Новое солнце

– Оставь его, – рука мага удержала Кетлана от порыва догнать парня. – Ему нужно остыть. А тебе и подавно. – Я не хотел этого, – обреченно проговорил полукровка, всматриваясь в удаляющуюся спину Анре. – Ты очень плохо его знаешь. – Хочешь сказать, что знаешь его лучше меня? – огрызнулся Кет, оборачиваясь к магу. – Нет, – Горхар был по обыкновению невозмутим. – Только я кое-что про него понял. И тебе это совсем не понравится. – И что же? – Ты ему не подходишь. Он не одобряет твою месть и вряд ли примет тебя, пока ты в бегах. – И что ты предлагаешь? – Придумать, как исцелить его тело. Не убивая при этом никого. – Это была твоя идея. – Не спорю. Только я не знал, что твой парень такой принципиальный. А ты мог бы и догадаться. Кетлан сбросил удерживающую его руку и отошел. Проклятый маг прав. Он совершенно не понимал Анре. И тем самым оттолкнул его. И как теперь исправить ситуацию, не представлял. Он не мог вылечить его болезнь. Может, если бы он выучился в академии, как положено, он бы смог помочь Анре, но с тем, что имел сейчас, Кет был бесполезен. Его умений хватало на то, чтобы исправить видимые повреждения. Если он видел сломанную кость, он мог ее срастить, если видел разрезанную плоть, ему не составляло труда излечить рану. Но что делать с болезнью Анре? На что направить силу? Кет не знал, не знал, а оттого считал, что единственный способ помочь парню – перенос. Только вот он не учел, что Анре дорожит чужой жизнью. Возможно, если бы перед ним был преступник или тот же проклятый Коур или Борх, их смерть не смутила бы Анре. Только вот Коур был давно мертв, а Борх как сквозь землю провалился. В Дасторе его след оборвался. Полукровка нервно прошелся по помещению. Остановился в углу, где все еще валялись перерезанные им веревки. Он смертельно обидел Анре. Его слова о том, что Кет пытается создать идеального любовника, были далеки от истины. Выбранный им эльф, вопреки наставлениям Горхара, не казался Кету привлекательным. Обычный эльф. Красивый, как и любой другой представитель своего народа, но не привлекательный. И запах. Если бы все получилось и Анре получил его тело, то Кетлану пришлось бы снова привыкать к новому запаху, каждый раз одергивать себя от того, чтобы выбирать тот единственный, который учуял еще при первой встрече. Тот, который всегда искал, пока Анре находился в теле императора. Тот, который вдыхал с наслаждением полной грудью на поляне, лежа на коленях у настоящего Анре. Только сейчас у Анре был один запах. Тот, который запал воину в душу. Тот, который заставлял его все время возвращаться к незнакомому существу. Заставлял бороться за него. Нет, Анре был не прав, считая, что Кетлану противно смотреть на настоящего Анре. Не противно, но больно. Больно оттого, что не в силах помочь. Не в силах применить свой на удивление возросший дар во благо любимого человека. За тот единственный день, что они провели вместе, Кет понял, как сильно парень страдает из-за своего недуга. Он видел, как тяжело тот опирается на свой посох. Видел, как украдкой смахивает влагу, скапливающуюся у раненого глаза. Видел, как тяжело ему говорить и он тянет слова. Видел, как болезненно он подтягивает правую руку к груди, когда ему кажется, что на него не смотрят. Видел и ничего не мог сделать. – Анре был прав, когда говорил, что ты мог бы исправить его тело? – обратился он к Служителю. – Не совсем, – отозвался маг. – Я мог бы, используя твою силу, изменить его, будь то физическое увечье. Как, например, смог прирастить себе руку. Но его… его недуг в другом. Я не знаю, что надо исправлять. Если бы было возможно передать ему силу целителя, чтобы он сам себя вылечил. Но… я могу это сделать, только убив носителя. А его такой вариант не устроит. Мне надо подумать, как провернуть это и оставить донора в живых. – Даже если ты сможешь сделать это, сохранив жизнь носителю, то проблема в другом. В этом мире нет существ, способных к самоисцелению. На лиссарах раны заживают быстрее, чем на людях, эльфы тоже склонны регенерировать быстрее остальных. Но даже они не могут