Нити судьбы

      – Эй, – Коннор вздрагивает, чувствуя тяжелую теплую руку напарника на своем плече, – что с тобой? Ты с самого утра сам не свой.       Он оборачивается и сталкивается с обеспокоенным, но от этого не менее серьезным взглядом голубых глаз. Ну конечно, Хэнк ничего не знал, поскольку сам Коннор обо всем узнал лишь сегодня утром, получив весьма беспокоившее его мысли сообщение от Эдит.       «Сегодня буду в Детройте. Пришло письмо от вашего Рида с повесткой о явке на допрос к полудню. За меня не волнуйся, я выкручусь в любом случае. Люблю тебя, скорее бы увидеться».       Сначала он подумал, что ему показалось. Или зрительный сенсор вышел из строя. Но затем, перечитав текст несколько раз, понял, что присланный текст – не ошибка.       Эдит будет здесь, в Детройте. Они наконец-то встретятся лицом к лицу спустя столько времени. Коннор тут же в красках представил, как заключит Росс в крепкие тесные объятья, ощутит теплоту её хрупкой фигуры, зароется лицом в ворох её волос и вдохнет обонятельными рецепторами аромат гавайской ванили. А затем он обязательно поцелует Эдит: ощутит своими губами её, явно сухие и потрескавшиеся, ведь она не любит пользоваться уходовыми средствами.       Но все фантазии о предстоящей встречи вмиг исчезли, стоило лишь вспомнить о причине приезда девушки. Она едет на допрос по нашумевшему новому делу о новом белом льде, которое курирует детектив Рид и RK900.       Хоть Эдит палец в рот не клади, но он сомневался, что она справится с этими двумя. Особенно с Гэвином, который к слову в последние месяцы стал еще более невыносимым.       Коннор отвлекся на внутренний хронометр. 9 января 2040 года. 11:48:32. С минуты на минуту Эдит должна появиться в участке.       – Простите что не просветил Вас, лейтенант, – начинает он, поправляя блестящий в свете ламп новый позолоченный бейджик, приколотый булавкой к нагрудному карману униформы, – Эдит вызвали сегодня на допрос.       – Погоди, что? Но она же во Флориде, разве нет?       – Я уже ознакомился с материалами дела №89U-13010 в общей базе данных. Её вызывают в качестве свидетеля для дачи любой возможной информации о белом льде, который...       – Который фигурировал в деле с тем пареньком полгода назад, Хостли, кажется, – мужчина почесал затылок, – у неё не будет проблем?       А ему лишь оставалось напряженно сжать руки в кулаки и ответить:       – Могу лишь надеяться.       А затем он видит её.       Казалось, что даже привычная рутина, всегда царящая в участке, столпотворение полицейских во время обеденного перерыва со стороны кухни и тихие переговоры сотрудников за рабочими столами в миг затихли, хоть Коннор и знал, что во всем этом виновата лишь настраиваемая фокусировка.       Эдит, пройдя через турникеты, замерла у входа в главный зал, оглядываясь по сторонам, явно в попытке найти его среди толпы снующих сотрудников их отдела. Коннор в миг отметил изменения, произошедшие с ней за то время, что они не виделись: короткое каре мягких волос цвета теплого каштана, румяное после мороза лицо с легким макияжем, но самое главное - любимые глаза цвета светлого свинца, горящие огнем жизни.       Одетая в элегантное черное пальто, так аккуратно подчеркивающее её фигуру, под которым проглядывался кашемировый свитер цвета теплой охры. Коннор понял, что Эдит выглядит так элегантно и женственно, что это никак не укладывалось в мыслях. Ведь он запомнил её абсолютно другой: взбалмошной, неряшливой, дерзкой, необузданной, словно торнадо, одетую в свободные одежды, скрывающие все достоинства её фигуры.       Видеть её в новом образе и стиле было… необычно и странно. Ведь он запомнил её именно той самой растрепанной неряхой с ярким ворохом рыжих волос.       