Психи рулят!!!

Первое сентября настало излишне быстро. Время, проведённое за новыми бесполезными учебниками, которые хоть и увлекали, но никакой умственной ценности в глазах Гарри не имели, прошло незаметно. Родственники после изменения поведения старались не трогать мальчишку, особенно после того, как те увидели провожатого, который явно был настроен против них. Поттер старался лишний раз не попадаться на глаза, чтобы не было даже намёка на скандалы. Когда наступило время прощаться, только тётушка пожелала удачи и так, чтобы другие члены семьи этого точно не увидели. Мальчик посмотрел на неё с вежливой улыбкой, так ничего и не ответив. Притворяться, что все хорошо и он спокоен выходило уже на автомате, словно выжженный на черепной коробке негласный закон его психики. Родственники его не особо интересовали, тем более их странные обиды на ребёнка и ненависть, которая была почти иррациональной. Вокзал оглушал звуками, людьми. Огромный чемодан с барахлом и новой одеждой, которую он смог купить на фальшивые деньги в Лондоне, тащить было тяжело. Тело ломило от постоянного движения, кисти рук хрустели при каждом повороте. И всё можно было бы стерпеть, если бы платформа 9 и 3/4 всё же существовала. Остановившись около одной из колон, Гарри посмотрел на билет, который ему оставил Хагрид. Закрыв глаза рукой, он вздохнул, еле сдерживая раздражение. Как только доберётся до этой наркоманской школы, так сразу же припомнит всё несчастному лесничему, который даже не удосужился рассказать мальчишке о том, как попасть на поезд. Остановить мысли об убийстве великана было сложно, особенно когда до отправки поезда становилось всё меньше и меньше времени, а решения ситуации так и не находилось. Если он приедет обратно к тётушке с дядей, то точно самолично выкопает могилку для провожатого. Злость начала вырываться из мыслей, Гарри с трудом держался, чтобы не пнуть ногой чемодан, чтобы хоть как-то успокоиться. Приняв решение развернуться на выход, мальчишка прошёл метров двадцать, когда увидел их. Яркое пятно на фоне серого вокзала. Рыжие, громкие и до ужаса нестандартные личности быстро шли куда-то вперёд. Женщина с недовольным взволнованным лицом причитала на маглов и их количество. Яркий платок был накинут на плечи, отчего она ещё больше выделялась на фоне серых англичан. «Они куда забавнее, чем я думал», - эта мысль проскользнула почти незаметной, но от неё стало немного легче. По крайней мере, теперь шанс попасть в поезд или хотя бы платформу, что вела к нему, увеличилась во множество раз. Шумная раздражающая своей неугомонностью семья остановилась около одного из столбов, на котором висела одинокая табличка с цифрой девять. Затихнув, дети вдруг встали друг за другом, волоча перед собой тележки с чемоданами. Их было куда больше, чем у Гарри, который умудрился всё добро запихнуть в один чемодан. Первый из рыжих сорвался с места и побежал точно в колону, но не разбился или ударился, чего вполне стоило ожидать, а прошёл сквозь неё, словно камень, из которого была сделан столб, был лишь ширмой. Пропустив всю семью вперёд, Гарри осторожно подошёл к стене, прикладывая руку. К удивлению, никто из рядом стоящих даже не обратил на него внимания, словно исчезающий в стене мальчик был обычным происшествием, на которое и время своё жалко тратить. Платформа, которую Поттер искал много времени, истратив множество нервов, оказалась за проклятой стеной. Она не выделялась ничем кроме огромного числа людей, которые были одеты как сумасшедшие. Или как сбежавшие с фестивалей по средневековью. В Косом переулке эти наряды и люди в дурных шляпах смотрелись органично, но на фоне вполне современной платформы и поезда - выглядели нелепо. Гарри чуть улыбнулся, сощурив глаза. Это всё было так забавно. От плохого настроение не