вылечить себя сами. Если за все это время Анре не стало лучше, значит, никакая сила этого мира ему не поможет. Горхар задумался, по привычке почесал бороду, которую сбрил перед походом в Аэтаен на поиски Анре. Без волос на лице да в обычной одежде он выглядел просто. За прошедший месяц маг полностью восстановился. Набрался силы. Сейчас он не выглядел измученным стариком, и это снова наводило на мысли о том, что это существо очень могущественное. И как раз таки способное к самоисцелению. – Твоя сила вполне бы подошла для этих целей, – задумчиво проговорил Кет, глядя на мага. – Моя? – Гор удивленно вскинул бровь. – Я бы с радостью поделился тем, что имею, но опять же. Я не смогу. Моя природа устроена так, что я могу забирать себе либо служить проводником. Отдавать я не могу. – Жаль. – Если бы кое-кто не убил моих братьев, то Фарес, наш старший в группе, мог бы что-нибудь придумать. И мы могли бы поделиться силой друг друга с Анре. Но один не в меру ретивый полукровка порубил их на кусочки. В голосе Горхара не было злости или хотя бы упрека. Скорее насмешка. Иногда Кетлану казалось, что Гор вовсе не жалеет об их смерти и сам бы с радостью избавился от своих собратьев. – Если бы я их не порубил, вы бы убили Анре еще тогда. И сейчас нам бы не пришлось решать эту загадку. – Ты совершенно прав, мой друг. А теперь заткнись и дай мне подумать. Ты сегодня излишне болтлив. Кетлан фыркнул на заявление мага. Да, обычно они редко общались так долго. И при этом Кет полностью доверял древнему. Пусть и опасному, но все же союзнику и, возможно, другу. Анре добрался до города в последний момент. Стражники уже закрывали ворота, когда заметили мокрого до нитки, усталого парня. Его выделяющаяся внешность и работа помощником приказчика сделали его узнаваемым. – Где второй? – спросил один из стражей. – Ушел, его не стоит ждать, – уточнил Анре. – Будто кто-то собирался, – усмехнулся второй стражник, но Анре не обратил на это внимания. Ему было откровенно плевать и на Служителя, и на стражников. Хотелось добраться до дома Раеника и завалиться в теплую постель. А на рассвете навсегда покинуть город. В комнате на втором этаже горели свечи. Понадеявшись не пересечься с начальником, Анре поплелся в свою комнату. – Ты весь промок, – остановил его голос Раеника. – Попал под дождь. Простите, – парень обернулся. Смысла прятаться уже не было. – Акс, ты в порядке? – участливо спросил мужчина, заглядывая работнику в глаза. Да, снова слышать, как к нему обращаются по детской кличке, которой он решил назваться в этом городе, чтобы не привлекать излишнего внимания к своей персоне, после того, как буквально полчаса назад Кетлан звал его Анре, было неприятно. Все-таки именно случайно образовавшееся Анре казалось парню родным. А кличка Акс, которую ему дали приятели в школе из-за фамилии, была из другого мира. Мира, о котором он мог вспоминать только с болью. Правда, стоило признать, что во второй визит Морвэ очень упорно пытался стать для Анре еще хуже, чем его родной мир. – Да, все нормально, – отмахнулся Андрей от своих мыслей. – Но я завтра уеду. – Уедешь? Акс, что случилось? – в голосе приказчика слышалось неподдельное волнение. – Ничего. Я с самого начала говорил, что мне нужно накопить средств, чтобы добраться до Октара, что в империи Глиар. Пришло время. – Насколько я знаю, это мелкий городишко. Что тебе там делать? – У меня там семья. – Знаешь, поезжай к ним, проведай и возвращайся. Ты умный парень, что тебя там ждет? Работа конюхом? Ты достоин большего, Акс. Анре не ответил. В целом он был согласен с Раеником. Тут у него почти госслужба. Пусть он и не особо важная персона, но те же стражники на улице не цепляются. Знают, что он работает в Управе, и побаиваются. Да и приказчика понять можно. Халявная рабсила никогда не была лишняя. Акс пашет целый день, разгребает целую кучу говна и получает за это жалкую мелочь. Ну, побольше, чем в таверне, в разы, но… У того же Раеника плата существенно больше, а с появлением Анре еще и времени свободного стало достаточно. Только вот у Андрея еще оставалась