Seven minutes in heaven

***

      — Ты не против, если Баки зайдет? — спросил Питер на третьей неделе домашнего ареста за эпическую ложь его жизни.       Мэй поправляет очки на носу, размышляя. Нет, она не возражает, если он зайдет, но если Барнс намерен остаться на ночь, его ждет серьезный разговор. Мэй не из тех, кого может напугать ветеран войны и наёмный убийца, Паркер надерет ему задницу в любом случае, и она не скрывает этого от Питера.       — Спасибо! — восклицает Питер, душа тетю в объятьях.

***

      Мэй совсем не специально переодевается в узкое черное платье, в котором она, по мнению многих, выглядит сногсшибательно и опасно одновременно. Она совершенно случайно пролила на рубашку клюквенный сок. Подумаешь, с кем не бывает. Женщина расправляет складки на платье, когда раздается звонок, а Питер чуть не врезается в стену, спеша открыть дверь.       Мэй слышит приветствия и звук поцелуя. Ладно, конкретно этого Мэй не запрещала. Женщина считала, что Питер слишком неловок, чтобы пригласить кого-то на свидание, но нет, вот он, в стабильных отношениях с мужчиной чуть ли не втрое старше него. Однако Барнс всё равно выглядел моложе Мэй, и в этом стоит обвинить криозаморозку, которой мужчина подвергся явно больше одного раза.       Иногда Мэй хочет управлять временем: в жизни было куда меньше проблем, когда десятилетний Питер восхищался лишь железным Человеком на большом расстоянии. Мэй идет по коридору, чтобы встретиться с Зимним солдатом лицом к лицу. Он просит называть его Баки и не иначе, так как обращение «Мистер Барнс» из её уст звучит неловко для него.       — Мистер Барнс, — произносит женщина, забавляясь от его реакции.       — Миссис Паркер, — отвечает он, держа букет цветов. За три недели он навестил Питера семь раз и постоянно приносил цветы. Мэй никогда не признается, что считает это милым. Однако, у неё уже заканчивались варианты, куда всё это ставить.       Мэй забирает букет и подносит к лицу, чтобы послушать аромат. Женщина делает вид, что не замечает застенчивых улыбок парочки.       — Мы будем у меня в комнате, — говорит Питер и утаскивает своего парня в указанном направлении. Мэй же кивает и идёт на кухню, чтобы найти, во что поставить цветы.       — Оставьте дверь открытой и держите руки так, чтобы я их видела, — кричит Мэй в основном потому, что ей нравится дразнить Питера, да и то, как краснеет Барнс, она тоже считает крайне забавным. Она знает, из предыдущих его визитов, что Барнс держит руки при себе, уважая ее просьбу.       Мэй слышит, как парочка садится на кровать, а Питер что-то рассказывает о домашней работе. Миссис Паркер выглядывает из-за угла кухни, чтобы увидеть, чем именно эти двое занимаются. Нет, совсем не жутко. Она просто беспокоится, как и все родители.       — Я даже не закончил школу, — жалуется Баки, которого, видимо, заставили помочь с домашкой.       — Ну да, я знаю, — отвечает Питер, устроившись на кровати поудобнее и взяв в руки книгу.       — Ты просто должен задавать мне вопросы и говорить, если я ответил неправильно. Мэй не слышала, что ответил Баки, но он взял книгу и стал листать её. Женщина перестает прислушиваться к разговорам парней, решив вместо этого сосредоточиться на работе.

***

      Кто-то может сказать, что печь рождественские печеньки в ноябре слишком рано, но Мэй уж точно с ними не согласится. Данное лакомство, по её мнению, должно быть доступно круглый год. Кухня каждый раз после готовки напоминает жертву побоища, но результат всегда того стоит. Мэй уже заканчивает покрывать печенье глазурью, когда Питер и Баки выходят из комнаты.       — Тебе нужна помощь с ужином?       В последние три недели Питер постоянно помогал по дому; иногда даже сам готовил, так что Мэй после работы не приходилось тратить на это время. Возможно, ей стоит наказывать племянника чаще: и дом будет чище, и Питер не будет проводить так много времени на патрулях, во время которых с ним постоянно что-то происходит. Мэй знает о множестве случаев, что заканчивались больницей, но где гарантия, что она знает обо всех? Да и больницы не самое серьезное, чем может закончиться погоня за преступниками. Всё это сильно её беспокоит.       — Да, конечно, — отвечает женщина, передернув плечами. Ей не о чем волноваться, Питер здесь, живой и здоровый.       — Мясной рулет и картофельное пюре? Подойдет?       Питер с энтузиазмом кивает, Баки соглашается тоже, но не с таким энтузиазмом. Он похож на гостя, что держит свою неприязнь к блюдам на столе, дабы не обидеть хозяйку.       — Отлично, — говорит Мэй, сдерживая улыбку. — Почистишь картофель? — просит она Баки.       Барнс соглашается, закатывая рукава, и Мэй не может не смотреть на его левую руку. Возможно, это беспокоит мужчину, но женщина не может ничего с собой поделать. Питер помогает ей убрать беспорядок на кухне, пока Джеймс кладет картофель в раковину, чтобы чуть позже начать его чистить.       Он определенно знает, где что лежит, думает Мэй. Конечно, знает, он же был здесь не единожды, еще до того, как миссис Паркер узнала об их отношениях. Барнс даже ночевал в их доме, и Питер собирался рассказать Мэй об этом примерно никогда.       Беспорядок после приготовления печенья убран, и Питер смешивает ингредиенты для мясного рулета.       — Это отвратительно, — бурчит он, сморщив нос.       — Подумай о том, как прекрасен будет этот рулет после духовки, — говорит Мэй, а Баки посмеивается.       — Ну да, — соглашается Питер. — Но сейчас это всё еще отвратительно.

***

      Они сидят за столом и разговаривают. Правда, в основном говорят Мэй и Питер, а Баки лишь слушает, изредка комментируя. Сначала Мэй решила, что Барнсу некомфортно рядом с ней, он всё же в отношениях с её племянником, но позже она поняла: Барнс совсем не похож на образ, что был в её голове из-за книг по истории.       — Спасибо за ужин, — говорит Баки, когда они заканчивают со своими порциями. Мэй смотрит на тарелку мужчины: ни капли мясного рулета не осталось.       — Всегда пожалуйста, — отвечает женщина и улыбается.       Они заканчивают этот вечер просмотром Рождественской истории и поеданием печенья. По мнению Мэй, это один из лучших вечеров. Питер, похоже, с ней согласен. Он мягко улыбается и прижимается к Баки. Однако, парни не обнимаются, так как Мэй сидит рядом с ними.       Они довольно забавно отодвигаются друг от друга, стоит Мэй кашлянуть.