D

Первые опыты показали низкую точность стрельбы самодельного орудия. Тем не менее, меня вполне удовлетворяло качество орудия – нужно только немного довести его до ума и создать версию, способную вести действительно точный огонь. Именно этим я и занялся, первым делом присобачив к гаубице бронещиток, защищающий от стрел и магии, потом – укрепил основные части орудия и взялся за измерительный инструмент. Мне нужно было достичь определённой точности в сборке и создать прицельные приспособления. До сих пор об этом никто не заботился. Самый простой способ сделать прицел – с помощью сталгримовых прозрачных линз из дистилированной воды. Такие линзы обладали отличной механической прочностью. Кажется, прицел назывался панорама герца, но из чего точно она состоит – я не знал. Поэтому опирался на свои представления о том, что нужно сделать для артиллеристов. Прицел нужно было сделать, опираясь на реальные характеристики пушки, или сделать настройку под такие характеристики. Для стрельбы прямой наводкой по цели нужно было определить дальность, от чего зависел угол возвышения и для гаубично-миномётной стрельбы – особенно. Наведение по горизонтали тоже должно быть учтено – взятие поправки от какого-либо видимого ориентира. Первый вариант получился как оптический дальномер, в котором была сетка градусов, я продолжил над ним работать. Новый образец получил довольно необычный угломер, работающий на маленьком гироскопе и маятниковом подвесе-угломере. Последний назывался ротором, как в часах, и имел довольно приличную точность в плане определения угла возвышения орудия. Наконец, был создан механизм, изменяющий положение линз внутри прицела с помощью небольших воротов. В остальном строение прицела походило на фотообъектив. Система линз, которые могли удаляться и приближаться, два удалённых объектива, проецирующие изображение на один визор – оптический дальномер. Вот как-то так и работала наша система. Худо-бедно, а за три дня я справился и создал разметку на рукоятях управления – так что дальность и углы возвышения показывали относительно точные параметры. Конечно, уровень точности ниже среднего по меркам артиллеристов, но пока что и это – хорошо. Можем попасть в крупную крепость с десятка километров и снарядов – уже хлеб. Мощь полевой артиллерии трудно переоценить – она может очень многое – особенно при осаде. Я начал делать орудия, решив таким образом немного скоротать время и заодно – найти занятия тем людям, которым было велено служить со мной – в форте и в златоцвете. Научу их палить из пушек – и глядишь, станут полезными членами общества, будут стрелять в моих врагов. * * * За юность мы пьём, прошлым дням нам почёт… Конечно, культурный уровень в Скайриме трудно назвать особенно высоким. Из областей художества были барды, они же разносчики новостей и песен. Как таковых полностью художественных песен не было, песни были чем-то средним между развлекаловом и легендой, сказкой, преданием. Я прилетел в Вайтран, чтобы заняться вплотную зачарованиями небесной кузницы и обеспечить своих воинов-соратников превосходным оружием и бронёй, с сильными и крайне эффективными зачарованиями. Сделать это было непросто, но я думаю, справлюсь. И пока летел – задумался о пропаганде в моей империи. Обе стороны имели своих бардов и свои песни, которые они пели, мне же вот прямо сейчас просто страсть как нужно было склонить на свою сторону Скайрим. Ведь чтобы стать императором – мне нужно получить поддержку в Скайриме, желательно в Морровинде и других крупных провинциях империи. И для этого необходимо распространять свою пропаганду, заставить людей в неё верить. О пропаганде я знал достаточно, чтобы развернуть пропагандистскую компанию на весь Тамриэль. Это было очень серьёзной причиной начать шевелиться – победа мечом не будет полной и долговечной. К тому моменту, когда я прилетел в Вайтран, у меня уже выветрились мысли о зачаровании оружия и брони для Соратников – весь мой мысленный взор загораживала проблема, которую я в попыхах