Уточнять надо было

      Флегматично скручивая хвост в завитушку, я с абсолютно постной мордой думала о том, насколько же странная и одновременно лафовая жизнь дана мне. У меня ведь, если так посчитать, есть всё, о чём я раньше даже и не мечтала: дом, который на самом деле я уже не помню, питание в любое время, власть над людьми, деньги (и плевала я, что так-то они не мои), я не хожу на работу и не учусь, меня любят, а главное — у меня есть мужик. Мелкий, эгоистичный, и вообще он киллер, но всё же мужик.       И вот вроде и веселья через край, развлекайся — не хочу, так сказать, но, увы и ах! чего-то всё же не хватает…       Чего-то такого обычного… посредственного и неудивительного… Такого, как, например… Человеческое тело. Обычное, мать его, человеческое тело. Желательно из прошлой жизни. Оно, конечно, далеко от идеала, но я буду рада даже ему.       Раздражённо вздохнув, спиной плюхнулась на землю и раскинула лапки в разные стороны.       Скучно. — Леон! — донеслось откуда-то из зала, заставив меня лениво поднять голову и уныло крякнуть.       Что им надо? Именно сейчас у меня нет никакого желания подниматься и делать хоть что-то… — Леон, — уже чуть более настойчиво повторил писклявый, но тем не менее серьёзный голос.       …но, похоже, всё же придётся.       Раздражённо фыркнув, я с грацией черепахи перекатилась на пузо и не спеша поволокла свою тушу туда, откуда доносился голос. Толкнувшийся мне навстречу слабый для других и сильный для меня всплеск пламени заставил меня поднажать и ускориться.       В голове некстати появился отрывок из просмотренного мною в детстве диснеевского мультика, где мачеха и сёстры звали Золушку, звоня в колокольчик. Немного похоже на мою ситуацию, разве что вместо мачехи и сестёр у меня Реборн, а вместо колокольчика — пинок пламенем.       Вынырнув из-за угла, я остановилась и оказалась прямо напротив Завитушки, недовольно смотрящего на меня сверху вниз.       Реборн вообще обращался ко мне крайне редко, предпочитая вербальному общению невербальное. Чаще всего он использовал со мною именно своё пламя, с помощью которого доносил до меня свою мысль и давал команды.       Работало это просто, и привыкла я довольно быстро, так что ни с моей стороны, ни со стороны Реборна проблем не было.       Ему стоило всего лишь подать знак, а дальше все было в моих руках. Мои превращения работали примерно так же: Реборн передавал изображение — я меняла форму. Быстро, легко и без тех самых трудностей, которые были раньше, когда наша связь ещё не была такой крепкой.       Хотя и после укреплении связи первое время были некоторые проблемы. Как вспоминаю тот промежуток времени, так дрожь берёт. Но вспоминать всё же иногда нужно.       Как же всё это началось? Наверное, можно вспомнить для начала именно то, что наладилась наша с Реборном связь как раз таки сразу после того, как тот нашёл меня, полудохлую и готовую откинуться чуть ли не прямо в тот момент. Я была настолько плоха, что, как под нос прошептал себе Мелкий, он даже думал, что копыта я уже отбросить успела. Было приятно знать, что он обо мне волнуется.       Ну, или же ему не хотелось терять меня хотя бы потому, что, как я услышала мельком от той милой женщины с добрым голосом, умри (или же просто исчезни) я, самому Реборну так же будет не до шуток. Оно и понятно, ведь я, по сути, его накопитель, в который он «скидывает» иногда немного своего пламени, тем самым не давая себе перегореть от излишков последнего. И перегореть в прямом смысле. Всё же тело, каким бы крутым его обладатель не был, весьма хрупко и не выдерживает слишком большой нагрузки.       Насчёт тех проблем. Уже на следующий день после происшествия я почувствовала излишнюю бодрость, казалось, ещё чуть-чуть — и я побегу сворачивать горы. По венам словно тёк расплавленный металл, а в теле чувствовалась такая лёгкость, какая наступает после длительной пробежки.       И всё было бы прекрасно, но вскоре появилась проблема — контроль. Я совершенно не могла контролировать эту нескончаемую реку энергии, так что не успела я опомниться, как все обернулось не в мою сторону.       