Психи рулят!!!

Большой зал был наполнен детьми, смех и крики кажется не прекращались ни на секунду. Гарри с трудом мог есть, постоянно отвлекаясь на других. В диспансере было тихо и приятно, что кажется очень сильно повлияло на его жизнь, раз даже сейчас он не мог толком сосредоточиться на еде из-за толпы. Потерев виски, он попытался вновь вернуть мысли к запечённым овощам, а не к детям, которые были очень активными. Винить их в этом было сложно, но от этого желание убивать всех вокруг никуда не исчезло. *** Сколько себя помнил, Алексей всегда жил с отцом. Приёмным отцом, который усыновил его ещё в младенчестве. Можно ли было это считать подарком судьбы, ведь не каждому ребёнку, рождённому от женщины, которая любила алкоголь и наркотики больше своего сына, могло так повезти. Подарок судьбы скорее был в том, что он вообще смог выжить при родах, заодно чуть не утащив женщину за собой на тот свет. Но она выжила, как и её чертов сын, который ей был не нужен. Отказная была подписана кажется спустя полчаса после того, как ей принесли ребёнка. Но это не единичный случай. В больницах таких как он было много. Слишком много, чтобы считать всех тех людей, что приходят сюда рожать, достойными членами общества. Поэтому не только коллеги были удивлены, что главный врач решил усыновить ребёнка, но, кажется, сам младенец относился к этому с едва различимым скепсисом на пухлом лице. Знай Алексей, что его будущий отец взял его только из-за огромных голубых глаз, которые были копией глаз его умершей не так давно жены, то решил бы, что отец тронулся головой, ведь это не повод брать ребёнка под опеку. Алексей видел эту женщину по всему дому. Фотографии, открытки, какие-то заметки на холодильнике. Все кричало в доме об этой женщине даже спустя многие годы. Отец не разрешал ничего трогать, что раньше принадлежало его умершей жене. Алексей в свои чёртовы пять лет на всю жизнь уяснил, что не в праве касаться этих вещей, ведь красные полосы от плеч до икр от ремня не сходили несколько недель. Эти вещи были почти священными. Тайна всегда была лучше всего того, что мальчик имел при себе. Платья, футболки, нижнее бельё - всё аккуратно хранилось в коробках в шкафу отца. Они никогда не покрывались пылью. Вещи время от времени стирались, а серьги и украшения всегда были раз в полгода у ювелира для очистки. Но все эти сокровища всегда оставались спрятаны для него, недоступны, даже если он мог их иногда замечать. На фотографиях женщина улыбалась. Она приятно млела в руках ещё тогда молодого отца, который видно было, что любил жену. У неё были красивые голубые глаза, морщинки вокруг глаз от вечной улыбки и тонкие руки, которые обнимали за шею избранника. Светлые пушистые волосы, которые были в вечном беспорядке, ведь их, кажется, не брала ни одна расчёска или лак. Она была красива. Алексей стал замечать, что похож на неё. Отец не требовал многого. Лишь идеальных оценок, идеального дома, который должен был скрипеть от чистоты, идеального поведения. Алексей не знал, что может быть по другому. Знал только то, что отец мог в особенно трудные дни на работе сидеть закрывшись в комнате и плакать над вещами погибшей жены. Тонуть в объятьях призрака, который застрял в платье или футболке с дурацким котом. Алексей знал то, что в такие моменты нельзя было попадаться на глаза отца. Тот мог избить без причины, вымещая всю злость на ребёнке, который просто терпел. Это казалось нормальным. Алексей ненавидел эту женщину. Слишком уж отец любил мёртвого человека, который портил жизнь его приёмного сына. Он ненавидел духи - сладкие свежие, словно ягоды в прохладную ночь, которые отец стабильно покупал, ведь их очень любила жена. Он ненавидел её вещи, которые иногда видел на сушилке, ведь они были похлеще самого худшего наказания. Отец мог ударить его лишь за то, что тот посмотрел на них. Он ненавидел её записки на холодильнике, которые были прикреплены магнитами, привезёнными из сочи. «Хорошего дня» «Купи молока с работы» «Может, заведём собаку?» Молоко всегда стаяло в холодильнике на верхней полке, всегда полное, не открытое. К нему нельзя было прикасаться так же, как и ко всему, что принадлежало мёртвой женщине. Оно могло стоять неделями, прежде чем отец заменял его новой упаковкой. Алексей потирал шрам на плече каждый раз, когда видел очередную