упустил. И теперь у меня почти не было времени и возможности бросить всё и заняться ею. График, что б его! Небесная кузница была уникальной штукой, не зря я её хотел заполучить и не отдавать. Колодец магии был непрост, да и сама кузница больше напоминала гигантский алтарь зачарования, который позволял магии воздействовать на помещённый на этот алтарь предмет, прилипать. В небесной кузне было проще простого накладывать зачарования, но самое главное – это то, что никакого зачарователя не нужно было. Достаточно просто выдержать оружие и выковать его в кузне, в потоке магии, чтобы магия в процессе создания наполнила предмет и прилипла, образовав таким образом зачарование, неоформленное, но сильное. Магия укрепляла любой предмет, выкованный в кузнице, серьёзно укрепляла. Она служила и защитой, и атакой – броня, выкованная в небесной кузне имела сильную сопротивляемость магическому и обычному урону, а оружие помимо того, что было острее, наносило урон сырой магией, который игнорировал зачарования защиты от стихий – самые популярные зачарования защиты от магии. Нужна была антимагическая защита, а она как правило гораздо более редкая. Поэтому прибыв в Вайтран, я взял камней около стены, притащил их в кузню и трансмутировал в металлы. Стальные слитки – около десяти тысяч штук, а так же сплавы – эльфийский, двемерский, орочий. Когда вопрос с металлом был разрешён, я свалил его под специально сделанный навес в небесной кузне и решил заняться небольшой перепланировкой. Горящая пламенем птица, конечно, осталась на своём месте – только добавил к ней горн, вместо открытой площадки, которая обеспечивает приток воздуха мехами и большой площадью. Кузнечные горны я уже научился делать неплохо, поэтому когда проектировал этот – добавил в проект украшения – горн имел П-образный вид, с резьбой, по бокам на горне стояли две воздуходувки, сверху – ещё более мощная вытяжка, которые имели укрепляющие зачарования, питающиеся от энергии источника – то есть теоретически вообще должны быть вечными. Один сердечник генератора в качестве электропитания, так же расходовал энергию, получаемую из потока маны, так что его не нужно было перезаряжать душами. В горниле было достаточно много места, устройства для удаления гари и золы. Температура внутри могла подниматься до очень уж высоких значений – зачарование камня и металла, из которых состоял Горн, позволяли изолировать этот жар от кузни. Рядом с горном я поставил плавильную печь, работающую с помощью жарогенератора. Жарогенератор был установлен в небольшом тигеле и мог поддерживать температуры до двух с половиной тысяч градусов – проверено. Главное – правильно всё это зачаровать и обеспечить энергией из колодца магии. Так что небесная кузница приобрела совсем другой вид – никаких больше открытых кострищ в стиле кузниц бронзового века, всё исключительно технологично. Ну и красиво – нордская резьба на горне и других механизмах была дополнена красивыми резными рукоятями управления, рычагами. Это было великолепно. К сожалению, продуктивность небесной кузни была невелика из-за того, что работал в ней всего один кузнец, да и тот мог ковать не быстрее, чем обычные кузнецы. На комплект доспехов могло уйти несколько недель. Моя прошлая работа над небесной кузницей уже давала что-то в плане ускорения производства, сейчас нужно было нанести следующий удар и поставить здесь молоты. Именно этим я и занялся, благо, возможность такая была. Теперь же я взялся с помощью новых измерительных инструментов делать полноценные станки. Те, что мне дал Акатош, хранятся под семью замками в Златоцвете, но я сделал с них копии, в том числе эталоны мер и весов, а так же измерительные инструменты, вроде штангенциркулей, линеек, рулеток, микрометров и прочая и прочая… Так что теперь мог нормально создавать станки большей сложности, для небесной кузни нужно было сделать оборудование для работы с листовым металлом – штамповочный пресс, ножницы, листогиб. Продуктивность работы штамповочного производства на порядок выше, чем