Когда замуж неохота, или Как не сгореть заживо.

      — Сабрина, да я их всех убью! — в очередной раз крикнула я, читая темную бухгалтерию гильдии. — Они совсем обнаглели! Прятать камни в хлеб! Это верх наглости! Я что теперь обязана проверять все телеги с хлебом?!       — Если ты на камни так реагируешь, то я не дам тебе бумаги Норпта, — спокойно сказал подруга и отодвинул от меня стопку, которую изучала сама. — А ты знала, что тратишь сорок тысяч шенгов на парикмахера?       — Сколько?! — завопила я и вырвала бумаги из рук Сабы.       Увидев, какие там стоят цифры, что самое смешное на мои расходы, я сама схватилась за сердце. Эти казнокрады и бессмертного до инфаркта доведут!       Генри пододвинул ко мне стакан с успокоительным, который я залпом выпила. Змей ловко перехватил веер, который неизвестно откуда здесь нарисовался, и стал им меня обмахивать. А говорят, что лучший друг человека собака…       — Сабрин, вот ты мне скажи, кто будет так нагло воровать, а? — я пыталась отдышаться.       — Ну, наверное, министр экономики, — мне протянули очередной листок.       Увидев, какие цифры там, я начала истерически смеяться. Ну, что за идиоты?!       — Сабрина, распорядись, чтобы этих двоих держали в допросных до завтра без каких-либо удобств, пусть понервничают.       — И без еды?       — И без нее тоже! По моим расчетам они должны были хорошо кушать, раз на еду для министров выделено… десять тысяч шенгов! Господи, да балы для принцев обходятся мне всего в пять тысяч! Я их убью!       На этой прекрасной ноте в дверь постучались. Генри пополз открывать, потому что я была морально побита. Ах, мой внутренний жмот требует вернуть всё до последнего дика!       Дверь приоткрылась… и мой змей драпанул от нее так, словно увидел Алакара! Он попытался забиться под мой стул, но двенадцатиметровый хвост полностью не влез.       Я и Саба удивленно уставились на вошедшего Диаваля, тот не менее удивленно на нас. Под стулом жалобно зашипел Генри, вперив в меня свои испуганные глазки.       — У меня от нервов, кажется, крыша едет… — я устало выдохнула. — Гад ползучий, ты как умудрился Генри напугать?       — Я всего лишь улыбнулся, думал, ты откроешь, — пояснил растерянный принц, всё заглядывая мне под стул и держа руки за спиной.       — Милая у тебя улыбочка! Двенадцати метровый питон, который огнем дышать умеет и может сожрать человека в один присест, забился у меня под стул после твоей улыбочки! Ты моей смерти хотел?       — Наоборот хотел спасти, — Диаваль достал из-за спины поднос с бутербродами.       Наши с Сабой желудки жалобно заурчали, что этот принц резко стал лучшим другом, спасателем… и вообще в рыцари его посвятить надо!       — Сабрина, готовь чай, мне с валерьянкой. Генри, выползай и еще один стульчик придвинь, — раздала приказы я, убирая документы в папку. — Диан, проходи давай скорее, пока не отобрала у тебя поднос.       Никто не решился испытывать мое терпение. Сабрина достала две чашки, заварничек и чугунный графин с водой. Генри пододвинул еще один стул для гостя и сам заполз на стул по правую руку от меня.       — Генри, –Сабрина указала на графин, который установила на железную подставку.       Змей, недолго думая, пустил тонкую струйку пламени из пасти и нагрел воду в графине. Саба заварила немного травяного сбора и стала разливать по чашкам. В мой же стакан она сначала плеснула валерьянки, которая уже давненько обитала на столе, а потом сам чаек. По библиотеке разлетелся приятный аромат, что я невольно расслабилась и откинулась на спинку стула.       За всеми нашими махинациями внимательно наблюдал принц Серии, который неспешно приближался к отведенному для него месту. И чего он боится? Его вообще Генри испугался! А мой любимец в своей жизни боялся только Алакара.       Поднос с бутербродами занял место на столе, а Диан за столом. В нашей милой компании принц выглядел чужеродным объектом, но мы ему это простили, как-никак, а еду принес он.       — Гад ползучий, так зачем пожаловал? — спросила я, взяв первый бутерброд.– И не заливай мне про добрые намерения, я уже давно в политике и не поверю в такое.       Принц криво улыбнулся, от чего его красивое и суровое лицо не потеряло привлекательности, но обрело те же черты, что и лицо намира на собраниях Альянса, когда все бояться дернуться.       — Если ты так же улыбнулся Генри, то не удивительно, что он испугался, — вставила я и начала поедание бутерброда.– Ну, так?       — Хотел кое о чем переговорить. Дело важное и требует… конфиденциальности.       — Говори уже, — махнула я рукой. — Сабрина мой личный секретарь, советник и даже фрейлина. Ей я доверяю даже больше, чем себе. А Генри не умеет говорить. Так что излагай.       