D

Н-нанах! Удар меча был сокрушителен для врага – однако, мне пришлось поменять местами входной и выходной шланги и изменить направление изгиба крыльчатки. Чтобы меч резал врага удобнее – ощущения от этого были непередаваемы. Он вгрызался в плоть драугра, при этом стремился улететь вперёд, поэтому рукам было приятно удерживать клинок и с лёгким нажимом он прекрасно вибрируя входил в давно мёртвую плоть древних нордов, прорезая их. Чувствовалась обузданная мощь внутри клинка. Первый же удар я нанёс наискось, клинок не требовал удара как такового – наоборот, удары ему вредили, поэтому и замах не нужен был – удар драугра я принял на наруч – его топор ударился о толстую драконью кость и только слегка пошатнул мою руку. Зато ответный удар пришёлся ему в левое плечо и меч завизжал особенно громко, я только наблюдал, как легко с нажимом он входит в драугра. Словно остро заточенный нож против мягкого свежего мяса – практически без сопротивления. Драугр был разрезан от плеча до нижнего ребра с другой стороны и рухнул передо мной двумя половинками. Следующий уже бежал ко мне и замахивался – я отскочил в сторону от его удара и без замаха врезал клинок ему в пузо – располовинил вообще без проблем. Таким оружием и воевать приятно. Убрал пар и бшено бегущие по лезвию зубья из драконьей кости потихоньку вращались под действием инерции – ведущее колесо у цепи довольно массивно и сразу не останавливается. Фаркас же в это время добивал третьего Драугра своим большим стальным двуручником – вот это мужик! То же самое – только один удар и драугра словно кусок мяса топором разрубает, по одному удару на каждого. Он задал трёпку третьему драугру и обернулся ко мне: – Ты неплохо сражаешься. Пойдём дальше. – Как скажешь. Пошли. Путь через узкие коридоры уже был предоставлен мне – и это оказалось правильно. Когда в этом самом коридорчике на меня полез драугр – мне не нужен был замах, чтобы броситься к нему и выставить вперёд себя меч. Приятно биться цепным мечом – в отличие от других не появляется ощущения, что ты дерёшься стальной острой хренью. Это похоже даже не на меч, а на резку металла или дерева пилой – пила вырывается из рук, летят повсюду щепки, крошка, искры от соприкосновения металла и режущей кромки, и с небольшим нажимом материя поддаётся и распиливается. А ещё меч при этом не просто движется, он стремится вырваться из рук и неплохо чувствуется. Гироскопический момент же, плюс вырывается вперёд, словно сам стремится побыстрее и поглубже врезаться в вражескую плоть, так что кончиком врага поддел – и его меч сам тащит к себе и не даёт отскочить назад – чем больше враг отшатывается, тем ему хуже. Так мы прошли ещё два коридора, пока наконец не добрались до решётки и относительно большого зала. Ну это терпимо – Соратникам нужно прочесть лекцию по поводу вреда даэдра. Думаю, им это будет нужно. Поэтому я не стал менять ход событий и просто зашёл за решётку. Тут был рычаг, большой каменный, который уходил к какому-то механизму, который должен быть наверху. Ах, эти прекрасные макромеханизмы нордов – большие, внутри стен, ловушки с рычагами, разводные мосты и так далее… – Похоже, это ловушка, – сказал Фаркас, – погоди, тут где-то должен быть второй рычаг. Однако, не дождался. – Стоять, псина, – я наблюдал за приближением бандитов из клана серебряной руки. Ну, я то про них знал. Фаркас их тоже учуял и услышал и обернулся. Бандиты окружили его – их было пятеро, с оружием наготове. Орк и четыре человека. Последовала словесная пикировка с содержанием крепкого мата и обещаний мучительной смерти, после чего Фаркас, как я и ожидал, начал превращаться в вервольфа. Отвратительное зрелище, скажу я