надежда, что хотя бы в Октаре его ждут. Да, придется прикрываться новым именем, снова втираться в доверие. Но там все же родные люди. Халеку он мог доверять. И мечтал создать это же доверие и к себе новому. Анре пообещал, что постарается вернуться, хотя бы подумает об этом. Но завтра все же попробует купить себе место в караване. Сославшись на усталость, парень отправился к себе. Стоило сменить одежду на сухую. Перспектива простыть и заболеть его не прельщала. Уснуть не получалось. Анре вертелся в постели, вспоминал последнюю встречу с Кетом и не мог унять боль в груди. Отчаянно хотелось разреветься. Как бы он себя ни успокаивал, как бы ни убеждал, что готов ко всему, а подобного поступка от полукровки не ожидал. Анре было бы проще принять тот факт, что идея с переносом полностью принадлежит Горхару, но по всему выходило, что Кетлан ее как минимум полностью поддерживал. Парень снова зажмурил глаза, пытаясь заставить себя не думать и спать. В коридоре скрипнула половица. Господин Раеник никогда не покидал комнату ночью. Как и во многих богатых домах, туалетная комната у него была отдельная. Анре моментально напрягся. Если в дом пробрались воры, то ему стоило что-то предпринять. Только что можно сделать с таким убогим телом? Заорать и получить ножом по горлу? Или притвориться, что спит? Тогда как с утра смотреть в глаза человеку, который выручил в непростое время? Решив, что отлеживаться совсем не вариант, парень собрался. Может, будет достаточно обозначить, что он не спит, и вор испугается и сбежит? Надежда была слабая, но другого варианта Анре не видел. В конце концов, что он теряет? Парень встал, натянул штаны и накинул рубаху. Ручка на двери медленно опустилась, оттягивая засов. Анре замер, прикидывая, чем тяжелым можно «поприветствовать» незваного гостя. В проходе образовалась тонкая щель, а через секунду в комнату тенью шмыгнул крупный силуэт, примкнув дверь за спиной. – Здравствуй, Анре, – шепотом проговорил Кетлан. – Ты что здесь делаешь? – ошарашенный Андрей едва не выронил прихваченную для обороны трость. – Совсем сдурел? Тебя могли увидеть. – Не бойся, меня никто не видел. А если и заметили, то решат, что я вор, позарившийся на казну Аэтаена. Тебе ничего не угрожает. – А тебе? Зачем ты пришел? – Анре выглянул в окно, оттягивая тяжелую портьеру. На улице было пустынно. – Мы не договорили, Анре, – воин подошел ближе. Его глаза слегка светились в темноте красным, маски не было. – Кет, я не думаю, что у нас еще остались темы для разговора. Первый страх за полукровку сошел, и вернулась злость и обида. – Анре, послушай, – воин подошел еще ближе, – я ошибся и признаю это, но не отвергай меня, прошу. Позволь мне помочь тебе. Дай нам немного времени, и мы придумаем, как помочь тебе, не навредив никому. – Не думаю, что такой способ вообще существует. – Можно попробовать найти сильного лекаря и заставить его вылечить твое тело. Хотя бы попытаться, – Кет поймал недовольный взгляд парня и осекся. – Хорошо, не заставить. Допустим, заплатить за услугу. – И где ты собрался искать этого лекаря, если тебе даже появляться рядом с крупными городами опасно? – Этим займется Гор. Братство ищет старика, а наш маг сейчас выглядит немного иначе, чем они ожидают. Я же продолжу выслеживать Борха. Они не смогут прятать его вечно. – Я вернусь в Октар. – Анре отошел от воина и сел на край кровати. Говорить с Кетом было сложно. – Хорошо. Гор поедет с тобой. Может, узнает что-нибудь там, а заодно присмотрит за тобой. – Ты ему доверяешь? – Да. У меня нет оснований не верить ему. У него были сотни возможностей сбежать и тысячи – убить меня. – Это еще ни о чем не говорит. Он преследует какую-то свою цель. – Пусть. Пока его путь совпадает с моим, я буду ему доверять. Он обещал помочь мне найти Борха и до сих пор его обещание не выполнено. – Зачем тебе это? – Я хочу отомстить брату за предательство и твою смерть. – Но я жив. – Мы уже обсуждали это. Борх пытался убить тебя, запер меня в клетку, как зверя, на год. Я не остановлюсь, пока предатель не сдохнет. Анре вздохнул. Смысла