Однажды в сказке

Затишье вышло долгое. Почти три месяца ничто не будило Славу по ночам, и натянутая пружина, что он ощущал внутри, потихоньку ослабевала. Слава пробовал искать информацию в интернете. Но поисковый запрос “ритуалы с цветами” ничего ему не принес. Все “ритуалы” оказались связаны с любовью, приворотами, исполнением желаний и прочими радостями жизни. Ничего про убийства и высасывание силы. Слава жалел, что взять информацию о магии, кроме как от Охры, и неоткуда. Да, Питер населяли волшебные существа, ведьмы, колдуны, но ни с кем из них Слава не общался настолько близко, чтобы рассказать об убийствах. А от Охры не было ни слуху, ни духу. Он запропал, не появлялся в Зазеркалье, когда там гулял Слава, на сообщения и звонки не отвечал. Слава уже был готов отлавливать его в каком-нибудь баре, как прилетело сообщение в телеге. “Новостей нет. Из Питера ненадолго уезжаем с Ванькой. Не теряй.” И всё. И снова тишина. Отлично. *** Охра пропал почти на месяц. Ни одной весточки от него не было, полный игнор. Слава первое время напряженно ждал новой беды и того, что разбираться с ней придется ему одному, но беда все не приходила, и Слава немного расслабился. Решил — будь, что будет. Вечером Ванька позвал его в бар. Слава с радостью согласился и приехал чуть не на час раньше. Из дома тянуло так, что сил не было. То, что это в очередной раз сработало чутье, Слава понял только когда переступил порог бара. Он сидел в самом дальнем углу и залпом пил пиво. Лицо его Славе показалось смутно знакомым. Секунда — и он узнал: Локимин, выкормыш Оксимирона, или типа того. Выглядел чувак не очень: глаза бегали, руки тряслись, в кружку свою вцепился, как в последнюю надежду. Слава не знал, что дёрнуло его глянуть на Локимина истинным зрением, видно, чутье, интуиция, но он посмотрел и чуть не присвистнул. Ведьмак. И, судя по всему, бушующе-опасная, агрессивная сила едва пробудилась. Слава достал телефон, скинул Фаллену в телеге сообщение, не смогу сегодня, мол, извини, и двинулся прямиком к Локимину. — Привет, — сказал, и, не спрашивая разрешения, сел напротив. Локимин поднял глаза, пару секунд соображал, узнавал, а потом скривился. — Чего надо? — Я в курсе твоей проблемы. И я могу помочь. — Не понимаю, о чем ты. — Ты — маг. И твоя сила вот-вот снесет тебя, этот бар и ещё полгорода. Повторяю, я могу помочь. Подсказать, как держать ее в узде. Не отказывайся. Тебя Ромой звать же, да? Он кивнул. Некоторое время молчал, не глядя на Славу, думал. Потом поднял глаза. — Как ты узнал? Я сам не понимаю, что за херня происходит, ты-то откуда знаешь? — Просто вижу Это называется истинным зрением. Я тебя научу. — А если я не хочу этому учиться? Если мне это не надо? — Тогда ты умрёшь. Быстро и страшно, забрав с собой всех, кто будет находиться поблизости. Невинных людей. Такой вариант тебе больше по душе? — Нет… — Рома нахмурился, глянул исподлобья. — Всю жизнь считал, что магия — выдумка, все эти экстрасенсы-хуесенсы по телеку… За что мне эта хуйня-то? Слава усмехнулся. — Ну, допустим, по телеку — это пиздеж. Ни одного настоящего мага там никогда не было и не будет, нет таких дураков, которые станут демонстрировать свои способности обычным людям. А вот за что… Гены такие. Значит, в роду имелись маги, вот от кого-то из предков тебе и прилетело наследство. От этого никуда не деться, увы. Только смириться, научиться и получать удовольствие. Это круто на самом-то деле. Не боись, все нормально будет. Пойдем отсюда, надо твою силу поскорее приструнить. Рома кивнул, сунул деньги под пустую пивную кружку и поднялся. Слава отметил, как ему некомфортно: Рома сутулился, руки держал в карманах, к двери шел, упорно глядя себе под ноги. Его потряхивало, будто током било. Собственно, рвущаяся наружу силы примерно так и ощущалась. Они вышли на улицу. Слава повернул в сторону небольшого парка, что раскинулся неподалеку, прошел через весь, ища пустое место, свободное от парочек и компаний. Шел не оглядываясь, зная, что Рома плетется за ним. Место нашлось. Вокруг не было ни души. Слава опустился на лавочку, кивнул на место рядом — тоже садись. Рома сел. Его знобило так, что зубы стучали. Слава прикрыл глаза, частью сознания погружаясь в ментал. Оттуда все выглядело ещё хуже, аура Ромы с каждой секундой становилась всё больше и ярче, вот-вот рванет. Худо. — Закрой глаза. Посмотри внутрь себя, вслушайся. Чувствуешь свою силу? Ощущение должно быть, будто она растекается по всему телу, покалывает, как