azalia flower

pov taehuyng: Мы оставили Дохена у мамы, посчитали что нуждаемся в медовом месяце, или же в нескольких днях отдышки. Думаю малому у бабушки захотелось бы погостить. Ах да, забыл о том что Чонгук напугал меня своим сюрпризом, сейчас мы куда-то едем. Природа, шелест листьев. Думаю я увижу такую картину. Всю дорогу Гук чем-то занимал меня и не давал толком разглядеть где мы, а под конец вообще оборзел и завязал глаза. Ехали так долго, ощущение прохлады, хотелось чертовски есть. Под конец я все-таки вырубился на Чонгуковских коленях, он укрыл меня пледом и сжал руки сильнее, производя теплообмен. 12:24 Тэхен начал приходить в себя, постепенно пробуждаясь. Он оказался на незнакомой ему двухспальной кровати, свет охотно просверливал через глаза. Омега наконец разомкнул веки, еще больше ужасаясь увиденному. — Чонгук, ты в своем уме!? Маньяк чертов, я просто в лес, в ДОМИК у леса хотел, а мы где? – вел монолог с собой парень, теперь он понимает, почему поезда была такой долгой. — Я в горах, вид потрясающий. Панорамные окна, очень уютно, – позже младший позвал альфу, но ничего в ответ не пришло. Телефон не ловил, да и вообще ему было не по себе без Гука. Тэхену достался властный альфа, не у каждого такой жесткий характер. Этого и не хватало парню, но все-таки он дал подсказку, она лежала на деревянной тумбе рядом с кроватью. — Омо. «Тэхен-а, я буду ближе к вечеру. Не забывай про игру. Как раз за этим я и выехал. То есть их доставили на почту, я заберу и вернусь.. Покушай, на столе еда. Ночью у тебя должно быть много сил, целую. » — Обрадовал. Но что это вообще? Чувствую себя олухом! Скатина Гук, – Тэхен был немного рассержен, — Когда ты придешь, пощады не будет. 19:53 Парень решил выйти из дома и пройтись. Шел снег, но довольно тепло. Тэ замечает что, расположенный высоко в горах домик, сияет яркими огнями на фоне темного неба. Боже.. этот роскошный трехэтажный дом с пятью спальнями и таким же количеством ванных комнат. — Сколько интересно все это стоит, – зайдя обратно внутрь, омега надевает тапочки у входа, сразу не замечанные. В интерьере кухни соединены отделка из натурального дерева и современный гарнитур. Главным украшением столовой, наверное является уникальная столешница из разноцветного стекла. В уютной спальне отлично сочетаются светлое напольное покрытие и темный текстиль. На нижнем этаже имелась сауна. Давно стемнело, а альфы нет. Тот уже все книги пролистал, рисовать что-то новое было лень. Воодушевление Тэхена – Чонгук, а его рядом нет. Решившись крутануть вновь по дому, омега видит красную дверь, подходит ближе, пытается открыть, — Ого, она такая же как в фильме.. Стук исходящий с входной двери пробуждает его и он несется в обратном направлении. — Чон Чонгук, я скучал, какого хрена так долго? – омега врывается в объятья брюнет, не давая дышать. — Прости, прилетел как только смог. Все в порядке? — Да.. но я хотел убить тебя. А как только увидел.. – на старшем белая рубашка с распахнутым воротом, под низом черная водолазка и такой черный латекс, идеально сидящий на бедрах. Непослушные волосы приняли укладку. Тэхен смотрит на него, и во рту все жутко пересыхает. Он безумно сексуальный. Но Тэхен для Чона по прежнему выигрывает, на нем белая рубашка с вертикальными сероватыми узорами, открывающая вид на выразительные ключицы, три верхние пуговицы расстегнуты, на ногах же свободные фланелевые брюки, такая свободная, обыкновенная одежда, но старший уже чувствует твердость и сладощавость ключиц, их вкус. Гук инстинктивно закусывает губой, — Такой красивый, Чонгук, – Тэхену завидно самому себе, — Чон недолго хохочет, наблюдая за парнем. — Поиграем, Тэхен? – так доброжелательно смотрит, ничем не соприкасаясь, но уже раздевая лазером глаз. — Весь в твоем распоряжении. — Кхм, отлично. Но ужин не ждет, – Чон-и улыбается. — А, слушай, когда это мы ролями поменялись? Потому что в детстве.. — Мы не в детстве, Тэ. — Ладно. — Это тебе, открывай, – альфа предоставил омеге маленькую серебрянную коробочку с бантиком. — Г-гуки, спасибо. И у тебя такой же.. Они парные! Как мило.. – Тэхен в экстазе, внутри был кожанный браслет, а посередине него кажется из золота выгравированный знак бесконечности. — Я рад что тебе нравится. — Ты чего такой серьезный, м? Ну? Чего такое? – альфа приблизился и немного склонился, прошептав что-то ухо, от чего блондин краснеет. — Тэхен, поиграем в 50 оттенков? Главное доверяй мне, – чуть задевая уголками губ мочку уха, омеге ноги подкашивает, — Не молчи, Тэ. — Давай, – парень сам был в шоке от своего согласия, голос прерывался, в брюках свободного места все меньше, клычок прорезает в губе рану, и кровь щедро сочится наружу. — Будешь снизу, понял? Скромный кивок, младший внедряется в игру, размазанно чмокая в щеку. — Подготовься. Поедим и начнем, ладно? — Кхм, ладно.       «Интересно, как готовиться? Бояться еще сильнее?» Пока Чонгук перебирал что-то на кухне, омега исподтишка наблюдал за ним сквозь припущенные ресницы. Он старался не заострять акцента на собственном страхе и утихомирить самого себя. Но та комната, теперь ему ясно в чем дело, и если старший застукал того в ней, ужина наверняка состоялось бы. Ужином стал бы – Тэхен. — Будешь что-нибудь? — А.. латте, – Ким сглатывает. Чонгук поднимает брови и улыбается. — Мх, сладкий? На мгновение парень замолкает, а кажется молчит уже вечность, считая конец ласковым обращением. Но сознание возвращает его к реальности, омега кусает губы. Идиот, он спрашивает сахар класть или нет? — Нет, без сахара, – он опускает взгляд на свои поджатые колени. — А есть что-нибудь будешь? Младший качает головой, и Чон заходит обратно на кухню. Время шло. Тэхен не хотел пить этот гребанный кофе, да и альфа тоже. Несколько раз он проводит длинными, изящными пальцами по непослушным волосам. Пх, блондин бы сам с удовольствием провел по ним. Эта мысль застает его врасплох, и щеки вновь наливаются румянцем. Он повторно кусает губу и смотрит вниз. — Не против, если начнем? – альфа обращает внимание на недопитый напиток, таймер сделал свое, теперь игра. — Ты же и в игре будешь любить меня? – вопрос как-то вырывается со рта младшего. — Дурак, что за вопросы? Нам обоим будет приятно, – убеждает альфа, дотрагиваясь ладонью до покрасневшей щеки омеги, и так внезапно подхватывая на руки.