Часть 17
23 октября 2019 г., 07:00
Лик быстро пробежался глазами по выведенным мною строкам, спрятал записку в карман и, подав мне руку, проводил собственно меня до Грома. По цепкой хватке сразу было видно, что парню не нравится мой приказ, но возразить он не посмел, потому что точно так же, как и я, ничего не знает о серийцах и их повадках.
Разбойник, продолжая держать лицо так, будто ему список продуктов дали, помог мне сесть в седло, хотя и знал, что я достаточно самостоятельна. Когда я уверенно разместилась на коне и была готова, чтобы отдать приказ на отъезд, Лик все же не выдержал и дернул меня за руку, вынуждая нагнуться.
— Ты уверена? — одними губами спросил Лик.
— Возьми с собой Шустрого, — мне больше нечего было ему сказать.
А что тут вообще скажешь? Я же специально написала приказ на листке, чтобы один слухастый ничего не узнал, а то еще вмешался бы, что было бы крайне проблематично. Да и убийство дело тонкое и мало общественное. И Лику это известно даже лучше, чем мне, так как до того, как попасть в банду к Дубу, он был наемником.
— Во сколько вы вернетесь? — тут же спросил разбойник и, убрав руки в карманы, сжал торчащий листок, на котором было написано: «Если серийцы начнут зарыпать на наших, проявят неуважение или просто намекнут на агрессию, убей их всех. Тела сожги.»
Приказ был четок, но так же очень абсурден, так как все серийцы — это участники делегационной группы, на каждого из которых по логике налагается неприкосновенность. Из чего следует, что если мои люди убьют кого-то из них, то от моего лица будет нарушен мирный договор с Серией, хотя… У всего всегда есть лазеечка. Именно поэтому приказ получил Лик. Официально он не мой человек, и о нашем сотрудничестве никому, кроме моих приближенных стражей и людей, неизвестно, из чего следует, что его деятельность никоим образом не будет касаться меня.
Конечно, неприятно прибегать к таким мерам, но что поделать. Если хочу и дальше быть независимой принцессой, а в будущем желательно и независимой королевой без мужа, то надо быть хитрой и предусмотрительной.
— Если сегодня ночью я или Иторн не вернемся, то, — я мимолетно бросила взгляд на серийцев, — ты знаешь, что делать.
Тяжело вздохнув, Лик удрученно покачал головой. Ему, как и мне, была неприятна мысль убийства, но и мысль быть убитым ему нравилась не больше.
Похлопав на прощание моего коня, парень поспешил огорчить Шустрого, который уже вскочил на своего пегого. Тут же разнесся жалобный ной с просьбами не лишать его маленького счастья, но Лик был непреклонен и стащил товарища с коня.
Я с легкой улыбкой наблюдала за их перепалкой и наслаждалась последними мгновениями спокойствия, так как предчувствие чего-то крайне плохого сдавливало мне шею. Такое со мной бывало не часто, лишь на пути в Ориден по срочным вызовам намира, и каждый раз чуйка меня не подводила, так как фантазия у главы альянса Анто большая и малость больная.
Пока я была отвлечена, ко мне подъехал на коне Иторн вместе со счастливой до безумия прижавшейся к нему Сабриной. Моя подруга почти повисла на главе моей личной стражи, что для меня было как минимум странно, так как сама бы она так никогда не сделала бы, потому как воспитание не пропьешь. Я уже пыталась…
— Принцесса, — голос рыцаря был немного смущен тем, как благоговейно похрюкивала Саба, вдыхая его запах, — мне, кажется, стоит ехать по двое. Нас слишком много, и возможно, что у дороги будут сидеть люди лорда Гира.
— Абсолютно с вами согласна! –крикнула Саба, прижалась к парню посильнее и посмотрела на меня так, что стало сразу понятно: если я откажу, она меня зароет.
Нервно улыбнувшись подруге, я развернулась назад и оглядела своих людей.
И вправду много. Даже если по периметру дороги у Гира нет шпионов, то сторожа на воротах нас услышат за пару километров однозначно. Плюс многие кони истощены прошлой дорогой, из-за чего достаточно шумно дышат и громко топают копытами.
— Пусть все садятся по двое на лошадей менее уставших, — согласилась я с Иторном и тут же крикнула: — Ель, ты едешь со мной!
Его я выбрала из-за того, что Елай всегда находит тему для разговора. Причем у него это так легко выходит, что любой его собеседник невольно расслабляется. При захвате проездного пункта это может пригодиться, так как на территорию пункта еще попасть надо.
Ель сразу же направился ко мне, не забыв на прощание показать язык Дубу, который, видимо, рассчитывал ехать со мной, но… Оба разбойника остались в пролете.
Диаваль вынесся на своем жеребце так… ТАК! Что у меня слов нету! Одни маты! Он же Елая чуть копытом не зашиб!
— Варвар, — вырвалось у Сабрины, когда принц Серии, напугав их с Иторном коня, втесался между нами.
Улыбаясь, как самый главный змей искуситель этого мира, Диан протянул мне руку, намекая, что ехать я должна с ним. Понятное дело, задрав нос, я фыркнула и отвернулась от него. Больно надо мне со всякими извращенцами на конях разъезжать!
Но мой яркий протест дракона не убедил.
Он нагло схватил меня за руку и рывком пересадил к себе так, как будто я одна из тех принцессок трофеев, которых принято сажать перед собой и всю дорогу целовать.
Так, если он полезет целоваться, я его точно убью!
— Ты обнаглел?! — прошипела я.
— А ты не находишь, что влюбленная пара должна ехать вместе, — сказал принц так, как будто мы молодожены и у жены, то есть меня, уже начала болеть голова в качестве отмазки.
— Вот найди себе возлюбленную и разъезжай с ней, а меня не трожь!
