Чужая

– Зачем ты явился? – требовательно спросила я, но Локи только хитро прищурился. Его комната в крыле для прислуги вовсе не была камерой, какой я успела себе ее вообразить. Эльфман рассказывал, что раньше во дворце было много слуг и почти весь обслуживающий персонал жил прямо здесь. Но за последние двадцать-тридцать лет дворцовые устои сильно изменились, господ поубавилось и штат обслуги стал гораздо меньше. В нашем дворце не было подземелья, но воображение упорно рисовало мне темницу наподобие той, в которой держали нас витра. Все оказалось гораздо проще. Локи поселили в обычной комнате; почти такая же, правда с окнами, была у Нацу, когда он жил здесь. Двуспальная кровать почти не оставила свободного места, а по соседству был туалет. Ко всей этой роскоши добавьте широко распахнутую дверь и охранника, стоящего на посту в коридоре. Я упросила Эльфмана ненадолго отвлечь стража, потому что хотела поговорить с Локи с глазу на глаз. Эльфман справился с задачей играючи. Закинув руки за голову, Локи лежал на кровати поверх одеял. Рядом на столике стояла тарелка с нетронутой едой. – Ваше высочество, не знал, что вы зайдете, а то бы прибрался, – усмехнулся Локи. В комнате его царил идеальный порядок. – Зачем ты здесь, Локи? – Я остановилась в дверях. – Я бы удалился, честное слово, но боюсь, что королева расстроится. – Локи сел, свесив с кровати длинные ноги. – Кроме того, вы здесь. – Так ты только поэтому задержался? Локи рассмеялся: – А то. Он шагнул ко мне. Рассудок подсказывал, что от Локи лучше держаться подальше, но я не собиралась выказывать слабость. А потому посмотрела на него как можно высокомернее, вскинув подбородок чуть ли не выше носа, и не сдвинулась с места. – Ну тогда тебя ничто не задерживает, поверь. – Видите ли, вашей матери нет равных как раз в тех штуках, которые глазу недоступны. Как только я покину комнату, мне станет так плохо, что я и шага сделать не смогу. – Ты уверен? – Я уже попытался выйти. – Улыбка Локи сделалась невеселой. – Я был уверен, что справлюсь с любой стражей, но недооценил королеву. Она действительно крута, ее дар убеждения – это что-то выдающееся. – А как оно действует? Она убедила тебя, что случится нечто ужасное, если ты попытаешься сбежать? – Мне было страшно интересно, как это все работает. – Как все устроено, расскажи! – Да я сам толком не знаю механизм действия. – Локи вернулся к кровати. – Я никогда не был силен в убеждении. – А в чем ты силен? – Ну, так… в разном. – И все-таки, зачем ты явился сюда? – А вы еще не поняли? – На его лице снова заиграла нахальная ухмылка. – Я пришел за вами, ваше высочество. – В одиночку? – скептически вопросила я. – В прошлый раз в этот дворец за мной явилась целая армия витра, да и то не преуспели. А ты о чем думал, когда шел сюда один? – Я думал, что меня никто не поймает. – Но это же идиотизм! – Беспечность Локи вывела-таки меня из себя. Как можно быть таким легкомысленным? – Ты понимаешь, что они хотят тебя казнить? – Да, слышал что-то такое. – Он зевнул, но тут же пружинисто вскочил. – А еще я слышал, что вы встали на мою защиту. Неужели мысль о моей смерти для вас настолько невыносима? – Не говори ерунды, я в принципе против убийства людей. Даже таких, как ты. – Таких, как я? – Локи выразительно приподнял брови. – Вы имеете в виду дьявольски привлекательных и безумно обаятельных парней, которые сражают непокорных принцесс наповал одним лишь взглядом? Я невольно рассмеялась. – Ты пришел, чтобы меня похитить, а не сразить наповал. – Это игра слов, не берите в голову. – Но я никак не могу понять, почему ты выполняешь подобную работу, ты же маркис. – О да, у витра я почти как принц, – подтвердил Локи с усмешкой. – Тогда какого черта ты здесь делаешь? Мне бы королева никогда ничего подобного не поручила. – Но она же отправила за вами другого маркиса – того, что прижал меня к стене, – напомнил Локи о Жераре. Я покачала головой: – Это разные вещи. Он сильный, и он был не один. Эй, а ты один пришел? – с внезапным подозрением спросила я. – Один-одинешенек! Таких, как я, больше нет – вряд ли у кого-нибудь еще хватит смелости после нашего провального визита. – И все же мне непонятно, почему ты здесь. Ты же прекрасно понимал, что тебя ждет. Ты ведь понимал?