переубеждать Кетлана не было. Это его право. Борх действительно предал своего брата. Плевать на его, Анре, судьбу. Он всегда был для мага лишь работой, но Кет был его родней, братом. Кетлан доверял ему безоговорочно. И вот теперь воин доверился другому – Горхару, жуткому существу из другого мира. Анре лишь боялся, что Служитель может так же предать полукровку, и второе предательство сломает его. – Анре, – снова позвал Кет, опускаясь перед ним на корточки, – прости меня. Прости, что заставил думать, будто ты мне неприятен. Сейчас мои слова покажутся тебе глупостью или ложью, но прошу, попытайся поверить мне. Я люблю тебя, Анре. Такого, какой ты есть. Я полюбил тебя в теле Илрана, хотя один его вид вызывал во мне стойкое желание разорвать тебе горло. Но я смирился. Я привык к тебе, хоть это и потребовало немало времени. Твое настоящее тело… я привыкну и к нему. Хотя это будет довольно просто. Ты очень красив, Анре. Но для меня это не так важно. Я наполовину лиссар, а они больше опираются на нюх, чем на глаза. Лиссары вообще довольно паршиво видят, хочу признаться. Отец рассказывал даже, что ночью четко видит лишь силуэты, не различая деталей. А вторая половина во мне эльфийская. Те хоть и ценят красоту и видят слишком ярко, но пару выбирают себе не за внешность. Уж поверь. Иначе моя мать не смогла бы даже взглянуть в сторону отца. С его-то жуткой мордой. А они даже ребенка умудрились родить. Я же привык больше полагаться на запахи, как отец. – Мой запах тоже изменился, – Анре был немного шокирован. Он вспомнил морды лиссаров, виденных им однажды. Не самое приятное зрелище, чего уж там говорить. Жуткие глаза, покрытая шерстью кожа, длинные клыки. От одного воспоминания мурашки по коже. – Да. Теперь он настоящий. Единый, без примеси запаха Илрана, который я ненавидел. Андрей вспомнил, как Кет не единожды говорил ему о двух запахах, о том, что чувствует нецелостность Анре. Сердце забилось в слабой надежде. – А если бы я согласился на перенос в тело того эльфа? – Я бы привык. Мне было бы сложно, но я бы снова смирился. Для меня важно лишь, чтобы ты был здоров, не испытывал боли и был счастлив. Сейчас же ты страдаешь, я чувствую это. Я хотел помочь тебе, Анре, а не создать что-то для себя. Прошу, поверь мне. – Я верю, – Анре говорил почти искренне. Все еще немного сомневаясь, боясь поверить в услышанное. – Но, если ничего не выйдет, сможешь ли ты принять меня такого? Калеку, обузу? – Да, – ответ последовал мгновенно. Кет даже не задумался, и это заставляло Андрея верить ему. – В таком случае нам придется какое-то время побыть не вместе. А когда я убью Борха, я заберу тебя, и мы найдем тихий угол, где сможем быть вдвоем. – А если я попрошу тебя отказаться от мести? – Не надо, Анре, не проси об этом, умоляю, – полукровка тяжело опустил голову. – Я не смогу простить его. Никогда. Я не смогу жить с этим чувством. – Тебя будут искать, Кет. А когда найдут, убьют. Либо тебя убьет сам Борх. Его сила ужасна. Поверь, я ощутил ее на себе. – Пока Борх жив, он будет искать меня в любом случае. Он хочет наказать меня за смерть своего лидера. Для него я теперь враг. – Это какой-то замкнутый круг. И это никогда не закончится. Ты убьешь Борха, на его место придут другие. И так до бесконечности, пока ты не умрешь. А я не хочу терять тебя снова. Кетлан молчал. Молчал и Анре, в тишине перебирая длинные спутанные пряди волос на опустившейся на его колени голове. Постоянные скитания по лесам, прятки и погони сказывались на полукровке. Он выглядел измученным, уставшим. Интересно, когда в последний раз он нормально высыпался, без опаски быть застигнутым врасплох? – Кет, – тихонько позвал Анре, нарушая молчание, – Служитель ведь может открывать порталы в другие миры. Мы могли бы сбежать с тобой туда, где на тебя не будут охотиться все подряд. – Он не сможет сделать это один. Для открытия портала в твой мир он воспользовался моей силой, едва не прикончив меня. Один он не удержит портал. Да и куда мы пойдем? Чужой мир, чужие законы, чужой язык. Как узнать, в каком мире нас не сочтут врагами