Twin sister

— Не волнуйся, Кнопка, — весело сказал Клинт, опускаясь перед курносой девчушкой на корточки. Она смущенно опустила взгляд и снова принялась разглаживать несуществующие складки на платье. — Тебе легко говорить, — она шмыгнула носом и оглянулась назад, прислушиваясь к шуму собирающегося народа. Девочка сплела маленькие пальчики вместе и сильно их сжала, стараясь совладать с дрожью. — Им обязательно понравится, Кнопка, — уверенно ответил лучник, легонько щелкнув малышку по носу. — Мы все знаем, что ты прекрасно поешь. — А вдруг у меня голос сорвется или еще что? И вообще меня сюда позвали потому, что у меня папа Капитан Америка, а не потому, что я хорошо пою, — насупилась девочка, сложив руки на груди. — Неправда, — протянул Бартон, поднимаясь потому, что стали затекать ноги. Он немного слукавил: конечно, фамилия Роджерс сыграла немаловажную роль, когда Кнопку утверждали на мероприятие, но, по правде говоря, у девочки был чарующий ангельский голос. Иногда она устраивала целые концерты в Башне, пока Стив и Айви еще жили там. Ей было всего три, когда Кнопка вдруг запела «Звездный Капитан» и стала прыгать вокруг отца, хлопая в ладоши. Она путалась и иногда выдавала совсем нереальные слова, но Роджерс был буквально шокирован. В самом хорошем смысле слова, конечно. — А где папа с мамой? — взволнованно спросила девочка. — Мой выход уже совсем скоро. От волнения она не могла долго обижаться на дядю, а только часто дергала его за край футболки, требуя привести потерявшихся родителей. — Сейчас я их найду. А ты посиди пока тут, выпей воды. Кнопка согласно кивнула. Бартон коротко вздохнул. Буквально недавно он держал на руках маленькое создание, завернутое в нежно-салатовый сверток, которое неосознанно тянуло крохотные ручки к лицу своего дяди. Тогда больше всего Клинта поражало лицо Стива, когда он забирал малышку к себе на руки, что-то говорил ей, убаюкивал, когда она просыпалась посреди ночи. Он обращался с ней, как с хрустальной, особенно в первые несколько недель: боялся чем-то навредить собственной дочери. Айви пришлось буквально насильно заставлять его держать малышку на руках. И когда же его племянница успела так вырасти? Клинт торопливо шел по пустому широкому коридору под трибунами, пока не вышел в светлый холл, где собралось несколько сенаторов и, конечно же, Президент в окружении нескольких охранников. Стив и Айви о чем-то мило беседовали с главой государства, вежливо улыбаясь и кивая каким-то его словам. Роджерс вдруг приобнял жену за талию и прижал к себе. Айви подняла голову, подавив желание обнять мужа в ответ. Он коротко посмотрел на её смущенную улыбку и так же робко улыбнулся в ответ. Клинт махнул рукой, в надежде, что сладкая парочка все же заметит его скромную персону. И сестра не сразу, но все же увидела брата, который так несуразно смотрелся в толпе мужчин в официальных костюмах. Она чуть дернула Стива за рукав. Капитан Америка вежливо извинился перед Президентом и пожал ему руку. Безумно долгие прощания, положенные по этикету, продолжались еще несколько минут, прежде чем родители Кнопки смогли вырваться из водоворота вежливого обхождения и фальшивых улыбок. — Кнопка вас заждалась! — пробурчал Бартон, кивая в сторону двери, ведущей в небольшую комнату под трибунами. — Хватит её так называть Клинт! У неё имя есть! — обиженно воскликнула Айви. — Прости. Это все Старк. Я не виноват, что её прозвище ей так подходит. — Вот вы где! — детский обиженный голос прервал непрекращающуюся уже несколько лет перепалку о том, как же называть дочку Роджерса. Тони еще в больнице придумал прозвище, которое приклеилось к ней намертво. Крохотная дочь Капитана Америки носила гордое имя Кнопка. Девочка бросилась к папе, и Стив не смог не взять дочурку на руки. — Твои медальки колются. — Знаю, малыш, — усмехнулся Роджерс. — Ты готова к своему звездному часу? — Нет, — она уткнулась в плечо отцу, спрятав лицо и от мамы, и от дяди. — А что если я опозорюсь? Ты сильно расстроишься? — Только потому, что буду волноваться за тебя. — А ты волнуешься? — Ну, конечно, малыш, — усмехнулся Стив. — Моя дочка будет петь «Знамя, усеянное звездами». Как я могу не волноваться? — Мам, а ты тоже волнуешься? — Конечно, — Айви коротко улыбнулась и заправила выбившуюся прядь светлых волос девочке за ухо. — Мы очень тобой гордимся. Честно-честно. Роджерс поставил Кнопку на пол и взял её за