осталось и следа. Азарт захватил тело, стоило пойти к поезду, пытаясь найти вагон, который указали на билете. Пустое купе нашлось быстро в середине вагона, который находился довольно далеко от начала. Затолкнув под сиденье чемодан, он сел около окна, положив на колени сумку из плотной ткани с двумя ручками, которую всё хотелось по привычке переделать под рюкзак, но руки так и не дошли. Не хватало только наушников и телефона, но даже так ожидалась приятная поездка. Через пару минут в купе ввалился рыжий мальчик, наверное, одного возраста с Гарри. Высокий и худой, он сразу заметил, что на него уставился Поттер, не особо довольный новоявленной компанией. Спросив разрешения, получив кивок в ответ, Рыжий сел напротив и улыбнулся. - Я Рон! Это был один из тех детей, которых он встретил на вокзале? Он не выглядел как магл, явно был волшебником, но зачем его семье проходить через магловский вокзал? Эта мысль не задержалась надолго, сметённая оптимизмом его нового соседа. Достав старую толстую крысу, Рон почти ткнул ею в лицо. Сморщившись, но ничего не сказав, Гарри кивнул. - Ты Гарри Поттер? - осторожно спросил он, пытаясь посмотреть на лоб соседа через чёлку. Поттер невольно дёрнул рукой, попытавшись скрыть шрам, но вовремя себя остановил. Покачав головой, он виновато улыбнулся. - Нет? Жаль, знаешь, все только и говорят о том, что с нами едет Гарри Поттер. Тебе нужно встретиться с ним. После чего встал и быстро ушёл, закрыв за собой дверь купе. Вновь оставшись один, Поттер прислонился лбом к стеклу окна, но тут же отстранился, поняв, что оно ледяное. Чёлка, как и сами волосы, за месяц немного отрасли, отчего теперь шрам на лбу было заметить сложнее, особенно если не приглядываться сильно. Но проблема оставалось в другом. Как бы не хотелось это признавать, тело в принципе выглядело довольно хилым, а отросшие каким-то чудом волосы, делали его похожим на воробья в чёрном цвете. Торчащие волосы укладывать не было сил и возможности, ведь те и так держались на последнем издыхании. Отчего Гарри хоть и в обычной одежде выглядел куда младше сверстников. Точнее, нижу он точно был, про лицо он не мог сказать, ведь дети в возрасти от шести до десяти выглядели в глазах Поттера одинаково. Спокойствие не наступило. Несколько раз в его купе заходили незнакомые дети, обычно толпой, которые искали Гарри Поттера. Тот отмазывался как мог от любопытных детей, надеясь остаться один. В какой-то момент стало понятно, что те делали это скорее от скуки, чем реального любопытства. Через пару часов, когда от ничего делать мальчишка полез за книгами, в купе снова ворвались. На вид умная девчонка с копной пушистых русых волос вокруг головы и торчащими передними зубами хмуро его осмотрела с головы до ног, остановившись на книге в его руке. - Ты выдел жабу? - приказным тоном спросила она, пока рассматривала книгу в руках мальчика. - Мальчик по имени Невилл потерял жабу. Ты видел жабу? - Нет, прости, - Гарри запихнул книгу обратно в сумку, надеясь, что девчонка не увидела, что он пытался прочитать книгу одного из тех маглов, которые открыли для себя духовность. Если уж они не смогут объяснить, что за нити вокруг, то можно будет спокойно приписывать себя к сумасшедшим мира сего. - Если ты пытаешься учиться за пару часов до начала нашего обучения, то это бесполезно, - выдала она, нахмурившись. - Я прочла все учебники ещё на каникулах, ты точно не успеешь сделать это за те полтора часа, что нам осталось ехать. - Я могу попытаться, верно? - усмехнувшись, он с удовольствием наблюдал за тем, как девчонка со злостью выбегает из его купе. Посмеявшись внутри себя над ребёнком, Гарри вновь открыл книгу, но кроме бесполезных медитаций и очищение сознания путём хороших мыслей не нашёл. Когда они подъехали к месту назначения, то стало