Я попыталась съехать вниз по боку коня, но Диаваль перехватил меня за талию, прижав к себе так, что бедром ощутила то, по чему вчера в воде ногой зарядила, и ударил своего жеребца по бокам. Последний понесся вперед, а вот уже за ним и все мои люди, у которых был легкий, а может и не легкий эстетический шок.
Мой Гром тоже пустился за нами, но Лик и Шустрый ухватили его под узды и остановили. Бедный мой конь. У него из-за наглости принца будет моральная травма на всю жизнь. Вот обычно он всем телесные травмы ставил, а дракон ему моральную оставил.
Мне теперь определенно нравится идея убийства этой непонятной рептилии!
Быстро нагнав нас, рядом замелькал Алакар. Маг пытался ухватить нашего коня за поводья и вынудить его остановиться, но принц был неплохим наездником, потому все попытки придворного мага обратились в прах. Но бессмертный сдаваться не собирался.
Окончательно выровнявшись с нами, Алакар протянул руку.
— Принцесса, вам лучше ехать со мной, — сказал маг, уверенно держа руку и продолжая следить за дорогой, так как она потихоньку сужалась.
Честно, в данной ситуации маг мне казался менее опасным, нежели принц, потому я и попыталась схватить его за руку, но, как уже и говорила, кое-кто неплохой наездник.
Заставив коня сделать прыжок на ровном месте, да такой, что лично я слегка подлетела, принц прижал меня еще сильнее к своему королевскому пострадавшему ночью под водой достоинству. От испуга я даже руки прижала к груди и чуть не перекрестилась.
— Видите, Алакар, её вполне устраивает поездка со мной, — хмыкнул Диаваль и по-хозяйски сжал мою талию.
— Да неужели?! — рыкнул маг, прекрасно видя в моих глазах желание придушить варвара.
На это Диан не ответил, а лишь ускорился, из-за чего маг сильно от нас отстал.
— Вам мужикам только бы конями померятся, — заметила я, так как прекрасно слышала, как там за нами матом ругает своего пегого придворный маг.
— Какими еще конями? — немного удивился дракон.
И тут во мне проснулась бестия, то есть стёбное создание, у которого давно язык чешется кому-нибудь гадость сказать. И между прочим, я сначала хотела ехать молча, он сам подставился и задал тупой вопрос!
Стараясь держать лицо кирпичом, я скрестила руки на груди и очень выразительно посмотрела на то, что упиралось мне в бедро. Принц проследил за моим взглядом, нервно сглотнул и достаточно резко возразил:
— Я этим ни с кем не мерялся!
— А вчера ночью под водой была просто демонстрация?
— Ты так говоришь, будто тебе не понравилось, — фыркнул снежный дракон.
И главное выражение лица при этом у него довольное-предовольное, будто «конь» у него золотой, ну или медом намазан.
Какое же у него большое самолюбие! Вот прям огромнейшее, раз по пинку между ног он не понял, что «это» не просто не понравилось мне, а вызвало у меня глубочайшее отвращение.
Старательно скрывая хитрую улыбку, я абсолютно спокойно сказала:
— А что мне там должно было понравиться? Вода холодная была, так что я ничегошеньки не увидела. Сжалось все видать.
И последним гвоздем по самолюбию некоторых стали быстрые и глупые взмахи ресничками. Все же, иногда, женские штучки из тупых романов оказываются крайне полезными.
Принц тут же напрягся всем телом и резко, как дикий зверь, склонился к моему уху. Кожу сразу же опалило ледяное дыхание дракона, что легкая дрожь прошла по спине.
— Анна, ты же понимаешь, что это звучит, как вызов?
— Вызов конкретно в чем? — хмыкнула я. — Если ты не заметил, то я девушка и «этого» у меня нет, чтобы мериться.
— Анна! — зарычал принц.
— За дорогой следи, — фыркнула я и нагло подняла голову принца, чтобы он мне ухо не отморозил.
Вообще холод от Диаваля больше меня не успокаивал. Я действительно начала ощущать ужасный мороз, еще и внутреннее пламя меня не спасало. Мой бедный мозг под общим давлением даже выдал мысль о том, что Диан меня поглощает. Но разве это возможно? Как можно отнять у кого-то его вторую суть? Хотя… Есть же огромное количество способов передать силы и даже сути, так почему не быть способу поглотить это?
Черт! В данном вопросе я не подкована, да об этом не было и слова в тех книгах, что оставил в замке Алакар, а значит, мне нужна консультация кого-то опытного, сильного и много знающего о драконах. Таких я знаю только двоих. И один из них сейчас материт своего коня, а другой…
Я подняла голову и прикинула примерное время. Да, скорее всего сейчас он сидит в своем кабинете, пьет вино и придумывает, как бы мне жизнь испортить! Вот определенно!