Поступающей энергии, которую контролировать я абсолютно не могла, было слишком много. Поток пламени вливался в меня по, назовем её, связи стремительно, не щадя тело и принося огромную боль. Пламя Солнца, которое само по себе имеет свойства разрушения и лечения, одновременно калечило и лечило меня без остановок.       У меня не получалось делать абсолютно ничего. Любое действие причиняло мне боль, но ничего поделать с этим я не могла, как бы ни старалась.       Вскоре я совершила ошибку, последствия которой до сих пор вспоминаю с дрожью по всему телу.       Я попробовала трансформироваться. Ключевое слово здесь «попробовала», так как всё пошло совсем не так, как я планировала, и тогда наступил настоящий Ад.       Почуяв, что есть новый путь, поток пламени стремительно начал искать его и даже нашёл. Он полностью заполнил собою всё пространство, каждую клеточку моего тела и, поняв, что ни бороться с ним, ни управлять им никто не собирается, взял главенство.       Так, превратившись один раз, вернуться в свою изначальную форму я уже не смогла. Скажу даже больше. Я начала трансформироваться не по своему желанию.       Всё это происходило так быстро и так часто, что я думала, что сойду с ума. В зависимости от того, каким предметом я становилась скакало моё поле зрения, а вместе с ним скакала и моя психика.       Так я поняла, что справиться одна не смогу и мне нужна помощь. Реборн к тому времени и сам заметил, что со мной происходит какая-то странная фигня. Поэтому после того, как начался цикл безостановочных превращений, уже окончательно убедился, что дело пахнет керосином.       Недолго думая, схватив меня за шкиряк, Реборн потащил меня в укромное место, где, если говорить кратко, прописал мне знатных оплеух и поубавил поток энергии, дабы вернуть моё тело в прежнее состояние.       Вернуть-то он вернул, но что делать с контролем было неясно. Пришлось брать дело в свои руки. Реборн, сбавив поток пламени, дал мне хоть какую-то фору, а это значит — медитации, медитации и ещё раз медитации.       Как вообще проходят эти медитации я не знала, поэтому просто втыкала в стенку и пыталась не уничтожить саму себя самотерзаниями. На тот момент я чувствовала себя настолько бесполезной, что на душе скреблись кошки и я не могла собраться.       Но мне повезло. Я вспомнила Дино. Этот паренёк всегда успокаивал меня, и именно рядом с ним мне становилось необычайно легко и просто. Поэтому я решительно собрала свои мысли в кулак и побежала на его поиски, после чего, можно сказать, воспользовалась им. Грубо? Да. Но зато действенно.       Мало-помалу, но я всё же смогла добиться успеха и, когда Реборн вернул поток пламени в прежнее состояние, приняла его абсолютно спокойно и без проблем.       После этого наша связь с Мелким заметно укрепилась. И, похоже, кто-то ею сейчас нагло пользуется. — Чего тебе, — недовольно и с небольшой ленью протянула я, хорошо зная, что тот меня даже если услышит, то понять не сможет. — Неужели не мог сам позвать?       Фыркнув, я, шустро передвигая лапками, забралась вверх по штанине, а оттуда уже на плечо Реборна.       На мои покрякивания тот не обратил даже крупицы своего внимания. Он даже не произнёс ничего. Просто отправился куда-то, оставив меня в неведении и полной растерянности.       Подумав, что мне в принципе всё равно, я вяло улеглась на плечо и принялась осматривать уже приевшуюся мне картину всего того, что происходит вокруг.       Так прошло пару минут — в скуке и полном бездействии, поэтому, когда мне в глаза резко ударил яркий свет, я удивилась и широко распахнула глаза от удивления. Нет, я не говорю, что Каваллоне жили в темнице или в их особняке было темно, совсем нет. Просто одно дело — это лампочки и прочая дребедень, а другое — настоящее, мать твою, солнце, которое я не видела уже фиг знает сколько времени.       От удивления зависнув на секунду, я даже не заметила, как Реборн перешагнул порог и мы оказались в реальном, чтобы я сдохла во второй раз, мире.       Это точно происходит на самом деле, а не плод моего поехавшего воображения? Может, Реборн везёт меня продавать на опыты? Я что-то сделала не так? Я исправлюсь, честно.       Всё же свобода — это, конечно, хорошо, но иметь человека, который заботится о тебе и о котором заботишься ты — это намного круче…       Хотя если бы мне сказали, куда мы едем, было бы круче.       Стоп, что? Едем?

