Keep These Memories for Ourselves

Пар, поднимаясь над водой, окутывал Луи и смешивался с дымом от свечей, расставленных вокруг края ванны. Большая рука ласкала кожу животика Луи, периодически брызгая на него. Мальчик опирался на грудь Гарри спиной, чувствуя себя абсолютно счастливым, сидя между его ног и прижимаясь к сгибу его шеи. — Чувствую себя очень тепло, — тихо сказал Луи в шею Гарри. Гарри притянул его ближе к себе рукой, лежащей на груди мальчика, и нежно поцеловал в макушку. — Да? Слишком горячо, или ты чувствуешь себя хорошо, милый? Луи промычал в размышлении, прежде чем прижаться губами к коже Гарри. — Хорошо. Гарри улыбнулся и потёр рукой животик Луи. — Хорошо, — тихо ответил он. Он был рад видеть Луи таким расслабленным, но несколько любопытных мыслей продолжали кружиться в его голове. Он не мог сделать выбор между тем, чтобы удержать их в себе подольше или же поделиться ими сейчас, что потенциально может нарушить умиротворение в сознании Луи. Гарри не мог перестать думать о съёмках Луи. Он был фотографом-фрилансером и никогда не воспринимал свою карьеру как должное. Гарри счастлив иметь работу, которой он был так увлечён, но ещё более счастливым его делал самый фотогеничный мальчик, который своим присутствием давал ему каждый день чувство дома. Гарри любил фотографировать Луи: редко проходил день, когда он не добавлял хотя бы одну фотографию с ним в свой телефон, не запечатлевал в определённой позе или не успевал воспользоваться своей профессиональной камерой. Раньше Луи протестовал и отстранялся от Гарри, говорящего ему, как он был красив, и что его необходимо сфотографировать. Но вскоре Луи понял, что его парень был очень увлечён этим, и чувствовал себя виноватым, когда говорил ему прекратить фотографировать себя. Когда Луи просил Гарри остановиться, он соглашался без колебаний, никогда не желая сделать ему некомфортно. Гарри всегда сначала мягко спрашивал его разрешения, понимая, что мальчик чувствовал себя незащищённым, а когда он направлял на него камеру, становился расстроенным, просил увидеть фотографию и после умолял сразу удалить её. В течение первых месяцев, как они начали встречаться, Гарри почти полностью поборол неуверенность Луи, постоянно говоря ему, что он был его самой лучшей моделью для фотографий. Гарри так гордился Луи за то, что тот стал более уверенным в своём внешнем виде, и внутренне хвалил себя за то, что он помог повысить заниженную самооценку своего малыша. Однако сейчас у него есть новая идея, на которую возможно не распространится новообретённая уверенность его мальчика. Гарри посмотрел на Луи и нежно и утешительно коснулся его. Он был так красив, каждая его часть. Гарри был на неофициальной миссии запечатлеть так много его красоты, как он смог бы за всю свою жизнь. Любовь к Луи и желание показать ему, насколько он прекрасен, переполняли Гарри, и он не мог не нарушить тишину между ними вновь. — Дорогой, можно тебя о кое-чём спросить? — тихо начал он, нежно касаясь животика Луи. — Хорошо… — робко ответил Луи. — Я думал, горошек, о тебе. Довольно много, — расплывчато сказал Гарри. — Эмм… Хорошо… — снова сказал Луи, слегка ёрзая в объятиях парня и немного краснея от его беззастенчивой привязанности. — Я думал о фотографиях, которые я делаю с тобой, дорогой. И насколько ты прекрасен, — продолжил Гарри, целуя волосы мальчика. Он знал, что Луи теперь сильно покраснел, но он не мог не сказать ему, как сильно восхищается им. — И о том, как хорошо ты позируешь для наших снимков. Ты моя идеальная модель, Лу. Так красив для меня каждый раз, — мягко добавил он. Луи продолжал ёрзать на Гарри, слегка плеская водой в ванне, пока пытался скрыть свой румянец. — Хазза… — тихо прохныкал он. Несмотря на то, что ему было комфортно, когда Гарри фотографировал его, а иногда и обрамлял его фотографии или показывал снимки другим людям, он всё ещё прилагал усилия, чтобы принять похвалу своего парня, особенно когда тот хвалил его как сейчас. Гарри почувствовал, что Луи был немного напряжён, пока мальчик переворачивался на бок на его груди с обёрнутыми вокруг него руками. Гарри успокаивающе провёл ладонью вверх-вниз по сжавшемуся Луи. — Всё в порядке, милый. Помни, о чём мы говорили. Это нормально, признать, что ты хорошо выглядишь, это здорово и полезно для тебя, когда ты считаешь себя красивым. В этом нет ничего зазорного, тебе нечего стыдиться, если ты доволен тем, как ты выглядишь, — мягко сказал Гарри. Луи глубоко вздохнул и сказал: — Да… я… хорошо, Хаз. Гарри улыбнулся, когда Луи заметно расслабился. Он снова поцеловал его в макушку и продолжил, пытаясь сохранить голос мягким и спокойным. — Ну, ты знаешь, как я люблю снимать тебя, дорогой. И я люблю пробовать новое… разные позы, или же фотографировать тебя в новых местах, — сказал он. Луи кивнул, немного насторожившись от упоминания Гарри о том, что тот пробует что-то новое, но он был готов выслушать его. — Я знаю, это может показаться странным, малыш. И ты знаешь, последнее, что я хочу сделать, — это заставить чувствовать тебя некомфортно, — продолжил Гарри. Луи снова кивнул, ожидая, когда он договорит. — Поэтому всё, о чём я прошу тебя, — это быть непредвзятым, когда я расскажу тебе о моей идее. Всё в порядке? — Да, Хаз. Просто расскажи мне, — выпалил Луи, становясь более беспокойным от ожидания. Гарри хихикнул и снова поцеловал его в макушку. — Хорошо, малыш. Извини, — Гарри продолжил прижимать руку к Луи, безмолвно побуждая его сохранять спокойствие и непредвзятость. — Мне было бы интересно, милый, если бы ты позволил мне сделать несколько разных фотографий тебя. Я хотел бы сфотографировать тебя без одежды, малыш, — сказал Гарри, наконец, позволив Луи узнать свою идею. Луи замер, почти забыв, как дышать. Он чувствовал, как жар распространялся по его телу, но это не было хорошо. Миллион вопросов возникло в его голове, но он сохранял молчание о предложении Гарри. Гарри знал, что Луи сейчас был немного потрясён, и дал ему некоторое время собраться с мыслями. Минуты шли, и Луи молчал. Гарри начал волноваться и решил подтолкнуть его. Он наклонился, чтобы поцеловать его в лоб, надеясь, что этот жест успокоит его. — Можешь сказать мне, что ты думаешь об этом, милый? — нежно спросил Гарри. Луи выдохнул и попытался дать ответ: — Эмм… Я… Я-я не… — он запинался от волнения. Гарри терпеливо погладил его тёплую кожу, ожидая ответ. — Ты… ты имеешь в виду… ты хочешь сделать… порно-фото… м-меня? — Луи спросил в подтверждение своих догадок, его лицо горело от собственного вопроса. Гарри задумался на мгновение, задаваясь вопросом, как лучше ответить. — Нет, малыш. Не совсем так. Я не собирался