Вот ты смеешься над тем, что тебя хотят казнить, Локи, а они, поверь мне, совсем не шутят. – Я так затосковал по вашему высочеству, что просто не смог совладать с собой. – Говорил Локи по-прежнему шутливо, но лицо его было серьезно. – Хватит прикалываться, – прикрикнула я раздраженно. – А разве ты ждешь другого ответа? – вопросил Локи, внезапно, как во дворце витра, переходя на «ты». – Ведь наверняка думаешь, что я решился на эту вылазку исключительно ради встречи с тобой. – Локи наигранно вздохнул. – Моя дорогая принцесса, ты слишком высокого мнения о себе. Я ни на что самне решался. – Ничего я не думаю, – огрызнулась я и почувствовала, что краснею, слова Локи меня неприятно задели. – Если это не твоя личная инициатива, то почему отправили именно тебя? – Ну это же я недосмотрел за тобой, ты сбежала. – Локи бросил взгляд в конец коридора, где Эльфман проводил отвлекающие беседы с охранником. – И король отправил меня исправлять ошибку. – А почему ты охранял меня в Андарики? Почему именно ты? Почему не искатель или еще кто-нибудь? – У нас не так много искателей, поскольку почти нет подменышей. Карлики выполняют большую часть повседневной работы, но совладать с ними ничего не стоит. Витра, которые пытались похитить тебя в прошлый раз, по силе чуть-чуть превосходят мансклигов. Вот по этой причине вы так легко с ними справились. За тобой нужно отправлять сильнейшего, и король отправил меня. – Кто ты? – задала я очередной вопрос. – Моя мать говорит, что была знакома с твоим отцом, а ты сам – чуть ли не родственник королю и королеве витра. Локи покачал головой: – У короля нет особо приближенных, и я не исключение. Но с королевой у меня действительно кое-что было. Я и Сара были когда-то помолвлены. – Как так?! Но ведь она… Да она же намного старше тебя. – На десять лет. Но для брака по уговору это никогда не было препятствием. Эта схема исправно работает на протяжении веков. Тем более в нашей небольшой общине, где выбор совсем невелик. К сожалению, король опередил меня и женился на Саре еще до моего совершеннолетия. – А ты любил ее? – Я сама удивилась, что мне есть до этого дело. – Я же сказал, это была помолвка по уговору! – рассмеялся Локи. – Когда она вышла замуж за короля, мне было девять лет, так что я смог пережить эту драму. Сара всегда видела во мне младшего брата. Да она до сих пор так ко мне относится. – А твой отец? Лейла действительно была с ним знакома? – Нисколько в этом не сомневаюсь. Она же какое-то время жила в общине витра. Сразу после свадьбы они жили во Фьонинге, но во время беременности Лейлы Джуд настоял на переезде в его вотчину. – И она согласилась? – Было странно слышать, что Лейлу можно заставить сделать что-либо против ее воли. – Полагаю, у нее не было выбора. Когда королю что-то нужно, он может быть очень… – Локи не договорил. – А знаешь, я ведь был на их свадьбе. Локи улыбнулся своим воспоминаниям, и в его улыбке была какая-то обескураживающая искренность. Когда он не ерничал и не язвил, а вот так просто улыбался, то становился удивительно хорош. Этой улыбкой он меня совершенно обезоружил. – Ты имеешь в виду свадьбу моих родителей? – Я с трудом поняла, о чем он говорит. – Ну да. Хотя я мало что помню – мне было всего два или три года. Моя мама взяла меня с собой, и я всю ночь веселился со взрослыми. На свадебной церемонии я шел впереди жениха и невесты и разбрасывал лепестки роз. Странное занятие для мальчика, но на свадьбе я был единственным ребенком королевских кровей. – А где были остальные дети? – У витра их не было, а все дети фей становились подменышами. – Так ты помнишь эту свадьбу? И ты был единственным малышом на ней? – Еще бы не помнить. Свадьба века. – Локи снова ухмылялся. – Кого на ней только не было. Тут я поняла, что у Локи и Нацу много общего – каждый старается держать меня на расстоянии. Нацу помогает в этом маска сдержанности и неприступности, а Локи – сарказм. Несколько мгновений назад, когда Локи говорил о своей матери, он был настоящий, искренний, близкий