Чужая

Жерар не сумел «починить» Леона, поскольку обладал не подходящим для этого даром. Поэтому, покинув Лейлу, я отправила Леона «на лечение» к королеве. А что мне оставалось делать? Сама я вместе с ним не пошла, решив, что на сегодня Лейле уже достаточно общения со мной. Жерар собрался к себе, ему требовался отдых, и я от души поблагодарила его за все, что он для нас сделал. Вряд ли бы нам без него удалось одолеть охрану Джудо, какая бы расслабленная она ни была. Все-таки троллей Жерар взял полностью на себя. Леон предложил Грею занять одну из свободных комнат, чуть дальше по коридору от моей. Я отправилась навестить брата, за мной плелся Эльфман. Пришлось потратить немного красноречия, чтобы убедить его не заходить со мной в комнату к Грею. Эльфман не доверял Грею, потому что не доверял человеческому роду в целом. Грей растерянно стоял посреди комнаты. А ведь этого парня не так-то просто сбить с толку. Он успел переодеться в спортивные штаны и футболку. Штаны сидели на нем нормально, а вот майка была тесновата, – видимо, это Леон поделился с Греем гардеробчиком. – Ну как тебе здесь? – тихо спросила я, аккуратно прикрыв дверь. Хоть я и не собиралась обсуждать никаких секретов, но мне не хотелось, чтоб Эльфман подслушивал нас. Я хотела побыть наедине с братом. – Э… классно? – Грей криво улыбнулся. – Не знаю. А как мне должно быть? – Ну да, примерно так. – Здесь все как будто ненастоящее. – Грей сел на кровать и вздохнул. – Я постоянно жду, что проснусь и все, что случилось, окажется странным, необычным сном. – О да, мне знакомо это чувство. Я очень хорошо помню, что, когда оказалась здесь впервые, меня постоянно преследовали страх и растерянность. – Как долго я здесь пробуду? – спросил Грей. – Не знаю, я еще об этом не думала. – Я села рядом с ним. Честно говоря, я бы хотела, чтобы он остался со мной навсегда, но это слишком эгоистично. – Скорее всего, до тех пор, пока все не утрясется, пока витра не перестанут быть угрозой. – Почему они тебя преследуют? – Это долгая история, но я обязательно тебе все расскажу. Чуть позже. На долгие истории у меня сейчас не было сил. – И я бы хотела, чтобы ты оставался здесь именно до тех пор. Ради твоей же безопасности. Я еще не знала, как Лейла отнесется к этой идее, но ее мнение по этому поводу меня не особенно волновало. – Кажется, мы это уже проходили, – буркнул Грей. – Грей, мне очень-очень жаль, прости меня. – Могла бы все сразу рассказать. – Ты не поверил бы мне. – Люси, это – я, понимаешь? – Он повернулся, и мне все-таки пришлось посмотреть ему в глаза. – Да, это невероятная история, и если бы я не увидел все своими собственными глазами, то в эти сказки было бы еще труднее поверить. Но я всегдана твоей стороне. Ты должна была доверять мне. – Я знаю, прости, прости меня! Но я рада, что ты здесь со мной и что я наконец-то могу тебе все рассказать. Знал бы ты, как мне было невыносимо хранить от тебя секреты и как мне это надоело. – Хорошо. – Но нужно позвонить Элис. Она должна знать, где мы, и пусть она пока не торопится домой. Витра могут захватить ее, чтобы добраться до меня. – А здесь ты в безопасности? Ты уверена, что здесь с тобой ничего не случится? – Абсолютно! У дверей ведь Эльфман. – Да он же полный придурок, – изумился Грей, и я расхохоталась. – Нет-нет, мы в безопасности, можешь не беспокоиться. Но ты обязательно позвони, а я все-таки схожу в душ и переоденусь в свою одежду. – И что я скажу Элис? – Не знаю… Просто скажи, что все хорошо и пусть она не торопится домой. Я ушла, пообещав, что после того, как немного отдохну, расскажу ему все-все-все. Эльфман вознамерился шагнуть за мной в спальню, но сник под моим взглядом. И только в душе, отгородившись от всего мира шелестом воды, я наконец-то расплакалась. Как же все надоело… Похоже, история эта не закончится никогда. И Нацу меня снова бросил… После душа стало чуточку легче и жизнь уже не рисовалась только черными красками. В конце концов, все живы и даже не особо пострадали. И Грей снова рядом со