делать эти фотографии порнографическими, — осторожно объяснил Гарри. Он наклонился, чтобы подарить ему ещё один поцелуй, прежде чем продолжить: — Я бы никогда не посмел так извратить тебя, любимый. Ты не что иное, как произведение искусства, и я мечтаю запечатлеть каждую часть тебя на своих фотографиях, — Гарри провёл рукой по спине Луи вниз и мягко потёр его с внутренней стороны бедра под водой. — Ты абсолютно не обязан соглашаться на это, сладкий. Надеюсь, ты знаешь это? Луи кивнул и попытался ответить ему что-то толковое, но смог только выдавить небольшое: — Я… да, Хазза. — Хорошо. Просто… Я знаю, это серьёзная просьба к кому-либо. Я понимаю. Но… Эти фотографии с тобой, которые я хотел бы сделать… они никогда не попадут в чужие руки, дорогой. Я бы никогда не посмел показать их кому-либо ещё, демонстрируя тебя так… — тихо сказал Гарри. — Ты можешь быть уверенным в этом, милый. Я обещаю тебе, никто больше не увидит их. Луи слегка кивнул, всё ещё пытаясь собрать свои мысли вместе. — Итак… эти фотографии… они были бы… для тебя? Просто, для того, чтобы ты мог смотреть на них, когда захочешь? — Хм… Необязательно. Я хотел бы думать, что это для нас обоих, если не только для тебя, — ответил Гарри. — Я хотел бы видеть их время от времени, конечно, — продолжил он, наклоняясь, чтобы полностью перехватить Луи в настоящем поцелуе. — Ты знаешь, как сильно я люблю тебя, милый. Ты так красив, каждая твоя часть. И я знаю, что ты можешь чувствовать себя неловко из-за таких вещей… но поверь мне, когда я говорю, что твоё обнажённое тело — произведение искусства, я чувствую себя таким, таким привилегированным, и что мне позволено фотографировать тебя так. Луи оставался неподвижным и молчаливым, размышляя над словами Гарри и чувствуя себя переполненным очевидным обожанием своего парня. Гарри ждал ответа, но когда его не поступило, мягко продолжил: — Я знаю, что ты иногда не согласен с этим, малыш, — сказал он, пытаясь быть деликатным настолько, насколько он вообще мог быть с этой темой, чтобы не расстроить хрупкого мальчика в руках. — Есть много, много людей, которые ещё не полюбили своё тело, сладкий. Не надо смущаться, — Гарри ещё раз поцеловал его в макушку, прежде чем добавить, — особенно передо мной. — Я много размышлял об этом, и думаю, что могу помочь тебе увидеть то, как прекрасно ты выглядишь в другом свете, обнажённым, — объяснил Гарри. — Ты заслуживаешь всей самоуверенности в мире, дорогой. Но ничего страшного, что у тебя пока нет её. Я просто хочу помочь тебе стать увереннее в себе, понимаешь? Луи глубоко вздохнул, пытаясь разобраться во всех своих мыслях и в новых идеях, которые предложил Гарри. Он верил ему, когда тот обещал, что эти фотографии никогда никому не будут показаны, и знал, что может сделать это с большей уверенностью, но ему было стыдно признать это независимо от настойчивости Гарри. — Я обещаю тебе, ты имеешь полное право отказаться от моего предложения, Лу. Я бы никогда не заставил тебя делать что-то подобное. И я не хочу давить на тебя, малыш. Я просто хочу, чтобы ты увидел себя так, как вижу тебя я. Луи почувствовал слёзы в уголках глаз. Гарри любит его так сильно, что иногда от этого у него перехватывало дыхание. Он чувствовал большие руки, охватывающие его спину, касающиеся нежно и успокаивающе. Он ощущал, как сердце Гарри билось о его грудь, и в этот момент он понял, что Гарри действительно готов сделать для него всё. Меньшее, что мог сделать он сам, — это содействовать своему парню в том, чем тот был так увлечён. — Мне не нужен ответ сейчас, если ты не готов мне его дать, ангел. Всё нормально. Просто я был бы очень признателен, если бы ты подумал об этом, — Гарри прижал к себе Луи сильнее, чтобы прошептать ему на ухо: — Просто помни, что я люблю тебя, дорогой. Я люблю тебя и буду любить больше, чем что-либо в мире в любом случае, даже если ты решишь не фотографироваться таким образом. Луи кивнул снова и приподнял голову, слегка обнажив шею, как в знак для Гарри, что он хочет, чтобы его поцеловали ещё. Гарри гордился тем, что он знает все способы, которыми Луи показывал ему, что хочет больше внимания. Он с радостью подчинился, несколько раз прижимаясь губами к мягкой коже Луи, иногда задерживаясь, чтобы оставить небольшие засосы. Гарри особенно любил фотографировать любовные укусы, которые он оставлял на коже Луи. — Ты… эм… эти фотографии они были бы только для нас? Никто… никто больше их никогда не увидит? — нерешительно спросил Луи. Гарри сделал паузу между своими поцелуями, чтобы утвердительно ответить на вопрос Луи: — Никто, кроме нас двоих, малыш. Он продолжил своё занятие — целовать Луи, терпеливо ожидая, когда он соберётся со своими мыслями. — Эм… как-какие… позы… ты… ты имеешь в виду? — робко спросил Луи. Гарри промычал в кожу Луи: — Я ещё не всё продумал, дорогой. Хотя, я думаю, что хотел бы сделать несколько снимков тебя на нашей кровати, когда будет солнечно… и ты лежал бы на спине… с руками над головой и с раздвинутыми ногами. Я думаю, это было бы хорошей картиной. Если тебе это нравится, мы можем сделать небольшую серию с тобой, как бы… как бы сделать небольшой набор фотографий для тебя… всего несколько мыслей. Луи оценил, как много Гарри думал об этом; он на самом деле представлял, как Луи будет выглядеть без одежды перед его камерой на их кровати. Просто мысль об этом заставляла мальчика чувствовать себя напряжённым и слишком чувствительном ко всему, особенно к рукам Гарри, продолжающим бродить по его телу. Он почувствовал ещё один поцелуй на своей шее, прежде чем Гарри снова заговорил. — Она немного остыла, дорогой. Хочешь вылезти сейчас? Луи неопределённо кивнул, теряясь в своих мыслях в тот момент. Он услышал звук, спускающейся воды, и вскоре почувствовал, что Гарри поднимает его из ванны на пол. Гарри завернул его в полотенце и наклонился, чтобы задуть все свечи. Они оба в основном молчали, пока выходили из ванной и готовились ко сну. Луи снова был обёрнут руками парня, но на этот раз с несколькими слоями одежды между ними. Гарри близко прижимал Луи к себе, его рука спокойно покоилась на груди Луи. Прежде чем Луи стал слишком сонным, Гарри должен был убедиться, что утешил его перед сном. — Я знаю, что это может быть немного ошеломительным. Ты можешь подумать над этим предложением столько, сколько тебе будет угодно. И если ты решишь, что согласен на это, мы могли бы сделать столько фотографий, сколько ты посчитаешь нужным. — И… ч-что, если… я… могу ли я сказать, что я думаю Хазза? — робко спросил Луи, повернувшись к нему лицом. Гарри нежно поцеловал его в нос и ответил: — Всегда, любимый. Всегда говори мне, о чём ты думаешь. Луи