-бы никуда и не исчезал, а ведь три месяца всё-же прошли, а значит и дела мира реального уже могли разбавить пульсирующий комок мыслей в голове вождя. Сейчас, принцесса Твайлайт, с её же поспешных слов, находилась в соседней с тронным залом библиотеке и искала некие нужные ей книги, сказать что она была удивлена тому что человек вновь в их мире, и снова в теле верховной принцессы, это ничего не сказать.  — Сколько говорите прошло тут времени с момента моей… кхм, смерти?  — Ровно три месяца. Вы заняли тело Селестии в начале июня, а сейчас по календарю уже начало сентября, — спешно протараторила она, возвращаясь со стопкой фолиантов и продолжая тщательно перебирать их, пытаясь что-то найти. Иосиф Виссарионович впервые подметил то, что в этом мире даже названия месяцев аналогичны земным. Мир полон неожиданностей…  — Вы нашли что искали, товарищ?  — Сталин, прошу… называйте меня просто Твайлайт. Конечно, я помню как вы обращались со мной и многими другими пони, всякие ссылки на север, аресты и прочее, но сейчас, мы с вами в одной лодке и имя ей — проблемная ситуация, — размеренно произносила она, откладывая в сторону очередную книгу и начиная перечитывать другую. Но от слуха человека не ушёл подвох.  — Подождите. Вы сказали, проблемная ситуация? Это как-то связано с моим исчезновением из вашего мира? — настороженно спросил вождь народов.  — Скажу честно — это связано и с вашим появлением у нас. Наконец, кобылка отыскала нужную книгу с ровной бежевой обложкой, покрытую тонким слоем библиотечной пыли и пронесла её по воздуху с раскрытым видом, попутно сметая серую пелену. В конечном итоге, фолиант завис перед ликом Сталина, а принцесса продолжала говорить:  — Пока мы считали вас навсегда исчезнувшим из нашего мира, я не теряла времени даром, а изучала так называемые астральные поля и пыталась найти связь между вашим появлением и исчезновением, а также местонахождением настоящей принцессы Селестии. Вы ведь сказали что очнулись в своём мире, ровно на следующее же утро, почти сразу после того как умерли тут, у нас, значит в вашем измерении, каким-бы оно не было, время идёт немного по иному чем у нас, но ввиду того что и тут и там прошло ровно три месяца, то это говорит о пространственно-временных аномалиях, сжимающих и трансформирующих саму ткань реальности. Я называю это по простому — «эффектом антимагии» Вождь народов интенсивно кивнул, пропуская поток странных слов, но продолжая всматриваться в странную книгу. Она ничуть не была похожа на книгу по истории, ведь судя по невнятному содержанию — даже тут она казалась своего рода фантастикой. На странице, раскрытой перед политиком, был нарисован некий тёмного цвета камень, предположительно по размеру — метеорит, зависший в окружении каких-то непонятных знаков и закорючек (изображения были цветными), внизу было немного мелкого текста, который политик без труда прочитал в виду его дублирования на русский.  — Осколок материи? Что это такое?  — То что поможет вернуть нашу принцессу и при этом, вполне в силах отправить вас в свой мир. С недавнего времени, мы… мы знаем что Дискорд контактировал с вами, но боюсь, что его силы не хватит для вашего возвращения обратно. На этот раз… «Значит узнали» — пронеслось быстрой мыслью в голове Сталина, когда он услышал знакомое имя безумного хаосита, заключившего с ним сделку на непонятных доселе условиях.  — Если я правильно понимаю, то её сущность — принцессы, или проще говоря душа, застряла где-то между мирами и не может попасть в тело, а вызвано это как-раз разрывом в цепи реальности, вот только кем этот разрыв произведён, мы увы не знаем. Конечно звучит глупо, — пони кисло усмехнулась, покачав головой, — но другого выхода у нас нет, порой надо верить и в сказки о всяких могущественных и всесильных артефактах, а в данный момент, об необычном метеорите, который упал на территории юго-западнее нашей страны, много тысячелетий назад. Политик пытался переварить сказанное второпях этой юной пони. Несмотря на то, что его понятия о магии уже были больше обычного и сам факт того что она существовала, пусть и совсем в другом мире, то новости о каких-то астральных телах и волшебных камнях не были особенным бредом, но если даже тут это считается сказкой, то определённо это «что-то» очень необычное. В тот момент, политик снова задался логичным вопросом — «что за лютая, сумасшедшая и непонятная ерунда с ним происходит».       