D

Вокруг нас начали пробуждаться драугры – часть их смело моим криком, но большая часть… саркофаги стояли по кругу на верхнем ярусе и снизу, где горел огонь, не были видны. Серана не стала лишний раз чесать языком и атаковала ближайшую нежить высасыванием жизни, а я – достал из-за пояса цепной меч. Молниями бить нельзя – девушку ослеплю, криком – тем более, придётся резать их по-старинке. Единственный крик мне в помощь – замедление времени. Замедлил и когда вокруг стало серо и уныло, я поспешил в сторону ближайшего драугра, разгоняя меч. В замедлении его скорость казалась не такой уж и большой, но всё равно, когда вокруг всё словно в киселе, стремительно летящие зубья цепи кажутся единственным нормальным объектом. Заодно можно в замедленном времени увидеть процесс их работы – аккуратно врезал пилу в драугра, меч прошёл через него с лёгким нажимом. Развернулся – крик "Вульд" перенёс меня к следующему Драугру в другой части Амфитеатра – режущий удар мечом располовинил его. Серана сражалась с довольно опасным противником – на драугре была полная броня, в руках секира. Я вытащил из-за спины винтовку, убрав меч и выстрелил в голову нежити. Драугру, а не Серане – башка разлетелась как арбуз под катком. Следующий выстрел – в драугра наверху. Их тут было полсотни, наверное. Я начал отстрел бегущих на Серану мертвяков – одного за другим. Винтовка на маленькой мощности и с большими снарядами имела отличное ударное действие. И что ещё приятней – скорострельность повывшалась, можно было сделать пять выстрелов в секунду. Поэтому я отлично ушатал всех оставшихся из винтовки. * * * Когда мы с Сераной подходили к залу дозора, я услышал с той стороны звуки, шум голосов. И приготовился к битве, проверив шёпотом ауры присутствующих. Восемь человек, причём, именно человек, а не вампиров. Вампиры ощущались как нежить и аура у них была соответствующая. Это в игре шёпот ауры показывал туманную дымку на месте человека – жалкое подобие реальности! По ауре человека можно было узнать очень многое. Магическую и жизненную силу, связь с даэдра, негативные магические эффекты, и многое другое, что отражается в ауре, то есть окружающей человека остаточной энергии. Я вышел к ним, спрятав меч в ножны. И не ошибся – это были Соратники, бойцы в доспехах обшаривали зал дозора – крупную деревянную постройку, что-то среднее между поместьем и фортом. Когда заметили меня – старший вышел мне навстречу. – Предвестник, – кивнул воин, – Охотница послала нас встретить тебя и помочь, если понадобится. – Эйла невысокого мнения о моих возможностях, – хмыкнул я, – благодарю, но помощь не понадобится. Пока что. Возвращайтесь в форт и скажите, что вампиры что-то затевают, я попробую выяснить обстоятельства. – Как скажешь, – ответил командир, – эй, ребята, собираемся обратно! Бойцы ушли вниз, а я махнул рукой прячущейся за камнями Серане. – Серана! Давай выходи. – Ух, – она вышла из-за скалы, – кто это был? – Соратники. Открыл дверь вертолёта перед девушкой. Хех, надеюсь, она не такая пугливая, как Дельфина. Серана уместила пятую точку на месте второго пилота и оглядывалась по сторонам. Её можно понять – транспорт очень необычен как с точки зрения технологий, так и в целом, внешне. Поэтому когда я запустил двигатели, она спросила: – Мы полетим? – Совершенно верно. Поглядывай в небо, тут могут встречаться драконы. Она посмотрела вокруг – сморщилась от ярких лучей солнца и сильнее надвинула на глаза капюшон. Гул двигателей поднялся мгновенно и мы плавно оторвались от земли, медленно поплыв по небу в сторону северного моря. Серана ткнула мне на карте, где находится их замечательный замок. Я украдкой осмотрел девушку – в игре её любили все, а так… в жизни – не вижу особых причин её любить. Ну да, с деспотичным отцом, семейными тайнами, непосредственная, но это ещё не повод играть в рыцаря, спасающего несчастную овечку. Она вампир – а вампиром не становятся просто так. Вертолёт набирал скорость быстро и вскоре мы уже неслись над снежными просторами Скайрима. – Должно быть, мы быстро доберёмся. – Скорее всего. Значит, ты впала в спячку до таинственного исчезновения Двемеров? – Да, не помню, чтобы с ними что-то такое происходило. – Исчезли. Заигрались с божественной энергией и в один момент просто исчезли все, словно испарились, не оставив и следа своего исчезновения. – Туда им и дорога. Чванливые