немного покраснел, но продолжил, пытаясь успокоиться и подобрать правильные слова. — Я думаю… может быть, я уже готов дать тебе ответ сейчас, — сказал ему Луи. Гарри улыбнулся, надеясь на лучшее, но понимая, каким ранимым может быть его парень. — Так каков вердикт? — спросил он. Луи хихикнул и снова спрятал лицо, пытаясь скрыть свой румянец. Гарри поцеловал его в макушку в ожидании, когда он продолжит. — Я… Я не против… попробовать это. Мы можем сделать такие снимки, если ты хочешь, Хазза. Гарри широко улыбнулся, прижимая Луи ближе к груди. — Я рад, что ты согласился, дорогой. И также я очень горжусь тобой, — добавил он, отстраняясь, чтобы посмотреть Луи в глаза. — Я знаю, что видел тебя голым раньше, но это может показаться тебе немного другим, и я хочу, чтобы ты знал, что ты очень храбрый, раз смог выйти из своей зоны комфорта ради меня. Луи улыбнулся от его похвалы и от радости, что Гарри гордится им. Он закинул ногу на его бедро и обнял, обернув себя вокруг тела своего парня. Гарри мог немного ощущать, как Луи возбудился, когда слегка касался его. Он улыбнулся мысли о том, что Луи раскрывается на его похвалу и любовь, поэтому он продолжил, желая дать ему знать, насколько он был любим и ценен. Гарри поцеловал его в макушку и сказал ему: — Это действительно много значит для меня, дорогой. Я прослежу, что всё будет хорошо, да? — он тёр рукой вверх-вниз по спинке Луи, приближаясь к краю его трусов. — Да, пожалуйста, — ответил Луи очень тихо, но так, чтобы Гарри его услышал. Гарри чувствовал, что Луи упирается в его нижнюю часть живота, и что он очень твёрдый от его слов и мягких прикосновений. Гарри спустил нижнее бельё Луи так, чтобы иметь доступ к его дырочке. Мальчик тихо ахнул в шею парня от холодного прикосновения к своей перегретой коже. Они ничего не говорили, и тишину нарушало только тяжёлое дыхание Луи, когда Гарри скользнул пальцем внутрь и обратно. Гарри добавил ещё один палец и посмотрел на Луи: лунный свет из их окна, проходит сквозь полностью открытые шторы и бросает полосатые тени на кремовый свитер мальчика, смятый и сдвинутый, когда Луи мягко сжимается вокруг пальцев. У Гарри зудели руки от того, как он сейчас хочет взять свою камеру, не желая упустить такую уникальную возможность. Он сразу же отвлёкся от своих мыслей, когда задевает простату Луи, заставив его крепко сжаться вокруг пальцев и скулить имя Гарри ему в шею. Гарри добавил ещё один палец, и вскоре Луи, толкаясь крошечными движениями напротив живота парня и обнимая его за шею, кончил в трусики, пока тихо стонал его имя снова и снова. Гарри убрал пальцы и обнял своего мальчика, никогда не получая достаточного ощущения, что он держит Луи. Он откинулся на спину, чтобы глубоко его поцеловать, и прошептал слова похвалы мальчику в своих руках. Иногда достаточно было сделать мысленный снимок: в жизни Гарри были некоторые моменты, которые он никогда не мог прерывать.

***

— Подожди! Один момент, просто подсоби мне, — поспешно сказал Гарри, пока он поднимал предметы на кухонном столе в поисках своего телефона. — Гарри, я просто ем хлопья. Что в мире такого важного? — сказал Луи, нежный тон пробивается сквозь его внешне раздражённое поведение. Гарри нашёл свой телефон и открыл приложение камеры, расположившись перед Луи. — Это… солнце светит сквозь твои волосы просто так… эта возможность исчезнет через мгновение, я… я должен снять это раньше… прежде чем оно поднимется дальше в небе… — отвлекающе объяснил Гарри, делая паузы время от времени, когда он сосредотачивается на фотографиях, которые он снимал. Луи закатил глаза, но остался как можно более неподвижным для Гарри, повинуясь ему, когда тот говорил ему наклонить голову определённым образом. Гарри, наконец, расслабился и положил телефон в карман, возвращаясь к завтраку. Между ними прошло несколько минут спокойной тишины, прежде чем Гарри снова заговорил.  — Весь день должно быть солнечно, детка, — сказал он непринуждённо.  — Да? — Луи спросил, не успев ещё понять. — Это здорово. — Ммм… — подтвердил Гарри, делая паузу, чтобы правильно подобрать слова к тому, что он собирается сказать дальше. — Я думаю, милый… у нас нет планов на сегодня, верно? Луи кивнул и взглянул на Гарри, задаваясь вопросом, к чему он клонит. — Освещение довольно хорошо для меня, чтобы сделать несколько снимков тебя сегодня… могу я? — задумчиво спросил он. Луи пожал плечами и начал отвечать: — Конечно, Хаз, если ты хоче… — Луи покраснел, когда понимание обрушивается на него под терпеливым и нежным взглядом Гарри. — Ох… ты имеешь в виду…? — спросил он застенчиво, неуверенный в том, что именно это Гарри попросил сейчас. Гарри легко кивает, даря Луи небольшую улыбку. — Ага, — подтвердил он, стараясь сохранять разговор спокойным, чтобы не подавлять Луи. — Могу я сфотографировать тебя обнажённым сегодня, дорогой? Если только ты не хочешь подождать, может быть, ещё один день? Просто сегодня довольно солнечно, я думал, что это будет хорошо… Луи открыл и закрыл рот, пытаясь согласиться. Он просто кивнул, чувствуя себя уже немного взволнованным. Гарри ласково улыбнулся ему и мягко потёр руку Луи вверх-вниз. — Я знаю, иногда я слишком усердно стараюсь, когда фотографирую тебя, милый, но я думаю, на сегодняшний день нам будет достаточно одной из моих небольших камер Canon. Нет необходимости во всём остальном оборудовании, — сказал он, призывая Луи расслабиться. — Я не хочу запугивать тебя, дорогой. Это всего лишь я. Луи кивнул, позволив себе немного успокоиться, и мягко улыбнулся для Гарри. Гарри наклонился вперёд, чтобы поцеловать его в щёку, прежде чем собрать тарелки от завтрака и положить их в раковину. Он вернулся к Луи, взял его за руку и повёл вверх по лестнице. — Если ты не против, малыш, я подумал, мы могли бы начать с этого красивого белого белья на тебе. Тебе в нём будет легче, может? — спросил его Гарри. — Да, хорошо, — робко согласился Луи, всё ещё немного нервничая. Они вошли в свою спальню, и Гарри тут же начал играть с жалюзи на окне, стремясь добиться идеального количества света в комнате. Луи неловко уселся на край кровати, не зная, стоит ли ему начинать раздеваться. Гарри остановился и отошёл, рассматривая окно сверху вниз и то, как свет достигал их кровати. Он заметил сидящего на краю Луи, его плечи были напряжены, и он немного ёрзал на месте. Гарри сел рядом с ним и прижался губами к его плечу. — Всё в порядке, да? Ты хорошо себя чувствуешь, дорогой? — осторожно спросил он. Луи поднял на него глаза и сразу кивнул, пытаясь избавиться от тревожности. Гарри видел его голым тысячу раз раньше и делал фотографии с ним хорошими камерами, поэтому Луи постепенно