Раздался звук открывающейся двери, который отвлёк человека от размышлений. Сталин повернул голову в сторону массивной конструкции, в тот самый момент, когда через неё прошла ещё одна пони. Их взгляды встретились и Иосиф Виссарионович мигом узнал в ней ярую коммунистку и основателя учений равенства всея Эквестрии. Реакция единорожки на «умершую принцессу» была сдержаннее. Она просто смотрела на белого аликорна, не издавая ни единого звука и похоже даже не моргала, лишь её грудная клетка учащённо колебалась, будто при усиленном сердцебиении. Наконец-то, она смогла выдавить из себя всего одно, тихо сказанное слово.  — Принцесса…  — Сталин, — буркнула в ответ Твайлайт, складывая книги обратно в стопку.  — Стоп, что?! — уже более громко спросила Глиммер, таращась то на подругу, то на неожиданного гостя. Пурпурная кобылка кивнула, давая понять что в своих словах она совсем не шутит.  — Неким образом, его душа вновь очутилась в теле нашей принцессы, но я всё ещё не могу понять, каким именно образом. Старлайт продолжала смотреть на бывшего председателя взглядом со смесью негодования, гнева, волнения и… облегчения? Иосиф Сталин не понимал, с каких пор он научился читать мысли всего лишь по взгляду, скорее всего годы работы в окружении личностей, которые хоть и уважали, а точнее боялись вождя, но всё равно могли бы и предать в любой момент, если им это было бы удобнее. Например товарищ Хрущёв, вызывавший всё больше вопросов. Хотя, те конечно не избегали следовавших за этим репрессий, но всё же, факт на то и факт.  — Значит, мы наконец сможем вернуть принцессу?  — Да. Придётся приложить кое-какие усилия, но да. И тогда всё вернётся на круги своя, — восторженно высказалась принцесса дружбы.  — Товарищи. Это прозвучит необычно, но… Я бы определённо хотел бы знать, что случилось пока я, в общем, отсутствовал тут?  — А зачем вам это знать? — слегка недовольным тоном спросила единорожка, чем лишний раз убедила окружающих в своём холодном настрое к вождю народов.  — Принцесса Твайлайт говорила, что у вас не меньше проблем чем у меня. Я, будучи в теле вашего правителя, а грубо говоря лошади, да ещё и вне своего родного мира, априори не понимаю, что может быть хуже… Ну так что, кто сейчас правит… — Сталин запнулся, усиленно пытаясь вспомнить название страны.  — Эквестрией? Да, мы знаем что формально вы тут власть. И знаете что, — на мордочке Твайлайт проявилась загадочная улыбка, — как неудивительно, но возможно это и будет нашим козырем в противостоянии принцу Блюбладу. Точно! Раз вы вернулись, то можете претендовать на трон, пока мы не вернём Селестию, вы, не без нашей помощи, будете удерживать баланс в стране…  — Подождите, вы имеете ввиду того противного бу, бурж… надменного единорога? — спросил политик. Кобылки переглянулись и утвердительно кивнули.  — Значит, вы уже встречались с ним раньше?  — Было дело. Странный этот ваш принц… Но… разве власть в королевстве не переходит к прямому наследнику, той синей лошади, которая вроде как, моя сестра? — невзначай произнёс человек.  — Д-да. Так оно и должно было быть, — пурпурная аликорн снова кивнула, на этот раз неуверенно, начав заметно нервничать при упоминание Луны. Вождь вздохнул, быстро складывая в голове пазл и приходя к неутешительному выводу. что произошёл некий случай, итогом которого и стало восхождение «интеллигента» на верхушку власти в этой приторно волшебной стране.  — Луна самолично отреклась от трона Эквестрии, оставив за собой лишь обязанности в поднятие солнца и луны. Где она находиться сейчас, мы, увы не знаем. Сколько я, или Твайлайт, не отправляли писем, она не отвечала ни на одно, но… — единорожка замолчала, определённо что-то обдумывая в мыслях, — это, как наша принцесса дружбы уже говорила, не единственная проблема.  — И что же ещё? — заинтересованно спросил Сталин.