Другая параллель

Через тернии — к звездам. © Латинская пословица

      Библиотека встретила Гермиону тишиной и приятным запахом старых книжных страниц. Девочка с наслаждением втянула этот божественный аромат, чуть улыбнулась и быстро прошла к небольшому темно-коричневому столику, за которым занималась с первого дня обучения в Хогвартсе.       Сейчас, к большому удивлению блондинки, здесь было пусто, не было даже вечно толпящихся у книжных полок когтевранцев, точно все куда-то испарились. Изредка мадам Пинс, пожилая библиотекарь, прохаживалась между огромными шкафами, аккуратно поправляя книги и осторожно стряхивая с них пыль, стремясь продлить фолиантам жизнь. Наконец, точно не выдержав, она обратилась к слизеринке: — Долго не засиживайся, — коротко бросила волшебница, не отрываясь, однако, от уборки, — и больше не смей ночевать здесь! После отбоя студенты должны быть в спальнях, и это не обсуждается. — Простите, мадам, — поспешила ответить магглорожденная, весьма удивленная такой неожиданной, пусть и весьма грубоватой заботой, — но ведь спальни Слизерина находятся в подземельях. Там холодно и сыро. — Устав есть устав, — женщина покачала головой, повернувшись к собеседнице. — Признайся, девочка, — резко надавила она на самое больное место, — ты не хочешь возвращаться в спальни потому, что к тебе плохо относятся на твоем факультете?       Библиотекарь знала, куда бить. Первокурсница стыдливо опустила глаза, ведь волшебница оказалась права. Действительно, из-за насмешек слизеринцев юной особе совершенно не хотелось возвращаться в спальни. Что там будет, кроме издевательств из-за ее «грязной» крови и бесконечных насмешек из-за семьи и внешности?       А ведь все было бы совсем по-другому, родись она в семье чистокровных волшебников. Сейчас хотелось все отдать за принадлежность к роду могущественных Блэков, весьма умных и предприимчивых Розье, даже «предателей крови» Уизли, всегда учившихся только на Гриффиндоре, — в какой угодно волшебной семье, лишь бы быть чистокровной. Может, ее не особо любили бы, зато однокурсники не стали смотреть на нее, как на жизненный мусор, наоборот, уважали бы и даже жалели.       Сейчас жалость была только от тех, кто никак не должен был, по ее мнению, проявлять по отношению к юной особе это унизительное чувство. Проклятые гриффиндорцы, отличительными качествами которых были слабоумие и храбрость, слабаки-пуффендуйцы, все решающие исключительно мирным путем, или умные когтевранцы, на факультет которых она постоянно заглядывалась. Лучше бы в тот злополучный день Шляпа отправила ее на орлиный факультет, там ум пришелся бы как нельзя кстати. Но бастион чистокровных волшебников поможет на пути к величию… Так пора бы определиться душой: Когтевран или все-таки Слизерин?       Возможно, если бы она училась на факультете, отличительными цветами которого были бронзовый и синий, жизнь повернулась бы совсем по-другому. Она обзавелась бы парой друзей, о которых столько мечтала в детстве, забыла бы о своем неблагородном происхождении, разве что Малфой не упускал бы случая указать ей на данный «недостаток», может, даже встретила бы первую любовь… Хотя о любви следует забыть, ведь нет ничего хуже этого чувства. Переживать о ком-то, заботиться, отдавать душу, не получая взамен ничего… Любовь определенно не для нее, это чувство делает человека слабым и уязвимым, а ей нужны противоположные качества, чтобы платить миру тем, что он заслужил. На добро она отплатит добром, на зло — не обессудьте, местью, а мстить она будет почти всем, за каждую пролитую слезу и несправедливую обиду.       