пачку молока, ведь взяв то единожды, отец не скупился на удары, явно не понимая, что бьёт слишком сильно для ребёнка. Каждый поход к холодильнику отец улыбался, читая записку с пожеланием хорошего дня. Он иногда читал её вслух, любуясь подчерком жены. Каждое утро начиналось с «Хорошего дня», даже если в это утро Алексей вытирал лицо от крови, пытаясь стереть с лица ушибы, ведь в школе задают вопросы, на которые нельзя было ответить внятно. «Хороший день» - одно из тех вещей, что он ненавидел. Принесённый однажды по глупости голодный и тощий щенок оказался на улице через две минуты его пребывания в квартире. Алексей искренне не понимал, почему тот против собаки, ведь третья записка на холодильнике могла стать явью. Отец вполне разумно избил его, оставив лежать около двери на коврике со словами, что дворняга в доме есть, а больше он и не потерпит. До комнаты доползти не было сил, но Алексей был рад лишь тому, что досталось ему, а не щенку, которого теперь около его подъезда подкармливал какой-то старый мужчина. Он ненавидел всё, чего касались руки этой женщины. Она умерла больше пятнадцати лет назад, но в квартире казалось, что она лишь вышла на пару часов, может, день её не будет. Отец, когда Алексея не было близко, иногда по привычке звал жену, не ожидая получить ответ. Если же подросший сын был рядом, то мужчина лишь вновь вслух читал записки о пожелании хорошего дня, готовя на работу еду. С возрастом Алексей научился избегать всего, что касалось этой женщины. Вплоть до того, что тот не появлялся дома, стоило отцу вновь перестирать вещи жены. Молоко менялось теперь реже, а собака так и не появилась в их квартире. Украшения уже не поддавались починке или чистке, но, к удивлению, отец не кричал и не пытался снова выпустить гнев на сыне, а лишь плакал в своей комнате, обнимая ветхое платье. Сколько себя помнил, Алексей ненавидел эту женщину. Оказалось, что все окружающие его люди, любили именно её. Ведь друзья, знакомые и просто посты в социальных сетях говорили о том, что такие нравятся всем. Улыбчивые, красивые, светловолосые и голубоглазые. Такие, после которых шёл сладкий шлейф духов, а платья больше походили на воздушные полотна, хорошо обрамляя фигуру. Он ненавидел эту женщину. Но теперь казалось, что она везде. В каждой девушку вокруг Алексей видел её. Морщинки вокруг глаз от улыбки - лишь повод задуматься, какой она станет в старости, какая она лицемерная, ненавидящее всё глупая ни на что негодная дамочка, которая не знает, зачем ей вообще все эти улыбки. Голубые глаза - лишь обман, притворство и ещё один повод не доверять таким, ведь они лишь причина их неловкой красоты, а никак не ценность. Тонкие изящные руки - лишь возможность ухватиться за шею, сломить, не дать жить свободно. Светлые волосы - ещё один спутник обмана. Видеть каждый раз в зеркале того, кого честно ненавидишь сложно. Но Алексей справляется. Ведь волосы жёсткие, длинные, завязанные в хвост не походили на то безобразие, что творилось у неё. Голубые глаза были пусты, бесцветны и точно не светились от счастья как у неё. Он никогда не улыбался, старался этого не делать, чтобы не появились эти морщинки, отчего его лицо вечно было недовольно. Он одевался куда строже и лучше, не позволяя себе даже намёка на то, что носила она. Футболки с дурацкими котами он обходил как можно дальше. Сколько себя помнил, Алексей всегда видел отца, увлечённого только погибшей женой. Все его мысли и действия были вокруг неё, она как будто привязала его к себе даже после смерти, но отец почему-то не решался пойти следом за ней. Он будто желал, чтобы она оказалась у него, а не наоборот. Парень не ожидал, что однажды, всё поменяется. Поступив в другой город на врача, следуя за свои приёмным отцом по этому пути, он был готов много лет жить отдельно. Ведь любви к опекуну не было, побои уже прекратились пару лет назад, но шрамы остались. Он не боялся его. Не видел смысла, ведь теперь Алексей видел лишь человека, который вязнул всё больше в женщине, которая была лишь одна из тысячи других. Он ненавидел её. Только её. Поэтому вернувшись однажды домой, он с удивлением смог увидеть, что в квартире стало лучше. Не было фотографий на стенах с этой женщиной, не было записок на холодильнике, как и магнитов из сочи. Даже молоко пропало с полок, отчего это уже