и считающие всех, кроме себя недостойными их знаний и великой мудрости. – Пожалуй, это было лишь вопросом времени, – кивнул я, – можешь поделиться секретом? Что у вас произошло? – Я бы тоже хотела это знать, – Серана замкнулась. – Не бойся, если я не убил тебя до сих пор, то и впредь не собираюсь. – За мою "семью" ты не можешь ручаться. – Выход есть всегда. Даже если тебя проглотили – есть как минимум два варианта. Не просто так же ты столько сидела в этом гробу в обливионе и потом сразу же хочешь вернуться к своей семье? Зачем и от кого тогда ты пряталась? – От отца, – Вздохнула девушка, отвернувшись, – это конечно долгая история… Наша семья всегда была последователями Молага Бала. Мой отец однажды нашёл одно пророчество в древнем свитке, которое утверждало, что настанут времена и вампиры не будут бояться солнца. – Хех. Глупость какая. – Не сказала бы. Раньше семья была дружной, ну, относительно, но после того, как отец нашёл это пророчество он изменился. Он стал одержим им. – Понятно. Ну а что вы ожидали? Даэдрапоклонники все рано или поздно сходят с ума по-своему. Не думаю, что решающую роль в его характере сыграло пророчество. Оно было лишь камнем, который начал лавину, такое состояние характерно для всех даэдрапоклонников. – А ты не очень то любишь Даэдра, как я погляжу. – Ненавижу. И собираюсь взяться за них всерьёз. Насколько я знаю – все последователи Молага Бала одержимы собственной силой и могуществом. Из-за специфичности его влияния – долгожительства, последователи Бала постепенно утрачивают человеческие чувства и ценности. Для них перестаёт что-либо значить семья, верность, любовь, только жажда стать сильнее и покорить других. В конце концов, сколько не бегай, а Даэдра не идиот, чтобы выдавать свою силу смертным. И когда скотинка в хлеву откормится пожирнее – пойдёт на убой. Забавно, что вампиры считают смертных своим кормом, хотя сами стоят в хлеву и откармливаются для даэдрического принца. – Ты думаешь, отец не в себе? – И ему точно не стало лучше, – кивнул я, – скорее всего ты застанешь ещё более деспотичное существо, чем то, чем он был раньше. Впрочем… не мне тебя отговаривать – если будет угрожать – я его порву. – Ты слишком наивен. Отец сильнейший из вампиров. – Знаю. Сколь бы он не старался – он всего лишь смертный. – Я бы так не сказала. Отец древний и могущественный вампир. И я немногим моложе. – Способность не стареть и бессмертие – две большие разницы, Серана. Впрочем, кому я это говорю? Значит, он стал одержим пророчеством – тогда как ты оказалась в том гробу? – Ах, да. На протяжении многих лет и даже веков моя мать мешала отцу, пыталась удержать его от фанатизма. Но не смогла – тогда она сбежала, прихватив с собой древние свитки. Один забрала с собой, а второй – остался у меня. Она запечатала меня в крипте ночной пустоты. От старой крипты там остался только алтарь в центре пещеры, конечно… – Понятно. Похоже, её не очень заботило твоё мнение, раз сразу после пробуждения ты хочешь прийти и принести свиток отцу. – Нет, ты всё не так понял, – Серана тряхнула головой, – хотя… возможно, ты прав. Мне не стоит надеяться на то, что отец образумится за столькие века. – И уж тем более вряд ли он ищет тебя, потому что воспылал отцовской любовью. Ему нужны свитки. Если вампиры перестанут бояться солнца – это может стать проблемой и главное – угрожать свободе душ людей. А этого я не могу так оставить. Как можно остановить твоего отца? – Не знаю. Но я хочу убедиться, что ты прав. – Хорошо, не буду тебя отговаривать. Я знал, что Серана вернётся в форт стражи рассвета. Путь от Волкихара до форта – возможно, самый длинный маршрут в Скайриме и должен занять не меньше нескольких недель. Поэтому не стал гнать лошадей и вернулся в Златоцвет, оставив девушку около её замка. Не будем лезть в логово к вампирам без нужды – вместо этого я поспешил с полной скоростью через весь Скайрим к своему поместью. И уже вечером приземлялся на плацу Златоцвета. Замок ожил, в окнах горел свет, во дворе было полно народу. Бывшая гильдия воров, мои солдаты-соратники, которые их тренировали, Дельфина с Эсберном… и ещё солдаты от Ульфрика – полсотни человек, которые несли патрульную службу в замке и следили за окружающей обстановкой. Я вышел и немедля направился в свою комнату в замке, по дороге зайдя к Клинкам. Застал читающего что-то нескольким