вам! Он преобразился и легко раскидал пятерых воинов – могучие лапы с когтями с одного удара отбрасывали врага с отвратительными и смертельными ранами. А вот удары врагов были ему не так страшны – он был быстрее врага, и реакция тоже улучшилась. Как только закончилось – убежал, и вскоре решётка, что отделяла меня от побоища, открылась. – Хорошо, – я размял плечи, – засиделись мы здесь. Кто это был? – спросил я у Фаркаса, который уже преобразился обратно. К слову, его броня была немного порвана при преображении, так что сейчас он стягивал стальную броню с одного из противников в костюме адама. – Воины серебряной руки. Они не терпят нашего благословения, считают нас кровожадными зверьми, – сказал Фаркас, – охотятся на нас. – Благословения? – Ты же видел, – он натягивал штаны, – мы вервольфы. – Это не благословение. – Что как не оно? – Это сила, взамен которой нужно отдать слишком многое, – вздохнул я, – Даэдра, такие как Хирсин, используют это, чтобы соблазнить смертных и заполучить их души. Ликантропия, вампиризм, и многое другое, что дают даэдра – это мелочь по сравнению с тем, что нужно за это заплатить. Да, это даёт тебе силу – но сила не бывает бесплатна. И когда ты поймёшь, какова цена – эта сила покажется тебе смехотворной за такую цену. Фаркас думал. Скрипел извилинами. – Какая цена? О чём ты? Да, тугодум. – Душа, Фаркас. Плоть это лишь кусок костей и мяса. Драугры тоже имеют плоть. То, что делает тебя тем, кто ты есть. Твой разум, твоя воля, твои желания и твои мечты. Всё это твоя душа, и всё это отберёт Даэдра, сделав тебя своим слугой. Фаркас был впечатлён сказанным: – Мне не говорили, что от этого будет столько проблем. – Да. Даже Кодлак считает свою ликантропию – не более чем невозможностью попасть в Совнгард. Но служба Даэдра – это нечто намного страшнее. – Но ты ведь довакин, разве нет? – Моя душа – душа дракона. Она дарована мне Акатошем, и я знаю цену. Я согласился с этой ценой. Фаркас подумал немного: – И сколько же стоит становление довакином? – Служение, Фаркас. Моё имя значит Страж Свободы Душ. Я делаю то, что должен делать – защищаю души смертных от Даэдра, стремящихся их заполучить. И ещё некоторые вещи на благо людей, чтобы не дать произойти чему-то очень плохому. Такому, например, как в Морровинде, когда взорвалась красная гора. Я служу великой силе, чтобы защищать людей. И считаю это честью, которая мне оказана. – Звучит красиво, – сделал своё заключение Фаркас, беря меч с земли, – я подумаю над твоими словами. Но сейчас – мы должны добыть обломок Вутард. – Не будем терять время. * * * Дальнейший наш путь лежал через катакомбы, заполненные драуграми и бандитами. Но на этот раз я уже не стеснялся использовать шёпот ауры и магию – пусть соратники это и не одобряли. Идя по катакомбам – полезно держать при себе магию восстановления – одно из заклинаний воздействовало на нежить – магия восстановления разрушала саму магическую структуру драугров, которые были запитаны, как я понимал, от крошечных камней душ, которые в них помещали при мумификации. И чем сильнее была магически душа, тем сильнее получался драугр – от самых простеньких, до мумифицированных военачальников, на которых тратили самые дорогие и большие камни душ. Наконец, когда мне это уже начало надоедать – мы вышли через дверь в древнюю крипту – помещение, заполненное саркофагами, здесь же была стена слов и постамент с осколком секиры, если мне не изменяет мой склероз. После того, как обломок будет взят – драугры пробудятся – такова ловушка. Фаркас, прежде чем я успел что-то сказать – схватил обломок в руки. – Он у меня, – сказал он довольно. – Чёрт. Драугры. – А что нам драугры? Магические