было похоже на шутку. Все вещи этой женщины и всё связанное с ней покоилось в кладовке в уже прохудившихся коробках. Алексей не верил в это, пока не увидел отца, который был на удивление спокоен. Кажется, с этого момента всё стало лучше. Отец словно очнулся ото сна. Стал интересоваться сыном, помог ему с переездом в другой город, не заговорил о жене ни разу. Из машины пропали её сладкие духи, а вонючка теперь заменила ужасающий запах этой женщины. Алексей почти ничего не мог сказать своему опекуну, ведь единственное, что тот о нём знал - так это любовь к мёртвой женщине. Ненормальная любовь. Без этой детали мужчина перед ним не имел ни голоса, ни своей жизни. Ведь в нём не было ничего, кроме этой любви. Занятия начались с больницы. Кто-то сбил его на машине, отчего пришлось пару дней лежать под присмотром. Отец рвал и метал, пытаясь выследить того человека, который скрылся с места преступления. Алексей лишь хотел тишины. Смутные подозрения о том, что случилось с его отцом он пытался держать при себе, надеясь лишь на то, что тот смог отпустить эту ненавистную женщину и жить дальше. Через пару лет обучения, в одну из встреч, которые с огромным энтузиазмом устраивал ему отец, они уже возвращались с ресторана, где им обоим испортили настроение другие люди, что решили выяснить отношения с официантами. Вернувшись обратно в квартиру, Алексей с удовольствием отметил, что всё ещё нет фотографий и следов мёртвой жены его отца. Ненависти и злости и так хватало сполна на других девушек, которые по своей глупости лезли к нему, что сил на ещё и эту женщину у него не было. Он не удивился, когда отец полез к нему с конкретными намерениями. Алексей почти не дрогнул, когда тот начал говорить ему о том, насколько они похожи. Он позволил провести себя на кухню, где раньше висели эти глупые записки, которые ни о чём не говорили. Отец продолжал говорить, что любит её. Что хочет её, свою мёртвую жену, которая не могла тут возникнуть. Он обращался к сыну, который был похож на неё так сильно, но так же отличался, что невозможно заметить их сходство. Он начал стягивать с Алексея рубашку, кое-как расстегнув её, но не успел. Кухонный нож прошёлся точно по шее, кровь хлынула нескончаемым потоком по одежде. Отец упал замертво посреди кухни, дёргаясь из последних сил. Спрятать труп не было сложно. Отвести в лес за городом, выволочь как можно дальше от мест, где ходит лесник, оставить на съедение волкам или насекомым. Замыть кухню, нож, машину на несколько раз. Подождать пару дней, ведь у отца отпуск, его не хватятся быстро, как могли бы. Спокойно уехать обратно в другой город на обучение. Убийцу как и труп не нашли. Объявили без вести пропавшим. Офицер осторожно намекнул Алексею, что ждать возвращение отца бесполезно. Не стоит надеяться, что вернётся. Скорее всего тот мёртв. Парень вежливо всем улыбался, стараясь скрыть своё ликование. Почему-то все решили, что он скрывает печаль. Чувство свободы прошло быстро. Вернулась ненависть, которая стала куда сильнее. Она была направлена на неё. На женщину, чей светлый образ и улыбка свели с ума человека. На женщину, из-за которой к нему относились как к животному или вещи. На женщину, на которую он был безумно похож. *** Бедная малышка не желала смерти. Она плакала и кричала, но ничего не смогла поделать. Алексей придушил её в собственной машине. Улыбка, хорошенькое лицо и тонкие изящные руки. Всё так и кричало в ней, что она ему ненавистна. Цвет волос и глаз не так важно. Ведь она так похожа на эту женщину. Алексей расплылся в улыбке, смотря на её мёртвое тело. Она так раздражала его, но теперь всё хорошо. Она больше не улыбается, она лишь молчит, выкатив глаза. Он обнял её, гладил по голове, успокаивал, понимая, что возбуждение от её смерти так и не собирается проходить. Он был счастлив в этот момент. Эта женщина умерла. Обучение в медицинском продолжалось вечность. Переехав на другую квартиру, он почти сразу нашёл среди гуляющих женщин взглядом её. «Эту» женщину. И пускай волосы были крашены, а глаза карие, она была в лёгком длинном платье, таком же, в каком была она на фотографиях. Ненависть поглотила его почти сразу при взгляде на неё. Поэтому её тело пробыло несколько дней в квартире, прежде чем он избавился от неё. Она не кричала, умерла быстро, не была напугана, а лишь рассержена. Это