расслабляется рядом с Гарри. — Хорошо, — тихо сказал Гарри, быстро чмокнув его в щёку. — Пойду возьму свою камеру. Ты можешь начать раздеваться сейчас, если хочешь, сладкий, — с любовью ему сказал Гарри. Луи снова кивнул и проследил за тем, как Гарри выходит из комнаты. Он тоже встал, чтобы пройти к зеркалу и увидеть себя в полный рост. Он потянул вверх свой свитер, чувствуя себя странно с мыслью о том, что бы ждать Гарри обнажённым на их кровати. Он попытался сделать то, что ему сказал Гарри, и полностью снял свой свитер. Он посмотрел на него в своих руках и провёл по нему пальцами, проходя по комнате, чтобы аккуратно его повесить. Он знал, что намеренно убивает время, но всё, что он хотел, — это чтобы Гарри вернулся и прикоснулся к нему, дабы расслабить его. Когда он подумал об этом, Гарри вошёл в комнату вместе с одной из своих небольших профессиональных камер. Гарри перебирал кнопками на камере перед тем, как посмотреть вверх и увидеть, что Луи всё ещё полностью одет. Он осторожно опустил камеру, подвешенную за шейный ремень, себе на грудь, и подошёл к Луи. — Всё в порядке, дорогой? — спросил он, на его лице прослеживалась лёгкая озабоченность. — Я… да, я просто… — Луи говорил тихо, вполсилы, пытаясь объяснить своё беспокойство. — Всё в порядке, всё хорошо. Могу я помочь раздеть тебя, милый? — мягко спросил он. Луи с благодарностью кивнул, позволив Гарри снять с себя футболку. Гарри помог Луи выйти из штанов, оставив его только в одних хлопковых трусах. Он ласково улыбнулся ему и поцеловал в щёку, а после отошёл от него, чтобы взять из комода белые кружевные трусики и подходящие к ним чулочки. Луи видел, как Гарри копался некоторое время в другом ящике, прежде чем вернуться к нему и положить нижнее бельё на кровать, а также бутылочку лосьона. Он встал прямо перед Луи и поцеловал в щёку, когда потянул руками вниз его нижнее бельё. Луи вышел из него и собрал всю свою брошенную одежду в кучу возле их шкафа. Гарри взял его за руку, чтобы подвести к кровати, и сказал: — У нас есть весь день, милый. Почему бы мне не помочь тебе ещё немного расслабиться, втирая в твою кожу лосьон? Луи слегка улыбнулся и кивнул. Гарри велел ему лечь на живот и поцеловал его между лопатками. — Ты такой прекрасный, любимый, и твоя кожа действительно будет светиться после этого, — Гарри пообещал ему, пока выливал лосьон, и начал втирать его в Луи, отложив камеру. Гарри тщательно пробирался руками по ногам Луи, нежно их массируя. Он добавил ещё немного лосьона на свои руки и начал с нежностью втирать его в попу и поясницу Луи, убедившись, что его действия достаточно аккуратны. Чуть позже он добавил лосьон на спину меньшего мальчика и на его руки. Он перевернул Луи на спину и также помассировал его живот и грудь. Он чувствовал, как Луи расслабляется под его прикосновениями, наслаждаясь знакомым и безопасным ощущением больших рук Гарри на своём теле. — Хорошо, детка? — спросил он тихо, после нескольких поцелуев Луи в щёку. Мальчик приоткрыл глаза и кивнул, улыбаясь Гарри, находящемуся к нему так близко. Гарри улыбнулся в ответ и подарил Луи длинный поцелуй в губы, время которого вскоре превратилось в минуты. Когда он отстранился, он счёл Луи достаточно расслабленным, чтобы начать. Гарри бережно одел Луи в белые трусики, мягко поправляя их на нём. Он помог натянуть чулки до бёдер и пристегнул их к трусикам. Он поцеловал его ещё один раз в щёку, прежде чем подняться с кровати. — Держи руки над головой, горошек. Мне нравится, как ты выглядишь, такой мягкий и раскрытый для меня, — похвалил Гарри, с улыбкой поднимая камеру к лицу. Луи сделал, как сказал Гарри, и закрыл глаза, позволив себе расслабиться перед спорадическим щелчком камеры. Гарри ставил его в определённые позы или изменял свою собственную позицию, чтобы получить новый угол на тело Луи. Гарри взглянул на Луи, лежавшего на своём животике и ожидающего новых указаний. — Может быть… хмм… — сказал Гарри, думая вслух. Он задавался вопросом о том, какие ещё позиции он хотел бы заснять перед тем, как попросить Луи снять нижнее бельё. — Ты можешь постоять для меня, малыш? — На… полу? — Спросил Луи, сползая с кровати. Гарри кивнул и одобрительно промурлыкал. Он вёл Луи, положив ему руку на спину, к стене, прилегающей к их окну. — Положи руки на стену и наклонись вперёд, выставь свою попку для меня немного больше. Это нормально? — Гарри спросил его, снова поправляя шторы и жалюзи. Луи слегка нахмурился: это было гораздо более непристойно, чем всё, что Гарри просил его до сих пор, но он проигнорировал своё беспокойство и сделал так, как попросил Гарри. Гарри ухмыльнулся тому, как красиво выглядел его мальчик: ничто из этого не должно было быть настолько сексуальным, но кружевные трусики украшали удивительную попку Луи так прекрасно, и Гарри чувствовал себя настолько особенным, что ему разрешили фотографировать эту сцену перед ним. Когда он закончил со съёмкой, он наклонился, чтобы прижаться в поцелуе к попе Луи, заставляя его тихо ахнуть. Луи медленно выпрямился, и Гарри притянул его к себе. — Ты выглядишь так прекрасно для меня, дорогой. Я так благодарен тебе за то, что ты разрешил мне. Я знаю, ты будешь доволен тем, что увидишь, когда я обработаю снимки. Луи хмыкнул и покраснел на груди Гарри. Гарри повернулся, чтобы нежно поцеловать его, опустив руку ему на спину, и отстранился, в последний раз чмокнув его в нос. — Я бы хотел сфотографировать тебя полностью обнажённым, дорогой. Это нормально? — спросил он, вглядываясь в лицо Луи в поисках сомнения. Луи покраснел чуть сильнее и кивнул. Гарри утешительно ему улыбнулся, прежде чем присел перед ним так, что его голова оказалась на уровне промежности. Он отстегнул чулочки и потянул их вниз по ногам, прежде чем полностью снять их, и то же самое проделал с трусиками. Он сжал голое бедро Луи своей большой рукой и прижался губами к другому, прежде чем подняться с пола. Гарри утешительно потёр круговыми движениями маленькую спинку Луи. — Ты такой красивый, милый. Не могу дождаться того, как ты сможешь увидеть себя в новом свете. Я правда думаю, что тебе понравится то, что ты увидишь, — мягко сказал ему Гарри. Луи почувствовал, как его щёки снова начали нагреваться, и наклонился, чтобы поцеловать Гарри в щёку вместо ответа. Гарри снова улыбнулся ему перед тем, как вновь сосредоточиться на деле. — Ты можешь лечь для меня на спину, сладкий? Подними свои руки вверх и раздвинь ножки. Луи принял положение, описанное ему, а Гарри расправил простыню под ним и расставил его бёдра немного шире. Мальчик чувствовал себя странно и непривычно, будучи настолько открытым, в то время как Гарри находился на