Принц поморщился, но сделать ничего не смог. Он как, и я с Сабой, взял бутерброд и зажевал его. Так же тихо ушли полподноса, даже Генрик один съел. Залив все горячим чаем без сахара, Диан поморщился, выдохнул и все же заговорил:       — У меня в стране сложная ситуация. И касается она престолонаследия. Я являюсь единственным законным наследником и уже получил титул кронпринца, но также есть Вьерт, незаконнорождённый сын моего отца.       — Не говори мне, что бастард заявил права на престол, — взвыла я, в очередной раз радуясь, что точно единственная дочь у своего отца.       — Если бы.Он не заявляет об этом напрямую, но влезает в политические дела. На его стороне достаточное количество министров и военных, а что уж там говорить про народ. У него красивая, якобы добрая жена, которую все любят, что еще больше дает ему шансов на переворот.       — А король? — я отбросила очки и посмотрела на принца уже собранным взглядом настоящего политика.       — Он на моей стороне, потому и отправил сюда в надежде, что мне удастся заполучить… расположение принцессы и добиться брака, но…       — Но первая любовь не забывается, — перебила я.– Можешь больше не говорить. Я все поняла.       — И что же именно? — хмуро спросил Диан.       — Что тебе самому я нафиг не сдалась, а вот как кронпринцу нужна даже больше чем жизнь, — холодно ответила я и сделала глоток успокоительного чайка.– Я, как человек уже давно крутящийся в заговорах, могу похвалить тебя за быстро проявленную смекалку, а, как девушка, лишь посочувствовать. Покушение на твою жену… его организовал твой брат?       — Скорее его жена, — взгляд принца наполнился болью.– Лизи изначально метила на место моей жены, но отец выдал ее за Вьерта после того, как она три дня провела в темнице за попытку убийства Камиллы. Тогда Лизе не удалось, но через три года она все же добралась до неё через наемников. А теперь, используя Вьерта, пытается уничтожить меня.       –Интерееесно, — протянула я.–Саба?       — Предлагаю сделку, — Сабрина подлила мне еще валерьянки в стакан. — Вы заключаете фиктивную помолвку. О том, что она фиктивна будет известно только этому кругу, разумеется. Годик поиграете во влюбленных, укрепите свое положение в обществе и политике, настроите отношения между странами. А потом расторгните помолвку, причину мы найдем и сделаем все так, чтобы каждый остался у руля и ничего не потерял. Главное всё это проделать так, чтобы намир не узнал, а то ещё попробует для себя из этого что-нибудь вытянуть.       Я выслушала подругу и еле скрыла победную улыбку. Это же как подфартило, шанс спастись от вечных посягательств на мою руку сам ко мне пришел! И ведь только сегодня обсуждали этот же вопрос с Сабриной. Ох, судьба ко мне благосклонна!       — Идея неплохая, — кивнула я и начала рассуждать вслух: — Мне как раз надо на перевал у Гому, а без союза меня отсюда не выпустят. Да и настройка отношений с Серии давняя мечта. Диаваль, — я посмотрела на задумчивого и малость удивленного принца, — что думаешь?       — Я против! — резко выдал он, что Генрик снова сиганул ко мне под стул.       — Причина? — полюбопытствовала я, раздражаясь. А я-то только поверила в удачу!       — Я… не смогу потом отпустить, — принц чуть подался вперед, вперив в меня злые темные глаза пылающими красными огнями. — У нас скажем так, семейная клептомания. Не смогу отпустить, даже если и буду понимать, что надо. Да и по традициям, я должен буду привезти тебя к себе и прилюдно лишить невинности, чтобы обратного пути не было. Не думаю, что после подобного вообще возможно разорвать помолвку.       Я тихо начала рычать. Чертовы варварские законы! И их-то еще джентльменами считают из-за воспитания. Чушь!       — Твой вариант? — бросила я, начиная барабанить по столу пальцами.       — Мы просто играем влюбленных без помолвок, обрядов и всякой ерунды, которая хоть как-то сможет нас компрометировать. Вступим в отношения «любовников», развязывая друг другу руки на территории наших стран, и делаем всё то, что уже озвучивала ренара Сабрина.       Я задумалась, а ведь не плохо! И честь сохраню, и лицом не упаду сильно, и главное замуж не выйду. Замечательно!       Быстрый взгляд на часы, и я стучу два раза по столу. Сабрина тут же встала, взяла бумаги и ушла. Генри тоже уполз, оставляя меня с Диавалем наедине.       Я встала и прогнулась под небольшим столиком, чтобы между мной и принцем оставались сантиметры.       — Поцелуй меня, — приказала я, внимательно смотря в темные глаза.       — Не думаю, что это хорошая идея, — Диан даже не дернулся.       — Через минуту сюда зайдет мой отец и, если он увидит наши милые посиделки, то сразу поймет, что мы что-то задумали, — пришлось пояснить мне. — А вот если он увидит жаркий поцелуй, то у нас есть шанс на исполнение твоего гениального плана.       