и понятный. Точно такое же выражение лица у него было в подвале в Андарики, во время нашего разговора про жизнь в неволе. Все остальное время нас словно разделяла невидимая, но прочная стена. – А ты знаешь, почему они поженились? – Джудо с Лейлой? – Локи нахмурил брови. – А ты сама что знаешь? – Я знаю, что Джудо был нужен наследник, но у витра с детьми напряженка, а Лейла хотела объединить общины. Но зачем? Зачем ей было нужно, чтобы витра и феи объединились? – Наверное, потому, что мы воевали на протяжении веков. Может быть, даже с самого начала времен. – А почему? Я тут читала книжку по истории, но и там я не нашла точной причины этой войны. Почему наши народы так ненавидят друг друга? Локи беспомощно развел руками: – Ничего не могу сказать. За что Капулетти ненавидели Монтекки? – Предок Монтекки увел у предка Капулетти его жену, – ответила я. – Это был любовный треугольник. – Чего-чего? Не помню, чтобы Шекспир про это рассказывал. – Прочитала в какой-то книге, – отмахнулась я. – Неважно. Я просто хочу сказать, что всему есть повод и причина. – Вне всяких сомнений. Локи чуть дольше задержал на мне взгляд, и мне показалось, что карамель его глаз просочилась мне под кожу и что он видит меня насквозь. Мне вдруг стало как-то не по себе и от его опасной близости, и от того, что мы наедине. Я отвела глаза и сделала шаг назад, пытаясь унять разогнавшийся пульс. – Приоритеты сильно изменились, – наконец ответил Локи. – Витра мечтают об экспансии, а феи из последних сил цепляются за обломки своей несчастной империи. – Уж если говорить про обломки несчастной империи, так это точно про витра, – возразила я. – Мы-то, по крайней мере, способны на продолжение рода. – О, принцесса, это удар ниже пояса! – Локи притворно схватился за сердце. – А что, разве не так? – Все верно. Итак, ваше высочество, у тебя есть план по извлечению меня отсюда с сохранением жизненных функций? – Нет у меня никакого плана, – ответила я. – Именно это я и пытаюсь сказать. Тебя хотят убить, а я не знаю, как им помешать. – Принцесса! – послышался голос Эльфмана. Я оглянулась. На лице стражника отчетливо читалось раздражение. Не знаю, как его отвлекал Эльфман, но фантазия моего телохранителя явно иссякла. – Мне пора, – сказала я. – Твой искатель жить без тебя не может? – Локи выглянул в холл. Эльфман виновато улыбался мне, а охранник решительно возвращался на свой пост. – Да, что-то вроде того. Послушай, будь паинькой. Делай, что говорят, ничего не нарушай. Только так ты поможешь мне убедить их не казнить тебя. – Как пожелает ваше высочество. – Локи дурашливо поклонился и упал на кровать. Подошедший страж также отвесил мне поклон. Но то был поклон, исполненный почтительности, а не издевки. Я одарила его улыбкой и быстро двинулась прочь. Слухи о том, что я провожу время с Локи, мне ни к чему. Я и без того рискую положением и репутаций. – Простите меня, – забормотал Эльфман, когда я подошла. – Я пытался его задержать, но парень страшно боялся, что у него будут неприятности. Вот балбес, вы же принцесса, а значит, его начальник, но он… – Все хорошо, Эльфман. Ты замечательно справился. – Спасибо. – Не знаешь, где я могу найти Лейлу? – У нее сегодня весь день расписан по минутам, сплошные встречи и совещания. –Эльфман подстроился под мой быстрый шаг и взглянул на часы. – Прямо сейчас она, должно быть, обсуждает с канцлером меры предосторожности на будущее, на случай повторения опасных инцидентов. Вроде того, что случился с маркисом Лео. Я так и не выяснила, зачем Локи появился, но что-то мне подсказывало, что он не собирался обижать ни меня, ни народ Фьонинга. Я помню, как он расстроился в Андарики, когда увидел, как Леви меня изувечила, а когда его схватили во дворце, он не причинил боли ни одному из стражников. На его месте Леви или другой витра отбивались бы жестче, и, скорее всего, мне бы тоже досталось. А что, если Локи таким образом спас меня от нового нападения витра? Что, если он явился сюда, чтобы меня защитить? – Я уверена, Локи уже не представляет никакой угрозы. Может, он вообще не был опасен. Вряд ли у витра достаточно людей для