всплески подтвердили, что оные зомби-норды начали пробуждаться. Я только и успел, что обернуться и ударить первого бегущего на меня драугра. И началось! И правда, битва была тяжкой – по моей броне ударил драугр молотом, даже немного сдвинув назад, я в ответ его жахнул молнией, от которой драугр отлетел и затих. Следующий получил удар мечом по груди – железная драугрская броня не выдержала и меч прорезав её, нанёс фатальный удар. Но на меня уже бежало двое, а Фаркас отбивался от троих, не меньше. Началась свистопляска! Я отпрыгнул назад и ударил ближайшего драугра огненным шаром – взрыв разбросал всех троих и позволил мне прикончить двух встающих. И я поспешил на помощь фаркасу – но зря повернулся спиной – мне тут же в неё прилетел удар мечом от подбежавшего трупа. Отмахнулся и срезал ему обе руки, которыми он держал меч. И побежал дальше – набросился на драугра со спины – меч прошёл его как масло, насквозь, развалив надвое. Фаркасу стало полегче отбиваться и он быстренько прикончил сначала одного, потом и второго противника – я в этот момент обернулся и что есть мочи крикнул "Фус-ро-да" в сторону целого ряда закрытых саркофагов. Их снесло, как я и предполагал, развалило в клочья. Саркофаги вместе с драуграми внутри сплющило. Следующий удар был нанесён уже магией – заклинание пламени, в которое я вложил побольше сил, ударило как огнемёт на добрый десяток метров, дав широкую струю, выжигающую трупов одного за другим. Главное – побольше магии вложить, тогда и эффект будет сокрушительным – двух трупов на месте подожгло. Третий получил "Йол" и загорелся весь, и сгорел, не добежав до меня, рухнул обугленной кучкой. Фаркас расправился ещё с одним, и мы остались вдвоём и в тишине. – Кажется, драугры кончились, – сказал громила, – нам пора возвращаться. – Постой. Я, кажется, знаю короткий путь. Сверху на Каирн светило солнце. Это определённо было подземное помещение, а над нами – световой колодец. То есть мы чуть ниже уровня земли. Попросив Фаркаса отойти подальше, я что есть мочи ударил криком фус-ро-да прямо вверх, по этому оконцу и метнулся с помощью "вульд" подальше – за моей спиной рухнул потолок, или его часть. Крик взметнул землю и камни высоко в небо и они рухнули, разрушив и часть потолка. Мы находились в углублении, но в пяти метрах под уровнем земли. Зашедший в зал обратно Фаркас оглядел разрушения – в центре, где был обломок, лежала гора земли и камней. Небо над головой. – Теперь надо придумать, как мы отсюда выберемся. – Я уже знаю, как. Немного магии изменения. Я превратил часть камней в железо и с его помощью сделал лестницу, приставил к стене. – Полезем наверх. * * * Однако, нет покоя грешникам. Едва мы вышли из Каирна – послышался странный звук. Я его узнал сразу – такой раскатистый. Это был крик дракона. И если я прав… Фаркас не обратил на этот звук особого внимания, хотя его вервольфье чутьё уж должно было как-то отреагировать. Я бросился к грузовику, надеясь успеть – бежать было недалеко, но тяжёлая броня не располагала к спринтерским способностям. Дракон приближался к нам со стороны гор, быстро, очень быстро… и тут он крикнул фус-ро-да. Однако, не в меня, а в грузовик – несчастный транспорт перевернуло и потащило по земле, он был испорчен. Ах ты ж сволочь крылатая! Как же так можно то? Это же был мой единственный транспорт! Дракон летел снижаясь и набирая скорость, и тогда я остановился – решил ходить с козырей и ударил по дракону смертным приговором – крик застал Дова в воздухе и явно ему не понравился. Дракон сделал вираж над моей головой и сам крикнул – но я успел среагировать и отпрыгнуть в сторону с помощью вульд – там, где я стоял, прошёлся огненный