Больше уговаривать не пришлось. Меня поцеловали… Это было удивительно! Ну, во-первых, это был мой первый поцелуй, а, во-вторых, мне еще никогда не сносило так крышу!       Диаваль впился в мои губы резко, подминая и заставляя подчиниться. Он начал медленно подниматься, все также целуя и обнимая мое лицо руками. Я сама забралась на стол с ногами, чтобы быть к нему поближе, сбивая все на пол. Поднос жалобно брякнул, остатки бутербродов разлетелись в разные стороны. Флакон с валерьянкой разбился, чашечки также отказались долго жить. Выжил лишь мой стакан и то чудом.        Руки Диаваля перекачивали на мою талию, мои же на его шею. Пальцы сами запутались в его смольных волосах. Мельком заметила, что мои волосы, заплетенные в косу, разлетелись. Мое желтое платье, которое я надела перед тем, как уйти в свой кабинет, сползло на стол, оставляя меня в одной нижней сорочке. Чувствуя несправедливость, разорвала на принце рубашку и откинула ошметки в сторону, начиная балдеть от рельефного тела без лишней растительности, на что он зарычал, но я тоже зубки показывать умею!       Мы снова впились в губы друг друга, чувствуя некую жажду, которую можно было утолить только стонами, которые мы издавали при каждом новом вираже. Губы Диаваля спустились к моей шее, прошлись по плечам и устремились к груди. Захватывая зубами набухшие вершинки сквозь сорочку, Диан вызвал в моем теле такую дрожь, что я поняла, смерть от кола в сердце не так страшна, как смерть от страстных прикосновений мужчины.       Когда я выдала протяжный стон, а Диаваль вернулся к моим губам, дверь без стука открылась, являя моего отца и принца Эндрю.       — АСКЕАННА!!! — разнесся крик короля.       Ох, папочка, учись кричать еще громче! Я ведь еле-еле тебя услышала за биением моего сердца.       Поцелуй, которым я уже почти жила, прервался. Я посмотрела в затуманенные темные глаза Диаваля и мысленно отметила, что больше нельзя его целовать, по крайней мере не так страстно, иначе не он меня не отпустит, а я тупо не уйду.       — Аскеанна! — новый вопль папочки.       — Отец, уйди! — рыкнула я.– Не мешай мне… налаживать отношения с Серией!       — Принцесса! — раздался голос принца Эндрю, и я прижалась к Диавалю еще сильнее, пытаясь прикрыть мокрые отметины на груди.       Тот мало того, что прижал, так еще со стола наконец-то спустил, все также прижимая меня к себе. Его руки блуждали по моей спине, не давая возбуждению покинуть мое тельце. И так хорошо от этого… Жарко!       — Принц Эндрю, будьте добры… Ох… — мою речь прервал холодный нос принца Серии на моей шее. — Принц Эндрю, закройте за собой дверь!       Я провела руками по оголенному торсу, еле сдерживая восторг. Где же он такой нашел?! Кажется, я заигралась во влюбленную… Диаваль поиграл мышцами под моими пальчиками… Боженька, да я сейчас соглашусь выйти замуж…       — Вон!!! — рыкнула я и потянулась за новым поцелуем.       — Аскеанна, ты принцесса или девушка легкого поведения?! — закричал отец и сделал шаг в нашу сторону.       Но какой там! Один злой взгляд на отца, причем взгляд был не мой, и король одной из сильнейших стран делает два шага назад.       — Папочка, — я посмотрела на отца с легким презрением, — ты же сам хотел, чтобы я, наконец, сделала выбор. Так чем же ты недоволен?       Отец еще сильнее побледнел, но найдя в себе силы выдал:       — Ты не знаешь всей правды о нем!       — А он знает всю правду обо мне? — я кивнула в сторону принца Эндрю. — Ты рассказал, кто твоя дочь?       — Он такой же, как и ты! — отец указала на Эндрю.       Опаньки! Ох, какие страсти! А папаньку-то у меня занесло!       — Такой же, — протянула я, все так же находясь в кольце рук Диаваля. — Не уверена! И вообще, пока мой выбор пал на этого принца, так что взял своего недоделанного и свалил, пока не показала, какая Я на самом деле!       Отец зарычал и явно хотел мне угрожать, но я пошла на опережение:       — Асконский мир!       Король выдал пару ругательств и ушел. Принц Эндрю еще стоял, прожигая нас с Диавалем взглядом.       — Ты еще одумаешься, — сквозь зубы выдал принц и вылетел из библиотеки, захлопнув за собой дверь.       Мы с Диавалем переглянулись, стараясь скрыть коварные улыбки. Из коридора послышался звук торопливых шагов. О, еще зрители пожаловали!       Мои руки потянулись к его шее, а его сжали меня в стальной хватке. Я посмотрела внимательно в темные глаза… О, Бездна, да в них кажется бегают родственники моих родных чертят из омута.       Нас снова накрыло! Диаваль стал для меня глотком спасительной прохладной влаги, а я стала для него огнем, о который можно согреться.