током. Есть? — Да. — Вот так быть не должно. Ее надо сосредоточить внутри, обычно центр оставляют на месте сердца, там ее и удерживают. Представь свою силу клубком нитей. Получается? — Вроде да. — Теперь тяни эти нити, формируй из них клетку. Свободную, но не слишком. Представил? Теперь пусти сила свободно скользить по ней, внутри. Рома шумно вздохнул. Его аура прямо на глазах уменьшилась и перестала слепить, засияла ровным приятным светом. — Удерживай эту клетку, всегда держи ее на периферии сознания. Сначала будет сложновато, но потом ты привыкнешь. Сейчас тебе уже ничего не угрожает. Открывай глаза. Полегче? Рома медленно кивнул, прислушиваясь к своим ощущениям. Потом несмело улыбнулся. — Спасибо. — Пожалуйста. Сейчас езжай домой, поешь и ложись спать. Может срубить на пару суток — не пугайся, это нормально. Организм находился в стрессе, ему надо восстановиться. Как отдохнёшь — звони мне. Начну учить. Просто держать силу в узде недостаточно, надо уметь ее использовать. Давай телефон, номер свой тебе напишу. *** Охра объявился внезапно и прямо на пороге квартиры. В пять, сука, утра. Давил на звонок, пока заспанный Слава не открыл, душераздирающе зевая. — Ты попозже припреться не мог? Я только два часа, как лег. Ирод ты. Охра молча протиснулся мимо Славы, который, вообще-то, приглашать его не собирался, скинул кроссы и отправился прямиком на кухню. Там развалился на кухонном диванчике, вольготно, как у себя дома, закурил. Слава сонно наблюдал за ним, привалившись плечом к дверному косяку. Охра заговорил. — Судя по молчанию, без происшествий? Жмуриков больше не было? — Не было. — Будут. — Откуда дровишки? — От верблюда. — Ебать, ты шутник. Охра поднялся и выбросил окурок в мусорное ведро. — Сам подумай. Работает какой-то маньяк, имеющий претензии к магам. Думаешь, он остановится? Я что-то в этом сомневаюсь. Трупы еще будут, и немало, если мы этого уебка не накроем. Нам только надо выяснить, ради чего он убивает. Потому что мамкин инквизитор или потому что силу так черпает. Слава нахмурился. С него весь сон разом спал, потому что он почуял — прав Охра. В последнем. — На что ему сила? — А я ебу? Поймаем — спросим. Ты спросишь. Я буду придумывать, как его наказать. Потому что не хуй такое творить в моем городе. — В твоем?! — возмутился Слава. — Ладно. В нашем. Так больше нравится? — Город общий. — У всего должен быть хозяин, Слава. У Питера хозяева мы с тобой. Радуйся. Я принимаю тебя за равного. Охра говорил серьезно. Не подкалывал, не шутковал над Славой. Он правда так думал. — Хорошо. Если ты считаешь, что город наш, то мы должны это остановить. — Остановим. Охра снова закурил и несколько минут они молчали.Слава успел чайник поставить и предложить бутерброды, а потом вдруг вспомнил, что и ему имелось, чем поделиться. — Пока ты по каким-то ебеням мотался, я себе ученика нашел. Из ваших, прикинь? Охра глянул удивленно. — Из наших? — Ну, из вашего не-лейбла. Хотя хуй знаю, состоит он там или нет. Я не вникал. Локимин, короче, который Рома. Охра бровь вздернул. Что за хуйня, мол. — Он маг, — объяснил Слава. — Рома ваш. Не из слабых. Я его в баре встретил. — Что он в Питере забыл? — А я ебу? Приехал вот. В отеле тусуется сейчас. Обучаю его потихоньку. Когда впервые увидел — охуел. Он чуть было не взорвался, вовремя встретились, короче. Вот такие дела. — Никогда бы не подумал… Хотя, пока сила не пробудится — хуй узнаешь. Мне всегда казалось, что он человек, истинным зрением на него не глядел. Да уж… Не повезло парню. Теперь придется с него глаз не спускать, пока он в Питере. Вдруг маньячила наш и его оприходовать захочет. Мирон ебу даст, если Локи убьют. Буду наблюдать. А ты учи, раз взялся. — Буду, куда тут денешься. Слава чай на стол поставил, две кружки, исходящие паром. Затем тарелку с бутербродами, Охра тут же взял один. Слава знал, что еда ему вряд ли нужна, но, видимо, она приносила Охре удовольствие. — Надо будет выяснить у Ромки, какого хера он в Питер приперся вообще, — Охра заговорил так внезапно, что Слава едва чай не расплескал. Молчал почти минут десять и вдруг на тебе. — У него вроде альбом щас пишется, он никуда не собирался выбираться. Херовое какое-то совпадение, ты не находишь? Слава задумался. И правда совпадение. Мало того, что Рома оказался в Питере так внезапно, так ещё и именно в том баре, в который пришел Слава. Пришел, можно сказать, в последний момент, когда чуть было не стало поздно. — Постараемся это выяснить. На этом и порешили.