бывшим ворам Эсберна. Кажется, он просвещал их относительно истории Клинков. Работа это была сложная, превратить бывших воров в компетентных агентов. Пора мне немного вздремнуть и подумать хорошенько над дальнейшими действиями… Ещё наполеон говорил, что бог на той стороне, у которой больше артиллерии. Какова роль артиллерии в современных моему миру войнах? Её трудно переоценить – появление личного огнестрела и главное – артиллерийских орудий, в корне изменило тактику ведения войны. Маги не могли заменить артиллерию – они её и не заменяли, потому что маги хоть и обладали способностью хорошо экипированного пехотинца с гранатомётом и пулемётом, у них были свои минусы и главное – дальнобойность. Дальнобойность магии была ничтожно малой – из-за рассеивания заклинаний с увеличением расстояния. Пехоте не хватало ударной силы. Тем не менее, тактика линейного боя и построений черепахой тут не прижилась и не появлялась вообще – одно меткое заклинание могло вывести толпу скученных бойцов, поэтому строевой подготовки тут не было в принципе – слишком глупо сбивать бойцов в одну кучу и лишать возможности быстро уклониться от заклинания. Мне нужна была артиллерия – как дальняя ударная сила, способная навести шороху как на поле боя, в осаде и обороне крепостей. Ведь моей следующей целью было завоевание империи. Как бы силён не был лично я – армию это сильнее не сделает. Нужно было научиться использовать артиллерию. Это та самая сила, которая могла навсегда изменить характер местных войн и сделать их более технологичными. Хотя в Нирне, кажется, даже Двемеры не были полноценными технократами. Чтобы оценить артиллерию по достоинству – нужно начинать разговор с казнозарядных нарезных орудий, способных послать шестидюймовый снаряд на пару лиг, поэтому даже если кто-то и изобретёт пушку – его засмеют… или нет. Не знаю, но магия портит всю малину, ведь один маг может бабахнуть не хуже трёхдюймового снаряда, да и магический посох может, а эта штука куда удобнее гранатомёта! Но прямой наводкой и на километр максимум – обычно в войнах большего и не нужно. Мои артиллерийские познания трудно назвать глубокими, можно сказать – любитель всего железного. Как устроен затвор пушки я знал в общих чертах, тем не менее, не мог его повторить один-в-один. Моей целью с утра стало копирование гаубицы Д-30. Прежде всего – её лафета, который позволял вести круговой обстрел, и затвора. А сама пушка… что ж, это стальной цилиндр из прочной стали с нарезами, оптимальное количество которых можно определить опытным путём. При создании нарезного оружия главное – разметить с механической точностью место создания нарезов, а там уже магией можно доработать. И я принялся за дело во дворе замка, создав механизм затвора орудия, для этого использовал Сталгрим – это наипрочнейший материал, к тому же абсолютно не подверженный температурной деформации. Он не расширялся и не сужался, и для механизма был наилучшим выбором – поскольку был износостойким, надёжным, прочным и удобным. Обработка его магией тоже была не слишком сложной, можно было создать из Сталгрима механизмы. Не желая тратить больше необходимого, я создал из Сталгрима только механизмы, через которые идёт нагрузка отдачи орудия. Дальше – всё остальное – ствол, механизмы наведения, лафет, противооткатный механизм в виде цилиндра с высоким давлением воздуха… Вот изготовление снаряда – было попроще, пусть и не во всём. С задачей я справился, пусть и не сразу – и решил попробовать пушку в действии. Хорошо бы было найти огромный алтарь зачарования, для зачаровывания крупных объектов и наложить на пушку чары защиты от механических повреждений, но чего нет – того нет. Идея создать большой алтарь – из серии маст хэв, но потом. Собрал снаряд – порох, гильза, капсюль, сам снаряд с инертной БЧ – в виде опилок. И затолкал снаряд в пушку, прицелившись рандомно в направлении запада – вдоль озера. Бабахнуть должна сильно! И бабахнуло – грохот стоял первостатейный. Я уж думал, что пушку разорвало, ан нет – оказывается, она даже выстрелила. Вот только при том, что она вполне на уровне орудий девятнадцатого века с точки зрения техники, ей не хватало точности. Для точной стрельбы нужно было намного больше экспериментов и составления артиллерийских таблиц. Моей жертвой для стрельбы стала небольшая площадка на берегу озера – дорог там и в помине не было.