да это лучшее, чтоб его, лето в моей жизни!!!!

План они придумали гениальный. Гениальный и настолько наебательный, что они ещё минут семь тряслись в беззвучном злобном хихиканьи, что Воробей подумал, что их накрыл припадок или истерика. В исполнении они его привели незамедлительно.  — Слушай, милая, не поможешь Воробью на кухне? — Слащаво, как сахарная вата, пропел Ветерок. Воробей который сидел рядом с ним и всё слышал, посмотрел на него взглядом а-ля «Меня в это не впутывай». Поймав в ответ в виде двух взглядов «заткнись и делай, слепой крот» он тяжело вздохнул и встал с дивана.  — Пойдем. — Вздохнул Воробей. Та засеменила за ним на кухню с хитрющей миной, а эта артиллерия поспешила выполнить задуманное.  — Львиныч, ты конечно извини, но нам она не нравится. — прямо сказала Остролистая.  — Что вы уже задумали? — Спросил он довольно настороженно.  — Вытравить её отсюда — прямо начал Ветерок, спокойно смотря на Львиносвета.  — Вытравить и напугать до прабабушек! — Заключила старшая.  — И чем она вам не угодила? — Спросил он с плохо скрываемой обидой и злостью.  — Это надо спросить у того, кто с ней в пятый раз за пол месяца начинал встречаться и расставался, вот теперь опять сошлись. — Саркастично парировал Ветерок. В это время с кухни вышел Воробей.  — Тебе удалось её занять?  — Да, удалось — С иронией говорил тот, смотря на Ветерка нечитаемым взглядом. Ветерок лишь усмехнулся и развёл руками, мол «Я не я, и хата не моя». Тяжело вздохнув, Воробей упал рядом с ним на диван и прикрыл глаза рукой, как бы отгораживаясь от них.  — Вы два уёбка, что вы там с ней не поделили? — Спросил с тяжёлым вздохом.  — Воздух. — Ответила Остролистая и дала Ветерку пять.  — Господи, когда эта холодная война закончится? — Спросил обессиленно Львиносвет.  — Когда эта мадемуазель перестанет смотреть на нас, простых простолюдинов, своими очами, как на говно смешанное с гнилью, и соизволит наконец спуститься к нам, простым смертным. — Парировал Ветерок и оскалился. Остролистая подхватила этот оскал и в купе с их волосами и глазами это смотрелось страшно до усрачки. Львиносвет аж перекрестился. Они вдвоём напоминали пантер или кобр, которые уже нашли добычу и знают как её поймать. Воробей, почувствовав как Ветерок уже встаёт, чтобы пойти на кухню к Верскоглазке, ухватил его за локоть и усадил к себе на колени, крепко обхватывая поперёк груди. —Даже не думай об этом — бесцветным голосом сообщил он, и у Ветерка пробежали мурашки от шеи до поясницы и обратно. Он притих и сидел смирно, в то время, как Остролистая тихо хихикала в кулак, а Львиносвет сидел с открытым ртом. В таком положении их и застала «швабра» и незаметно скривилась от отвращения. Остролистая засекла этот жест в сторону Ветерка и чуть-чуть приподняла верхнюю губу, обнажая достаточно длинные клыки*. У Львиносвета проследившим за их действиями, появилось желание сделать точно также, как Остролистая, но он сдержался.  — Я думаю мы с Верскоглазкой пойдём прогуляемся, да Верскоглазка? — Он посмотрел на неё нечитаемым взглядом.  — Да, конечно. — Она немного опешила от этого взгляда, но виду не подала.  — Вот и славно — сказал он с улыбкой и направился в прихожую. Как только дверь за ними закрылась, Ветерок вырвался из кольца рук и направился быстрым шагом к себе в комнату, а Остролистая подскочила и начала орать как-будто её режут.  — Нет, ну ты, блядь, представляешь как он на него посмотрела?! — Так орать надо иметь талант.  — А как она на него смотрела? — Спросил Воробей напряжённо.  — Как на говно, словно она гребанная принцесска, а он её подданый! Бля.  — Успокойся, навряд ли она здесь в ближайшее время появится.  — Я спокойна. Иди лучше Вишенку успокой.  — Да куда же я денусь? — сказал Воробей поднимаясь с дивана и направляясь к лестнице. Подойдя к двери, Воробей постучал три раза. — Можно? Ответом ему послужило молчание, которое он расценил, как согласие и просунул свою морду в приоткрытую дверь. Ветерок лежал на кровати, укрытый одеялом с головой. Его мелко трясло от плохо сдерживаемых всхлипов. В этот момент захотелось придушить ту дрянь. Воробей тихо подошёл к кровати и лёг рядом, прижимая его к себе и поглаживая по спине и голове. Ветерок вцепился в него мёртвой хваткой, утыкаясь мокрым носом в район шеи. Они так пролежали примерно час, пока на место всхлипов и шмыганья не пришло тихое посапывание. Воробей ещё долго лежал и просто смотрел на место где по идее должно находиться лицо. В первые в жизни он жалел, что не может увидеть его заплаканное лицо и милое лицо.