***
— Апчхи! — чихнул намир и, потерев нос, щелчком пальцев открыл тяжелые двери своего кабинета для настойчиво стучащего гостя. В открытые двери вошел рен Айскрон, как всегда, гордо держа спину. — Мой намир, — низко склонился рен перед своим начальником, который, как и всегда, в это время, за несколько часов до заката, сидел в своем неподъёмном каменном кресле, пил вино, привезенное из-за Заокеании, из белой большой кружки, которую всегда заполнял до краев, и смотрел на пламя в камине, — пришли вести от нашего информатора. — Как она там? — не отрывая взгляда от пламени, спросил намир Гошшер и сделал очередной глоток. — В целом хорошо, — ответил рен с тонким подтекстом, что намир тут же забыл про камин. — Выкладывай, Айскрон, что там с Аскеанной? Скрывая хищную улыбку человека, сделавшего гадость ближнему, рен гордо достал из кармана пиджака кристалл с записью сегодняшних приключений принцессы Методории, который ему передал его верный гриф, и, протянув его намиру и поклонившись, быстро ретировался из кабинета. Рен Айскрон прекрасно знал своего начальника, потому, покидая главный корпус дворца, сразу предупредил стражников и горничных о том, что скоро работы у них будет невпроворот. Служащие дворца сначала недоуменно посмотрели ему вслед, а потом, услышав взрывы, лишь удрученно вздохнули. А что им оставалось? Намира на место поставить никто не мог, ну, кроме что принцессы Аскеанны, на приезды которой во дворце все молились. Трейвис шарм Айскрон, секретарь намира Гошшера, абсолютно спокойно прошел через сад и также спокойно пронаблюдал, как из окна кабинета его начальника вылетает горящее каменное кресло и падает прямо в озеро с плотоядными рыбками. С тяжелым вздохом, рен достал из внутреннего кармана пиджака блокнот и ручку и приписал к списку необходимых для свадьбы покупок кресло, новых плотоядных рыбок, так как эти, быстро сожрав кресло, всплыли пузиками к верху, и ремонт дворца. Примерно прикинув, сколько все это будет стоить, снизу он приписал кругленькую сумму, которую затребует из казны альянса, под предлогом всеобщего блага. И ведь главное даже не соврет ни капли, так как весь альянс Анто молится на хорошее настроение намира. Поправив чуть съехавшие на нос очки, рен продолжил путь к мраморной башне. Он быстро поднялся в комнату заседаний, где его уже ждали. — А ты быстро, Трейвис, — усмехнулся сидящий к входу спиной рен Злевки, еще один из тройки приближенных намира, и поднял хрустальный бокал с красными вином.— Ставлю тысячу золотых на то, что намир в ярости. — Даже ставить не буду, это и так слышно, — потирая виски, сказал рен Лонский, когда с улицы стали доноситься охи, вздохи и молитвы от садовников, сад которых стал жертвой ярости намира. Оба рена сидели за небольшим круглым столом, но один пил вино, а другой воду, так как пытался ей вывести вино из своего организма. Рен Айскрон сел с ними за стол и притянул к себе чистый бокал. Рен Злевки с самой довольной улыбкой наполнил бокал друга и, встав, высокого поднял свой бокал. — Давайте выпьем за то, чтобы все поскорее закончилось! — Маниган шарм Злевки, известный на весь альянс, как самый везучий человек, ждал энтузиазма от своих товарищей по несчастью, так как всю подготовку к свадьбе намир свалил на них, но те лишь молча осушили свои бокалы. Поняв, что явно что-то идет не так, он сел и спросил: — Что случилось? — Ты серьезно хочешь это знать? — уточнил рен Айскрон и наполнил свой бокал сам. — Выкладывай, Трейвис, — фыркнул Злевки и, забрав бутылку, налил себя чуть ли не с горочкой. — Ей дорогу преградили гоблины, — спокойно сказал Айскрон, а вот Злевки чуть бокал не уронил. Даже у Лонского голова болеть перестала, и лицо вытянулось. — Она не успеет на праздник? — осторожно спросил Вермут шарм Лонский, известный на весь альянс, как самый замкнутый человек. — Вспомни, кто её учитель, и выдохни. В её компании оказался сильным маг, потому они открыли портал и уже движутся к главной дороге, — еле скрывая улыбку, сказал Айскрон, одним из прозвищ которого было «ледяное сердце».—Но она прибудет раньше времени. — Таааак, — протянул Злевки. — Ты сейчас намекаешь, что нам надо ускорить подготовку? — Это маловероятно. Все же намир выбрал день солнцестояния не просто так, — спокойствию Трейвиса завидовали все. Он поднял свой бокал и покрутил его, любуясь переливом вина и хрусталя. — Так что нам остается только ждать скандала века. Облегченно выдохнув, рен Злевки махом осушил свой бокал и начал наливать новый, как неожиданно заговорил рен Лонский: — Слушайте, но я так и не понял, что с принцессой Белотрисой из Нована? — Идиот! –хором сказали Трейвис и Мениган. Не дожидаясь тормозящего товарища, они чокнулись и осушили свои бокалы залпом. — Смотри при намире и Аскеанне про нее не ляпни, — добавил рен Айскрон. — А что такого в том, что я спрошу про невесту намира? — совсем ничего не понял Вермут. Его товарищи закатили глаза, глубоко вздохнули и, услышав с улицы взрыв, обреченно опустили головы.***