смерч и выжег всё. Я потянулся к магии ока и собрав как можно больше, пока мог ею управлять, ударил дракона молнией – он был недалеко от меня, и удар огромной силы очень неплохо встряхнул крылатика. Он зарычал и бросился в мою сторону, крикнув по пути фус – но я выстоял против его крика. Нужно было срочно что-то придумывать, защита дракона ослабела. Он вот-вот сам снимет мою и тогда всё пропало. Йол-ту-шу! – огненный крик пронёсся болидом и ударил в торс дракона. Огонь поднял такой же огненный вал, который прошёл метров сто по земле, выжигая землю и плавя камень, но главное – дракон разозлился и ответил мне криком высасывания жизни. Я не успел среагировать и почувствовал слабость, но надо было что-то делать, надо! Я бросился к дракону с криком вульд и ударил цепным мечом по морде, целясь в глаз. Разогнанный до максимальной скорости меч вспорол драконью чешую – удар я совместил с криком, поэтому сила у него была огого-какая. Дова ответил клацаньем челюсти, которая сомкнулась на моей правой руке, смяв наруч. Сила челюстей у дракона – дай бог каждому! Я снова черпал магию из ока магнуса и на этот раз вложил все силы и всё своё мастерство в заклинание изменения, чтобы укрепить наруч и не дать скотине откусить мою руку. Он попробовал и не сумев, отбросил меня, я же держался за меч и отлетел в сторону, заодно знатно резанув по морде дракона. Меня спасла надувная подбивка доспеха, которая погасила силу удара о камень, воздух – субстанция упругая, да ещё и распределившая нагрузку удара по телу, хотя синяк должен быть на всё тело. – Йол! – полетел мне в догонку крик. Я вскочил и решил принять крик на броню – собрал все силы, что у меня были и вложил их в заклинание и крик: – Волас-туз-Араг! – мой крик, составленный из известных мне слов, нанёс дракону сильную рану – он закричал и припал к земле. Но я решил добить дова и ударил что есть силы магией молнии – настоящий ад из молний обрушился на дракона, которому не было конца – я вкладывал в него всё больше и больше энергии, стремясь прикончить дова… пока тот не закончил подавать признаки жизни и не затих. Труп дракона объяло пламя, после чего от него осталась только чешуя и кости – дракон пал, его плоть сгорала, а я почувствовал энергию, что притягивалась моей душой и росла, это было очень кстати. Однако, перенервничал я неслабо и дракон меня изрядно побил, так что думать обо всём этом уже не было сил – я рухнул на землю и решил немного отдохнуть. Дать телу восстановиться. * * * Хорошее, однако, дело – крепко поспать. Люблю поспать, отдыхать всегда приятно. Перед глазами по пробуждению было небо скайрима – облака и бескрайняя синева, дул приятный прохладный ветерок. Обнаружил я себя лежащим на небольшой походной лежанке. – Ты проснулся? – хриплый голос Фаркаса. – Фаркас. Ты цел? – Цел, к счастью. Что это было? Почему дракон напал на тебя? – Драконы вообще иногда нападают, а на меня особенно, – пожал я плечами, сладко зевая и потягиваясь, – сколько я валялся? – Не знаю точно. Пол дня точно прошло. – Это хорошо. Так, – я поднялся, – а где наш грузовик? Мы что, пешком до Вайтрана топать должны? – Грузовик разрушен, – сказал Фаркас, – вот он. Хм. Слона то я и не приметил – Фаркас разбил лагерь прямо рядом с перевёрнутым грузовиком, так что он был прямо у меня за спиной. Ох, я просто комедиант какой-то… Нда, досталось тебе, малыш. Раму погнули, все системы разбили, хорошо хоть силовое ядро забронировано десятисантиметровой зачарованной сталью и его даже криком не разрушить. Поэтому я поднял телекинезом грузовичок и тут же приступил к его ремонту. Фаркас чего-то жевал у меня за спиной, пока я приводил в порядок наш транспорт. – А