не по себе. Резко потемнело, так ещё кроме холмов, озера и огромного замка на вершине ничего не было видно. Хагрид собирал первокурсников в конце платформы, чтобы не мешать остальным ученикам проходить дальше к каретам, которые тянули костлявые чёрные лошади. Но к ним не дали подойти. Лесничий провёл их дальше, к озеру, на берегу которого плавало много лодок хлипких на вид. Спуститься к ним было даже сложнее, ведь в темноте ноги постоянно цеплялись за торчащие корни, скользили по грязи, отчего в лодку Поттер сел раздражённый, всем видом показывая остальным, что с ним говорить не нужно. Дети его избегали, в лодку с ним сели только те, кому просто не хватило места в других. Хагрид по прибытию к замку, передал их профессору Макгонагалл, которая выглядела строгой и несколько раздражённой. Оставив детей дожидаться распределения, она ушла, так и не пояснив ничего. Зато всю красу этого места показали приведения, доведя некоторых до истерики своим внезапным появлением. Поттер с неверием смотрел за летающими духами, пытаясь понять, а насколько этот мир отличается от нашего? Если здесь есть чертовы приведения, которые по сути никак не связаны с магией, а лишь с душой, то всё куда сложнее? Значит, про нити хоть кто-то должен знать. Приведения казались бредом. Магия возможно и существует, но загробная жизнь, души, круговорот всего этого дерьма казался полной нелепицей. В большой зал они зашли кажется только через двадцать минут. Потолок, словно звёздное небо, золотая отделка, огромные столы и студенты, которых было так много, что становилось дурно. В самом конце зала был длинный более элегантный стол, за которым сидели преподаватели. Впереди них на стуле лежала огромная шляпа, которая как живая, встрепенулась, после чего задвигалась, разглядывая учеников. Стоило им подойти ближе, как Поттер уставился на неё во все глаза. Нити вокруг неё были настолько красиво сплетены в сложнейшие узоры, что просто смотреть было сложно. Они обволакивали её полностью, сплетаясь в определённые цвета. Чуть позже удалось понять, что эти цвета были в честь факультетов. «Если эта вещица пропадёт будет очень заметно», - невольная мысль остудила пыл, но интерес не угас вовсе. Слишком хороша была работа. Даже на серёжке, которая могла защитить от тех, кто мог читать мысли, было всё не так хорошо проработано. Если их плели вручную, то они просто были гениями. - Поттер, Гарри! - резкий окрик профессора застал его врасплох. Поднявшись по ступеням, он сел на табуретку, после чего ощутил как на голову упала распределяющая шляпа, закрыв полями весь обзор на собравшихся. Резко стало тихо, чем было до этого. А внутри было ещё лучше. Нити были светлыми и очень яркими, один и тот же повторяющийся узор был по всей ткани. На швах же они словно понемногу рушились и истончались, отчего одна часть шляпы светилась меньше. Не решаясь трогать волокна, Гарри продолжал смотреть, пытаясь уловить логику в узорах, пока шляпа так же молчала, хотя в прошлые разы стоило ученикам сесть на табуретку, тут же кричала факультет. «Если её расшить, порвутся ли нити окончательно? Соединены ли они с обратной стороной, как реальные? Всё же её стоит расшить. А если дело в материале? Узоры можно плести без основы или тогда бесполезно?» - Снимите меня с него! - крик шляпы раздался в голове так сильно, что Поттер невольно скривился, закрыв уши, что не помогло. - Да быстрее, профессор! Стянув с него шляпу, Макгонагалл, пожав тонкие губы, с подозрением посмотрела на взлохмаченный затылок ребёнка, который невольно начал озираться по сторонам, так и не отняв руки от головы, прикрывая уши. Директор, который всё это время сидел за длинным столом, нахмурился, после чего встал, неспешно подошёл к артефакту, который весь дрожал, дёргаясь в панике. - Мальчишка не подходит