Коннор хотел в миг подойти к девушке, заключить в объятья, чтобы почувствовать родную теплоту тела, мягкость её волос, аромат гавайской ванили, услышать любимый голос с легкой хрипотцой... Как он замечает RK900, который грубо подхватывает Эдит под локоть. Росс вздрагивает настолько резко, что даже на расстоянии Коннор замечает, как её плечи приподнялись, а миллисекундная радость сменилась на шок с примесью легкого отрешения. RK900, сказав несколько слов, поспешил оперативно увести Эдит в сторону комнат допроса.       И прежде, чем фигура любимой скрылась за углом, Коннор увидел встревоженный взгляд Эдит, направленный прямо на него.       Он вновь сжал руки в кулаки. Если с его Эдит что-то случится, он лично разберется с RK900 и Ридом.       – Эй, парень, сделай лицо попроще, – сквозь шум Коннор слышит встревоженный голос Хэнка. – Ты так на них посмотрел, словно был готов испепелить взглядом этого пластикового хера прямо на месте.       Коннор бы хотел что-то на это ответить, но смог сдержать порыв сказать какую-нибудь колкость. Почему-то вид RK900 рядом с Эдит, а особенно его холодная грубость по отношению к ней, выводили Коннора из привычного спокойного равновесия.       – Не переживай ты так. Не думаю, что твоя девчонка даст себя в обиду.       Ему оставалось лишь надеяться. И ждать. Еще никогда до этого момента Коннор не чувствовал себя настолько бесполезным.       Рабочая рутина позволила немного отвлечься от нарастающего волнения за Росс, но андроид все равно чувствовал напряжение. То он отвечал слишком резко, то щелкал по клавиатуре слишком громко (к недовольству Хэнка). Еще и новостная лента о том, что еще несколько андроидов было поймано за агрессивным мятежом в черте города. Это не могло не вызывать еще больших опасений.       Коннору не хотелось повтора ноября 2038 года, ох как не хотелось.       А затем он почувствовал легкий толчок от лейтенанта в плечо. Вздернул бровь в непонимании, поднял голову и наткнулся на фигуру друга, Маркуса.       Коннор видел, как ему некомфортно находиться здесь. Он и сам видел, как каждый, кто находился в зале, одаривали Маркуса липкими и осуждающими взглядами.       – Маркус, – приветствует его Коннор, привычно пожимая смуглую широкую ладонь.       И, судя по всему, даже от друга не удалось скрыть собственное напряженное состояние, поскольку вместо ответного приветствия, Маркус задал в ответ очевидный вопрос:       – Все в порядке? Я не вовремя?       – Эдит на допросе, – сорвалось с губ слишком резко.       – По какому вопросу?       – Дело, о котором я тебе рассказывал на днях...       – Кстати о нем.       Коннор замер, уставившись на Маркуса.       – Все-таки решился?       – Да. Поможешь мне?       Не успел Коннор ответить, как Маркус заметил едва скрываемое любопытство лейтенанта от их беседы. Неловкое знакомство Хэнка и Маркуса слегка разрядило обстановку и напряжение внутри Коннора. Даже на мгновение помогло отвлечься от постоянных мыслей об Эдит в допросной. Точнее, мыслей о том, что с ней мог делать чертов Рид.       – Итак... Что насчет дела о белом льде? Ты сможешь мне помочь? Мне нужны некоторые данные.       Коннор тут же нахмурился. Он знал, что с этого момента уже могут начаться проблемы...       – Это дело передали детективу Риду и его напарнику-андроиду Ричарду. К сожалению, – он видел, как Маркус неторопливо выдохнул и вновь оглядел отдел, цепляясь взглядом за силуэт стоящего в отдалении RK900. – Будь оно нашим, я бы не волновался сейчас за Эдит.       – Исходя из твоих переживаний, типы они еще те?       – Тут по одному только лицу этой надменной пластмасски все предельно ясно, – вставил свое слово лейтенант, после тут же отвел взгляд обратно к монитору.       – Знаете, лейтенант Андерсон... У меня такое же лицо, – негромко произнес Коннор, чем заставил Маркуса улыбнуться вновь.       – Ты прекрасно понял, о чем я! – ноздри Хэнка вновь гневно раздулись, а лицо приняло розоватый оттенок.       – Так значит он и есть тот самый андроид, представленный к детективу Риду? – Маркус решил прервать эту семейную идиллию, указав глазами на Ричарда. Коннор заметил, как RK900 ответил его другу тем же внимательным и опасным взглядом. – Больше на секьюрити смахивает. Вылавливает прямо у входа...       Коннор был с ним согласен, ему самому казалось, что Ричард бы идеально вписался бы в службу охраны на вход в какой-нибудь ночной клуб – против такой непробиваемой мощи холодности и отчуждения ни одна подозрительная личность не сможет пройти.       – С ними обоими невозможно договориться.       – Я попытаюсь, – Маркус взглянул на Коннора обнадеживающим взглядом. – Если будут какие-либо мысли или информация, то сообщи мне.       - Конечно.       А затем до звукового модуля донесся сильный хлопок дальней двери из коридора, ведущего в комнату допроса. Тяжелой и быстрой походкой в главный зал влетел детектив Рид, злой, угрюмый, красный и явно недовольный. Маркус, до этого беседовавший с Ричардом, тут же поспешил за мужчиной.       Если честно, Коннор бы даже сам не посмел сейчас сунуться к Риду, зная, что он и в хорошем то расположении духа не устоит перед соблазном кого-нибудь оскорбить. А если он итак на взводе - там без разборок явно не обойдется. Он уже хотел подхватить Маркуса за локоть, чтобы остановить, но не успел.       Разговор Маркуса с Ридом и RK900 не удался: перекинувшись несколькими фразами, Рид, скрестив руки, показывая свою неприязнь, поспешил уйти прочь, а Маркус устало потирал лоб, стоило ему вернуться к Коннору.       Да, Рид, известный своей ненавистью не только к людям, но и в особенности по отношению к андроидам, и мерзким характером, даже Маркуса смог довести до точки агрессии: весь отдел слышал громкие недолгие пререкания этих двоих.       – Не очень вышло, да? – осторожно спросил Коннор, поглядывая в сторону коридора. Скорее бы направиться к Эдит и выяснить, как она.       – Не знаю, что со мной...       Коннор сжал его плечо, видя, как друг был обескуражен собственной мимолетной вспышкой агрессии.       – Детектив Рид у большинства вызывает подобную реакцию.       Маркус огляделся, и Коннор заметил, как многие в отделе косились на него с любопытством, тогда как некоторые - с легкой неприязнью.       – Неужели тупик? Должно же быть хоть что-то... Ты говорил, что ранее андроидов помещали в архив, как доказательства?       Коннор кивнул.       – Сейчас подобного не допускается. Теперь все поломанные, вышедшие из строя андроиды...       – ... Посылаются в центры Киберлайф для диагностики и исправления неполадок. И находятся там до тех пор, пока не будет вынесено решение суда.       – Верно. Значит информация об андроидах может быть у инженеров? Думаю, они окажутся куда сговорчивее.       Коннор вновь кивнул. Затем его взгляд устремился в сторону злосчастного коридора.       – Прости, мне нужно...       – Конечно. Без проблем, – Маркус похлопал Коннора по плечу, с благодарностью взирая на того. – Не волнуйся. С ней все будет хорошо.       Коннор перевел взгляд на друга, слегка улыбнувшись.       – Будут сведения - сообщи.       – Точно.       Едва фигура Маркуса скрылась за турникетом, Коннор тут же кинулся к ней. Он пробегает мимо сослуживцев, даже не приветствуя их в ответ. Перед глазами была единственная задача - увидеть Эдит и убедиться, что с ней все хорошо. А после обнять, поцеловать и никогда не отпускать.       Росс сидела на небольшом диванчике около двери в допросную, лихорадочно роясь в небольшом рюкзаке. Коннор слышал легкий скрежет и звон ключей, зеркала и прочих мелких вещиц.       – Эдит, – окликает он, подойдя почти вплотную, пока девушка пытается свободной рукой вытереть тоненькие дорожки слез, стекающие по её щекам, – ты в порядке?       Она резко переводит на него взгляд, отчего короткие пряди волос слегка липнут ко лбу и мокрым щекам. Губы чуть дрожат, а глаза были влажными от слез. Коннор буквально почувствовал, как внутри начинает коротать платы и как начинают дергаться руки от желания хотя бы раз да приструнить Рида за его бестактность, жестокость и ублюдочность.       