***

      Задумчиво обвела взглядом собравшихся и насмешливо фыркнула. Что это у нас тут за вечеринка фриков? Это сюда-то меня привёз Реборн, серьёзно? Может, я чего-то не понимаю и это всё конкурс, а мы на самом деле выбираем короля на звание «Самый нелепый чувак фиг-знает-какого года»?       Тут действительно собрались какие-то… э… необычные люди, но хэй. Если это и правда конкурс, то тут и выбирать особо не надо. Вон он, наш предводитель. Царь глупых прикидов и странных костюмов. Разве может кто-то сравниться с ним? Пф… Не смешите мои лапы. Хвостом клянусь — лучшего претендента на эту роль нам не найти.       Серьёзно. Неужели только я да Дино видели, в какие костюмы он наряжается на тренировки последнего?       Это ведь действительно тот ещё капец.       Вспомнить хотя бы тот же костюм, который, зуб даю, был сделан с меня.       Захихикала, но вместо смеха изо рта вышло тихое пощёлкивание, заставившее меня взгрустнуть. Ну вот. Даже посмеяться нормально не могу. Сколько времени прошло, а я всё так и не привыкну к этому.       Пока я грустила и впадала в полный депресняк, в комнате уже разворачивались какие-то действия, в которые лично я особо не вникала.       Ну серьёзно, зачем мне, хамелеону, слушать всю эту болтологию? Нет уж, увольте. — И так, мои дорогие друзья, — раздался нежный голос, заставивший мои глаза чуть не выпасть из орбит, а саму меня широко раскрыть глаза. Что? Та женщина? Это правда она? — Я знаю, что собираемся мы крайне редко и лично меня это расстраивает…       А меня-то как! Хей, леди, обратите на меня внимание, пожалуйста!       Но женщина, к моему огромному сожалению, мысли читать не умела, так что не мудрено, что я была проигнорирована. — Как и в прошлые разы, давайте начнём нашу встречу с чего-то приятного, — нежно улыбнулась женщина, и я прямо чувствовала, как из моего рта текут слюни. Я готова слушать её голос вечно. — Я припоминаю, что у некоторых из вас появились ученики, — она сделала небольшую паузу. — Как проходит их обучение?       Внимательно и с обожанием ловя каждое её слово, я была возмущёна тем, что она собирается передать кому-то право голоса, пусть даже один из претендентов был моим хозяином.       Леди, говорите вечно, умоляю.       Вопреки моим мысленным стенаниям, слово взял человек, что сидел напротив меня и Завитка. Это был такой же ребёнок, как и Реборн: с огромной головой и маленьким тельцем. Говорил он немного и с расстановками. Из того потока слов, что он сказал, я не узнала почти ничего. Я даже в какой-то степени восхитилась этим человеком. Мастер добавлять воды в разговор. Мне бы такой дар, когда я экзамены сдавала.       Сам Мелкий, кстати, когда очередь дошла до него, тоже почти ничего и не рассказал. Пробормотал только что-то про то, что его подопечному ещё учиться и учиться. На этом разговор про учеников, собственно, и завершился.       Потихоньку и не торопясь, беседа перетекла во что-то серьёзное. «Когда» и «зачем» — понятия не имею, ведь всё, что меня волновало, так это тёплая аура той леди, в кокон которой я скользнула словно под пуховую перину.       Домой мы добрались только к ночи, а по прибытию сразу же пошли терроризировать Дино. То, что было уже далеко за десять, Реборна волновало не особо. Зато волновало самого Дино, коего Мелкий выпер прямо из его постели и, сонного, заставил наизусть рассказывать отрывок из Гамлета на разных языках, что тот, пусть и с трудом, но сделал. Грустно, но по мордасам он всё же получил, так как запинки и мычание Реборн не простил. Гадёныш, не правда ли?       Сейчас же мы возвращались в комнату Реборна, что находилась прямо напротив комнаты Дино. Завитушка был удовлетворён своими действиями и сейчас, довольный, собирался на боковую. Дино же… Ему Мелкий наказал выучить ещё один отрывок. Сожалею. Вот он уж точно сегодня даже не ляжет.       