и позволят жить? Я своими руками уничтожил свое будущее, да и твое тоже. Но я не мог поступить иначе. Я был уверен, что ты мертв. Я жил ради мести, пока не встретил Гора. Пока он не нашел тебя и не сказал, что тебя можно вернуть. – Я не виню тебя, мне просто страшно. – Я с тобой, Анре. Всегда буду. – Черт с вами обоими. Найдите способ вылечить меня, и я буду прятаться вместе с вами и убивать ваших врагов. Только не бросай меня больше. – Я не смогу остаться. – Я знаю, ты только пообещай, что вернешься ко мне. Иногда возвращайся. Кетлан долго смотрел ему в глаза, а после медленно, словно боясь напугать, потянулся к губам. Анре ответил, как мог. Понимал, что Кету может быть неприятно целовать онемевшие губы, но старался скрыть свой недуг. Чувствовал его горячие ладони на пояснице и плавился. Как же долго он ждал этого. Мечтал снова почувствовать прикосновения своего полукровки. Надеялся и боялся узнать, что все это больше никогда не повторится. Но его Кет вернулся к нему. Он любит его, а ради этого можно и преступить черту закона. Пусть короткая и опасная жизнь рядом с Кетом, чем долгая, спокойная, но одинокая.

***

Кетлан ушел еще до рассвета, а Анре остался дремать. Волнение за полукровку не отпускало. Сможет ли тот выбраться из города без проблем? Они договорились, что Кет отправит с Анре в Октар Служителя. В крайнем случае тот сможет отбиться от Братства, а Анре всегда может соврать, что познакомился с магом случайно перед поездкой и с какой целью тот направлялся в Холодные земли, понятия не имеет. Так что Анре решил, когда утром они встретятся с Гором, то у него он и сможет все выяснить. Позднее, распрощавшись с Раеником и получив оплату за работу, парень направился к караванщикам. Он точно знал, что сегодня отбывает один из караванов до Глиара. Служитель уже был на площади, ожидая Анре. – Кет в порядке? – сразу обратился парень к магу. – Конечно. Что ему будет? Его не так просто поймать, – усмехнулся Гор. Постоянно приподнятое настроение беглого преступника несколько настораживало Андрея. Раньше Служители казались ему довольно мрачными типами. Хотя тут весь мир был мрачен. Но вот именно Горхар, казалось, не должен радоваться. Его товарищи мертвы, сам он зависим от Кета, и его разыскивают все маги Морвэ. А он постоянно улыбается. – Чему ты радуешься? – решился на вопрос Анре, после того как они купили места в караване и отошли в сторону, ожидая отправки. – Жизни, – спокойно ответил маг, осматриваясь и убеждаясь, что их не слышат. – Почему бы мне не порадоваться? Я жив, здоров и свободен. – Сомнительная свобода. На тебя объявлена охота. – С чего бы? Я тут стою, посреди города, не скрываюсь. Мимо ходят маги из Братства Солнца, и никто на меня даже внимания не обращает. Они ищут не меня, а однорукого старика. – Потому ты бросил Кетлана? – Я его не бросал. Я выполняю его просьбу защитить тебя. Он последует за нами, тайно. Борха мы все равно потеряли. Есть мнение, что он вернулся в Октар, попробуем начать поиски оттуда. Мысли о том, что Кет беспокоится о нем, радовали Анре. А после проведенной вместе ночи снова хотелось жить. И хоть злости к Борху Андрей больше не испытывал, но понимал, что Кет не сможет простить предательство брата, а это значит, что Анре обязан помочь полукровке. Он постарается узнать хоть что-нибудь о Борхе, а если не преуспеет, то хотя бы постарается быть рядом с Кетом и поддерживать его. Караван двигался медленно. Останавливаясь во всех крупных городах на день, а то и на два. Торговцы старались продать свои товары, закупить новые, пополнить запасы провианта. Через полторы недели Анре сбился со счету и уже с трудом понимал, сколько они едут. Одно радовало – Гор старался держаться рядом. Вечерами развлекал разговорами. А когда удавалось, отлучался ночами, а утром передавал весточки от Кета. Полукровка от них не отставал. Андрей не представлял, насколько тяжело воину дается этот путь. Гор сказал, что им удалось раздобыть для Кета лошадь, но он все равно оставался один. Не заходил в города, позволяя себе лишь наведываться в небольшие