Но стоило девушке увидеть его, как губы растягиваются в улыбке, а досада в глазах сменяется облегчением и радостью.       – Боже, Коннор, – Эдит порывисто встает, скидывая из рук все вещи и буквально бросается в его уже раскрытые объятья, прижимаясь так близко, что андроид даже через слои свитера и джинс мог почувствовать жар и изгибы любимого тела.       Одну ладонь он кладет на острую лопатку, а второй зарывается в короткие каштановые пряди, отмечая приятную гладкость и мягкость. Не сдерживаясь, утыкается лицом в изгиб девичьей шейки, ощущая бархатистость чуть загорелой кожи. Глубокий вдох, и он распознает рецепторами знакомые нотки парфюма марки Dementer с ароматом гавайской ванили. На этот раз оригинальных, так как аромат был таким насыщенным и ярким, каким не был до сих пор.       Коннор поднимает голову, целует Росс в макушку, обнимает за талию, и не замечает, как начинает улыбаться. А девушка, расслабившись, буквально тает в его руках, прижимаясь к нему еще ближе.       Их губы соприкоснулись сами по себе, словно так и должно было быть. Но в отличие от фантазий, губы Эдит оказались мягкими и влажными от легкого бальзама для губ. Андроид чувствует как его тело пронзает электрический заряд, а из головы пропадают абсолютно все мысли: работа, чертов Гэвин, Маркус с его расследованием. Все за одну секунду стало таким... неважным.       Сейчас перед ним, вместе с ним и в его голове было место только для Эдит Марии Росс.       Девушка пытается углубить поцелуй, слегка подцепив его нижнюю губу зубами, но Коннор не дает ей этого сделать. Даже не смотря на тот факт, что андроид хотел покрыть каждый сантиметр тела Эдит поцелуями. Но не здесь. Чуть позже, когда они останутся только вдвоем.       Тогда Коннор наконец-то позволит себе показать Эдит, как сильно он по ней скучал.       Открыв глаза, Коннор с жадностью всматривается в родное лицо, которое не видел долгие полгода. И хотя в его памяти все еще остались записи, благодаря которым он и не забыл её черты, но видеть Эдит прямо перед собой и отмечать произошедшие изменения было невероятно приятно. Аккуратный разлет уложенных бровей. Легкое сияние нежной кожи. Розовый здоровый румянец на щеках. Губы, слегка припухшие, такие соблазнительно манящие, чуть приоткрытые и отдающие сверкающим блеском и привкусом дыни.       Но самое главное - глаза. Сияющие, такие красивые и глубокие глаза цвета светлого свинца, подведенные тонкой стрелкой в обрамлении пушистых ресниц. Коннор готов был провести здесь вечность, только бы она смотрела на него так вечно. Смотрела с нескрываемым обожанием, любовью и легкой робостью.       – Я скучал по тебе, – аккуратно кладет ладонь на её аккуратную шею, едва касаясь коротких каштановых прядей.       Она улыбается, и Коннор чувствует, как сбивается ее дыхание.       – Ты такая красивая, когда улыбаешься.       И вот в этот момент он понял, насколько сильно любит эту девушку. Настолько, что готов сделать все на свете, лишь бы она не грустила и была счастлива рядом с ним.       – Я тоже скучала по тебе, Коннор.       После слов "я люблю тебя" он думал, что никогда не услышит ничего прекраснее. Он понял, что больше не сможет прожить без этого. А самое главное - не собирался отказываться от этого. Коннор никогда не думал, что однажды его жизнь полностью изменится, но судьба решила преподнести ему сюрприз в виде Эдит.       Резкий скрежет заставляет обоих вздрогнуть и лихорадочно отпрянуть друг от друга. Звонкий легкий смех разбавил напряжение, когда Эдит поняла, что их прервал лишь старый робот-уборщик.       – Все в порядке? – спрашивает он, ощущая ладонями жар и мягкость женской кожи.       – Да, все хорошо, – он видит, как Эдит буквально млеет от его прикосновений. Блаженная улыбка озаряет её лицо, а взгляд искрится радостью.       