Широко зевнув скорее для показательности, чем реально испытывая усталость или желание отдохнуть, я забралась на тумбочку рядом с кроватью Мелкого, потопталась и скрутилась в калачик. Пусть думает, что я отдыхаю. У меня на эту ночь великие планы, и я не могу так просто истратить своё драгоценное время на какой-то сон.       Дождавшись, пока Реборн закроет глаза, я тихо и максимально незаметно скользнула на пол, а оттуда уже в щель между дверью и паркетом. Не знаю, видел ли мои поползновения Завитушка, но не думаю, что его волновал мой ночной побег. Всё же я частенько уходила куда-то ночью, приходя лишь к утру. Думаю, он уже привык к этому.       В коридоре было тихо, и только негромкие разговоры тех, кто стоял на дежурстве, разбавляли эту тишину. На стенах играл тёплый свет, чьим источником были редкие фонари, стоявшие на улице. Единственное, что как-то портило атмосферу таинственности — мрачные картины, на которых были изображены холодные и излишне серьёзные мужчины, которые, как я думаю, ранее являлись боссами семьи Каваллоне. Уж очень некоторые из них были похожи на самого Дино.       Мысленно сравнивая лица портретов и парнишки, я сама не заметила, как на автомате прибежала туда, куда мне и надо было. В кладовку.       Эта кладовая комната находилась на самом первом этаже и не была особо востребована. Хранилось там в основном лишь постельное бельё и различные корзины с мешками. В общем, идеальное место для ничегонеделания и страданий всякой фигнёй.       Забравшись на один из стеллажей, я прогнала план действий в голове ещё раз. Итак, зачем я сюда пришла? Я хочу, как бы максимально тупо и нереально это ни звучало, трансформировать своё тело в человеческое. Почему бы и нет? Уж если это тело способно превращаться в различные предметы, то почему бы не попробовать сменить тело хамелеона на другое живое существо.       Не думаю, что это у меня вообще получится, или получится, но далеко не с первой попытки, однако всё равно попробовать не грех. Да и позора моего никто не увидит. Надеюсь.       Решительно закрыв глаза, я набрала в лёгкие побольше воздуха и представила, как моё тело медленно-медленно, по частицам, меняет свою форму, превращаясь в человеческое. Сначала лапы вытягиваются и становятся шире, а вместо когтей появляются длинные пальцы; с тела сходит чешуйчатая кожа, превращаясь в человеческую и меняя текстуру; хвост исчезает, а морда расширяется и становится более плоской; появляются уши и нос; задние лапы становятся длиннее, появляется стопа. Подумав ещё немного, я представила что-то наподобие волос.       Закончив, я распахнула глаза и поняла, что что-то здесь не так. Медленно я наклонила голову вниз и испуганно взвизгнула, после чего, услышав свой голос, заверещала ещё громче.       Что за чудила?!       Не этого я хотела, ох не этого. Вздохнув, я потрогала лицо и вздрогнула. Если это выглядит настолько же мерзко, как я ощущаю, то лучше бы я даже не пыталась совершить вот это вот всё.       Всё плохо. Вместо ожидаемых ног получились какие-то палки, а на аналог пальцев и смотреть было страшно (рук это тоже касалось); кожа, если её можно так назвать, была непонятного болотного цвета, а лицо… это вообще отдельная тема.       Пройтись я, кстати, также не смогла. После попытки дернуться моё тело, словно пластилин или жвачка, растеклось по полу прямо там же.       Размер, к слову, также не удался. Ростом я была не выше колена того же Ромарио, а про ширину и говорить страшно. Что я вообще сделала? Всё слишком странно и непонятно. Я думала, это будет легче.       Вздохнув, вернулась к форме хамелеона и устало легла прямо там, где стояла. Тупым взглядом я ловила каждое движение пылинок, медленно перемещающихся туда-обратно. Безумно хотелось спать, поэтому спустя несколько минут я не выдержала, и мои глаза закрылись.       Почему же у меня ничего не вышло?