Twiling

      Чосон. Ханъян. 1418 год.       Прохладный летний день. Красивый юноша с длинными чёрными волосами прогуливался по саду. Казалось, вся природа располагала ему. Солнце выглядывало из-за облаков, а в голове витал прохладный ветерок. Он улыбнулся, когда мимо него пролетела разноцветная бабочка. Улыбнулся так, будто ничего прекраснее раньше не видел. Проводив её долгим взглядом, парень продолжил расхаживать взад-вперёд, скрестив ладони за спиной и постоянно улыбаясь своим мыслям. Он ждал. Ждал момента, когда он придёт. После полученного письма интерес разгорался в нем с каждой секундой все больше и больше. Он не боялся их. Не боялся того, чего узнал. Не боялся того, что с ним могло или не могло произойти. Он не верил, что мир может быть настолько жесток, как описывал его постоянно отец. Он доверял, как доверяют миру младенцы, только что родившиеся на свет. Прошло 22 года с рождения, а его светлая улыбка так и осталась не тронутой временем. Кто бы мог подумать, что улыбка — единственное, к чему сможет прикоснутся время.       За своими мыслями парень и не заметил, как за ним наблюдали.       — Господи! Почему же так долго? — простонал парень, а затем взял себя в руки. — Вот же обрадуется отец, когда узнает, что именно я контролирую. Поверит ли он мне? — юноша снова рассмеялся. — Конечно же — нет. Он же не дурак, чтобы верить во всякие глупости. Вампиры? Они действительно существуют, как было написано в книге? Скорее всего — нет. Яннён придёт, как всегда вставит пару раз, посмеётся и уйдёт.       На глаза навернулись слёзы. Доверять — далеко не самое правильное решение. Парень боялся, что все его фантазии о написанном окажутся неправдой, простым воображением. Брат часто подшучивал над ним, зная, что младший поведётся. Сколько раз он говорил себе, что игрушки Яннёна никогда не закончатся, и пора кончать постоянно попадаться на них.       Темноволосый парень ещё раз оглянулся по сторонам.       — Считаю до трёх и, если он не придёт, я надеру ему зад. Раз, — в мгновение стал серьезным парень, — Два, — секунда, и его лицо стало пунцовым от смеха. — Я надеру Яннёну зад? Вот умора. Посмотрел бы я этому идиоту в глаза, — парень последний раз вздохнул и, — Три. Всё. Я ухожу.       Юноша развернулся и уже хотел было сделать шаг, как услышал за спиной рычание. Он замер. Не то чтобы он сильно боялся собак или постоянно видел их в кошмарах, но всегда вздрагивал при оглушительном лае.       — Ли До, — услышал он голос охранника брата и, выдохнув, обернулся.       «Показалось».       — Ты на вре…       «Нет».       Вспышка солнца, а дальше пугающая темнота. «И что это было?» — промелькнуло в уголках сознания и там же и растворилось.