Путь вместе с Диавалем был самой большой пыткой для меня, так как он каждый раз, когда я от него отодвигалась, умудрялся найти какую-нибудь кочку и заставить коня подпрыгнуть, из-за чего благодаря чувству самосохранения мне приходилось цепляться за одежду принца. Не раз он пытался развести меня на разговор по душам, но я молчала, как рыба, или же материлась, как сапожник. В общем, разговор у нас не вышел, чему искренне радовалась я. Кстати радовалась я этому не одна. Ехавший прямо за нами Алакар так ржал, что у дракона глаз задергался. Причем так ритмично, что мне вспомнилась старая детская песенка, в которой простой музыкант побеждал злого дракона своей улыбкой. Ирония зашкаливала. Когда до главной дороги оставались считанные минуты пути, я выхватила поводья у Диаваля и вынудила коня остановиться, хотя с моего положения это было несподручно. У меня была надежда, что с остановкой принц отпустит меня, хотя бы ножки размять, так как сидеть боком и терпеть притеснения от королевского достоинства очень неприятно и неудобно, но чуда не случилось, потому дожидалась остальных все в том же положении. Была еще надежда на Алакара, но у того резко появились проблемы с лошадью. Она у него малость к земле примерзла, что ни у меня, ни у мага не было сомнений, кто тут постарался. — Как я и говорила, вам мужикам только бы конями меряться, — заключила я, так как мужики — это просто чуть выросшие дети, а Диан и Алакар явные примеры этого. — Ну, знаешь ли…– зашипел дракон и начал читать мне лекцию о том, какой он приличный, о том, как он ни с кем и ничем не мерялся, о том, как мне повезло с ним, и о том, что чувства его ко мне искренние. Ну да — ну да… И где же тот принц, которого несколько дней назад я встретила на мосту? Где тот, кто рискнул сунуться в мою библиотеку с бутербродами? Где он, поразивший меня своими схожими с моими методами манипуляции? Как ни печально признавать, но намир был прав. Таких, как мы с ним, раз… два… и хватит. Да, действительно хватит. Если таких, как мы, было бы больше, то мир бы сошел с ума и погряз в интригах, склоках и холодных войнах. А это малоприятное будущее. Абсолютно игнорируя дракона, я задрала голову и уставилась в небо. Здесь лес не был сильно густ, потому я прекрасно видела пролетающие над нами облака. Они мерно двигались вслед за ветром, успокаивая, но что-то все равно не давало мне покоя. Казалось, прямо в облаке, кто-то скрывается, причем кто-то большой. Разнесся крик грифа, из-за чего я даже лоб удивленно сморщила. Для данной местности эти птицы были не новостью, но все же они обычно встречались намного выше в горах, да и редко когда скрывались в облаках. Странно… От разглядывания неба меня отвлекла Сабрина, которая уже подъехала вместе с Иторном. — Принцесса, нам маскироваться? — спросила подруга, привлекая мое внимание и вынуждая принца наконец-то заткнуться. О, черти, Сабрина, ты моя спасительница! Я величество кивнула и, пока Диаваль фыркал мне в макушку, медленно, но верно сползла вниз под его рукой и, приземлившись на ноги, с низко старта побежала к Дубу и Деду, которые ехали вместе. Не успела я до них добраться, как нынешний глава разбойников, спрыгнув с коня, кинул в меня непримечательный серый плащ с большим капюшоном. Попал элемент одежды мне на голову, из-за чего я споткнулась и чуть не упала. Очень медленно и зло я стянула плащ с головы и пристально посмотрела на Дуба. Тот не менее пристально посмотрел на меня и даже нос обиженно сморщил. — Эй! — начала я. — Дуб, что за резкие обиды? — Я не обижаюсь! — фыркнул парень и скрестил руки на груди. Точно обиделся. — И вообще топай к своему принцу распрекрасному! — добавил он и махнул рукой так, мол, топай отсюда блудная женщина. Определенно обиделся! Быстро снимая свой фиолетовый плащ, я надела серый и подошла к Дубу. Тот от меня сразу же отвернулся, из-за чего пришлось действовать подкупом. Тяжело вздохнув, я обняла старого друга за плечи и тихо сказала: — Когда со всем разберемся, разрешу тебе ограбить королевскую сокровищницу. Парень тут же выровнялся и подозрительно на меня посмотрел. — И даже вынести что-нибудь разрешишь? — осторожно уточнил он. — Только в пределах разумного! — сразу поставила условие, так как знаю я жадную натуру Дуба. Довольно хмыкнув, он похлопал меня по плечу, обнял, как младшую сестру, и уже вместе со мной продолжил раздавать плащи. План по проникновению на территорию проездного пункта был крайне прост. Под маскировкой кочевников доехать до главных ворот, согласиться на уплату определенной суммы за проезд и попасть за ворота, а там дальше дело магии. Как ни печально, но главная роль в этом спектакле будет не за мной, а за Дубом, так как мой голос всем известен. Как-никак, а общие собрания я любила проводить и орать тоже любила, да и сейчас люблю. Когда все были замаскированы и скрыты наши всем известные фиолетовые плащи, которых крайне боятся все высокопоставленные лица в королевстве, так как этот цвет принадлежит только моей личной страже, мне предстояло снова сесть на коня к принцу. И вот смотрю я на вежливо улыбающегося Диаваля, готового меня усадить обратно… Смотрю… Смотрю… Разворачиваюсь и бегу к Алакару. Ну, нафиг этого дракона! Мой побег приметили все, в частности заливающийся смехом маг, которого очень позабавило лицо раздраженного и кинутого принца. Когда я подбежала, он подхватил меня за талию, усадил к себе на коня и, дождавшись, пока я привычно и удобно сяду в седле, забрался в седло сам, оказавшись за моей спиной. Алакар не стал строить из себя уверенного в своей идеальности мужлана, потому бережно поправил на мне плащ, накинул на меня капюшон и отдал поводья мне. — Лицо мне замаскируй, — попросила я мага, осваиваясь в управлении чужим конем. Лошадь оказалась достаточно податливой, но менее резкой нежели мой Гром, потому мне пришлось намотать поводья на руки, дергать и ударять ногами по её бокам чуть сильнее. Игнорируя рычание со стороны варвара, абсолютно спокойно Алакар нанес на меня иллюзию. Кожу лица немного защипало, причем обширно так, что появились у меня очень нехорошие подозрения, так как видимо не самую симпатичную иллюзию создал для меня маг. И подтвердила это реакция Ели. Проходящий мимо нас Елай хотел махнуть мне рукой, но осекся, споткнулся и уставился на меня испуганно