расстоянии более полуметра от него. Он всё равно заставил себя успокоиться и расслабиться, надеясь, что Гарри будет доволен его позой. Гарри ставил Луи в ещё несколько других позиций и делал всё больше и больше фотографий своего парня, находя каждую позу идеально подходящей для мягких изгибов Луи. Гарри внимательно осмотрел Луи: он не чувствовал себя полностью удовлетворённым своими снимками, ему чего-то не хватало. Луи с любопытством глянул на Гарри, удивляясь тому, что он замолчал. Гарри присел на кровать рядом с ним и взял его за руку. — Дорогой, у меня появилась новая идея, но у тебя всегда есть возможность сказать «нет», несмотря ни на что, верно? Луи смущённо кивнул, совершенно не имея понятия, что Гарри придумал. — Как ты думаешь, ты смог бы снова лечь на спину, как в первый раз, но немного потрогать себя для меня, чтобы я сфотографировал тебя, когда ты возбуждён? Глаза Луи расширились, он колебался по поводу этой просьбы и не был уверен, что сможет справиться с вновь вернувшейся тревожностью. — Я… я не знаю… если… если я смогу… сейчас… — ответил он, пытаясь выразить свою неуверенность. — О… — протянул Гарри. — Я мог бы помочь тебе с этим, милый. Ты не уверен, что сможешь стать твёрдым для меня в данный момент? Мы не обязаны, ангел. Это всего лишь предложение. — Эм… я… мы можем попробовать, всё в порядке… мне просто… нужна небольшая помощь, я думаю, — сказал Луи, чувствуя смущение, но не желая разочаровывать Гарри. — Хорошо, если ты уверен, горошек, — ответил Гарри. Он наклонился, чтобы подарить ему быстрый поцелуй и нежно поправил его волосы, пока задавал вопрос: — Что бы ты хотел, чем бы я помог тебе, сладкий? Это твой выбор. — Я… ох, эм… ч-что-нибудь? — застенчиво спросил Луи. Гарри улыбнулся для него: — Конечно, малыш. Ты был так, так хорош для меня сегодня. Мы можем сделать небольшую паузу и поиграть немного, как ты думаешь? Луи слегка улыбнулся в ответ и застенчиво кивнул. Гарри поцеловал его в лоб и сказал, осторожно откладывая камеру на тумбочку: — Так что это будет, ангел? — Эмм… может, если ты хочешь… — начал он, слегка теряя свою уверенность. — Всё что угодно, дорогой. Это только для тебя. Я хочу делать всё, что ты захочешь, всё, что сделает тебя самым возбуждённым для меня. — Хорошо, — Луи тихо согласился. — Мог бы… мог бы ты… помочь мне ртом между моих ног? — спросил он, его лицо приобрело ярко-красный оттенок. — Конечно, милый. Я бы с удовольствием, — ответил Гарри и подвинул их обоих ниже по кровати, чтобы он мог лежать на животе перед Луи. Он взял в руки его твердеющий член и начал слизывать предэякулят, одновременно целуя головку. — Здесь, малыш? Луи извивался под прикосновениями Гарри, его живот сжался, а лицо покраснело. Он пытается сказать, что это не совсем то, что он хочет, но не может подобрать нужных слов. Он запутал пальцы в волосах Гарри и отодвинул его от себя, отрицательно качая головой. Гарри прижался губами к внутренней стороне бедра Луи. — Где-то ещё? — терпеливо спросил он. Луи просто кивнул и расставил ноги пошире для Гарри. Гарри поцеловал мягкую кожу Луи и прижался губами к изгибу его бедра. Он медленно сместился вниз по его промежности, также прижимаясь губами, и, наконец, поцеловал его дырочку.  — Ты хочешь меня здесь, дорогой? Луи снова кивнул и тихо заскулил, невольно сжимаясь напротив рта парня. Гарри улыбнулся и начал целовать его вокруг дырочки, слегка покусывая его разгорячённую кожу. Луи опустил вторую руку, чтобы он мог держаться за волосы Гарри, когда он начнёт работать внутри его дырочки языком. Луи довольно застонал, когда Гарри принялся за дело, стараясь сделать его как можно более твёрдым. Гарри вылизывал его, покусывая и посасывая колечко мышц, и слушал, как мальчик скулил его имя. Вскоре он почувствовал, как пальцы Луи сжались в его волосах, и услышал, как Луи тяжело дышит, поэтому он замедлился и отстранился, чтобы вновь прижаться в поцелуях к его бёдрам и промежности. Гарри, наконец, выпрямился, нависая над Луи, раскинувшимся на кровати. — Всё хорошо, милый? — осторожно спросил он, убирая немного потные волосы Луи с его лица. — Да, Хазза. Чувствую себя так хорошо, — мечтательно ответил Луи. — Нужно кончить, — тихо добавил он. — Я знаю, малыш. Я прикоснусь к тебе ещё, но немного позже, хорошо? Сначала я бы хотел сделать несколько снимков тебя, ладно? — осторожно спросил Гарри. Луи кивнул и посмотрел на Гарри тяжёлым взглядом. Он провёл рукой по своему животику и слегка потёр бедро, его разум затуманился от возбуждения. Гарри снова взял камеру и немного раздвинул бедра Луи шире. Он поднял камеру и направил объектив на мальчика, сказав ему: — Ты такой красивый, горошек. Выглядишь идеально для меня, просто вот так, — он чувствовал, как в его штанах становится тесно от того, что он смотрит на Луи — такого мягкого и распутного перед ним. Луи мягко улыбнулся в одобрение, позволяя своему телу расслабиться под взглядом Гарри. Он слышал несколько раз затвор камеры перед тем, как Гарри остановился, чтобы взглянуть на Луи. — Не мог бы ты немного подняться для меня? — осторожно спросил его Гарри. Луи слегка наклонил голову вбок, глядя на Гарри в замешательстве. — Как… как это понимать? Гарри опустился на колени на кровати рядом с Луи и взял его руку, которая лежала на животе. Он направил руку Луи так, что теперь она свободно обхватывала основание члена. — Вот так, малыш. Это нормально? Луи смущённо кивнул, всё больше и больше возбуждаясь от осознания того, каким он предстал перед Гарри. Гарри снова поднял камеру к лицу и тихо сказал: — Я абсолютно серьёзен, когда говорю, что ты произведение искусства, Лу. Каждая часть тебя прекрасна. Гарри попросил его встать в ещё несколько позиций, прежде чем объявить, что он закончил.  — Я думаю, что это всё, дорогой, — сказал он и посадил Луи на их кровати так, что бы ему было удобно. — Я обработаю снимки, как только смогу и вложу в папку для тебя, — он взял Луи за руку и нежно его поцеловал. — Спасибо тебе за то, что ты согласился на это. Не могу дождаться того, как смогу показать тебе, насколько красивым я тебя вижу, — тихо сказал он, гладя рукой спинку Луи. Луи улыбнулся ему, чувствуя себя особенно ценным для своего любящего парня. Он наклонился ближе, чтобы поцеловать Гарри, чувствуя облегчение от того, что съёмка закончилась, но также он на удивление доволен всем этим. Гарри углубил поцелуй и опустил свою руку ближе к попе Луи. — Ты был таким хорошим для меня, сладкий, — похвалил Гарри, едва оторвавшись от губ Луи, — таким идеальным, моя милая модель. Он стянул с себя рубашку и погладил щёку Луи большим пальцем. — Хочешь, я продолжу то, на чём мы остановились, малыш?