не на один факультет, что вы, уважаемая, решили так раскричаться? - Дамблдор подошёл ближе, невольно разглядывая парнишку, что сидел на табуретке. Тот повернулся к ним, стоило понять, что что-то пошло не так в его первый день нахождения в странной школе. Маленький рост, худенький, под мантией хоть и не так заметно, но торчащие из рукавов кисти были совсем тонкими, как и пальцы. Большие зелёные глаза, который на удивление осмысленно разглядывали старика в ответ. Шрама не было видно из-за кривой чёлки плохо отстриженных волос. Гарри Поттер выглядел как воробей или взлохмаченный птенец. Совершенно глупо и невинно. - Давно таких крайне ужасных детей я не видела, - с долей злобы в сторону Гарри проговорила шляпа, явно не желая снова приближаться к парнишке, который вежливо ей улыбнулся, будто издеваясь. - Пускай будет Гриффиндор. Но я вас предупреждаю! - Гарри, иди к столу, - Дамблдор подтолкнул Поттера встать с табуретки и указал на стол, который был вторым от правой стены. Под аплодисменты со стороны всех четырёх сторон, он как можно быстрее сел за край указанного стола. Дети, что учились уже на других курсах, поголовно были обвязаны, если не шарфами с орнаментом факультета то галстуками в цвет. Отчего было легко понять, кто какому факультету принадлежит. После нудной речи директора, который кажется никуда не торопился, наконец можно было приступить к еде. Гарри с трудом мог выбрать из всей еды что-то, что можно было съесть без последствий изжоги. У тётушки он ел только овощи и что-то из мяса, которое не любила остальная часть семьи - курица, кролик. В редких случаях Гарри ел что-то из сладкого, так как такое в доме не задерживалось. А сейчас от обилия еды мозг начисто отказывался оценивать её. Да и голода он всё ещё не чувствовал, сколько бы не ел. Это тревожило, ведь по сравнению с одногодками, он был совсем тощим и маленьким. Рыжий мальчик, имя которого Поттер успел благополучно забыть, пялился на него весь ужин, успевая при этом поглощать огромное количество еды. Гарри был уверен, стоило им остаться где-то в другом месте этот мальчишка накинется на него с вопросами и, скорее всего, обвинениями в обмане. Другие тоже посматривали на него, но не пытались начать говорить, что немного радовало. Выбрав запечённые помидоры и перцы, которые никто в основном не брал, он уже начал их есть, когда понял, что неприятное ощущение, будто тебя сверлят взглядом постоянно, теперь принадлежало уже не рыжему мальчику, а кому-то за столом профессоров. Аппетит пропал полностью. Повернувшись к преподавателям, он невольно вежливо улыбнулся, пытаясь не дать раздражению выйти наружу. Человек, который пилил его взглядом нашёлся быстро. Профессор с угрюмым выражением лица, тёмными длинными волосами до плеч и явной ненавистью во взгляде, направленной на одного маленького паренька, который видел его первый раз в жизни. Поттер встретился с ним взглядом, понимая, что есть уже один человек, который его недолюбливает. Усмехнувшись от этого умозаключения, Гарри шире улыбнулся профессору, намеренно издеваясь над ним. Он на глумливую улыбку мальчишки, который с весельем в глазах смотрел на него, не отрываясь, скривился и отвернулся к другому преподавателю. Довольно хмыкнув, Поттер вернулся к позднему ужину, который быстро начал остывать. После еды первокурсников довели до их гостиной в сопровождении старост. Гарри запомнил только одного - рыжего, смутно понимая, что тот наверное брат его нового сокурсника. В гостиной было тепло от каминов, движущееся портреты на стенах хорошо привлекали внимания, а утыканные везде кресла и столики дополняли картину. Стоило старосте озвучить все правила, дети тут же шли обследовать гостиную и свои комнаты, когда рыжий мальчик схватил Гарри за рукав, не дав уйти. - Ты обманул меня! - с