выпученными глазами. Везет же магу, что я на себя посмотреть не могу, а то бы так ему врезала! Он бы забыл, как колдовать надо! — И на кого я похожа? — сквозь зубы спросила я, снисходительно смотря на Ель, медленно отходящего спиной назад. — На очень милого кучерявого парнишку с густыми бровями, — ответил Алакар таким тоном, что у меня невольно рука дрогнула от желания коснуться собственного лица. — Так ладно, — остановила я саму себя и направила коня в сторону главной дороги. Мы гордо проехали мимо шипящего Диаваля и медленно двинулись дальше за Дубом и Дедом, на которых пала честь вести колонну. В этот момент я ощущала если не полную, то моральную победу точно. Хоть как-то, но отомстила принцу. — Теперь ты счастлива? — наклонившись, спросил меня маг. Отвечать я не хотела, так как принц двигался прямо за нами и все прекрасно слышал, но неожиданно тело окутала какая-то пелена. — Теперь можешь говорить свободно, — пояснил странные ощущения придворный маг, что сразу стало ясно, что вокруг нас изолирующий барьер. Тяжело вздохнув, я быстро выровняла внутренний жар тела и облегченно выдохнула, так как наконец-то перестала мерзнуть. — Есть такое, — кивнула я. Маг держал между нами небольшую дистанцию, потому я могла спокойно и дышать, и управлять лошадью, и думать. Последнее было сейчас крайне необходимо, так как при захвате перевала мне нужен будет чистый разум, иначе действительно могу кого-нибудь лишнего убить. Дождавшись, пока я освоюсь в управлении и ослаблю поводья, Алакар решил завести разговор, пользуясь тем, что принц не может нас подслушать. — Ты сбежала от него слишком резко. Я бы на его месте обиделся. — Мне искренне плевать на его обиды, — четко ответила я. — Почему именно такого ответа я и ожидал. Даже не оглядываясь, я могла уверенно сказать, что Алакар готов засмеяться в голос. — Но все же чем обусловлен побег, да еще и ко мне? — спросил он, расположив свою наглую голову на моем левом плече. — С тобой банально теплее, — честно ответила я, на что маг усмехнулся у моего уха, а после выровнялся. — Ничего, Аска, он скоро пропадет из твоей жизни, — попытался утешить меня Алакар. — Также, как и ты, — поддела я его. Вообще задевать людей за больное это мое маленькое хобби, но с Алакаром оно приобретало больше мстительный характер, так как я до ужаса злопамятная. Всю жизнь буду ему припоминать то, как он меня оставил, как не отвечал ни на один призыв и как не сдержал клятву данную мне, что сопровождать меня до самой смерти. Раньше я действительно в это верила, ведь каждое утро начиналось с его магических фокусов и заканчивалось ими же, а потом он пропал. Время шло, а я, наивное дитя ждала и ждала… Ну, а потом нашему намиру взбрело в голову взять меня к себе у ученицы и там уже было не до ожиданий, но на ненависть мне времени хватало! Маг промолчал и ответил, лишь когда мы уже ехали по главной дороге вверх к проездному пункту. — У меня была причина тебя оставить, — сказал он. — Причины и оправдания есть у всего всегда, а храбрость признать свои ошибки зачастую отсутствует, — процитировала я намира и поджала губы, так как наш бессмертный опять же был прав. Печально признавать, но намир Гошшер редко ошибался в отношении людей, и часто ему хватало всего одного взгляда, чтобы узнать человека полностью. Были, конечно, и случаи, когда люди не выдерживали его пронзительного взгляда алых глаз с пылающим внутри огнем и сами сознавались во всем. До сих пор с ужасом вспоминаю, как впервые предстала пред намиром. Тощая, ну как в принципе и сейчас, с торчащими во все стороны кудряшками и разбитыми носом и коленями, которые умудрилась повредить, вылезая из кареты. От волнения и страха я споткнулась на ровном месте и, делая реверанс, умудрилась сесть на пол. Надо мной тогда многие принцессы моего возраста подхихикивали, так как у них реверансы и поклоны на автомате были, в отличие от меня. От их косых взглядов меня натурально трясло от злости, и глава альянса Анто это приметил и оценил. Величественно встав, он подошел ко мне, присел и, приподняв мой подбородок, посмотрел прямо в мои глаза. Это был первый раз, когда я увидела «адское пламя», то есть саму суть глаз намира, которые не просто имели красную радужку, но действительно пылали. Тогда я, как завороженная, смотрела в его глаза, не понимая, как такое вообще возможно, а он тем временем полностью изучил меня. «– Ты видишь, не так ли?» — спросил бессмертный тогда меня с таким намеком, что понял бы даже кролик, который очень хочет жить, потому я лишь нерешительно кивнула, чем и обрекла себя на учесть ученицы намира и стервы в будущем. Это был поистине печальный для меня день, хотя был и сглаживающий плюс в виде подарочка от намира. Наш бессмертный из чистых добрых чувств закатил бал и заставил всех тех, кто надо мной смеялся, танцевать до тех пор, пока они не сотрут мозоли на ногах в кровь. Весь бал тогда я просидела рядом с нашим бессмертным на месте будущей намиры, а в то время все были уверены, что наш бессмертный образумится и женится на принцессе Листене из Ахмерии, потому слуги на любое торжество выставляли два трона. Но как уже понятно, он ни на ком не женился. У него даже какое-то время был бзик на поломку второго трона, но потом в последнем я приспособилась спать, и Гошшер успокоился. Но сейчас не об этом. В тот вечер, смотря на страдающих девушек моего возраста, я хорошо запомнила слова намира: «Обиды забывают слабохарактерные люди, не способные отомстить. Если ты забыл боль, причинённую тебе, то проявил слабость. Не отомстил при первой же возможности — проявил слабость. Не отомстил повторно — проявил двойную слабость! Только