***

      Когда парень очнулся, первое, что он почувствовал — дикую головную боль. Разлепив глаза, он пожалел, что вообще родился на свет. Слепящие лучи сильно обожгли сетчатку.       «Это же чем этот говнюк так приложил меня?» — пронеслось в трещащей по швам голове. — «Ну я ему устрою!» Переведя дыхание, Ли До, наконец, совладал с головной болью и начал и прислушиваться. Открывать глаза снова он боялся. Руки и ноги оказались связаны. Парень рискнул пошевелить запястьями и снова пожалел об этом: веревки больно впивались в кожу. Не смотря на то, что он был далеко не самых низких рангов, его, Ли До, никогда не похищали. Возможно, благодаря стараниям отца, который хотел отдать ему всё, а возможно, никто просто не видел в нём угрозу и предмет для волнений. Слишком странно видеть в расцветающем ребёнке угрозу народу.       — Что здесь происходит? — услышал он низкий голос брата.       «Не понял», — замер парень. — «Так меня всё-таки похитили?»       — Я сделал всё, как вы просили, — ответил дрожащий голос.       Пауза. Судя по облегченному вздоху говоривших, всё прошло, как было задумано. Ли До тоже отчаянно прислушивался. Боялся пошевелиться, чтобы его не раскрыли.       — Он видел твоё лицо?       — Ага, — криво усмехнулся мужчина. — Волчью морду приметил.       Яннён рассмеялся:       — Хорошо. Сколько он уже так валяется?       — Минут тридцать. Я неплохо его за бок прихватил. От болевого шока и грохнулся башкой об камень.       И только сейчас парень заметил, что болит у него не только голова. Из левого бока вытекала странная и тягучая жидкость. Рассудок помутнел от страха и обиды. «Он сделал это по приказу брата? Это не шутка?» Он всё ещё верил. Верил, что это очередной глупый розыгрыш. «Волчья морда? О чём он? Как он смог нанести удар так, чтоб я не заметил? Я даже лица его не помню. Волчья морда? Вампир? Разве у них не человеческий облик?» — мысли и вопросы проносились один за другим, не останавливаясь. Он дал зелёный свет. Ли До и не замечал, что о чем-то думал.       — Ещё не очнулся?       — Да как он может? Вон сколько крови потерял, — кивнул мужчина на бордовое месиво.       — Точно бесхребетный, — выплюнул Яннён. — И как он сможет заменить отца? У него не было права рождаться.       — Так что скажем Его Величеству? — снова спросил слуга.       — А что говорить? Евнухи сами найдут его, растерзанного собаками, — спокойно проговорил брат. — Отличная смерть для такого, как он, не думаешь? Сможешь все устроить?       — Обижаете, — засмеялся мужчина.       Парень не знал, видит ли его лицо брат, но по щекам текли слезы. Слезы обиды и разочарования, которые он больше не мог сдерживать, как бы не старался. Парень не открывал глаз, не потому что боялся ослепительного света. Он боялся, что слух его не обманывает и, открыв глаза, он, действительно, увидит перед собой своего брата. Он не думал о том, что через несколько минут никогда не сможет больше открыть глаз. Он мог думать только о душившем его предательстве брата. А кто он такой? Всего лишь третий принц, рождённый от наложницы. Так почему же отец хотел отдать ему все? Ли До никогда не задумывался о таких мелочах, как борьба за трон. Всегда был открытой книгой, не претендующий ни на что.       Из задумчивости его вывел продолжившийся разговор.       — Что планируете делать дальше?       — Дальше? А дальше — сладкая жизнь, — рассмеялся Яннён. — Отцу ничего не останется, как отдать мне мое законное место первого сына.       — А если откажется? Напишет завещание на Херёна или родится новый наследник?       — Ну, а если будет «если», то придётся моему любимому папочке отправится вслед за любимым сыночком. Всё просто, — пожал плечами Яннён.       — Принц Яннён, тише, пожалуйста. По-моему он очнулся.       Двое мужчин обернулись на всхлипывающего парня. Далее он услышал оглушительный, раздирающий сердце и душу, смех брата и последнее «Мертвые не разговаривают. Заканчивай с этим». Ровный стук каблуков величественного первого Принца он не забудет никогда. Словно страшная песня, он будет преследовать его на том свете до самого конца.       Парень открыл глаза, когда его резко дёрнули на себя. Он еле смог сдержать крик. Перед ним было не молодое лицо охранника брата, а отвратительная волчья морда, из пасти которой разило гнилью.       — Зачем я вам нужен? — промямлил напуганный юноша. Будь он в себе, он бы никогда не задал настолько глупый вопрос. Он не знал, что говорить и как реагировать. А надо ли? Не легче ли пустить все на самотёк, отдаться течению судьбы? Если ему была уготована именно такая смерть, то он не будет ни о чем жалеть. Он многого не сделал, но и ничего не потерял, нигде не ошибся. Не было в Чосоне такого человека, который бы по-настоящему оплакивал смерть младшего Принца Ли До. Отец? Для того чтобы стать Королём, ему самому приходилось марать руки в крови. Народ запомнил его жёстким и властным правителем. Смерть младшего сына он с легкостью перенесёт. Мать? Жива ли она ещё? Он даже лица её не видел. Похоже, это единственное, о чем стоило сожалеть перед смертью. Слезы смешались с кровью. Во рту чувствовался металлически-соленый привкус. Хотелось рвать от бессилия и несправедливости. «Как так?»       Ответом ему послужило рычание. «Ну вот и всё», — подумал Ли До. — «Это конец». А дальше…       — Хён…       Беспросветный мрак.       — Тогда сделаем это вместе? — послышался мелодичный юношеский голос, на который хотелось ответить согласием. Парень бы всё отдал, лишь бы услышать его снова.