Коннор проводит ладонями по аккуратной шее, останавливаясь на узких плечах. Под кашемиром чувствуется успокаивающее тепло Эдит.       – Где ты остановилась? Тебя сопроводить? Наверное, ты устала с дороги.       – Воу-воу, полегче, мистер детектив, – снова легкий смешок срывается с любимых губ, – пока нигде не остановилась, я сразу из аэропорта поехала сюда.       – Я закажу тебе номер в отеле, на какой срок ты здесь?       С плохо скрываемой радостью в глазах, Эдит дала ответ, который заставил платы внутри груди трепетать:       – Я здесь до 16-го числа точно. Если с работы не напишут к этой дате, то могу остаться еще на некоторое время. И не надо мне ничего заказывать, я сама способна оплатить себе номер где-нибудь.       Эдит останется здесь на неделю. На целую неделю. Провести все это время рядом с ней – цель номер один в данный момент.       Хватило пары секунд, чтобы подобрать идеальный вариант двухместного номера в одном из отелей недалеко от центра города. Еще несколько было достаточно для бронирования и проведения оплаты на неделю вперед. Пусть и с баланса его накопленного счета сразу списалась довольно-внушительная сумма, но он не может допустить, чтобы Эдит жила в чертовых мотелях на окраине города, как она это делала раньше.       Ведь для Росс Коннор хочет всего самого-самого наилучшего.       – Это исключено, Эдит, – он аккуратно берет небрежно скомканное пальто с дивана, расправляет и помогает Эдит надеть его, мягко приобнимая за плечи. – Я уже все решил, давай отвезу тебя, у меня как раз обеденное время.       Правда, до этого он им никогда не пользовался, т.к. в обеде попросту не нуждался, но в этот раз отлучиться на час просто жизненно-необходимо.       – Ну вот какого черта ты тратишься на меня? – нахмурив брови, возмущается Росс, но Коннор понимает, что она не всерьез.       – Потому что я хочу этого, – снова глаза друг напротив друга. – И ты меня не переубедишь.       Недолго сопротивляясь, Эдит тяжело вздыхает, но снова слегка улыбается.       – Ладно-ладно, мой детектив. И когда ты стал таким уверенным и упертым, черт побери?       – Многое произошло за полгода. И да, такси тоже оплачу я.       Пока они возвращались в атриум участка, Эдит успела шуточно несколько раз пихнуть Коннора локтем. Совсем по-девичьи, так слабо, в шутку, что Коннор даже смог слегка засмеяться. Было все равно, что его видят таким, дурачившимся с девушкой. Он был искренне счастлив видеть её, находиться рядом с ней, слышать её голос, видеть её лицо, наслаждаться каждой секундой,которую она находится рядом с ним.       Он просит подождать Эдит у входа, пока он не возьмет форменную куртку. Быстрым шагом идет к своему рабочему столу, вводит компьютер в сонный режим, подхватывает со спинки кресла куртку, уже готов надеть её, как слышит голос лейтенанта:       – Я отмажу тебя перед Джеффри. Иди и проведи с ней весь день.       Коннор одаривает Андерсона взглядом, полным недоумения, на что Хэнк закатил глаза.       – Я же видел, как ты долго ждал её появления. Иди к ней и проведите вдвоем самый охеренный день в вашей жизни.       Он может лишь улыбнуться. На ходу надевает куртку, застегивает молнию, одновременно в этот же момент заказывая такси и поправляя волосы. Эдит уже ждет его на улице. На фоне заснеженных улиц Детройта, Коннор только сейчас заметил, что девушка загорела. Кожа уже не такая болезненно-бледная как раньше, а с легким оливковым оттенком. А волосы, показавшиеся в легкой тени каштановыми, на свету слегка отливались медью – остаточным явлением её прошлого цвета волос.       В такси ехали молча, почти не двигаясь. Их пальцы были переплетены, Коннор постоянно поглаживал большим пальцем аккуратно выпирающие костяшки женской руки. Взгляд Эдит был устремлен на пейзаж за окном машины, с удивительным вниманием разглядывая окружающие и сменяющиеся их улицы. Коннор знал, что здесь ничего не изменилось за те полгода, что Росс не было здесь, но видимо девушка все-таки соскучилась по этому городу.       