где цепной меч? – Он здесь, правда, сломан, – ответил Фаркас и вернулся к трапезе. Поправить погнутое – дело пяти минут, чуть сложнее – поправить погнутый двигатель и вернуть всё на свои места. Я поставил грузовик на колёса и достав компрессор, накачал их. Ну вот, вроде бы и всё. Когда закончил – Фаркас уже собирал вещи и закидывал их в кузов. – Ты храбро сражался, – сказал он, когда закинул спальники, – никогда бы не подумал, что кто-то сможет в одиночку победить дракона. Но ты смог. – Да, это было непросто, – подтвердил я, – но нам пора доставить обломок в Йорвасскр. Нас, наверное, уже заждались. Обратный путь до Вайтрана пролегал по долине, это не экстремальное, но бездорожье и пришлось ехать медленно, в свете фар. Так что к тому моменту, как стемнело – мы уже подъезжали к городу. Я поставил машину около стен города и накрепко закрыл двери. Дальше – пробежка пешком. Ох, кажется, здоровье у меня восстановилось после этого забега, но всё равно – было тяжко, броня помята, кости дракона на наруче потрескались и пришли в полную негодность. В Йорвасскр мы с Фаркасом вернулись победителями – Фаркас вручил обломок Кодлаку, правда, без помпы. Да и встречали нас без оркестра – Кодлак сидел на своём любимом кресле и взял обломок, после чего поблагодарил Фаркаса и послал его отдыхать. А меня – пригласил подойти поближе. Когда шаги стихли, Кодлак обратился ко мне, его серые глаза стали ещё тускнее, а вид говорил о том, что старый воин волнуется. – Проходи. Теперь я уверен, что ты сумеешь сделать то, что должен. Гленморильский ковен ведьм – один из древнейших. Раньше они имели влияние по всему тамриэлю, но больше на Хайрок. Сейчас его жалкие остатки притаились в скайриме. Давай я покажу тебе на карте… Кодлак оставил пометку на карте, которую я ему протянул, после чего сказал: – Отправляйся туда. И принеси мне их головы! – Хорошо. Мне нужно немного подготовиться – ведьмы опасные противники. – Конечно, конечно же подготовься как следует. Загляни к Йорлунду. * * * После такого напутствия идти войной на ведьм меня остановил Вилкас, когда я поднялся наверх. – Подожди, Валок. Ты прошёл испытание и если правда то, что говорит Фаркас – а он не лжёт, то ты значительно превзошёл наши ожидания. – И что же сказал Фаркас? – Он сказал, что ты убил дракона, – заявил Вилкас, – в это с трудом верится, но мой брат не умеет врать. Да и это не принято среди соратников. Ты правда зарубил дракона мечом? – Всем, чем только мог. И мечом ему морду раскроил, и молнией ударил, и криком. Дракон – не тот противник, которого можно победить только грубой силой, какой бы большой она не была. – Понимаю. Иди за мной – прежде всего – один небольшой ритуал, не беспокойся, он не отвлечёт тебя от работы. Ты уже нашёл себе работу? – Да. Кодлак отправил меня прирезать гленморильский ковен. – Нда… это сложная задача. Может быть – тебе понадобится наша помощь? Мы с радостью пойдём на ведьм. – Благодарю, но нет. Я буду очень неаккуратен и поэтому предпочту сражаться в одиночку. – Хорошо. Но если что – не стесняйся обращаться. Как же я забыл – небольшой ритуал посвящения в соратники. Кто-то сбегал за Кодлаком и мы вышли на задний двор Йорвасскра. Тут собрались, по-моему, все видные люди. Кодлак во главе и остальные встали в круг. Ритуальные слова я знал наизусть – много раз в игре вступал в соратники, но по-настоящему…это совершенно другое! Соратники, как я уже говорил – не хрен собачий и не гильдия наёмников – это прославленный и известный на весь тамриэль орден. Так же, как известны морровиндские убийцы из Мораг Тонг или Клинки. Вот только соратники по уровню почёта переплюнули оных – ведь вступить в их кучку мог любой