Растаяв в воздухе: Защищая тебя...

Маринет: Ну и что я здесь делаю? Высокие светлые стены, кованые черные ворота и вид на дом Агрестов за ними. Бо-оже, зачем я пришла к нему домой? У меня же даже причины как таковой не было. Что он обо мне подумает? Вот глупая, домой идти надо, а я на кнопку домофона жму. — Да? — послышался холодный голос Натали. — Эм… Здравствуйте, это… Маринет. Одноклассница Адриана. — У вас назначено? — Н-нет, но… Я бы хотела поговорить с ним. Минуты три в трубку просто молчали. Это были очень неловкие три минуты, однако по их истечению ворота открылись. — Проходите. — Спасибо! Я была так рада, что меня пропустили. Не первый раз бываю у Адриана дома и все равно дико волнуюсь. Когда прошла в середину комнаты, мне приказали ждать. Ожидание было недолгим, совсем скоро со второго этажа выглянул Адриан. — Пойдем. — только и сказал он. «Пойдем» и все? Вот так сразу? Ни «Привет», ни «Как дела». Просто «Пойдем»? И все же я просто прошла. Оказавшись в его комнате, я услышала за собой стук закрывающейся двери, дальше тишина и пение птиц из окна. Сначала мы просто молча стояли, ни я ни он не знали как начать и о чем говорить. Все-таки общение — это сложно. — Адриан, я… — Маринет, слушай… — Давай ты первый… — Прости, давай ты… И вот опять. У нас часто бывает, что мы начинаем говорить одновременно. Правда сейчас меня больше заботило то, что я слышу его голос… И вижу его так близко… — Уступаю даме. — медленно произнес он. Я не стала возражать. — Кхм… Прости, что пришла без предупреждения… — Ничего страшного. — Я… Хотела сказать, что у тебя есть полные права, чтобы не говорить мне чего-то. Тем более есть вещи, о которых довольно не просто рассказывать. И я не в силах требовать от тебя что-то. Я пойму, если ты решишь не объяснять мне ничего… — Извини, Маринет… Я знаю, что ты переживаешь за меня… — Конечно переживаю! -…Но это правда одна из тех вещей, о которой я не могу сказать. По крайней мере пока. Просто подожди немного, и я обязательно расскажу тебе все. Все что захочешь! Честно… — его глаза просто умоляли понять. — Хорошо. Я буду ждать. Но до этого времени пообещай мне кое-что… — Да? — Пока тебя нет в школе, я все время провожу с Альей. Мы часто гуляем, разговариваем, переписываемся, все как всегда. Но теперь, она еще после школы каждый раз заходит в больницу… — голос дрогнул, плечи задрожали. — Она навещает Нино каждый день… И я… Вижу как она волнуется за него, как она изводит себя… Она начала засыпать на уроках, представляешь?) — самоконтроль пошел к чертям, и из груди все же вырвался всхлип. — Я вижу как ей тяжело… И теперь, Адриан,. Все о чем прошу… Будь осторожен… Я не переживу, если с тобой что-то случится… Ну все. Это конец света. Стою тут посередине его комнаты. Слезы просто градом льются. Ужас какой.) Нашла где распускать сопли. На голову мягко опустилась его тяжелая теплая рука… А после он улыбнулся. И улыбнулся так, как это может сделать только он… — Не плачь… — прошептал он. — Я обещаю… После его слов меня сразу захлестнула истерика. Предохранители сорвало и я просто врезалась в его объятия. Видеть его, слышать его, ощущать его, быть с ним и понимать, что он рядом и живой… Хочу делать это постоянно, все время, всегда, беспрерывно, бесконечно, вечно!.. Твой взгляд — не переставай смотреть. Твои объятия — не переставай держать меня. Твое дыхание — не переставай дышать. Твое сердце — не переставай биться ради меня! Пожалуйста… Умоляю… — Будь со мной всегда… — Буду…

***

После того как я немного успокоилась, предварительно опустошив четыре стакана воды, Адриан с играл мне на пианино красивую мелодию, которая, кажется, у меня даже в аудиозаписях есть. Слушала бы эти ноты и смотрела бы на то, как двигаются его пальцы беспрерывно. Когда он закончил играть, я успокоилась полностью. Он сначала долго смотрел на меня, а потом снова вытер мои глаза и поцеловал в один из них… Сегодня я получила много поцелуев от него, много внимания, тепла. Он показал мне все свои раны, при условии, что я не буду спрашивать откуда они. Их было много, и все были разные. Радовало, что ни одна жизни не угрожает. И все же касаться этих ссадин было больно… Он не раз заставлял меня смеяться, улыбаться, чувствовать себя частью чего-то. Только рядом с ним я могла чувствовать такое умиротворение… Адриан: Зачем? Зачем она пришла сюда? Почему она не могла просто позвонить и договориться о встрече? Все равно, что мышь пришла в мышеловку. Господи, Маринет… Нельзя допустить, чтобы ты попалась на глаза отцу. Первое, что пришло на ум, спрятать ее у себя в комнате. И вроде получилось, но… — Все о чем прошу… Будь осторожен… Я не переживу, если с тобой что-то случится… — она зарыдала во весь голос. Черт, ну почему? Почему что бы я ни делал, как бы ни старался добиться её улыбки и обеспечить для неё безопасность, все всегда приводит к этому? Все всегда приводит к её слезам. Пожалуйста, улыбнись. Я сделаю что угодно, только не плачь,.умоляю тебя, не плачь… Смейся. Смейся до боли в животе. И никогда не покидай меня…

***

— У нас сегодня были гости? — за ужином спросил отец. Я перевел взгляд на Натали, она же резко отвернулась. — Да. Ко мне приходила одноклассница. — Одноклассница? Ты все еще общаешься с друзьями со школы? — Это странно? — Нет. Тем более если учитывать, что ты даже после моего запрета тайком посещаешь школу… — Черт, Натали! — не выдержав, вскочил я из-за стола. — Не злись. Она всего лишь выполняет свою работу. — спокойно продолжил отец. — Лучше расскажи мне еще о своей подруге. Я слышал вы хорошо с ней ладите. — Маринет тебя не касается. — Но она касается тебя — моего сына. Я обязан знать о ней больше. — настаивал на своем отец. Тогда я окончательно взорвался: — Я сказал, она тебя не касается! Кулак встретился с гладкой поверхностью стола, которого через пару секунд уже не стало. Его и все, что на нем стояло, поглотило что-то черное. Что-то такое же, как катаклизм. Только не это…