обидой крикнул тот, явно не понимая, зачем Гарри с ним так поступил. Его лицо покрылось красными пятнами, отчего он стал выглядеть ещё хуже. - Почему ты соврал мне, что ты не Гарри Поттер?! - Я тебе обязан был сказать? - пытаясь скрыть раздражение, Поттер невольно скрестил руки у себя за спиной, разминая пальцы. За этот день до него слишком много раз неоправданно докапывались. Сначала в поезде, потом орущая шляпа, теперь Рон, который почему-то был зол из-за маленькой шутки. - Но я хотел с тобой дружить! - воскликнул мальчик, всё больше злясь. - Мама и директор говорили мне, что я смогу стать твоим другом! Так почему ты лжёшь?! «Дети такие раздражающие», - мысль не успела пойти дальше, начав окрашиваться в красные цвета, в попытках не дать мозгу расчленить неугодных в мыслях. Дети, хоть и были теми ещё монстрами, никогда не становились для него тем, что хотелось убить или исследовать. Но сейчас рыжий мог вполне занять почётное место жертвы в голове Гарри. Ругаться дальше они не смогли. Рыжий староста уволок своего брата, крикнув остальным идти в комнаты. Поттер провалился в сон, стоило только коснуться головой подушки. Стоило бы пойти умыться или на худой конец просто протереть лицо, но сил не было. Это тело уставало слишком быстро, а силы будто с каждым разом становились меньше. Дальнейшие дни слились в один не прекращающийся дурной день. Куча детей, которые вечно о чём-то говорили и были активными даже под гнётом новых профессоров; Рон, который после того неприятного разговора, решил что они всё-таки друзья и стал таскаться за ним, не переставая жаловаться на всё. Через пару дней к ним присоединилась и Гермиона, девочка с пушистыми волосами, которая знала программу школы, кажется, уже на годы вперёд. Трио первокурсников теперь нельзя было увидеть раздельно. Девчонка общалась только с Гарри, который на её удивление знал больше, чем казалось на первый взгляд, пока Рон развлекал их своим неизмеримым тяжёлым характером. Эти двое раздражали, но отвязаться от них, при этом не разругавшись, Поттер не мог, отчего терпел, теряя всякую надежду на сохранение своего разума. Предметы, которые они изучали, плавали от отметки «Из уважения к вам не буду убивать» до «Убивать нужно для успокоения нервов». Эти два критерия сменялись быстро, отчего Гарри уже начал думать, что обычная школа маглов куда лучше всего того, что происходило сейчас. Даже психиатрический диспансер, в котором он лежал последние годы своей прошлой жизни, казались ему раем. Когда на Трансфигурации их заставили из спичек делать иголки, Поттер завис. Палочка, пропуская через себя нити магии, которые тянула с Поттера, плела из них причудливые простые узоры, которые, оплетаясь вокруг спички, меняли её форму. Это было долго. Если смотреть на всё это и видеть нити, то всё это казалось таким долгим и замудрённый. Высыпав все спички, он обматывал каждую из них, представляя как получаются иголки. Нити быстро и без устных команд деформировали спички. Когда тех не осталось, а на столе иголки были уложены в кучу, Гарри огляделся. Ни у кого так и не получилось выполнить задание. - Мистер Поттер, почему вы не пользовались палочкой? - женщина нависла над ним, стоило последнему на секунду отвлечься от других. - Простите, не знал, что запрещено, - еле удержавшись от довольной ухмылки, он сгрёб иголки в коробок, будто пытаясь убрать с вида задание. - Мне было интересно попробовать. - В следующий раз используйте палочку, мистер Поттер, - она всё ещё хмуро смотрела на него, после чего уже с довольным голосом сказала. - Десять очков Гриффиндору. Радостные дети накинулись на него с поздравлениями, чему к удивлению не помешала профессор, которая прошла до своего стола. Рон хлопнул друга по спине, начав говорить, что тот сильный маг, раз смог такое на