поселения – пополнить запасы. Андрей постепенно узнавал то, что знал об этом мире Гор. То, что тому удалось выяснить, скитаясь с Кетланом. Оказывается, в тот раз, когда Анре сломал ногу и едва не погиб в лесу, он, как выразился Горхар, включил варахов в свой рацион. А когда его тело, служившее накопителем энергии, уничтожили, прошла цепная реакция, и зарождающееся новое солнце поглотило тех, из кого привыкло выкачивать энергию. И помимо людей, в частности магически одаренных, уничтожило и всех варахов. Не сказать, что Анре расстроился исчезновению бестий, а вот людей было жалко. Хотя Гор и убедил его, что вины самого Анре в этом нет. Виноваты маги, в частности Борх и Коур, решившие так радикально избавиться от проблемы. Тело Анре было проводником энергии, находившемся в стадии накопления. Накопило оно не так чтобы много, но вполне достаточно, чтобы стать опасным при неосторожном обращении. Гор об этом знал, но его решили не спрашивать и просто влить в слабый, еще не окрепший и тем более неподконтрольный сосуд магического огня, тем самым уничтожив оболочку. Вот и вышло так, что накопленная энергия вошла в резонанс с энергией Борха, отчего произошел сначала массовый выброс силы, а после ее ускоренный сбор в одной точке. Не одаренные магией люди все это прочувствовали слабо, а вот магам досталось по полной. Те, что послабее, моментально расстались с жизнью, более сильные выжили, но восстанавливались после довольно долго. Естественно, накрыло небольшую площадь, Октар и его окрестности, отголоски ощутили в столице. А вот варахи, будучи тварями не из этого мира, а из мира Гора, сдохли все. Маг и сам до конца не понимал, почему на них этот выброс отразился так катастрофично, но склонялся к выводу, что это напрямую связано с тем эпизодом, когда Анре «питался» тварями. – Ты никогда не говоришь о своем родном мире, – спросил Анре на очередной стоянке, когда они с Гором остались наедине. – Ты его помнишь? Я читал, что вы пришли в этот мир около ста сорока лет назад. – По местным подсчетам, где-то так и есть. В нашем мире летоисчисление идет по-другому, так что мне сложно ответить точно. Но могу сказать, что свой мир я помню, но совсем по нему не скучаю. – Почему? – Мне не по чему скучать. Родителей я не помню, меня отдали в орден совсем ребенком. По ордену и братьям? Ну, скажу честно, буду крайне рад, если больше никогда и никого из них не увижу. Понимаешь, когда ты с малолетства обучаешься смирению, выполнению приказов и готовишься к будущей смерти, это совсем не весело. Да, я понимаю, мой мир умирает и наш орден существует лишь для того, чтобы поставлять энергию из других миров. Только вот эти два месяца, что я провел на свободе, изменили меня. Когда меня отправляли в Морвэ, я знал, что не доживу и до ста. А сейчас… Я снова могу дышать полной грудью, вижу краски мира, наслаждаюсь вкусом еды… Это сложно объяснить, но я впервые чувствую себя живым. – Ты сказал – до ста. Тебе разве уже не много больше? – Нет, – Гор усмехнулся, – мне сейчас, должно быть, чуть больше пятидесяти. Считай, ребенок. – Я думал… – Анре попытался вспомнить, что именно читал про Служителей. – Мы смертны, – перебил его Горхар, – мы приходим в мир, качаем из него энергию, ослабеваем и уходим. На смену присылают нового. Летописцы этого мира нас в лицо-то и не рассматривали. Группа всегда состоит из трех маргенов, вот они, видимо, и решили, что это одни и те же. Нет, полторы сотни лет члены нашего ордена не протянут. Не с нашими перегрузками. – Я просто подумал… Когда впервые попал в Морвэ, вы не показались мне разными. Старики и старики. Прости. – Не извиняйся, ты недалек от истины. Я в Морвэ последние лет пятнадцать. Как младший по силе в группе, я обязан был поддерживать шаткий баланс мира. Солнце было уничтожено из-за ошибки наших братьев, тех, что пришли сюда до нас. Точно не знаю, но они что-то напутали, переборщили с откачкой, и случилась эта катастрофа. Пришлось много сил тратить на то, чтобы не позволить миру провалиться во тьму, Холодным землям покрыться льдом, а Подсолнечным не превратиться