контратаки. – Вы об этом говорили? – Можно сказать и так. – И вы ему верите? – Эльфман спрашивал без скепсиса, он словно полагался на мою интуицию, и если я буду на стороне Локи, то он будет вместе со мной. – Да, верю. – И это действительно было так. – Он помог мне бежать из Андарики. – Пожалуй. – Мне нужно поговорить с Лейлой с глазу на глаз. – Я могу сказать ее советнику, что у вас к ней дело государственной важности. – Отлично. А если у Лейлы не найдется минутки для встречи со мной, просто разузнай, где я смогу ее перехватить. Я согласна даже на разговор в туалете. – Слушаюсь. Прямо сейчас? – Да, спасибо, ты меня здорово выручишь. – Без проблем. – Эльфман расплылся в улыбке, искренне радуясь возможности услужить мне, и в мгновение ока испарился. Я направилась к себе. Голова шла кругом: похищения, знакомство с моими настоящими родителями, занятия с жераром, теперь еще и спасение маркиса Локи. А про то, что мой собственный народ чуть не швырнул меня накануне в костер, лучше вообще не вспоминать. Я по-прежнему сомневалась, место ли мне здесь. Меня не интересовала корона, а потому какая разница, кем придется править, витра или феи. Джудо жесток и непреклонен, но ведь и Лейла далеко не душечка. И если я выберу витра, они наконец-то оставят фей в покое. Быть может, это самый разумный поступок, на который я способна в качестве принцессы. – Люси! Я так глубоко задумалась, что, проходя мимо двери в комнату Грея, не заметила, что он выглядывает в коридор. – Грей! Прости, мы с тобой почти не видимся, на меня здесь столько всего навалилось. – Я все понимаю, – ответил Грей, но не уверена, что это так на самом деле и было. Он прижал книгу, с которой выскочил из комнаты, к груди и скрестил поверх нее руки. – Как ты? Мне никто ничего толком не рассказывает, и это вчерашнее нападение… – Это было не нападение, – перебила я. – Это был Локи, и он… – Тот самый парень, который тебя украл? – Тон Грея не предвещал ничего хорошего. – Да, но… – Я торопливо перебрала в уме все оправдания моему похищению, но поняла, что ни одно из них Грея не убедит. – Он был один и не мог причинить особого вреда. Его изолировали, никакой опасности нет. – Как это нет опасности, если эти люди по-прежнему творят бесчинства? – возмутился Грей. – Мы торчим здесь только ради твоей безопасности, но, похоже, и тут ее не найти. – Все в порядке. Вокруг полно охраны, и здесь мне ничто не угрожает. Я сама себе не верила, но нельзя допустить, чтобы Грей на собственном опыте начал проверять местную систему безопасности. Теперь, когда все вокруг знают, насколько я дорожу братом, витра запросто могут воспользоваться моей уязвимостью. Пусть уж и он до поры до времени остается под бдительным оком фей. – Я так и не понял, что здесь происходит и кто все эти люди. Остается только поверить тебе на слово, но я хочу быть уверен, что с тобой ничего не случится. – Все хорошо, Грей, честное слово. Не надо за меня волноваться. Лучше расскажи, как ты. Чем занимаешься? – Мы славно провели время с Леоном. Он отличный парень… Немного странный, но хороший. – Я же тебе говорила. Грей улыбнулся: – Да, ты говорила. – Вижу, ты и чтиво себе нашел. – Это Эльза дала. – Грей протянул мне увесистый альбом в переплете ручной работы из потертой кожи. – Это проекты и варианты отделки дворцов. – Как интересно. – Я полистала пожелтевшие от времени страницы с образцами орнаментов и роскошных интерьеров королевских покоев. – Я рассказал Эльзе, что я архитектор, и она нашла для меня этот альбом. – Грей придвинулся ближе, чтобы рассматривать рисунки вместе со мной. – Наверное, раздобыла у отца. Боже мой, ну что я за тупица. Оказавшись в причудливом дворце на самом краю утеса, Грей не мог не испытывать профессионального интереса, ведь архитектура – его страсть. Грей с жаром комментировал рисунки, вызывавшие у него особое восхищение, а я с огромным удовольствием ему поддакивала. Вдоволь наговорившись с Греем, я отправилась спать. Но только прилегла, как раздался стук в дверь. С тяжелым вздохом я поплелась открывать. Глаза чернее ночи, передо мной стоял Нацу. – Принцесса, ты мне нужна, – просто сказал он.