первом занятие. Отвязаться он не мог, а от того что ничего не говорил, все вокруг начали его подначивать, что тот стесняется. Шум раздражал, а Гарри думал лишь о том, что зря похоже экспериментирует с нитями на глазах у всех. К вечеру только глухой или не живущий в замке не знал о том, что Гарри Поттер очень сильный волшебник, который в первый день обучения почти создал новое заклинание. Геромиона ходила весь день обиженная, ведь думала, что станет единственным учеником, у которого хоть что-то вышло, в то время как её друг благополучно пытался окреститься от своих успехов. Чары прошли спокойно. Осознавая свою ошибку, Гарри попытался всё делать по возможности тихо и посредственно, сам не понимая, отчего получается лучше. Нити, как оказалось, хорошо помогали колдовать, не прилагая усилий. Неделя прошла в привычном режиме вечного раздражения на всё, что окружало. В последние дни это чувство стало настолько привычным, что плохое настроение фоном чувствовалось как нечто нормальное, это дарило хоть какой-то контроль над всей этой ситуацией. Пока не начали говорить о Зельеварении и о ужасе подземелий, который вёл этот предмет. Интуиция подсказывала, что вёл её тот самый преподаватель, который уже заранее его ненавидел, отчего становилось весело. Что могло пойти ещё не так? Всё. Стоило только немного освоиться в замке, как Поттер обзавёлся, к сожалению, не только друзьями, но и врагами в лице светлого мальчишки, который так же по странной причине его ненавидел, стоило тем один раз встретиться в коридоре или большом зале. Причина, наверное была в Роне, ведь те ругались и почти дрались, стоило друг друга увидеть. И оба втягивали его в эти конфликты. Первый урок зелий прошёл гнетуще. Все сидели очень тихие и напуганные. Вблизи профессор казался моложе, чем когда сидел за столом в большой зале. Волосы были хоть и длинные, но грязные, отчего становилось противно даже смотреть на него. Помещение было тёмным, сырым с давящей атмосферой. Это можно было бы назвать неплохим помещением, если бы не запах. Поттер почти не слушал профессора до того момента, пока его не позвали. - Поттер, - собственная фамилия из уст Снейпа звучала как оскорбление. - Наша новая знаменитость. Скажите, что я получу, если смешаю корень златоцветника и настойку полыни? «Если он действительно думает, что ребёнок должен знать такое на первом занятие, то я не удивлюсь, что никто не сдаёт у него экзамены», - раздражённо подумал Гарри, понимая одно - чтобы он сейчас не ответил, этот человек не останется доволен ничем. Если подумать, то это могло быть чем угодно: снотворное, успокоительное, яд в конце концов, ведь если получиться, Поттер будет поить этой бурдой профессора до тех пор пока тот не заплывёт и не умрёт от отказа почек. - Отвечайте на вопрос! - голос мужчины вывел его из размышлений. От раздражения на губах вновь растянулась издевательская улыбка, которая очевидно ещё сильнее разозлила Снейпа, но Гарри не мог перестать это делать. - Ничего, сэр, - чётко произнёс тот, сдерживаясь, чтобы не начать осторожно подкалывать профессора, который, очевидно, не даст ему жить в замке спокойно. - Вы получите сомнительную субстанцию. - Если их смешать, получиться напиток живой смерти, Поттер, - снисходительно ответил тот, складывая руки на груди. Мальчишка тихо хмыкнул, разглядывая профессора чуть лучше. Он был так доволен, что унизил одиннадцатилетку. Смех невольно застревал в груди. В этой ненависти он выглядел нелепо и так забавно, совсем как недовольный кот. Правильнее было бы осудить взрослого человека, который насмехался над ребёнком, но Гарри было плевать на оскорбление и на ненависть, особенно если та была такой смешной. - Где вы достанете безоар? - Я не знаю, сэр, - продолжая улыбаться, чуть наклонив голову в бок для пущего