в пустыню. Этим я и занимался в основном. Плюс контролировать потоки энергии. За императорами следил Фарес, старший в группе. А когда люди внезапно решили оскалить зубы, начался полный бардак. Там уже стало абсолютно не до своего внешнего вида. Да и нагрузки на организм возросли в разы. Когда Кет вытащил меня из подвала Коура, я выглядел как древний старик. – А сколько живут представители твоего рода? – Маргены из числа обычных доживают лет до четырехсот, может, четырехсот двадцати. Те же, кому выпало попасть в орден, – лет восемьдесят, если повезет. – Ты действительно совсем юный, по меркам твоего рода. – Можно и так сказать. И только благодаря Кету у меня появился шанс пожить еще. – Ты потому ему помогаешь? – Да. Я ему благодарен за подаренную жизнь. Пусть нам по большей части приходится скрываться, но я узнаю людей, узнаю новые для себя аспекты отношений. Я бы хотел испытать сам хоть часть тех эмоций, которые переживает Кетлан. Раньше я испытывал только усталость и иногда ненависть. – А сейчас? Что ты чувствуешь сейчас? – Именно сейчас? – удивился маг. – Интерес. Жажду помочь. Немного беспокойство. Я переживаю, что Кетлан может попасться. – А в целом? В последнее время? – Слишком много, чтобы найти слова на языке альтан. – На каком языке? – Язык людей из мира Морвэ. Его название стали забывать, так как почти не употребляют это слово. Все говорят на нем, ведь других рас почти не осталось. – Эльфы остались, как мы могли убедиться. – О да, – в глазах мага мелькнули озорные огоньки. – Где вы его нашли? – Это было непросто. Нам крупно повезло, что у Кета отменный нюх. Мы месяц шарили по материку, пока случайно Кетлан не учуял незнакомый запах, который не принадлежал ни человеку, ни лиссару. Пошли по следу, а дальше я подготовил небольшую магическую ловушку. Я знал, что эльфы не ушли из этого мира, но они очень хорошо скрываются, и встретить их довольно сложно, если они сами того не захотят. Но мы с Кетом отличная команда. – Вы ведь ничего ему не сделали? – Анре видел, как нехорошо поблескивают глаза мага, и опасался за эльфа. – Нет, ты его отпустил, и он ушел. Жаль, конечно, тело было превосходное. Но я уважаю твой выбор, а способ мы найдем. Не переживай. Я, конечно, далеко не так силен, как Фарес, но постараюсь что-нибудь придумать. – Он тебе понравился? – Он физически очень привлекателен. И у него сильная энергетика, как и у многих представителей древних рас. Андрей улыбнулся, глядя на мага. Интересно, а он сам понимает, что упомянул физические качества эльфа раньше остальных его достоинств? Любопытно, успел ли маг получить сексуальный опыт за эти два месяца? Ведь, судя по его словам, до этого у него вообще никакой личной жизни не было. Жил монахом. – Жалеешь, что пытался убить его? – Не знаю, – честно признался Гор. – Наверное, нет. Хотя… при других обстоятельствах я бы хотел с ним пообщаться. – Ты спал с Кетланом? – задал наболевший вопрос Анре и затаил дыхание. Он боялся услышать положительный ответ. Горхар на несколько секунд замер, с интересом изучая лицо парня. Склонил голову немного набок, и на его губах появилась едва заметная ухмылка. – У тебя нет оснований сомневаться в своем любовнике. Он, как и любой лиссар или эльф, однолюб. Он скорее умрет, чем изменит тебе. – Ты пытался? – Нет, я никогда не думал о нем в этом плане. Я вообще не особо уделял этому вопросу внимание. Пока мне хватает эмоций. Андрей украдкой выдохнул. Значит, Кет однолюб? Что же он испытывал, когда чувствовал на Анре запах Фариата? Эх, если бы Анре тогда знал, чем все обернется… Темноту леса нарушал лишь отблеск небольшого костра. Вынужденное одиночество странным образом давило на воина. Раньше, до заточения в темнице, Кетлан с удовольствием сам создавал вокруг себя пустоту. Ему было тяжело находиться среди людей. С тех же пор, как он выбрался и встретил Служителя, он практически не бывал в одиночестве. Привык к обществу древнего, в какой-то мере стал в нем нуждаться. На удивление, Гор был ему ближе даже брата, еще до его предательства. Теперь же он снова был один, и это