руку. Маленькая ладошка почти утонула в широкой ладони мужчины. Девчушка подала вторую руку маме, и вместе они направились к выходу на стадион. — Я пойду, найду наших, — бросил им вслед Бартон, на ходу набирая номер Наташи. Гул толпы только усилился, когда Роджерсы неторопливо вышли к специально приготовленной для Кнопки небольшой сцены. Стив смущенно опустил голову: такое внимание было ему непривычно и почти неприятно, но ради дочери он старался держаться. Раздался гром барабанов, который служил началом для парада военных частей. Знаменосцы в парадной форме выносили на площадку развевающиеся яркие знамена сухопутных, морских, военно-воздушных войск. Народ на трибунах размахивал небольшими звездно-полосатыми флажками и аплодировал каждому появляющемуся флагу. — А если им не понравится? — громко спросила Кнопка, дернув отвлекшегося отца за подол мундира. — Им обязательно понравится, — уверенно заверил дочь Капитан, широко улыбнувшись. — Но главное, чтобы понравилось тебе, — закончила за него Айви, поцеловав Кнопку в лоб. — Нам пора. Чета Роджерсов напоследок крепко обняла дочь и торопливо убежала под трибуны. Девочка помахала им рукой и поднялась на сцену, куда уже шествовал через стадион почетный караул, несущий национальный флаг. Стив взволнованно смотрел на чуть ссутулившуюся спину Кнопки. — Вы думаете, что спеть перед всем стадионом самое волнительное для нее событие, Капитан? — спросила Айви, поправляя галстук Стива и несколько медалей на форме. — Эээ… — А как же первая любовь? Первое знакомство с родителями молодого человека? И разбитое сердце? И первый секс? — Роджерс аж задохнулся от этих слов. Мужчина еще не задумывался, что когда-нибудь у его девочки отбоя не будет от ухажеров. — И поступление в колледж?.. — Айви! — возмутился Стив. — Ей всего шесть! — А парнишка из параллельного класса уже на нее заглядывается. Даже жвачкой поделился, — заговорщицки прошептала женщина, едва сдерживая улыбку. — Серьезно? — Капитан заметно напрягся. — Конечно, это начало большой любви! — рассмеялась Айви. Мужчина закатил глаза, но все улыбнулся. — Леди и джентльмены, прошу всех встать и снять шляпы для исполнения национального гимна. Сегодня для вас поет мисс Сара Джеймс Роджерс. Над стадионом повисла тишина. Стив и Айви взволнованно подались вперед, чтобы было лучше видно Кнопку. Капитан отдал честь, как по уставу, но ему тяжело было устоять на месте. Малышка медленно подошла к микрофону, поправила наушники, выпадавшие из маленьких ушей, и запела. Тонкий чистый голос завис над стадионом. Сначала он чуть-чуть дрожал и едва не сорвался на высокой ноте в конце строчки, но девочке удалось взять себя в руки. Она сцепила пальцы в замок перед собой и спокойно пела. Айви аккуратно взяла Стива за свободную руку. Оба не сводили глаз с крохотной фигурки Кнопки, застывшей у микрофона. Лишь усилием воли женщина заставила себя оторваться от дочери. Она хотела заглянуть Роджерсу в глаза и без всяких слов показать ему всю любовь, всю благодарность за бессонные ночи с беременной супругой и больной девочкой с высокой температурой. За крепкие объятья по ночам, за то, что часто уводит Кнопку, чтобы дать маме поспать, когда она прибегает их будить. Она повернулась к Капитану и вдруг заметила слезы на его щеках. Он был переполнен противоречивыми чувствами: глубокой печали и не менее глубокой гордости. Проникновенное пение дочери заставило его вспомнить о вполне реальных баррикадах в сорок третьем, о взрывах снарядов, о потерянной Ревущей команде, о молодых парнях, не вернувшихся домой, о времени, в котором он оказался, и о счастье, которое здесь обрел. Айви крепче сжала его ладонь. И когда гром оваций накрыл стадион, женщина не сдержалась и поцеловала Роджерса. Тонкие пальцы судорожно стирали слезы с его щек, а Стив старался крепче прижать жену к себе. — Эй, вы чего? — громко крикнула счастливая Кнопка. — Я так плохо спела? — испуганно спросила она, увидев лицо папы. — Нет, что ты, малыш. Ты была просто великолепна, — Капитан взъерошил девочке волосы, а она задорно хихикнула. — А почему ты тогда плачешь? Роджерс замолк, не зная, как объяснить своего состояния Саре. Положение спасла Айви. — Я сказала папе, что Кевин угостил тебя жвачкой. Девочка закатила глаза и по-взрослому стала объяснять неразумному отцу. — Ну, па-а-а-ап. Когда-нибудь я точно выйду за Кевина замуж, но тебя любить я не перестану!