твоя рука хватает мою руку, когда мои глаза закрываются. ты знаешь, куда деваются все безумства?

еще до того как хью знакомит их с майклом с кинематографического, всем становится ясно что он — такая же неотъемлемая часть их, как и лимон для чая. майкл восторженный, немного наивный и совсем каплю эмоциональный. люди, способные без ошибок написать слово «экстравагантный» добавили бы его к общей характеристике, но большинство предпочитает просто косо смотреть. за его деньги они позволяют себе ходить в starbucks, где майкл беспеременно берет себе карамельный фраппучино и частенько заглядывается на бариста. он любит гулять вдоль темзы в костюмах, смутно напоминающих времена золотой молодежи, кричать «дорогуша!» каждому знакомому и бесстыдно смущать гарри и луи. в чай он кладет лимон и две ложки меда. он точно часть их. *** сам же майкл правда не знает, что он забыл в компании, куда входят два влюбленных первокурсника, девочка, в роду у которой наверняка были ведьмы, и выпускник с разбитым сердцем, но он абсолютно точно вписывается в эту атмосферу. он ведет их в starbucks и говорит о своем будущем квир-проекте, предлагая луи и гарри сыграть в нем главные роли. он сажает их за любимый столик и не отрывает взгляда от бариста. — как всегда, ангел? — да, пожалуйста. на его бейджике написано «теннант», но майкл не уверен, что это реальное имя. у него рыжие волосы, и он меняет прическу почти каждые полмесяца. глаза обычно скрыты за темными очками, на ногтях черный лак, и он часто улыбается, когда видит майкла в кофейне примерно в пятый раз за эту неделю. возможно, он хочет с ним познакомиться, но майкл не уверен. он вообще мало в чем уверен. *** весна к концу подходит. солнечные лучи сквозь бежевые занавески проникают, освещая мягкие кудри на склоненной голове падшего ангела. у майкла сценарий не дописан. если честнее, то никакой идеи нет и вовсе. те же люди, что называют его эмоциональным, сказали бы еще, что он слишком чувствительный. мальчик же считает, что он просто бездарность. в стену летит очередной смятый клочок бумаги. жанр: комедия с элементами драмы. название: история майкла шина — самого неудачливого неудачника за всю историю кинематографа. майкл старается не плакать и начинает завитушки на полях тетради рисовать. совсем немножко они походят на черты бариста в starbucks. *** солнце печет все жарче, мысли становятся все беззаботней. наступает июнь. июнь — это адские муки, стресс перед экзаменами, во время экзаменов и после экзаменов., но еще июнь — это месяц гордости. майкл не дает себе забыть, потому как лишь это помогает ему держать голову прямо. он не может придумать сценария, дедлайн на следующей неделе, а хью закатывает вечеринку. конечно же, в их стиле. подростков в комнате набивается где-то два десятка. многие выходят в коридор, сменяются другими, и г о р д я т с я, и любят, и живут. у майкла глиттер на щеках и (почти) легкое сердце. иногда ты обязан быть веселым — если не для самого себя, то для людей вокруг. поэтому он танцует, разбрасывает «дорогуша!» налево и направо, делает полароидные фотокарточки эллы, двигающейся так богемно, будто она одна-единственная в этом мире, украдкой целующихся гарри и луи, и курящего хью, с лениво наброшенным на плечи серым флагом. все вокруг похоже на фильм «золотая молодежь», но каждый приглашенный чувствует себя на приеме у гэтсби. ангельский мальчик давится шампанским. иногда ты обязан быть веселым. иногда ты от этого устаешь. *** майкл выходит за пределы кампуса, потому что ему нужен воздух. он немного пьяный, его щеки блестят и алеют, а незаконченная работа тяжким грузом лежит на сердце. он приваливается спиной к холодной стене, откуда-то звучит breezeblocks. мальчику хочется, чтобы кто-то похоронил его под шлакобетонными блоками. — эй, ангел! майкл давится, пытается утереть невольно выступившие слезы, и лишь где-то на задворках сознания звенит предупредительный колокольчик. к нему подходят и загораживают тусклый свет фонаря. майкл, икая, поднимает взгляд и забывает все слова на свете. перед ним стоит рыжий бариста, волосы забраны назад солнечными очками, и его теплые карие глаза смотрят прямо на майкла. юноша, который на каждой вечеринке танцует как в последний раз, бесстрашно флиртует с каждым встречным и пьет до потери сознания, сейчас испарился. на его месте настоящий майкл — плачущий, с растершейся подводкой и оставшимися следами глиттера. рыжий бариста наклоняет голову: — у тебя все в порядке? — да, — майкл хочет собраться, но это лишь сильнее разбивает его. — да, да, я в порядке. — я так не думаю. майкл заплаканными глазами смотрит и рассказывает все. бариста рыжий выглядит незаинтересованным, но майклу почему-то кажется, что он все понимает. именно сейчас, в тусклом свете фонарей, рождается ощущение дома. бариста слушает, но в ответ лишь ладонь протягивает, на ногтях черный лак. — дэвид. — майкл. — я помню, — он улыбается, и майкл готов прямо сейчас умереть на месте. — позволь мне соблазнить тебя? — с чего ты решил, что ты мне нравишься? — да брось. майкл прячет улыбку и ему вроде как больше не хочется быть похороненным. — и на что же ты надеешься? — я угощу тебя карамельным фраппе, а ты согласишься на свидание. можешь написать об этом. майкл улыбается, закрывает глаза и напевает: — твоя рука хватает мою руку, когда мои глаза закрываются. ты знаешь, куда деваются все безумства? пальцы переплетаются.