эффекта, говорил мальчик. Он чувствовал себя сейчас лучше, видя как трясёт профессора от любого его действия. - В аптеке? - Сразу видно, Поттер, что вы не читали учебник, - выплюнул Снейп, не собираясь продолжать. Либо из-за закончившихся причин, либо из-за злости. Гермиона рядом с ним легко пнула его под столом, на что Гарри удивлённо на неё посмотрел. Она одним выражением лица отчитала его за дерзость. Поттер пожал плечами, не совсем понимая, чего она от него хочет. Довести этого человека до трясучки оказалось просто, раз тот его ненавидел настолько, что уже, похоже, заранее накрутил себя. Гермиона для профилактики слегка пнула его ещё раз, явно переживая из-за того, что профессор мог снять баллы из-за Гарри, которые она усердно получала на других предметах. Не став ничего отвечать, Поттер перевёл взгляд на преподавателя, пытаясь разглядеть нити. Нити мужчины были даже тоньше, чем у Гарри, но почти такие же, как и у всех в замке. Иногда они обрывались, отчего тот больше походил на тряпичную куклу с оборванными по краям нитями. Вокруг головы, как и у его родственников, слегка голубая нить, сплетала узоры. Только вот у профессора, таких нитей было куда больше, хотя половина из оставшихся, уже почти растворились, оставляя только кусочки узоров. На руке же нитей было гораздо больше, они были чёрными и более явными, тянущимися до плеча. Гарри рассматривал эти нити, всё думая о том, что с ними можно будет сделать. Удастся ли вообще снять эти голубые нити без последствия для разума? Если его родственники уже навечно застряли в этих петлях, без возможности выбраться из них без вреда для разума? Как вообще эти нити влияют на человека? Может ли являться магия подобием наркотика? Средством от вечной скуки и усталости, раздражения. - Свободны! - после окрика, детей через пару десятков секунд уже просто не было в душном кабинете. Рон попытался вытащить Гарри за собой, чтобы поскорее пойти обратно в гостиную, так как на этот дальнейший день они уже были свободны, но тот лишь недовольно цыкнул, отмахнувшись от мальчишки. Гарри прошёл к столу профессора, который пока не заметил того. Взгляд цеплялся за нити, руки так и тянулись их разорвать, особенно когда голубые держались на чистом упрямстве, сплетаясь с более прочными нитями. Усмехнувшись, Поттер резко стянул нити с его головы, сжимая их в кулаке, стараясь при этом не коснуться грязных волос. Профессор резко поднял голову, явно не ожидая, что в кабинете останется хоть кто-то. Поняв, что рядом с ним стоит Поттер, Снейп скривился, отодвигаясь как можно дальше от чем-то довольного мальчишки, который почти навис над ним. - Поттер, вы что творите? - зашипев от возмущения, Снейп схватил Гарри за кисть, не дав тому отойти. - Если вы не проявляете уважение даже во время занятий, то сейчас пройдёте до директора. - Простите, я просто хотел уточнить, где было отмечено, что необходимо было учить состав зелий к первому занятию, - притворно добродушно сказал Гарри, будто бы и не замечая, что его кисть уже начала краснеть. - Ваши вопросы застали меня врасплох. - Об этом нужно было догадаться, Поттер, - Снейп отпустил его руку, выпрямляясь на кресле. Злость кажется захватила всё сознание, отчего голова начала болеть сильнее, чем обычно. - Отработка, Поттер. И минус десять очков с вашего факультета за неуважение. Идите. - Конечно, сэр. Гарри как можно быстрее вышел из кабинета, захлопывая за собой дверь. Голубые нити в кулаке за всё это время успели просто напросто раствориться, что немало удивило, ведь обычно нити хоть немного, но оставались. Было несколько обидно, ведь так хотелось узнать, в чём вообще заключается их суть влияния на мозг. Если всё пойдёт так и дальше, то Поттер просто найдёт себе жертву, на которой все испробует, раз не получается выяснить так.