***

Прошло несколько недель, Луи подготавливал себя к тому, что ему покажет Гарри. Он нервничал и беспокоился о том, что он расстроится независимо от тёплых слов и комплиментов Гарри. Он никогда по-настоящему не принимал себя и своё тело, всегда находил вещи, которые можно раскритиковать и недолюбливать. Он понял, что устал от того, как сильно он хочет, чтобы его животик ушёл, и как часто он съёживается от своих девчачих изгибов. Всё, что он видел в себе, — это пухлые бёдра и мягкие бока, ничего похожего на сильное и мускулистое тело Гарри. Он знал, что неправильно сравнивать себя с кем-то, обладающим совершенно иным типом строения тела, но он всё равно не мог не позавидовать Гарри с его идеальными мышцами. Он правда хотел принять себя, но небольшая его часть задавалась вопросом, хочет ли Гарри, чтобы он начал работать над собой, чтобы потерять несколько килограммов. Несмотря на свои опасения, Луи пообещал себе, что он не будет сильно расстраиваться, если ему не понравится то, как получились фотографии. Гарри пообещал ему, что он выглядит хорошо, даже красиво, и он понял, что если Гарри нравится, как он выглядит, то ему нечего стесняться. Однажды днём он смотрел телевизор в ожидании, когда домой вернётся Гарри, чтобы начать готовить ужин. Он почти уснул, когда услышал звон ключей и как открывается дверь. Гарри зашёл в комнату с сумкой со снаряжением на плече и широкой улыбкой на лице. Он отставил сумку на журнальный столик перед Луи и поцеловал его в щёку, присаживаясь рядом. — Как прошёл твой день, милый? — спросил он, укладывая ноги Луи на свои колени. — Всё хорошо. А как твой день? — спросил Луи, прижимаясь сильнее к Гарри. — У меня тоже было всё довольно хорошо. Хочешь знать почему? — спросил он с улыбкой. Луи улыбнулся и спросил: — Да. Почему? — Я наконец-то обработал те фотографии, которые мы сделали несколько недель назад, — ответил ему Гарри, прежде чем поцеловать его в висок. — Хочешь увидеть их, дорогой? — Ох, — сказал Луи, застигнутый врасплох. — Эм… конечно. — Хорошо, — ответил Гарри и потянулся к сумке, чтобы достать из неё толстую папку. — Я сделал их чёрно-белыми восемь на десять, у нас такая общая тема вроде как, — осторожно объяснил он. Гарри быстро поцеловал Луи и добавил: — Надеюсь, они тебе понравятся, ангел. Ты моя идеальная модель, я так хорошо провёл время, фотографируя тебя вот так. Гарри открыл папку на первой фотографии и положил её на колени Луи. Луи смотрел на снимок самого себя, одетого в белое кружевное белье и распростёртого на кровати. Фотография была обрезана ниже плеч и на середине бёдер. Он осмотрел снимок, и на этот раз, он уже изо всех сил пытался найти что-то в своём теле, что заставило бы его съёжиться. Он медленно листал фотографии, поражённый качеством работы Гарри. — Это удивительно, Гарри, — тихо сказал он, восхищаясь тем, насколько идеальным казалось освещение, а его кожа выглядела такой потрясающей от лосьона, который использовал Гарри.  — Да? — мягко спросил Гарри. — Ты действительно так думаешь? — он затаил дыхание: это то, чего он так долго ждал — Луи понимает, насколько он красив и уникален. — Да, Хазза. Освещение, фокус и всё остальное, выглядит очень красиво. Действительно профессионально, — ответил Луи. — Спасибо тебе, любимый. Ты очень милый, — медленно сказал ему Гарри. — Что… что ты думаешь о том, как ты здесь выглядишь? Можешь сказать, что ты думаешь о себе на этих фотографиях? — осторожно спросил он. Луи обратил внимание на ещё одну фотографию — первую фотографию, которую сделал Гарри, где он полностью обнажён. Она была похожа на первый снимок в этой папке, но Луи рассматривал её более сосредоточенно. Он смотрел на фотографию на своих коленях с неожиданной удовлетворённостью ей. На фото он выглядел мягким и соблазнительным, но на этот раз он не был разочарован этим. Луи думал, что на снимке он выглядит красиво и нежно, и на мгновение он действительно поверил, что смотрит на себя глазами Гарри — ему не на что жаловаться, нечего выделять в себе и раздражаться на это. — Это… я думаю, я… Мне нравится это, Хазза. Это красиво. Я думаю, что я выгляжу здесь красиво, — прошептал Луи, едва позволяя самому себе принять это. — Да? — мягко сказал Гарри, не смея тревожить состояние Луи от его тихого открытия. — Что ещё ты видишь, сладкий? — Эмм… — Луи вглядывался в фотографию и повернулся к новой, лежащей рядом. — Я думаю… мне нравится, что я выгляжу здесь мягким… но не… не в плохом смысле, — пробормотал он. — Нет, конечно, это не плохо, — успокаивающе сказал Гарри. — Ты очень мягкий. Твоя кожа, твои волосы и твои красивые изгибы. Ты именно такой, дорогой, и мне это очень нравится. Луи спокойно листал фотографии, а Гарри спокойно указывал на своих фаворитов и на некоторые детали, которые ему нравились. Луи задержался на снимке, где он держал свой покрасневший член, и был несколько удивлён, обнаружив, что он не казался вульгарным или развязным ни в малейшей степени: вместо этого он выглядел художественным и уникальным. — Вау… — он выдохнул, проводя пальцем по глянцевой фотографии. Гарри смотрел на него с любовью. — Это то, что я вижу, когда мы занимаемся любовью, дорогой, — тихо сказал ему Гарри. — Ты понимаешь, каким прекрасным я сейчас нахожу тебя? Луи уставился на фотографию у себя на коленях и ответил: — Я… возможно, да. — Если бы каждая фотография, которую я делаю, помогла бы тебе понять, насколько ты прекрасен, я бы никогда не прекратил их делать, — мягко сказал Гарри. — Но ты помогаешь… каждый день, Хазза, — ответил Луи. — Ты так думаешь? — тихо спросил Гарри, играя с чёлкой мальчика. — Ну… да. Я знаю, что ты никогда не солгал бы мне, и ты почти каждый день говоришь мне, что считаешь меня красивым, — робко сказал Луи и пожал плечами. Гарри ухмыльнулся и наклонился вперёд, чтобы поцеловать его. — Ты такой, малыш. Я не просто говорю это, я действительно так думаю. — Я очень признателен тебе, Гарри. Ты всегда помогаешь мне чувствовать себя лучше насчёт вещей, которые раньше меня расстраивали. И так приятно избавиться от плохих чувств, которые у меня были, — мягко объяснил Луи, листая ещё несколько фотографий. — Могу я показать тебе, как сильно я тебя люблю, дорогой? Могу я показать тебе, какой ты красивый для меня? — любезно спросил Гарри. — Я-я думал, что вот этим? — сказал Луи, слегка приподнимая папку для акцента.  — Я думал о другом способе показать тебе, любимый, — сказал ему Гарри, его руки движутся к талии Луи. — Ооох! Ты имел в виду…? — воскликнул Луи, красный румянец начал подступать к его щекам. Гарри ласково улыбнулся и кивнул: — Тебе бы этого хотелось, малыш? Луи слегка поёрзал на месте и кивнул, не встречаясь глазами с Гарри. Гарри закрыл папку на коленях Луи и положил её на журнальный столик. Он потянулся вперёд, чтобы приподнять мальчика и удобно посадить на свои колени. — Я люблю тебя, — тихо сказал Гарри, наклоняя голову, чтобы прижаться к губам Луи. Они вместе двигались плавно, прекрасно дополняя друг друга. Они некоторое время продолжали целоваться, Гарри ласково водил руками вверх-вниз по талии и спине Луи. В конце концов, он сместил одну руку под попу Луи, другой же обхватил его за талию и легко поднял мальчика. Он поднялся с Луи по лестнице и отнёс его в спальню, не прерывая поцелуя. Гарри прошёл мимо их кровати и сел с Луи на пол. Мальчик отстранился, чтобы растерянно взглянуть на него. — Я хочу показать тебе, малыш. Я хочу, чтобы ты просто увидел, что я вижу, — сказал Гарри, мягко поглаживая его спину. Он повернул Луи так, чтобы тот мог видеть, что он посадил их перед зеркалом длиной в полный рост. Луи обернулся к Гарри, слегка нахмурив брови. — Всё в порядке, дорогой? Если мы займёмся любовью прямо перед зеркалом? — осторожно спросил его Гарри. — Эмм… Я-я думаю, да, — ответил Луи. Гарри наклонился вперёд, чтобы поцеловать его носик, прежде чем отстраниться и потянуться к тумбочке для того, чтобы взять смазку. Он вернулся к Луи и начал раздевать его, целуя при каждом удобном случае. Он почувствовал, что Луи расслабился, правильно настроившись, пока Гарри продолжал снимать с него одежду до тех пор, пока он не остался полностью обнажённым. Луи сел, притянув колени к груди, пока Гарри раздевался. — Встань на колени здесь и сядь на пятки, малыш, — сказал ему Гарри. Луи занял описанную им позицию, сидя перед зеркалом вместе с Гарри позади себя. Он смотрел на изображение перед ним, сосредоточенный на сцене с ними двумя, голых и сидящих близко к друг другу. Он был приятно удивлён предложением Гарри и обнаружил, что ему действительно нравится то, как они вместе выглядели вот так. Луи был отвлечён изображением перед ним и не замечал, что Гарри уже покрыл смазкой свои пальцы. Он издал тихий вздох, чувствуя, что Гарри прижимает один к его дырочке. Гарри сидел позади него и придерживал за животик, когда плавно проталкивал палец в Луи. Мальчик слегка улыбнулся, глядя на большую руку своего парня, которая обхватывала почти всю его нижнюю часть живота, и молча наслаждался тем, насколько маленьким мог заставить его чувствовать Гарри в сравнении с ним. Гарри проложил дорожку поцелуев от его плеча до шеи и добавил второй палец. Через ещё несколько поцелуев позже, он добавил третий и слегка согнул пальцы внутри Луи, успешно находя нужное место и наблюдая, как Луи стонет и хватает ртом воздух. Луи с восхищением смотрел в зеркало, на блестящую головку своего члена и большую руку Гарри, поглаживающую кругами его животик. Гарри медленно вытащил пальцы и снова взял смазку. Он открыл бутылочку, чтобы немного капнуть прямо на свой член, и, убедившись, что он достаточно покрыт ею, сказал: — Я думал, что ты мог бы объездить меня, повернувшись лицом к зеркалу. Тебе бы это понравилось? Луи сразу же кивнул, довольный этой идеей. Гарри наклонился вперёд и поцеловал его в щёку. — Тогда ладно. Ты готов, горошек? — спросил он, возвращая свою нелипкую руку на туловище Луи, и мягко потёр его. Луи снова кивнул и медленно поднялся на колени, ожидая наставлений Гарри. Гарри сел и развёл ноги в «v"-позиции, устраивая мальчика между ними. Луи снова повернулся к зеркалу и почувствовал, как Гарри аккуратно взял его за бедра и прижался в поцелуе к его спине. — Откинься назад, дорогой. Я прямо здесь, — мягко сказал Гарри, опуская бедра Луи на себя, и направляя его на свой член. Через минуту Луи уже полностью опустился и медленно двигал бёдрами, пытаясь привыкнуть к особенному чувству наполненности, которое он испытывал, когда объезжал своего парня. Гарри поцеловал его шею и помассировал пальцами бёдра. Луи поднял голову к зеркалу и с изумлением начал наблюдать, как Гарри прошёлся губами по его шее и плечу. Он был поражён внезапным желанием запомнить этот момент навсегда, именно таким, каким он предстал перед ним сейчас. Он хотел увековечить образ блестящих розовых губ Гарри, медленно скользящих по его загорелой шее, время от времени останавливающихся, чтобы крепко поцеловать его кожу, пока сам Гарри терпеливо ждал, когда Луи станет достаточно комфортно, чтобы снова начать двигаться. — Х-Хазза… — прошептал Луи, нуждаясь во внимании Гарри. Гарри поцеловал его ещё раз, прежде чем открыть глаза и посмотреть на Луи в зеркало, снова прижав руку к его животику. — Ты прекрасно выглядишь, малыш. Абсолютно захватывающе, — тихо пообещал ему Гарри. — Хочу… я хочу… воспользоваться твоей камерой, сфотографировать, — сказал Луи, задыхаясь, надеясь, что Гарри не будет против этой идеи. Гарри слегка приподнял брови и кивнул головой в согласии. — Да, ты хотел бы? — он спросил для подтверждения. Гарри всегда тайно мечтал сфотографироваться с Луи вот так. Ничего слишком непристойного, просто фотографии его голой кожи, движущейся рядом с его малышом, с ними двумя в разных позах в разные моменты секса. Гарри хотел сохранить эти моменты, чтобы позже они могли вместе смотреть на них и восхищаться друг другом, у них бы было это особое чувство, когда они наслаждались бы видом друг друга. Небольшая часть в его разуме даже фантазировала о том, что бы снимать их, занимающихся любовью, и заставлять замирать сердце Луи и стонать своё имя на видео. Когда он потянулся за своим телефоном, лежащем на тумбочке, он серьёзно задумался о том, чтобы поднять вопрос о чём-то подобном с Луи, теперь, когда они зашли уже так далеко. Мысль о записи их в такой интимный момент, сохранение на плёнку настоящего произведения искусства, когда тело Луи так близко к нему и когда он доставляет ему удовольствие всеми способами, которые он знал, вызвала дрожь в его теле. Он открыл приложение для съёмки, переключился на фронтальную камеру и передал свой телефон Луи. — Возьми, сладкий. Я хочу, чтобы ты сфотографировал всё, что захочешь, любые изображения, которые ты хочешь сохранить, — нетерпеливо поручил ему Гарри. Он всегда так счастлив, когда ему выдаётся возможность научить Луи чему-нибудь, связанному с его страстью к фотографии. Луи нерешительно кивнул, не совсем знакомый с фотоискусством и, конечно же, не в совсем трезвом уме, так как он чувствовал себя таким наполненным, ведь Гарри был всё ещё внутри него. — Не мог бы ты… как ты был раньше… — робко спросил Луи. Гарри обнял его за талию и уткнулся лицом в его шею, нежно целуя чувствительную кожу, покрытую засосами. Луи поднял телефон и навёл фронтальную камеру так, что видно только приоткрытые губы Гарри на его шее и вьющиеся волосы Гарри, красиво лежащие на плече мальчика. Он снова посмотрел в зеркало и решил сфотографировать сильные руки Гарри вокруг себя. Луи передвинул ноги в правильное положение, чтобы заснять Гарри, обхватывающего его маленькое тело. Он сделал ещё