Коннору это согревало душу, и внутри теплилась надежда на то, что Эдит останется здесь. Не сразу, не сейчас, но через какое-то время.       – Не хочу напоминать тебе об этом, – он решил прервать тянувшееся почти всю поездку молчание, заставляя девушку слегка вздрогнуть от неожиданности, – но я так понял, что детектив Рид был слишком некомпетентен с тобой.       – Забудь, этот ублюдок не заслуживает даже малейшего упоминания о нем, – парирует в ответ Росс, поправляя свободной рукой прядь выбившихся волос.       – Уверена?       – Уверена.       Снова наступило молчание, сопровождаемое лишь гудением двигателя машины.       – Он меня чуть не прижал, – Коннор знал, что давить не стоит, и что как-только Эдит соберется, расскажет все сама. – Говнюк прекрасно знал, что я часто была с Майклом на вписках, пытался свесить на меня тот факт, будто бы я знала, что Хостли долгое время уже распространял не только красный лед... Даже упомянул моего отца, сраный ублюдок.       Она тяжело вздыхает, Коннор сенсором чувствует, как её рука в его ладони начинает дрожать.       – Но мне удалось отвязаться от него. А ещё он упомянул то, что Майкл умер в июне прошлого года, – Эдит наконец-то поворачивается к нему, и Коннор видит в её глазах нескрываемую печаль. – Это правда?       Слабый едва заметный кивок головой. Он не способен сказать это вслух.       – Понятно. Он, конечно, творил ужасные вещи, но он не заслужил смерти. Эх, идиот, так и знала, что добром это все не кончится.       Отель встречает их уютом, светлой обстановкой и тишиной, несмотря на то, что он был размещен почти что в центре города. Пока андроид-ресепшионист вежливо оформляла документы для подписи и электронную ключ-карту, Коннор краем глаза смотрел за Эдит, которая на удивление притихла. Девушка лихорадочно мяла в руках лямки рюкзака и дорожной сумки, покусывала губы, одергивала воротник свитера. Сканером он отметил небольшое повышение температуры тела, а также участившийся пульс и дыхание.       Стоило их взглядам пересечься, как лицо Росс окрасил легкий румянец.       Едва они переступают порог номера, Эдит буквально бросает рюкзак и сумку на пол, вцепляется в воротник его куртки и лихорадочно целует. Поцелуй настолько отчаянный и яростный, что Коннор вмиг забывает обо всем на свете. Словно все процессы отключились и остались лишь ощущения сенсоров.       Освобождая её тело от одежды, Коннор, как в первый раз, старался запомнить все изгибы и ощущения. Эдит была все такой же прекрасной, гибкой, сладкой и, о rA9, неимоверно громкой.       Сенсоры на языке ощущали приятную солоноватую вязкость, огрубелые пальцы, сминая мягкую кожу, чувствовали каждую пронизывающую женское тело волну легкой дрожи.       В тот момент Коннор сильнее впился ртом в самое чувствительное место любимой, ощущая прилив мягкой смазки и слыша девичий громкий протяжный стон. Ее тонкие пальцы в блаженстве вцепились в его волосы, сжимая с силой каштановые пряди, на что в ответ Коннор лишь вцепился в округлые бедра, сжимая с такой силой, что явно останутся следы от пальцев, пока его язык доставлял Росс удовольствие.       Уже после лежа на двуспальной кровати в ворохе влажных простыней, Коннор наслаждается тяжелым и глубоких дыханием Эдит, и с первобытным любопытством рассматривает её. Новый имидж Росс все еще не давал ему покоя, но Коннор все равно считал её прекрасной: у нее идеальные черты лица, идеальная фигура, идеальный характер и глаза. И вновь ощутить столь долгожданную теплоту рук и мягкость его губ было воистину чудом.       Нехотя оторвавшись от мягких девичьих губ после очередного глубокого поцелуя, Коннор, смотря прямо в серые глаза напротив, почти что шепчет:       – Что теперь?       – У нас впереди целый день вместе. Может, прогуляемся? – с улыбкой выпаливает она, лихорадочно скользя взглядом с расширенными зрачками по его лицу.