мной. Трудно сказать, как долго еще мы пробудем вместе, но он все теперь знает. И помимо всего прочего, стало понятно, почему витра меня преследуют. Признаться, разгадка не особенно упростила мою жизнь, но лишним это знание не будет. И только мысль о Нацу, жгучая и горькая, отравляла все. Эту тупую боль нужно вырвать из сердца и выбросить. В жизни столько всего происходит, что лить слезы по Нацу просто некогда. Зачем он вообще приехал за мной, лучше бы мы больше никогда не виделись. В комнате Грея я обнаружила Леона. К великому моему облегчению, Лейла вернула его в нормальное состояние. Леон обронил, как бы между прочим, что для того, чтобы владеть своим даром как следует, я должна как следует тренироваться. Я промолчала и упала в уютное мягкое кресло, решив, что не сдвинусь с места, пока не расскажу Грею все, что со мной случилось. Рассказать я должна сама, не перепоручая Леону или кому-то еще. Пусть Грей все узнает от меня. И я начала с самого начала, с того момента, как Лейла поменяла нас с Леоном. Рассказала, как отправили Нацу, чтобы он отыскал меня и привез во Фьонинг. Объяснила, как мало радости в том, чтобы быть принцессой, и расписала во всей красе фей и их невероятные способности. Леон с интересом слушал. Наверняка он и сам многое узнавал впервые. Грей задумчиво прохаживался по комнате, лишь изредка задавая вопросы. Когда я замолчала, он остановился в центре комнаты. – Что скажешь? – не выдержала я его молчания. – Ну… а вы чем питаетесь? Нормальной едой? – Грей посмотрел на меня с подозрением. – Потому что лично я просто умираю от голода. – Нормальной едой это назвать трудно, – усмехнулся Леон и соскочил с кровати. – Что ты имеешь в виду? – спросил Грей. – Ну ты ведь знаешь, что такое нормальная еда для Люси. Прости, я только хотел сказать, что феи, в отличие от нас, более разборчивы в пище, не пьют газировку и почти не едят мяса. Грей внимательно посмотрел на Леона, затем – на меня. В его взгляде появилось что-то новое, чего я раньше никогда не видела. Только что Леон объединил себя и Грея в сообщество, к которому я не принадлежу. Мне никогда не приходило и не придет в голову считать себя выше Грея, но мы разные. Я другая. Несмотря на то что различия между нами очевидны, принять это мне было трудно. Еще более странно было слышать, как кто-то со стороны указывает на то, что я и Грей принадлежим к разным видам. – К счастью, в моем холодильнике полно нормальной еды, – продолжал Леон. – И я прилично готовлю, спроси у Люси. – Ну, сносно, да, – соврала я, мгновенно забыв о голоде. – Что ж, пойдем подкрепляться. И мы направились в кухню, Эльфман, разумеется, потащился за нами. Его присутствие бесило меня гораздо сильнее, чем сопровождение Нацу до этого, хотя Эльфман старался держаться в тени. Но он же был Эльфманом, а не Нацу. Я влезла на табурет возле стойки и наблюдала за Греем и Леоном. Леон принялся изображать из себя суперповара, но Грей, поглядев на него пару минут, решил перехватить инициативу. Я слушала, как они болтают, подкалывают друг дружку, как смеются и шутят, а в душе бушевали противоречивые чувства. С одной стороны, я была счастлива, что братья наконец-то обрели друг друга, как им и было предназначено судьбой. Подмена лишила Леона замечательного, самого классного на свете старшего брата. А с другой – теперь я сама панически боялась потерять брата. Из раздумий меня вырвал эльфман: – Можно мне воды? – А почему нельзя? – Я глянула на него с недоумением. – Ну, некоторые феи не любят, когда искатели просят у них что-нибудь. Эльфман прошел к холодильнику за бутылкой воды. Грей обучал Леона переворачивать одним подбрасыванием черничные оладьи. – А что тогда вы пьете и едите? – спросила я у Эльфмана. – Покупаем. – Эльфман открыл дверцу холодильника и протянул мне бутылку с водой: – Хотите, ваше высочество? – Да, – ответила я чуть растерянно, и Эльфман поднес мне воду. – Ты уже давно занимаешься этим? – Почти двенадцать лет. – Эльфман открыл бутылку и жадно отпил. – Самому не верится, что так