несколько снимков, желая сохранить нежность, которую ему всегда дарил его парень, когда к нему прикасался, и выключил телефон с фотографиями, где кожа Гарри прижата к его собственной. — Хо-хорошо, Хаз, — сказал ему Луи дрожащим голосом, начиная медленно двигаться на его члене. — Спасибо, — тихо добавил он. Гарри открыл глаза и улыбнулся Луи в зеркале, прижимаясь губами к его коже. — Конечно, милый, — он медленно придвинулся к уху Луи и прошептал: — Единственное, что я люблю больше, чем фотографировать тебя, — это фотографировать нас вместе, малыш. Луи тихо хныкал, пока выравнивал свой темп движений вверх и вниз на Гарри, полностью принимая его член снова и снова. Гарри расположил свои руки на бёдрах Луи, направляя его движения, и перевёл взгляд к зеркалу перед ним. Ноги Луи были широко расставлены друг от друга, и можно было видеть их члены. Гарри опустил свою руку на яички Луи и прокатил их в ладони, чтобы услышать довольные стоны своего мальчика. Он воспользовался моментом и остановил свой взгляд на том месте, где его член неоднократно входил в маленького мальчика. Луи прерывисто выдохнул и посмотрел на Гарри, пристально смотрящего на его дырочку. — Ты м-можешь… сделать так ещё… — неуверенно сказал он, пытаясь высказать свою просьбу Гарри. Гарри перевёл взгляд с места между ног Луи и посмотрел в его глаза через зеркало. — Продолжить делать так, милый? — спросил он и снова покатал яички Луи в своей ладони, мягко их массируя, но уже не прерываясь. Дыхание Луи ускорилось, его бёдра начали болеть, но он всё равно продолжил отчаянно стремиться к освобождению. Он откинулся на спину и прижался к груди Гарри. — Нуж-но, нужно кончить, — выдохнул Луи, повернувшись лицом к шее Гарри. Его силы исчерпаны, но он нуждается в том, чтобы довести себя и Гарри до оргазма. Он снова посмотрел в зеркало, стимулируемый изображением перед ним. Это напомнило ему о том, каким хорошим он хочет быть для Гарри, о том, как любит быть вместе со своим парнем. Он двигает бёдрами вверх и вниз, чувствуя себя всё ближе и ближе с каждым движением. Он чувствовал, как пальцы Гарри впиваются в нежную кожу его бёдер, держа его всё крепче и крепче, пока Гарри не выгнул спину и не вошёл в Луи, громко простонав. Чувство наполненности заставило Луи простонать имя Гарри ещё громче и кончить на свой животик. Гарри обернул свои руки вокруг груди мальчика и наклонил голову, чтобы поцеловать его, и он делал это до тех пор, пока не понял, что он стал мягким внутри Луи. Он вышел из Луи и усадил на мягкий ковёр, проводя руками вверх-вниз по его ноющим бёдрам. Он положил подбородок на плечо Луи, а Луи прислонился головой к Гарри после того, как смог успокоить своё тяжёлое дыхание. — Тебе понравилось, малыш? Тебе понравилось то, что ты увидел? — с любопытством спросил Гарри. Луи сразу же кивнул и тихо, но искренне ответил на вопрос Гарри: — Понравилось, как я выгляжу с тобой вот так. С твоими руками вокруг меня… — ответил он, прервавшись, когда он отвлёкся в зеркале на глаза Гарри с полуопущенными веками рядом со своими. — Это хорошо, я рад, что тебе понравилось. Я думаю, что это было здорово, люблю видеть, как ты раскрываешься для меня вот так, — сказал ему Гарри. Он повернул голову, чтобы прошептать ему на ухо: — Ты был так хорош для меня, малыш. Ты так хорошо на мне скачешь, что я не мог отвести от тебя глаз. Луи покраснел от радости от похвалы Гарри. Внезапно Гарри поднял его и отнёс в постель, уложив на спину. Он достал несколько салфеток и аккуратно вытер животик Луи, убирая беспорядок, оставшийся на его чувствительном члене и вокруг его дырочки. Он взял свой телефон и лёг рядом с Луи. Гарри разблокировал смартфон и начал прокручивать новые фотографии. — Это так, так здорово, малыш. Освещение идеально, и ракурсы так завораживают тем, что они захватывают прекрасные детали того, как мы касаемся друг друга… — сказал Гарри, любуясь фотографиями на экране перед ним. Луи промычал в согласии, с интересом глядя на фотографии. — Хотел… хотел бы ты… ты хотел бы большего? Может-может быть, с твоей хорошей камерой? — робко спросил Луи. Он не хотел предлагать что-то неправильное, но чувствовал желание увидеть больше таких фотографий с Гарри. Лицо Гарри озарилось, когда он повернулся, чтобы улыбнуться Луи. — С удовольствием, сладкий. Я очень хотел бы сделать ещё несколько фотографий нас. Ты имеешь в виду… больше фото нас, когда мы близки вот так? — спросил он для пояснения. Луи медленно кивнул, надеясь, что он и Гарри думают об одном и том же. После его подтверждения лицо Гарри озарилось, и он набросился на Луи с поцелуем, настолько он счастлив, ведь Луи, наконец, начал принимать себя и своё тело, увидев фотографии, которые он сделал. Фотографии его тела, которые видел Луи, зажгли огонь внутри него и новообретённое желание сделать изображения его тела, поставленного рядом с Гарри. — У меня так много идей, сладкий, — радостно признался Гарри. — Я думаю о том, как я смогу установить камеру на штатив, чтобы мы могли получить полные снимки наших тел с разных ракурсов, в разных положениях… может быть, даже фотографию, где ты… — Гарри оборвал себя на середине речи, пожимая плечами. — Ну, я не хочу забегать так далеко вперёд… или подавлять тебя… — тихо сказал Гарри, проводя руками по коже Луи. — Всего несколько идей, мы оба сможем понять, что чувствуется правильным, когда придёт время, просто почувствуем это. Луи кивнул в согласии на несвязанные предложения Гарри, чувствуя себя немного сконфуженным при мысли о том, что он так долго отказывался от предложений Гарри. — Это будет очень хорошо для нас, я думаю, — сказал Гарри после долгих минут молчания. — Мы можем сохранить их в фотоальбоме… только для нас. Это будет нечто особенное, тебе не кажется? — осторожно спросил он. Луи застенчиво улыбнулся ему и кивнул: — Конечно, Хаз… мы прекрасно выглядим вместе, — ответил ему Луи, пролистывая альбом их селфи и других парных фотографий на телефоне Гарри, некоторые из которых были для Луи просто снимками их повседневной жизни, но Гарри же в те моменты не мог удержаться от того, чтобы не снять их вместе наедине с определённым фоном или в определённом свете. Гарри улыбнулся, когда он посмотрел на фотографию Луи, сидящего на заднем дворике в ресторане. Солнце садилось на фоне, и закат идеально обрамлял мальчика, сияя в его мягких, растрёпанных волосах. Его улыбка была такой искренней на фотографии, а щёки покраснели от восхищённого внимания Гарри за камерой. Луи слегка улыбнулся, думая о прекрасных воспоминаниях о свидании с Гарри. — Что я могу сказать, малыш? Камера любит тебя, — сказал ему Гарри, откидывая голову назад, когда Луи хихикнул. Гарри отстранился и поднял подбородок Луи, чтобы посмотреть ему в глаза. Он наклонился, прижимаясь к его губам, добавив: — Но она не единственная.