немного напрягало. За Анре он не переживал, был уверен, что Служитель присмотрит за ним и за караваном. Тем более он и сам шел буквально по пятам, пару раз отогнав хищников и однажды разбив тройку лиссаров, попавшихся им на пути. Видимо, твари решили поохотиться. Странно было лишь то, что их было так мало. Видать, у детей ночи дела шли не так хорошо, как было во времена Второй эпохи. Верный конь спокойно пасся в паре метров от хозяина. Удивительно, как Гор смог раздобыть добротного жеребца, да еще и заставил его беспрекословно повиноваться полукровке. Казалось, животное не пугали ни твари, ни хищники, и это не переставало радовать. До Октара оставалось не более двух переходов, и первое, что намеревался сделать Кетлан, – это сходить в купальню. Плевать, если даже придется убить всех ее обитателей. В Подсолнечной с гигиеной проблем не было: богатая на реки и различные водоемы земля, прогретая добрым солнцем. Здесь же солнце гость не частый и вода в реках ледяная. Кет уже собирался ложиться на отдых, когда уловил слабый запах чужака. Разобрать, враг он или друг, было сложно. Запах казался отдаленно знакомым, но не вызывал агрессии, не приближался, а через пару часов пропал. Воин выждал еще час и все-таки заснул беспокойным, чутким сном. – Ты какой-то уставший, – Гор помог затушить костер и обернулся к Кетлану, внимательно вглядываясь в его лицо. – Ты не поверишь, но я устал, – лениво огрызнулся полукровка, продолжая седлать коня. – Тебе не пора возвращаться? – Караван не сдвинется с места еще не меньше часа. – Анре может быть нужна твоя помощь. – Анре большой мальчик, – маг лишь улыбнулся на попытку прогнать его. – Меня больше беспокоишь ты. Плохо спишь? Твари? – Не знаю. Уже вторую ночь улавливаю запах. Пытался определить, кто это, или выследить его, но все бесполезно. Он скрывается. – Человек? – Точно не зверь. Не лиссар. Я могу ошибаться, но мне показалось, что это тот самый эльф, которого мы так опрометчиво отпустили. – Думаешь, ушастый решил отомстить? Он не сунется на караван или в город. А вот тебе лучше быть осторожнее. Где дом, в котором ты остановишься? – В лесу, недалеко от Октара. – Это плохо. – Гор хмуро оглянулся, словно мог высмотреть неприятеля среди деревьев. – Ты будешь один. Можешь потерять бдительность. Он один или с друзьями? – Скорее всего, один. По крайней мере, запах я чувствую один и тот же. – Ладно, сегодня к вечеру мы уже будем в городе. Как только Анре устроится, я найду тебя, сможешь выспаться. – Спасибо, – Кет устало кивнул в благодарность. Дальняя дорога его изрядно вымотала. А последние две ночи он практически не спал, находясь в сильном напряжении, ожидая нападения. И сейчас визит Гора и его предложения воспринимались с незнакомой радостью. Маг попрощался, перед уходом наложил следящее заклятие. Обещал найти его сразу же, как только убедится, что Анре в безопасности. Кету оставалось лишь ждать и продолжать вслушиваться в звуки леса, улавливать его разнообразные запахи и пытаться не допустить, чтобы чужак приблизился на опасное расстояние. Старый дом матери встретил запустением. Слишком долго здесь не было живых людей. Радовало, что хоть окна целы и в дом не пробрались разбойники или звери. Расседлав коня, воин отпустил его отдохнуть. Отпер дверь запрятанным здесь же ключом, прошел в дом. Смахнул пыль со стола, сдернул покрывало с койки. Тяжелые воспоминания почти не давили. Было лишь немного грустно. Матери нет в живых уже очень давно, и при других обстоятельствах Кет планировал подлатать жилище и привести сюда Анре. Теперь же этим мечтам было не суждено сбыться. Кет в бегах, а после убийства Борха все станет лишь хуже. Им придется все время скрываться, убегать. Нужна ли такая судьба Анре? Сколько он согласится жить такой жизнью – жизнью преступника? В ожидании Гора Кет сходил к ручью, принес в дом немного воды. Этого не хватило бы, чтобы помыться, но было достаточно для того, чтобы освежить лицо и напоить коня. Запах чужака не проявлялся, что вселяло некоторую надежду, что тот отстал и не рискнет приближаться к большому городу.