искусный воин. И среди них не было случайных людей – тысячи воинов со всего Тамриэля приходили в Вайтран ежегодно и только единицы из них удостаивались чести стать соратниками. А внутренний круг – это самые известные и самые сильные воины всего Тамриэля. Поэтому я с трепетом слушал эту речь, корни которой уходили в глубину веков. И вот, наконец, меня признали своим. Но не спешили расходиться – Кодлак спросил у Фаркаса: – Фаркас. Ты говоришь, вас подстерегли бандиты из Серебряной Руки? – Да, старик. Их было не слишком много. – Значит, они знали об обломке Вутард. Или даже сами разместили его туда. Но скорее всего – нашли его первыми. Серебряная Рука становится опасной для нас. Я слышал, что они обосновались в Висельной Скале. – Прошу прощения, – прервал я их, – но в Висельной Скале больше нет серебряной руки. Месяц назад я захватил это место, вместе с моими людьми перебил всех бандитов и построил там форт. – Хм… – Кодлак сложил руки на груди, – Занятно. Значит, они могли посчитать, что это мы их атаковали. Так оно и есть – ты же теперь один из нас. Поэтому они восприняли это как акт войны. – Это и было актом войны. Но не со стороны соратников. Я поддерживаю ульфрика и с его Братьями Бури. Они виноваты лишь в том, что заняли стратегически важный пост в этой войне. – Соратники не вмешиваются в политические дрязги в Скайриме, – заметил Кодлак, – и не выступают ни на стороне Ульфрика, ни на стороне имперцев. – Я тоже не выступаю на стороне Ульфрика. Это он – встал на мою сторону. Уверен, расскажи я вам все тонкости дела – вы тоже не останетесь в стороне. – Тонкости чего? – Моей миссии. Моей службы в Нирне. Я делаю всё то, что делаю – не ради собственных амбиций, а потому что должен предотвратить катастрофу. Катастрофу, которая может погубить весь Тамриэль. Так же, как красная гора погубила Морровинд. Башня белого золота – не просто постройка, это могущественнейшее в Тамриэле место силы. Эльфы, захватив её, создали условия для катастрофы. – Извержение? – спросил Вилкас, который стоял около стены. – Не думаю. Но результаты могут быть непредсказуемыми и ужасными. Землетрясения, засухи, мор, что угодно. Башня Белого Золота – одна из великих башен Нирна – место, которое делает реальность вокруг себя такой, какой её хочет видеть обладатель ключа башни. Такова была задумка от самого основания Нирна – пока драконорожденные императоры правили Сиродилом и владели ключом башни – амулетом королей – Сиродил был процветающей провинцией с мягким климатом, там не случалось природных катастроф. Наводнений, обвалов, засух, землетрясений… И именно поэтому Сиродил и имперский город – были центром всей цивилизации Тамриэля, сколько бы империй не сменилось. После того, как Эльфы уничтожили фундамент, на котором стояла империя – Древние Свитки, Башню, Талоса, Клинков и гильдию магов – Империя обречена. Ибо всё, что я назвал – и есть основа империи, её суть. Я здесь для того, чтобы предотвратить эту катастрофу и не дать ушастым даэдрапоклонникам уничтожить мир! Ульфрик, гражданская война, даже возвращение Алдуина, короля драконов – это лишь второстепенные вещи, отголоски главного события – выключения башни белого золота, разгона клинков и гильдии магов, запрета поклонения Талосу, который поддерживал империю даже после того, как стал одним из Аэдра. Я служу своей цели – защитить Нирн от катастрофы и выбить эльфов обратно на их остров. Если кто-то из Соратников захочет помочь мне – я с радостью приму эту помощь. Но я не в праве требовать её, даже если стану Императором. – Охохо, – Сказал Скьор, – а амбиций тебе не занимать. – Я делаю это не потому, что хочу. Если бы был другой довакин, который мог бы