не возбуждало, а лишь только сильнее злило. Казалось, она смеялась над ним, красными коготками выцарапывая его душу и сердце из тела. Алексей уже думал, что сходит с ума, когда от трупа осталось лишь куски, в которых сложно было разглядеть человека, ведь каждый нанесённый удар этому телу ножом, сопровождался мерзким женским хихиканьем в голове. Следующая девушка пахла духами, почти такими же, какие покупал отец. Она улыбалась и смеялась, когда Алексей её увидел. Уже ночью она плакала и кричала от многочисленных порезов, сломанных пальцев и побоев. Её вопли стали лучшим, что случалось с Алексеем за последние месяцы. Возбуждение не проходило, пока она кричала. К утру её тело было закопано. Сколько себя помнил, Алексей всегда чётко осознавал, что всем плевать друг на друга. От того было странно понять, что за очередной жертвой, которую он привёл к себе, кто-то шёл следом, чтобы спасти. Точнее, спасти её хладный труп, лежащий на кафеле в ванной. Парень, что кинулся к девушке в панике, пытаясь спасти, вызвал лишь приступ смеха, который никак не мог остановиться. Вслед за парнем в квартире оказались и полицейские. - Из-за этой тупой женщины? - Алексей извернулся в руках, что его держали, но не пытался выбраться. - Она лжёт тебе. Обманывает. Она лишь тварь, которая не достойна ничего в этой жизни. Не обманывайся на её светлые волосы или голубые глаза. Убитая женщина не была блондинкой. Чёрные волосы и зелёные глаза, которые теперь вряд ли будут столь прекрасными. Кажется, это видели все, кроме человека, что смеялся и смеялся в руках полицейского, продолжая обзывать и кричать, обвиняя мёртвую женщину в своих бедах. Он не перестал смеяться даже на допросе, повторяя только одно - он ненавидит её. Но ей, очевидно, не была найденная девушка в ванной. Алексей оказался в психоневрологическом диспансере почти сразу после суда. Никто не ожидал, что начинающий блестящую карьеру врач окажется убийцей. Сумасшедшим, который не видит разницы между фантазией и реальностью. Алексей почти не верил, что ему помогут. Он ненавидел её и всех женщин так сильно, что не знал, чего желает кроме мести мёртвой женщине. Таблетки помогали. А бесконечные разговоры о прошлом стали обыденностью, хотя сначала это больше походило на пытку. Он не помнил, сколько прошло времени. Кажется, он был здесь вечность, если не больше. Люди, которые работали над его психикой, вскоре поняли, что тот не опасен. Алексей всегда был мил и добр со всеми, вежливо улыбался врачам, не отказывался от таблеток. Будь они более умны или более ответственны, они никогда бы не позволили пациенту иметь столько свободы воли. Они и не помнили, когда приговорённый за убийство человек, стал самым приятным пациентом в их диспансере. Нападение на девчонку со светлыми волосами, голубыми глазами и морщинками вокруг глаз от вечной улыбки и хохота, стало неожиданностью. Практикантка чудом осталась жива. *** Гарри повернулся на громкий голос Рона, который указывал на сову, что приземлилась рядом с ним на столе, чудом не задев ничего остального. В её клюве торчала записка. Рыжий парень около него с интересом пытался прочитать текст на бумажке, выворачивая себе шею. Поттер отдал ему записку, тщетно надеясь каким-то образом избежать встречи с лесничем, с которым он ходил за покупками, но мозг ничего дельного не выдавал. С ним увязался Рон и Гермиона, которая нагнала их почти в конце зала, без остановки начав расспрашивать что-то. На её слова реагировал лишь Уизли, и то только потому что бы в очередной раз начать пререкаться друг с другом. Они дошли до домика великана на кромке леса минут за двадцать. Клык - большая собака с текущими слюнями напугала куда больше, чем должна была быть. Гарри обогнул его как можно аккуратнее, стараясь не коснуться одеждой или рукой. Хагрид достал огромные чашки и дубовые кексы, разливая чай. Тот пах на удивление приятно и успокаивающе, так что за немного неловкими разговорами прошёл вечер. На столе лежала газета об ограблении банка, где была фотография одного из сейфов. Поттер не заострил бы на этом внимание, если бы не знакомый номер. Он посмотрел на добродушного лесничего и почти ударил себя по лбу, проклиная директора. Если этого чудака отправили забрать что-то секретное, то не удивительно, что после такого этот сейф попытались ограбить.