умение изощренно мстить сделает тебя сильной. Хочешь им еще гадость сделать?» У меня тогда был натуральный шок, в силу того, что мне всю жизнь говорили про доброту, милосердие, человеколюбие и оптимизм, а тут самый сильный человек земель Барнадуш, хотя со временем я сильно усомнилась, что он человек, говорит мне о том, что прощение это удел слабых. Я в тот момент так сильно удивилась, что предложила подкинуть всем принцессам в кровати по жабе. У намира удивленно поползла вверх бровь. В панике, добавила, что можно и ядовитую жабу. Тут же и вторая вверх перекачивала. Вцепившись руками в подлокотник, я пискнула: «Плотоядных рыб?» А вот после этого наш бессмертный не сдержался и заржал в голос на весь зал, что пара дам, да и лордов в обмороки от шока попадали. Конечно, никто не стал заморачиваться и подкидывать в кровати принцессам жаб и рыб, но озеро с плотоядными рыбами во внутреннем садике дворца появилось и на завтрак принцессам были поданы живые жабы. Ор тогда стоял ужасный, но смех нашего довольного намира все глушил. До сих пор не понимаю, из-за чего он тогда так смеялся. Хотя ему, наверное, просто нравилось доводить меня до испуга. Череду воспоминаний пришлось прервать, когда мы доехали до ворот проездного пункта. Когда мы появились в поле зрения стражей, стоящих на массивных воротах, которые так-то должны были быть в несколько раз меньше из-за моего указа, касающегося внешнего вида проездных пунктов, который был издан около двух лет тому назад, в проездном пункте поднялся шум. Почти сразу же на смотровом мостике показался лорд Гир. Этого гада я узнала сразу, так как он единственный был в дорогом костюме и особой красотой не блистал. Даже наоборот уродом был, как моральным, так и внешним. Слишком узкий подбородок, слишком острые и широкие скулы, суженные глаза, вздернутый нос и длинные темные волосы. Как с такой внешностью он умудрился жениться, для меня тайна покрытая мраком! Оглядев нас своими противными глазками оливкового оттенка, лорд Гир махнул на нас рукой, не признав, за что спасибо надо сказать Алакару, которому хватило ума замаскировать всех, кроме Дуба, Деда и Ели. Глава проездного пункта ушел, видимо, к себе, и почти сразу же к нам вышел один из стражников. — Кто вы? Куда держите путь? — сурово спросил страж у Дуба, даже не поприветствовав. — Кочевники мы, — на деревенский мотив выдал глава разбойников, потакая вопросам. — В Феронию спешим. — Причина спешки и назовите город? — Так сестрица у меня замуж выходит, спешим поздравить. И не в город нам надобно, а деревню Лявку. От седа до туда еще три дня ехать. Страж недоверчиво сощурился, достал из внутреннего кармана мундира карту и проверил слова Дуба, а после, уверовав в его придуманную на ходу легенду, начал то, из-за чего собственно мы и примчали. — По приказу принцессы Аскеанны данный проездной путь предназначен для грузовых перевозок, — с намеком сказал страж. — Господин страж, ну нам очень срочно надо! Актер из Дуба был великолепный, так и хочется крикнуть ему «Браво!» Но, я молчу, а страж продолжает верить. — Мы можем вас пропустить, но сами понимаете, не бесплатно, — страж даже не стеснялся вымогать взятку. — Конечно-конечно, понимаем, — спешно сказал парень и, сняв с пояса черный мешочек с монетами, потряс ими. — Этого хватит? — С главным договоритесь, — довольно усмехнулся страж и поспешил открыть ворота, чтобы мы могли проехать на территорию пункта. Душа у меня в этот момент и ликовала и плакала, так как нельзя быть настолько доверчивыми дебилами! Точно придется военную реформу проводить, и в этот раз не буду слушать отца с его нытьем, что и так все прекрасно. Ничего прекрасного тут нет! Только мой личный отряд всегда выполнял нормативы и проводил регулярные тренировки, а остальные в отчетах нагло врали. Мы все быстро проехали за ворота и кучкой замерли, так как у всех, абсолютно у всех был шок. Причем качественный такой! На территории проездного пункта был бордель! Да что там бордель, тут в свободную гуляли полуобнаженные девицы! Так же за воротами ужасно смердело феромонами, алкоголем, рвотой и порохом. Последнее шло от открытого ангара с оружием, в котором кто-то сейчас дрался. Единственное, что в проездном пункте действительно было порядке, так это построенная в отдалении пекарня, у которой стояли повозки набитые тапаритами, от которых и шел ужасный запах феромонов. Эти сволочи совсем обнаглели! Никакой конспирации, никакого стеснения, все в открытую! У меня нервно задергался глаз, что милая убийственная улыбка, которой пользовался намир перед тем, как вынести кому-нибудь смертный приговор, появилась на моем лице сама по себе. А как только ворота закрылись, у меня сорвало от злости башню. И пофиг, что обычно я дожидаюсь, когда меня спокойно проведут к цели, у меня нервы не резиновые, так что имею право на скандал с огоньком! Я спрыгнула с коня и, встав ровно, запустила быстро созданную огненную сферу в ангар с оружием. Взрыв вышел нехиленьким, что доски и все содержимое ангара полетело в разные стороны, потому хорошо, что с нами был Алакар, который, как только я оставила его одного, создал вокруг моих людей защитный барьер. Сразу поднялась паника, так как за своей, как понимаю, рутиной распутной жизнью местные даже и не заметили, кто стал причиной пожара. Вторая сфера полетела уже в бордель. Так как бесят! Крики усилились, а обнаженных баб на улице стало больше, от чего Дуб даже заинтересованно присвистнул. — А неплохо нынче живут на королевском попечении, — прокомментировал глава разбойников, чем задел меня за больное, так как это получается, что за мой счет тут устроили вертет. Создав в руке