долго. – А ты что, правда лучший? – Я постаралась, чтобы в моем голосе не прозвучало сарказма. Эльфман был откровенно заворожен проворством Грея в изготовлении блинчиков. Он такой прямодушный, в нем нет и следа сдержанности и церемонности Нацу, но, может быть, в этом главное его достоинство. Чем меньше он похож на Нацу, тем лучше. – Нет, – просто ответил искатель, и если мой вопрос и смутил его, то он не подал вида. – Но из лучших. Моя внешность обманчива, но отчасти благодаря этому я и хорош. Люди меня недооценивают. Манерой говорить Эльфман мимолетно напомнил мне персонажа из фильма «Крик». Наверное, в нем была капелька такого же простого мальчишеского обаяния. – Тебе никто не говорил, что ты напоминаешь шерифа Дьюи из «Крика»? – Дэвида Аркетта, что ли? – спросил Эльфман. – Да я же не такой придурок с виду! – О да, определенно, – кивнула я с улыбкой. Пусть Эльфман и не в моем вкусе, но вполне привлекателен, да и обаяния не лишен. Леон разразился проклятьями, потому что оладушек смачно шлепнулся на пол. Грей терпеливо объяснял ему, что и как нужно делать. Он наставлял его тем же самым тоном, каким учил когда-то меня завязывать шнурки, ездить на велосипеде, водить машину. Было так странно видеть, как мой старший брат опекает кого-то другого. – Люси! – раздался пронзительный возглас. Я обернулась. Это была Эльза. Через миг она уже прижимала меня к себе, тискала что есть мочи. – Как я рада, что с тобой все хорошо! – Ух… Привет! – пискнула я, с трудом вырвавшись. Эльза Скарлетт немного старше меня, и она единственная из фей, кто называет меня по имени, а не «принцесса». Я даже думаю, что именно поэтому мы и подружились. Единственный друг Лейлы, Гаррет Скарлетт, – это отец Эльзы. А когда Нацу бросил меня первый раз, Эльза проявила удивительную доброту и сочувствие. Если бы не она, церемония крещения превратилась бы для меня в пытку и без помощи витра. – Папа сказал, что тебя похитили витра и что никто толком не знает, что происходит на самом деле. – Эльза бывала временами кичлива, но сейчас тревога на ее лице была абсолютно искренней. – Как только я услышала, что ты вернулась, сразу же кинулась во дворец. Я так рада, что ты здесь! – Я тоже, – ответила я – без особой уверенности, что говорю правду. – Эльфман? – Эльза как будто только что его заметила. – Вы меня разыгрываете? Не может быть, чтобы Лейла назначила тебя личным искателем Люси. – Видите, видите? Недооценивают. – Эльфман улыбался. Казалось, он даже гордится таким отношением. – Бог ты мой, я обязательно поговорю с отцом. – Эльза покачала головой, и ее идеально уложенные светлые локоны запрыгали в такт. – Это занятие не для него. – Что здесь со мной может случиться, во дворце? Эльза посмотрела на меня многозначительно, но, к счастью, ничего не успела сказать, потому что Грей объявил, что завтрак готов. Дело в том, что, когда я посвящала Грея в тонкости и трудности судеб фей, я намеренно умолчала про налет витра на дворец и про то, что Джуд – мой отец. Я побоялась, что для него это будет слишком. – Присоединитесь к нам? – спросил Грей. – Мы напекли целую гору. – А это что? – Эльза сморщила носик. – Ой, нет. Ни за что. – Вкусные, попробуйте. – Грей поставил тарелку перед девушкой. Не имею представления почему, но феи очень избирательны в еде. Мы едим свежие фрукты и овощи, но вот к сокам лично я равнодушна, зато вина иногда могу выпить. Оладьи готовят из муки и сахара, так что они никогда меня особо не прельщали, но чтобы не расстраивать Грея, я их ела. – Ты что, на самом деле собираешься это есть? – Потрясенная Эльза смотрела, как я придвигаю к себе тарелку. Грей достал тарелку и для Эльфмана. Уверена, что Эльфман был в таком же восторге от этого предложения, как я и Эльза, но послушно подчинился судьбе и тоже взялся за вилку. – Это довольно вкусно, – сказала я. Всю жизнь меня уверяли, что блины и оладьи – это вкусно, хотя я никак не могла понять, как люди могут разобрать вкус блина после того, как щедро обмакнут его в сироп. Именно так поступили Грей