у обычной кузницы. Ведь доспехи всё равно чеканятся молоточками. В этом мире только двемеры массово изготавливали тяжёлые штампованные доспехи и детали оружия, механизмов, и так далее и тому подобное. В самой кузне для этого не было места, зато было справа от птицы, между Йоррваскром и крепостной стеной около пятидесяти метров свободного пространства. Именно там я и решил поставить мастерскую. Нужно было только выровнять каменную площадку и установить все необходимые станки и оборудование. Штамповочный пресс был примитивным, действительно примитивным. Никакой гидравлики, которую нужно обслуживать – винтовой пресс, только большой, имеющий в качестве привода механизм из сталгрима, а так же ручной ворот, дублирующийся электроприводом. Следом за ним пошли прессы поменьше – реечные и винтовые, чисто ручные. И самое для них главное – это пресс-формы. Облик будущей продукции, так сказать. Я для полноты картины осмотрел солдатскую экипировку и сделал пресс-формы разных размеров. Самая большая – для большого пресса, это кираса. Полный доспех состоял из более чем сотни больших и малых пресс-форм, которые нужно было склепать вместе. Нагрудник, задняя часть кирасы, ворот, наплечники, наручи, латные перчатки – кучка мелких пресс-форм, поножи, наколенники, боты. Плюс ко всему на пресс-форму была добавлена тонкая декоративная резьба, с аквилой в главной роли – на нагруднике и наплечнике. Символ моей будущей империи – ну и напоминание о оставленном мире. Главное, чтобы это не смотрелось как-то несерьёзно! Самым сложным в этом процессе был прокат стального листа нужной толщины и размеров – ведь от стального или любого другого листа зависело всё. Прокатный стан пришлось делать уже сильно механизированным, ведь чтобы получить стальной лист – мало просто постучать по металлу молоточком. Пришлось делать полноценный прокатный стан, пусть и под относительно небольшие листы. Слитки нужно было переплавить в форму, потом раскатать её на станке, при этом удаляя окалину, чтобы металл не испортить. За этим последовали новые проблемы – чистая сталь быстро ржавеет. Конечно, воины ухаживали за своими доспехами, но нужно делать покрытия. Самый простой метод – при прокатке укладывать на раскалённую заготовку слой защитного металла, в качестве которого вполне подойдёт и двемерский сплав. Пока я работал, Йорлунд мне не мешал, хотя и был недоволен тем, что я вторгаюсь в его епархию, но верил, что я знаю, что делать. Но ему не понравилась идея пригласить и нанять других кузнецов, пришлось уговаривать и убеждать, что один он не справится с масштабами и сложностью работ. Минус полчаса жизни на пререкания и Йорлунд согласился. Это было замечательно – поэтому как только он дал своё согласие, я пошёл показывать ему, что и как работает. Нужно было производить как минимум десять полных комплектов доспехов и оружия в сутки, причём работать круглосуточно, ведь это не обычная кузня, ей не нужен отдых. А кузнецов можно и найти. Действие прокатного стана произвело на Йорлунда впечатление, а вот идея массовой штамповки ему не понравилась. – Ты так думаешь? – Нет ничего лучше, чем выковать доспех своими руками. Нельзя просто взять горячий металл, один раз согнуть и сделать это качественным доспехом. – Йорлунд, это не для Соратников. Поверь, обычным солдатам, которые не могут позволить себе ничего кроме кольчуг и кожаной брони, уже такая кираса – дар богов. – Я не изменю своего мнения, – сказал Йорлунд. – Я тоже. Тем более, что магия кузницы изменяет материю и делает её намного прочнее. Так что это компенсирует слабость штампованного металла. – Возможно. Это лишь значит, что доспех можно было сделать ещё прочнее. Я не хочу делать дешёвые и массовые доспехи, это не моё. – Знаю, Йорлунд, поэтому и не хочу тебя обязывать. Ты можешь как и прежде ковать оружие в небесной кузне, я лишь добавил Горн и плавильню, а так же новые паровые молоты разного размера и силы. – Вот это дело, – сложил он огромные мускулистые руки кузнеца на груди, – ладно, уговорил, пусть