третью сферу, я уже хотела запустить её в пекарню, но сдержавшись в последний момент, растворила её в руке и развернулась к застывшему в ужасе стражнику. — Отведи меня к лорду Гиду! — прорычала я, чувствуя, как на мне уже горит плащ. — Да кто вы такие?! — заверещал еще минуту назад хладнокровный вымогатель взяток. — Кто мы такие? — яростно переспросила я, что от моих собственных эмоций мой же плащ обратился в пепел. — Я твоя принцесса, Аскеанна термид Методориль! А это мой личный отряд стражи! Сейчас же отведи меня к лорду Гиру! И тут страж потерял сознание. — Слабак! — рыкнула я и пошла искать следующую жертву моего гнева. Обитатели проездного пункта уже носились с ведрами воды, пытаясь затушить огонь, но один мой щелчок, и пламя усилилось в несколько раз, что запах гари стал для многих удушающим. Но мне было плевать, меня сейчас интересовал лорд Гир, который на шум и носа не высунул. Выловив из толпы молодого парнишку, скорее всего одного из новобранцев, я оттащила его к своим людям под защитный барьер. — Ну, всё, пацану кирдец! — хихикнул абсолютно спокойный Дуб. — Впервые с тобой согласна, — кивнула Сабрина, так как знала: меня сейчас хрен чем остановишь. Парня от их фраз натурально затрясло, что он поспешно встал на колени, склоняясь пред злой мной. — Прошу пощадите! — взмолил он. — Где ваш начальник? — грубо спросила я. — Он там, — почти не отрываясь от земли, парень указал на двухэтажное деревянное здание, находящееся у дальних ворот проходного пункта. Проследив за его рукой, я усилила магией зрение и проверила, не сбежал ли лорд еще. Но, как ни странно, он был у себя. — Алакар, Диаваль за мной! — резко скомандовала я. — Остальные обеспечивают безопасность людей, но сначала смените плащи! За дело, уважаемые рены, эти крысы могут быстро разбежаться! Маг и дракон тут же спрыгнули с коней и поспешили за мной. Мои рыцари тоже медлить не стали и, быстро сменив плащи и надев защитные амулеты, побежали вытаскивать потерявших сознание из эпицентра пожара. Я шла быстро и решительно, огораживая себя огнем от бегущих на встречу психов с криками: «Умри ведьма!» Вот на что они надеются? Что меня их крики и кривые рожи спугнут? Идиоты! Знали бы они, как страшно, когда на тебя с доброжелательной улыбкой смотрит намир! Вот там реально страшно, что с улыбкой, что без нее! Намир вообще человек жуткий. После пятого идиота, рискнувшего броситься ко мне, Диан не выдержал и спросил: — И часто у тебя такое? — Чаще чем хотелось бы, — фыркнула я. — Но обычно все проходит в сотни раз тише. Я просто не ожидала, такой… — Наглости? — перебил меня Алакар. — А чего ты ожидала? Их же покрывал намир. Тут мне ответить было нечего, так как покровительство нашего бессмертного сравнимо с божьим благословением. Раз получишь и начинаешь борзеть, ну, а итог у всех потом крайне печальный. Наверное, именно поэтому я себе постоянно говорю, что благосклонность намира ко мне это испытание и кара, чтобы еще более худшую судьбу себе не накликать. Двери дома, в котором находился лорд Гир, были закрыты, потому дверь я выбила с ноги, так как ждать, что её нам откроют, крайне глупо. Будто фурия, я поднялась на второй этаж и огнем спалила дверь в комнату, из которой шел свет. И, о черти, как же хорошо, что я её спалила, а не открыла с ноги! Прозвучал выстрел, но пуля, летевшая в меня, расплавилась в пламени от двери. — Сука! — ругнулся лорд Гир и начала перезаряжать пистолет. У него он был старый, из самых первых, что придумал когда-то намир, ну, а потом сам и запретил, так как ему надоело вытаскивать из собственного тела пули, которыми его пытались убить. Поступок Гира и наличие у него пистолета говорили о многом. Во-первых, что Гир сотрудничает с намиром, так как все пистолеты были изъяты у всех королевств альянса. Во-вторых, меня за соперника лорд не воспринимает. В-третьих, что о моем бессмертии врагу не известно. Ну, и, в-четвертых, Гир всего лишь приманка от намира, чтобы я могла покинуть замок, так как мой, как ни печально признавать, учитель в доказательство своего доверия никогда никому не дал бы оружие. Из всего следует, что лорд Гир просто обнаглевшая скотина! — А вам храбрости не занимать! — усмехаясь, вспылила я и сделала шаг в комнату, но не успела поставить ногу на пол, как на мое плечо легла чья-то тяжелая рука. Резко обернувшись, наткнулась на серьезный и сосредоточенный взгляд Диаваля. — Дом деревянный, ты убьешь нас всех, — сказал дракон и, оттеснив меня назад, вошел в комнату первым. Вслед за принцем стены, пол и даже окна покрылись коркой льда. Пистолет в руках лорда Гира и то заледенел, что от попытки лорда отодвинуть затвор он треснул. Даже моё дыхание обратилось в пар. Дикий мороз окутал все мое тело, что мой жар, который защитным полем был вокруг меня, сошел на нет. Страдая жутким желанием укутаться в сотню теплых одеял, но продолжая держать лицо так, будто все прекрасно, я зашла вслед за принцем. Кабинет лорда Гира, а это был именно что кабинет, отличался от того, что я привыкла видеть на проездных пунктах. И проблема была ни в люстре, хотя обычно в таких местах приняты настольные свечи, ни в ковре, даже ни в портрете обнаженной женщины на стене, а в мебели. Под слоем льда я приметила, что стол, за которым стоял Гир, был из красного дерева, кресло за его спиной отделано одной из самых дорогих тканей во всем альянсе Анто, а в углу был сундук явно, набитый деньгами со взяток. Что было странным в комнате, так это наличие камина с еле горящим огоньком, который всеми силами сопротивлялся натиску льда. И тут вопрос… А Гир вообще в курсе, что моя магическая специальность огонь? Видимо, нет, раз он