и Леон, а я и Эльфман от сиропа отказались – возможности наших вкусовых рецепторов не безграничны. – Я много лет готовлю для Люси и знаю, как ей угодить, – сказал Грей, которого реплика Эльзы ничуть не задела. Он и правда хорошо готовил, но много раз за свою жизнь я ела стряпню брата, только чтобы его не расстраивать. Или же ходила голодная. – Ах да, – усмехнулась Эльза, – как же я могу сомневаться в словах манкса, который собственноручно испек блины,пусть даже он в спортивных штанах и детской майке. – Эльза! Это мой брат, ясно? Так что успокойся. – Что? – Эльза удивленно посмотрела на меня. – А, сводный брат? Правильно? – Да. – Я отправила в рот кусок. – Но он же не настоящий… – Эльза! – Я чуть не подавилась. – Я знаю, что значит «сводный». Хватит об этом. – Я могу понять, что такое ест плебей Эльфман. – Эльзу задел мой резкий тон. – Но ты же принцесса. Он совсем не разбирается… – Эй! – Грей перестал жевать и гневно уставился на нее. – Мне уже ясно, что вы знатная, красивая и богатая. Рад за вас. Но если вы не собираетесь встать к плите и приготовить нам всем более достойный завтрак, тогда прикусите язычок. – Ого! – Леон не сдержал смех, явно довольный, что Эльзу щелкнули по носу. Она яростно глянула на него, но промолчала. Когда Грей вернулся к еде, она примостилась на табурете рядом со мной. С первых минут знакомства с Эльзой я заметила, что у нее сильно развито чувство собственного превосходства. Со мной она была мила только потому, что считала за равную, на всех же остальных смотрела свысока. – Я хочу пить, – капризно протянула Эльза. Эльфман вскочил, чтобы подать ей воды, но Грей гневным взглядом осадил его. Эльфман нерешительно опустился на свой табурет. Эльфман – искатель и провел большую часть своей жизни, обслуживая подменышей. Ведь искателей воспитывают именно для услужения и подчинения. – Где холодильник, вы знаете, – процедил Грей. Эльза открыла рот и тут же захлопнула, не найдя подходящего ответа, повернулась ко мне в поисках поддержки, но я только пожала плечами. В конце концов, холодильник прямо перед ней. Минуту поразмыслив, Эльза все-таки встала и подошла к холодильнику. Леон сдавленно хихикнул, но Грей пихнул его в бок. Меня вся эта сцена потрясла. Нацу был искателем Эльзы, причем очень строгим искателем, но Эльза никогда его не слушала, не проявляла и доли того уважения, которого добился Грей, сказав всего пару слов. А ведь Грей – человек и в иерархии фей стоит еще ниже искателей. Всего лишь за пять минут знакомства Грей так приструнил Эльзу, как никому прежде не удавалось. Остаток дня Эльза провела со мной. Она вздохнула с откровенным облегчением, когда Леон уговорил Грея сразиться на компьютере. Мы с Эльзой удалились в мою комнату. Эльфман остался у двери, но мне стало его жалко, и я позволила ему войти. Эльза увлеченно перебирала мои наряды – она обожала это делать, – а я, лежа на мягком ковре, наблюдала за ней, вновь удивляясь, что вот это все теперь и есть моя жизнь. Эльза расположила мои вещи в особом порядке, но его тайный смысл остался понятен только ей, несмотря на ее многословные объяснения. Эльза не замолкала ни на миг. Оказывается, во время нападения витра она обнаружила в себе дар управления ветром и потом принялась развивать его, занималась с утра до вечера. А еще она слышала, что и у меня на днях начнутся занятия, потому что мне, как никому другому из фей, необходимо в совершенстве владеть своими паранормальными способностями. День за болтовней пролетел незаметно, и, к моему удивлению, Эльза осталась и на ужин. Более того, она даже съела то, что приготовил Грея. Я окончательно уверовала в то, что мир сошел с ума. Сразу после ужина я легла спать, но это скорее была тревожная дремота, потому что сознание продолжало нарезать круги. И только я начала проваливаться в глубокий сон, как кто-то тронул меня за плечо. Я отмахнулась и зарылась лицом в подушку. И тут сообразила, что в комнате никого не должно быть. А если есть, значит… Неужели за мной снова явились злобные феи?!