приходят новые кузнецы и работают здесь. Главное, чтобы они не мешали мне делать моё дело. У тебя уже есть кто-то на примете? – Нет, пока нет. Думаю, у меня нет свободных кадровых ресурсов, – развёл я руками, – а те кузнецы, что работают на меня – уже все до последнего заняты. * * * Кузнецов и рабочих мы нашли, благо, Вайтран – город большой, и мы приспособили к делу Торальда, который из Серых Грив, а так же ещё полтора десятка человек из местных и хорошо известных. Мне пришлось заняться их обучением. Это было непросто – ведь многих терминов местные не знали. Хорошо хоть трёх орков нанял – у них получалось лучше всего работать с металлом, машинерией и прочим. Что ни говори – кузнечное дело у них в крови, остальные тоже неплохо справлялись – руководить над всеми поставил Торальда. Следовало бы одного из орков, но Торальд – фигура политическая, он из Серых Грив и не будет раздражать Йорлунда, к тому же Серые Гривы издревле были кузнецами при Соратниках. Первая продукция созданной мастерской не отличалась особой изысканностью, полностью подтвердив поговорку "первый блин комом", но я продолжил обучение. С ручными прессами, сверлильными и прочими станками, рабочие справились очень легко и быстро, а вот с прокатным станом пришлось несладко всем нам – мне пришлось его регулировать, дорабатывать, снабжать органами управления, устанавливать измерительные приборы для контроля температуры прокатываемого листа, регулятор скорости проката и допиливать дополнительным мощным электромотором, который обеспечивал всей этой конструкции движение. Но больше всего пришлось возиться с формами для пресса и литейными формами. Наконец, пришлось запариться винторезным станком и прессом для производства болтов и гаек, а так же винтов-саморезов разного размера методом штамповки и резки металла. Как оказалось, между кузницей с молотком и клещами и точным крепежом – целая пропасть. Так что после первых экспериментов, получив довольно кривые доспехи, отправившиеся в переплавку, мы сумели создать неплохой такой доспех. Сто четыре маленьких детали, которые собирались вместе с кольчужными элементами, ремнями и мягкой подбивкой. Сборка доспеха – это уже другая тема. После получения первого хорошего доспеха, мы изрядно обрадовавшись, тут же побежали его уничтожать. В смысле – дырявить и проверять на прочность – отстоявшись сутки в небесной кузнице, доспех был потащен к городской стене, где и прошёл испытания различным оружием. Как оказалось – это весьма неплохого качества доспех, по прочности, благодаря укреплению магией превосходящий обычные стальные доспехи в три-четыре раза. По бронезащите вплотную приближался к тяжёлым орочьим доспехам, тогда как весил в два раза меньше – орочьи доспехи – тяжёлая штука, и только самые сильные из людей могут их таскать. Орки вообще сильнее людей, как правило, и значительно выносливее. * * * Гонец поймал меня уже когда я отправлялся из вайтрана. Стражник прибежал в Йоррваскр, протянув мне письмо без слов. Я взял бумажку и поблагодарив гонца, начал читать. Письмо было важным, не зря же бежал парень? Норды не имели привычку словоблудить, поэтому письмо было ещё и коротким – Генерал Туллий отреагировал на произошедшее с Вайтраном и собирает войска на границе с Хьялмарком, чтобы отбить город обратно. Собирают войско численностью до десяти тысяч человек – практически все, кого они могут наскрести по Скайриму, и если мы сумеем их разбить – у нас будет крупный перевес в войне и возможность быстро нанести ряд чувствительных ударов. Времени у меня было не так много – войско нападёт через две недели, примерно. Вот же холера! Мне к этому времени уже нужно отправляться в Форт стражи рассвета. Нда, тут вам не там, никто не будет ждать окончания моего путешествия к вампирам, чтобы напасть на Вайтран! Поэтому я решил распорядиться тем немногим оставшимся временем с максимальной эффективностью. Нужно было притащить в Вайтран Артиллерию, а ещё лучше – сделать её прямо тут, на месте. Это могло дать перевес в