разжёг камин. Хмыкнув, я встала перед трясущимся от холода лордом и, скрестив руки под грудью, заговорила таким тоном, каким обычно выносила приговор: — Гир, — специально не упоминала его титул, чтобы указать на его более низкое положение, — вы были понижены с рена до лорда и сосланы в проездной пункт еще моим отцом за коррупционные действия, но видимо жизнь вас ничему не научила. — Иди к черту! — рыкнула будущая жертва казни и замахнулась на меня замершим пистолетом, но рык со стороны принца немного приструнил его. — Направляясь сюда, — продолжила, не обратив внимания на оскорбление, — я думала, что придется проводить обыск, но вы слишком обнаглели. Гир, вы нарушили огромное количество законов Методории и один запрет альянса Анто. И если за первое вас бы ждало пожизненное заключение, то за второе только казнь. Причем прилюдная и в Оридне. — Намир меня не казнит, — зло улыбнулся Гир, все еще верующий в то, что он что-то значит. — Да неужели, — протянула я, сея сомнение в его уверенность. — Вы плохо знаете нашего намира, Гир. Он очень-очень любит казни. А с учетом того, что у него в скором времени свадьба, — тут лорд даже глаза широко распахнул, — то он скорее всего на нервах, и с превеликим удовольствием посмотрит на чью-нибудь казнь. Гир откинул пистолет и, как дикий зверь, оглядел меня, а потом и принца, стоящего у окна справа от него, и Алакара, стоящего за моей спиной и опирающегося спиной на дверной косяк. Мужик явно не знал, куда деться, потому решил идти ва-банк. — Он женится не на вас, принцесса, чтобы вы могли вести себя так дерзко! — заявил Гир и затрясся как лист на ветру. Я уже хотела ответить, что безумно этому рада, но зуб на зуб перестал попадать. Быстро обняв себя руками, попыталась окутать себя огнем, но не вышло. Тогда пошла по старинке, то есть начала тяжело дышать, но мое собственное дыхание превращалось в льдинки и падало к моим ногам. — Ди-диан, — еле выдала я, пристально посмотрев на принца. Но тот дурачка состроил. Хотя нет, он его не строит. Он реально дурак! Поняв, что мне плохо, ко мне сразу же подошел Алакар. Он коснулся моего ледяного лба и нахмурился. — Диаваль, сейчас же прекратите понижать температуру комнаты! — приказал маг принцу и подтолкнул меня к камину. Принц растерянно стал переводить взгляд с застывшей меня на Алакара, готового устроить скандал, так как по комнате залетали снежинки. Я же сделала маленький шажок к огню и вытянула руку, пытаясь поглотить тепло, но пламя не откликнулось на мой призыв. И это было странно, так как моей огненной сути подчинялся даже дикий огонь, вызванный попаданием молнии в дерево. Снова обняв себя руками, я пригляделась к маленькому огоньку и отчетливо увидела в нем два пылающих пронзительных глаза, смотрящим прямо на меня. «– Ты видишь, не так ли?» — прозвучал у меня в голове до боли знакомый голос. Перестав дрожать, я кивнула и быстро сделала два шага назад, приблизительно представляя, что будет дальше. Лед в комнате мерно растаял, на полу сразу же появились лужи. Мужчины удивленно смотрели на происходящее, особенно Диаваль, который до сих пор оставался в окружении снежинок. Я в это время не сводила глаз с алого пламени, которое все увеличивалось и увеличивалось, ломая сам камин. Из-за жара маленькие камни стали почти выстреливать в разные стороны. И почему-то многие из них летели в принца, который вместе с Алакаром, пригибаясь, стал отходить ко мне, видимо, прикрыть меня хотел. Но из нас двоих в опасности явно не была я, так как меня камни по диагонали облетали. Когда камин окончательно рассыпался, а кабинет начал гореть, из пламени вышел он, мое самое главное в жизни невезение. Все застыли, в ужасе смотря на него, а у меня еще и дыхание перехватило от легкого страха. Босой, в бордовых ночных брюках, с обнаженным торсом, которому вполне мог позавидовать принц Диаваль, с уложенными назад красными волосами, легкой щетиной, которую из правителей позволял себе только он, и пылающими красными глазами. Определенно, намир был в своем репертуаре. С каждым его шагом в моем направлении, мне становилось легче дышать, так как я уже давно на инстинктивном уровне научилась поглощать его силу и переводить в свою. Это всегда выходило легко, так как мы оба владеем стихией пламени, да и сам намир блок от меня не ставил. Великий и ужасный намир Файстрел хардиус Гошшер остановился в трех шагах от меня, что я сразу почувствовала себя карликом, так как еле-еле доходила ему груди, и произнес, ни к кому конкретно не обращаясь: — Слабые люди доверяют сильным, ища в них поддержку, защиту и силу, которой у них нет… — Сильные же пользуются этим и укрепляют свой статус, — продолжила я за намира, прекрасно помня, как он уже мне это говорил. — Вы доверяете мне, принцесса Аскеанна? — с самой довольной улыбкой спросил намир и протянул мне руку. Ни секунды не сомневаясь, я сделала два шага к нему и, осторожно вложив свои пальчики в его раскрытую ладонь, уверенно ответила: — Ни капельки. Улыбка намира стала чуть шире. Он медленно склонился и коснулся губами кончиков моих пальцев, что я кожей ощутила самое горячее дыхание на свете. Не разгибая спины, намир крайне медленно провел взглядом от костяшек моих пальцев по руке и до самого лица и сосредоточился на моих глазах. Я машинально выровнялась и задрала подбородок, показывая этим, что не забыла его уроки. В данной ситуации по-другому было нельзя, так как глава альянса Анто уважал исключительно силу. И если я не покажу ему свою сильную сторону, то могу нарваться на очередной его безумный урок. Неожиданно улыбка намира превратилась в кривую усмешку, и вокруг нас начало буйствовать пламя…