Пока нужно стиснуть зубы и терпеть. Боль временна, зато триумф вечен. Учиться, практиковаться и показывать себя только с лучшей стороны, чтобы заручиться поддержкой преподавателей, иначе она не только провалит экзамены и не утрет нос Малфою, но и не достигнет своей цели, которая за много лет успела стать едва ли не стимулом к жизни…       Указать Малфою его истинное место было бы здорово! Подумать только, магглорожденная из забытого миром приюта знает больше с детства окруженного магией мальчика, которому привили азы привилегий чистокровных волшебников — «все тут нули, а ты один — палочка от туалетного ершика». Как рассердятся родители — богатый папочка и заботливая мама, каждый день посылающая любимому сыну гостинцы, — когда узнают, что их самый лучший в мире сын-пуп-земли учится хуже «грязнокровки» без роду-племени!.. Да, ради такого триумфа стоит стараться учиться как можно лучше.       Она все-таки проведет сегодняшнюю ночь здесь, в библиотеке. Волшебная палочка всегда под рукой, книги тоже — скучать не получится. Кроме того, здесь так много книг на разные темы, что кажется, будто попала в рай! До конца жизни не прочесть. К тому же, Слизерин является единственным факультетом, где, кроме нее, почти никто не посещает библиотеку, а значит, недоброжелатели сюда не придут.       Неожиданно стало холодно, точно Гермиона попала под ледяной душ, и именно этот странный мороз отвлек ее от мыслей. Перед столиком, за которым, слегка сутулясь, сидела первокурсница, неподвижно висел Кровавый барон — привидение Слизерина. Он, не мигая, смотрел на студентку так холодно и пронзительно, что та невольно передернула плечами. Призрак усмехнулся и знаком поманил девочку за собой, тут же нырнув за ближайший шкаф с книгами.       На ватных ногах слизеринка пошла за фантомом, который скользил между стеллажами, иногда касаясь корешков фолиантов толстыми прозрачными пальцами. Где-то между стеллажами бродил Филч, но даже угроза попасться и получить отработки ушла куда-то на задний план, остался лишь интерес: что же такое хочет показать ей привидение со змеиного бастиона? Юная волшебница собиралась окликнуть «проводника», но голос ей не повиновался. Наконец, Кровавый барон остановился возле невысокой этажерки и указал пальцем в запылившийся корешок толстой энциклопедии. Магглорожденная потянулась, стоя на цыпочках, осторожно вытащила книгу с полки и вопросительно посмотрела на призрака. Тот усмехнулся и, пройдя сквозь ближайшую стену, исчез.       Точно оцепенение спало со студентки, и та недоуменно огляделась. Кровь непроизвольно застыла в жилах: девочка стояла напротив одного из стеллажей в Запретной секции. Где-то среди шкафов неторопливо двигался небольшой красноватый огонек фонаря, хотя никого не было видно и слышно, будто невидимка забрался в самую загадочную часть хранилища литературы. Интересно, кто, кроме нее, будет среди ночи бродить по библиотеке, тем более, здесь?       В этой части дворца книг первокурсница не была ни разу. Тяжелый однотомник неприятно оттягивал руки вниз, а пылинки, попавшие в нос, противно щекотали пазухи, мешая дышать полной грудью. Кое-как донеся фолиант до близстоящего столика, Гермиона осторожно сдула пыль с обложки. «Пособие для начинающих волшебников: как стать величайшим темным магом своего времени?» — гласили позолоченные, как показалось девочке, буквы названия. Имя автора стерлось, но на ум приходили только две личности: Салазар Слизерин, один из основателей Хогвартса и первый глава змеиного факультета, и тот, кто оставил на лбу Поттера маленький шрам в форме молнии — Темный лорд.       Блондинка ощутила, как ее ладони вспотели, а по спине пробежали мурашки. В голову ударила кровь, и девочка странно улыбнулась. Что ж, впереди целая ночь, хорошо бы прочитать хотя бы несколько статей из этой книги. Всю, конечно, юная особа не успеет проштудировать, но пара-тройка страниц должна быть прочитана и усвоена. Может быть, именно в них кроется разгадка будущей популярности, и уже завтра утром она станет самой известной студенткой, о происхождении которой все позабудут?       