обороне – если мы поставим хоть одну батарею, то имперские войска не сумеют дойти до стен без потерь. Потом – хоть на стенах и стоят мощные стреломёты и прочие метательные машины – тогда я ещё не хотел делать артиллерию, но они не сумеют отбить атаку крупного имперского войска. Город просто возьмут в осаду и захватят, так как начнётся голод и мор. Если бы не артиллерия – даже десятитысячного войска не хватит, чтобы охватить город таким кольцом, чтобы оно не попало в зону обстрела артиллерии – это около десяти лиг. Любое крупное скопление вражеских войск должно обстреливаться, а передвигаться… что ж, подвоз продовольствия и подкреплений можно организовать, если использовать для этих целей бронированные гусеничные транспортники – тогда прорыв блокады будет лишь вопросом времени. Главное, чтобы арта по своим не зарядила, а то будет ой как нехорошо. Прочитав письмо, я грустно вздохнул. Сидящие за столом соратники, с которыми я завтракал, озаботились этим, Вилкас, который тут был за главного по контрактам, пока меня не было, спросил: – Что такое, предвестник? – Туллий выслал войско на Вайтран. Через неделю-другую нас ожидает осада. – Ты хочешь, чтобы мы приняли участие? – Как захотите. Если кто-то захочет оборонять город – сообщи им, чтобы через неделю выехали в форт Висельной Скалы, нанесём имперцам удар с тыла. – Как скажешь. Недолго думая, я начеркал пару строк в Виндхельм, чтобы выделили три сотни бойцов, среди которых есть головастые и нет громил. Мне такие крайне нужны. И, не став задерживаться на завтраке, я поспешил в сторону Небесной кузни. Передать сообщение Торальду. Он обнаружился в мастерских, где занимался вместе с остальными особо важными делами. * * * Пожалуй, ничто не смотрелось настолько дико, как батарея гаубиц Д-30 в Вайтране. С расположением батареи мы изрядно напряглись. Снаряды гаубиц – вот основная сложность – нужно было создать не просто много, а очень, очень много снарядов, а так же обучить народ пользоваться артиллерией. Это оказалось довольно сложно, поэтому руководить артиллерией поставил Сынов Битвы – самых верных, благодаря присяге, людей. Всего артиллерийская батарея насчитывала дюжину гаубиц, которые окружали внутренние стены города и были размещены между домами в узких переулках, места в городе не то чтобы много, но чем оно выше, тем лучше. Да и простреливаемость отсюда отличная. А вот обучение… Сам стрелять из пушек я не умел, честно говоря. Пушка по большому счёту – то же огнестрельное оружие, и от пистолета его отличает только размер. Дело было нехитрым, с виду – основная сложность была в наведении орудий, а уж подтаскивать снаряды и уносить гильзы – это невелика задача для полусотни крепких ребят. Тем более, что на третий день приехали люди из Виндхельма, которых прислал Ульфрик – не зря же я парился с автобусным и почтовым сообщением! Ещё полсотни человек, поступившие под моё командование, немедленно были приставлены к делу – половина к гаубицам, снаряды носить, вторая половина – в мастерские Торальда, делать массовые доспехи. С людьми недостатка не было – с кадрами были. Нельзя просто взять и поставить обычного человека служить артиллерийским наводчиком – это слишком сложно, но пока что я не ждал от них чудес. Достаточно того, чтобы они учились на своих ошибках и по мере стрельбы – осваивали сам процесс наведения орудий. Учебными снарядами-болванками мы пытались попасть в мишени, на стенах города установили дальномерные и наблюдательные посты, и мне пришлось сделать такое чудо техники, как телефон. О, эта прекрасная вещь – телефон. Телеграфа тут ещё не было, а телефон был – потому что с ним меньше возни, если телефон просто двусторонний и на небольшие расстояния, то есть полевой. У меня такая игрушка в детстве была, мэйд ин СССР. Правда, никакого адресного набора тут быть не могло – но мне это и не нужно. Нужно было протянуть телефонные линии от стен к артиллерийским батареям, обычно состоящим из одного-двух орудий – в зависимости от угрожаемости направления. * * *