активировать башню и стать её смотрителем – я бы с радостью отдал эту ношу ему. Мне были дарованы знания драконьего языка, сила дракона и знания о том, как активировать башню и создать новый ключ. Это касается и Морровинда – только я могу превратить эту пепельную пустыню вновь в процветающий край. Создав новый ключ для Красной Горы. – И поэтому Ульфрик Буревестник встал на твою сторону? – Да. Я на стороне Империи – Империи, в которой Башней Белого Золота правит драконорожденный император, защищая местность от природных катастроф, где клинки хранят древние секреты, Жрецы Мотылька – предсказывают будущее, и за всем этим приглядывает сверху отец-основатель империи – Тайбер Септим. То, что есть сейчас… Это не империя. У этого государственного образования нет права называть себя империей, нет права быть наследником той империи, которая была когда-то. – Что скажешь? – спросил у Кодлака Скьор, – наш новый рекрут обладает не только силой, но и обязательствами перед богами. – Я на его стороне, – заявил Кодлак, – такие люди, как довакины – не рождаются просто так, случайно. Это благословение богов. И всё же – это ваше дело, согласитесь ли вы помочь ему или нет. А теперь – я посылаю Довакина в Гленморильский ковен. Отправляйся туда и принеси головы всех ведьм, которых встретишь. * * * * * * Соратники выслушали мою историю и я покинул Йоррваскр. Это было замечательно – мне хотелось поспать и отлежаться в Гарцующей Кобыле. Поэтому прямиком из зала Соратников я направил свои стопы в Кобылу, но прежде – осмотрел корабль, из которого был сделан Йоррваскр. Насколько я знаю – это был корабль атморцев по имени Йоррваскр, который приплыл в Тамриэль вместе с Соратниками, они на руках притащили его в Вайтран и сделали своим домом. Для Соратников Йоррваскр – это не просто помещение, это священное место. В Йоррвасскре нет случайных прохожих, это место – храм нордских традиций. За Йоррваскром находилась небесная кузница – гигантская статуя птицы, внутри которой чувствовалась могущественная магия, глаза и клюв птицы горели, словно вечный огонь. Это место – не просто какая-то мелочь, могущественная магия пронизывает кузницу. И мне нужно получить доступ к ней. Поэтому я, осмотрев это замечательное сооружение Аэдра, скорее всего, вышел прочь. Корабль "Йоррваскр" не сгнил за многие тысячелетия из-за могущественной магии, наложенной на него. Легенды говорят о Сталгриме – льде, который древние норды зачаровывали, превращая в прочнейший материал, равного которому нет во всём Тамриэле. Это в игре доспехи поглощали часть урона – на деле то, что я слышал о Сталгриме – это то, что его нельзя разрушить никакой киркой, никакими, даже самыми острыми инструментами. Поэтому я изучал чары неразрушимости, мне было интересно, как из обычной воды можно сделать материал, по прочности многократно превосходящий сталь. Возможно, Сталгрим мог бы стать основой для новых доспехов – слышал, что наложенные на него чары холода много сильней. Защита от холода, урон холодом… Но пока что я просто осмотрел небесную кузницу и осмелился почувствовать её силу, и корабль, который был зачарован древними Нордами. Кое-где его доски уже развалились – но явно не от старости. Мне это было интересно и очень важно, поэтому я решил спросить как-нибудь у Толфдира. Надо узнать – как он там? Анкано уже пробовал заполучить себе Око? Если да – то ушастого ждал сюрприз. Я по поводу этого сюрприза специально заморочился и потратил немало сил, но если выгорит – Анкано лишится не только магии, но и его нехило измордует магией. Путь до Гарцующей кобылы был быстр. – Хозяюшка! – Да, да, – из-под стойки вылезла девушка, – Ой, Валок, это вы? – Изольда?