Там, где восходит солнце

— Так как же ты оказалась так далеко от города? — Голос Адрианы разрезал мертвую тишину здешних мест, оставляя шанс на надежду прогнать гнетущие мысли. Она, не сводя глаз с одинокой заправки, следила за ней уже несколько минут, зорко выглядывая каждое движение и выискивая его источник. Она, словно кошка, затаилась теперь там, где лес оборван был полосой пустой дороги, готовясь сделать рывок. Замечала все: и заколоченные окна вместе с дверью, и количество мертвецов в округе. Последних было, на удивление, мало. Кристина устроилась рядом, также наблюдая, только за шоссе. Где-то вдалеке, в самом начале, где дорога огибала лес, видна была вереница брошенных машин. Они были пустые, но все равно звучали, жили: через окна влетал ветер, хлопал дверными створками, дышал с присвистом через люки, шумя чужими вещами, притворялся вернувшимися хозяевами. Подойдёшь к автомобилю и сразу заметишь, что его бросили в суматохе, даже не везде забрав ключи, увидишь личные вещи, разбросанные, словно призраками, по всему салону, и не захочешь долго оставаться, поспешишь убежать как от погони, постоянно оглядываясь. Угнетающая ныне на дорогах атмосфера, опасная. Остались эти дороги от старого мира, как остались и города, железные дороги, дома, остались и давили мыслями о тревоге и вселяли в любой час, даже спокойствия, паранойю. Кристина нахмурила брови то ли от нежелания вспоминать, то ли от нежелания рассказывать. Новая напарница донимала её вопросами, на которые блондинке просто не хотелось отвечать. Каждый вечер в течение двух недель вопросы о том, как же Кристине удалось одной выжить в глухом лесу, не могли оставить мыслей Адрианы, оттого и приходили ей на язык, а вкус их, возбуждающий ее любопытство, ею полностью распробовался. Она, воспитанная в условиях городской жизни, разглядела её и в Кристине, потому догадалась, что домик, так тяжело оставленный блондинкой, не принадлежал ей. Иной раз задерживаешь взгляд дольше обычного, а блондинка вычесывает волосы, аккуратно собирая их, а после прячет под чёрную кепку от всего окружающего, будто боится за них больше, чем за собственную жизнь. Долго стелет себе постель, брезгуя спать на голой земле, и всегда натирает до блеска свой нож. Как подвернётся возможность, обязательно руки вымоет. Она, не оставляя попыток, хотя бы немного привести себя в порядок, могла казаться легкомысленной, но когда ситуация, граничила с опасностью для жизни, Кристина никогда таковой не была. Быстро избавится от мертвецов, глазом не моргнёшь. — Ещё один. — Кристина все также следила за дорогой и подмечала очередного монстра, бродящего около деревьев. Адриана в это время поднялась, сменив местоположение, укрылась за ближайшей к лесу машине. Кристина последовала за ней. Они оставались вместе несколько недель, прикрывая друг друга и помогая, но даже этого не хватило, чтобы предотвратить появление их взаимной зарождающейся ненависти. Их обеих не нужно было тянуть за язык, чтобы сказать что-то гадкое и обидное, потому казалось, что они даже соревнуются в этом. Однако вместе с негативом все же поселилось и кое-что другое, ранее неизведанное ими обеими. Они вдруг поняли, как бывает маленький ребёнок понимает элементарные вещи, что нуждаются друг в друге. Кристина, привыкшая полагаться только на себя, испугалась этого чувства, потому старалась не сближаться с новой знакомой. Она ещё помнила ту боль потери родного человека и не хотела переживать её вновь. Но новое чувство оказалось сильнее её — все чаще приходило на ум, и не думать о нем было невозможно. На заправку их привела машина, которую Кристина заметила вчера ночью. Двигаясь по направлению ее движения, они теперь не знали чего ожидать от того места, где в планах хотели заночевать. Вот смотришь на заправку с дороги: обычное здание, со всех сторон окружённое лесом. Машины здесь не были редкостью — дорога уходила к городу, в округе Каулиц, Келсо по пятому шоссе. Но девушки, наученные жестокостью не только мертвецов, но и людей, решили перестраховаться и понаблюдать. Неизвестно, куда подевались те, которые вели машину, и неизвестна была их мотивация. — Это слишком долгая история. — Отказывается рассказывать Кристина в очередной раз. Адриана не спорит, лишь выдумывает как разговорить напарницу. Они пробираются к самому зданию, изучая его и обходя со всех сторон. Пусто, темно и жутко неуютно. Они обе это понимают, как и понимают, что не выдержат опять двухдневного марафона по лесистой местности. Было принято решение ночевать здесь. — Откуда у тебя такой нож? — Спрашивает блондинка перед тем, как улечься на самодельный подстил из картонок, заботливо накрытый жестким пледом. В руках Адри застыло стальное оружие, она вопросительно выгнула бровь, неосознанно заставляя этим самым Кристину оправдываться: — Просто… Кое-что знаю о ножах, вот и спросила. — Ты не хочешь ничего мне рассказывать. Мне кажется, что несправедливости в этом больше, чем в проигрыше Фелпса на олимпиаде в Рио. Хотя, можешь не говорить. Я тоже не буду. — Адриана как можно больше надбавила равнодушия голосу, дабы показать, что ей неинтересно. Вышло убедительно, ведь она не зря хотела стать актрисой. Детские мечты имеют свойство разбиваться о жестокость реальности и упёртость взрослых, которые почему-то уверены, что на сто процентов знают, как лучше для своих детей. Так и вышло с маленькой Адрианой: когда девчушка с копной черных волос подбежала и обхватила ногу своей матери, приговаривая о том, что хочет поступить в театральное, женщина грубо её оборвала, уже в будущем отправляя в медицинский колледж. Так и выросла брюнетка-медик с душой актёра. — Я не знала об этом месте. — Начала Кристина после долгой паузы, когда её напарница уже поверила в полный отказ рассказывать. Кристина вообще не любила разговаривать с малознакомыми людьми, в обычной жизни она не заводила новых друзей, не искала с кем-либо общение. Весь её мир был сосредоточен в одном человеке, с уходом которого она совсем замкнулась в себе. А теперь… Требования в разговорах её просто раздражали. — Когда все произошло, мне пришлось уйти из города, потому что там было слишком много мертвецов. Адриана повернула голову и инстинктивно чуть придвинулась ближе, дабы не пропустить ничего. — Скиталась по дорогам, потом забрела в лес, заблудилась. Меня нашёл один мужчина, старше лет на двадцать. Высокий, широкоплечий, и его бровь рассекал шрам. Мне он говорил, что получил его в схватке с медведем. — Она чуть слышно усмехнулась, но после нахмурила лоб. — Говорил, что был охотником. Любил охоту и жил в своей вонючей избе. Он был жестким, требовал, чтобы я стирала его вещи, спала на полу, когда он спал на кровати, готовила ему есть. Правда, он все-таки решил позже, что готовить будет сам, потому что боялся отравиться и умереть от моей еды. Я ненавидела его, но потом… Он научил меня выживать, только благодаря ему я сейчас жива. — Но где он? — Непривычно дрожащий голос Адрианы словно повис в воздухе. Её любопытство подогрелось новым огнём, пылающим сильнее, однако вместе с ним теперь, появилось и нечто другое, ранее не чувствовавшееся ей, появился страх и странно он теперь тяготил её. — Его убили. На моих глазах. — Ответила Кристина, перевернулась на бок и уснула, оставляя брюнетку наедине с самой собой.