Маленькая волшебница огляделась и ощупью двинулась обратно, к своему рабочему месту. Она отошла не очень далеко, когда откуда-то из глубины Запретной секции донесся леденящий душу крик и стук упавшего на каменный пол фонаря. В стороне входа в библиотеку послышались быстрые шаги, и слизеринка поспешила нырнуть за этажерку с книгами, так, чтобы ее не было видно со стороны прохода в Запретную секцию, после чего осторожно выглянула. Миссис Норрис медленно ушла вглубь библиотеки, помахивая пушистым хвостом, в то время, как ее хозяин быстрым шагом двигался в сторону выхода, держа в мозолистой руке злополучный небольшой фонарь коричневого цвета с разбитым стеклом.       Дождавшись, пока завхоз уйдет, девочка быстро покинула укрытие и на цыпочках вернулась на рабочее место, как только успела сесть и склониться на пергаментами, как услышала быстрые шаги и негромкий разговор. В сторону места инцидента, прихрамывая, быстрым шагом спешил Снегг, следом за ним, больше путаясь у декана Слизерина под ногами, чем помогая ему, семенил профессор Квирелл, он вел в Хогвартсе Защиту от Темных Искусств. Завхоз шел рядом с зельеваром, держа кошку на руках, и что-то долго и злобно говорил ему на ухо, то и дело, оглядываясь вокруг, точно желая поймать злоумышленника «тепленьким». — Я уверен, господин Снегг, что эта девчонка… — Первокурсница не сумела разобрать остальные слова, но прекрасно поняла, что речь шла именно о ней. — Поймите, она… — Волшебница с моего факультета здесь совершенно не причем, мистер Филч. — Но больше никому в голову не пришло бы среди ночи идти в Запретную секцию, хорошо, что ни одной книги оттуда не пропало, — сквиб, очевидно, был зол из-за того, что не поймал нарушителя с поличным, но опасался связываться со слизеринцем. — Поговорите с ней, господин Снегг. — Запомните, мистер Филч, — волшебники остановились в небольшом проходе между шкафами, и Гермиона сумела рассмотреть их. Декан Слизерина остановился, переводя дыхание, и, пока мужчина отвернулся, быстро ощупал левую ногу. Маленькие бисеринки пота на бледном лбу волшебника отблескивали в свете фонарей, видимо, боль в ступне не давала возможности нормально передвигаться, и Северусу приходилось часто останавливаться, чтобы немного передохнуть. — Студенты с моего факультета никогда не воровали и не будут воровать книги в библиотеке, тем более, там. Насчет мисс Грейнджер… Если ей придется прибегнуть к литературе из Запретной секции, то, я уверен, она принесет мадам Пинс мое письменное разрешение.       Мужчины, переговариваясь, двинулись в сторону места полуночного происшествия, а юная волшебница получила, наконец, возможность приступить к чтению книги, которую «посоветовал» ей Кровавый Барон. — Итак, что же тут у нас? — Погладив кончиками пальцев темную шершавую обложку книги, магглорожденная осторожно открыла фолиант. Пожелтевшие страницы развернулись с тихим приятным шелестом, и блондинка с наслаждением вдохнула столь обожаемый ею запах старых книг. Чуть улыбнувшись, первокурсница развернула содержание, где ее взору предстало множество заголовков интересных статей: одна лучше другой. «Темные заклинания и их применение», «Непростительные заклятия», «Все о приворотах: что это такое, и с чем это едят». Наконец, с трудом оторвав взгляд от книги, девочка удовлетворенно выдохнула и улыбнулась, предаваясь своим мыслям. Ее ждет очень веселая ночь, скоро весь Хогвартс заговорит о ней, как о величайшей студентке!       Время, когда Малфой и Паркинсон очень сильно пожалеют, что называли ее «грязнокровкой» и всячески унижали, почти наступило. Близок день ее триумфа, и очень-очень скоро она устроит всем «сладкую жизнь»…