Соседка Шерлока Холмса (рабочее)

- Вы сейчас же, немедленно все исправите! Иначе я пожалуюсь отцу, что на мою жизнь было совершено покушение с применением биологического оружия. Вы же не хотите обострения международной обстановки, мисс Блэкстон? Анри этого не хотела. Впрочем, единственное, чего она желала в данный момент, это оказаться в тишине своей лаборатории в Кройдоне. Однако вместо этого приходилось вот уже четверть часа разряжать обстановку в собственном доме. Шоковая терапия дедукцией, которую осуществил Шерлок (упс, она уже про себя называет его по имени?), имела весьма действенный, но, к сожалению, кратковременный эффект. Оправившись от потрясения необычными способностями частного детектива, Татьяна Яковлева, наконец, дала волю гневу. Последние пятнадцать минут она изливала на голову своего нового косметолога потоки оскорблений, которые ей и знать-то по статусу было не положено. Анри слушала, стиснув зубы и молясь про себя всем святым, чтобы не сорваться и не наговорить чего-нибудь в ответ. Девушка вклинилась в паузу между ругательствами и в который раз принялась объяснять, что предлагаемый компресс поможет снять отечность с лица и успокоить зуд, а уколы антигистамина, которые она назначает, просто необходимы для скорейшего избавления от крапивницы. Однако вздорная пациентка не позволяла приближаться к себе и периодически угрожала международным скандалом. Чувствуя, что теряет терпение, Анри решила взять тайм-аут и вышла в соседнюю комнату, которая служила ей домашней лабораторией. Так, с этой дамочкой нужно действовать иначе. Девушка вспомнила, что Джон упоминал как-то о работающем на британское правительство старшем брате Шерлока… Ну вот, опять. Холмса, разумеется, Холмса. Помотав головой, она произнесла про себя: «Простите меня, мистер Майкрофт Холмс», собрала все необходимое для оказания помощи на медицинский поднос и вернулась в комнату. Хотя у Анри тряслись поджилки, она решительно подошла к Татьяне Яковлевой, также решительно поставила рядом с ней поднос с лекарствами и на одном дыхании произнесла: - Если Вы сейчас же не позволите мне оказать вам помощь, я обращусь к мистеру Холмсу, с которым вы не так давно имели удовольствие разговаривать, с просьбой передать его брату, который, к слову, занимает высокий пост в британском правительстве, что дочь российского посла ведет в Объединенном Королевстве шпионскую деятельность и провоцирует дипломатический скандал с целью разжигания международного конфликта. Вас в двадцать четыре часа вышлют из страны, и ни один российский врач не сможет вам помочь, поскольку не будет знать природы аллергена, вызвавшего у вас такую реакцию. Разумеется, вам пропишут все те же антигистаминные уколы, что рекомендую я. Однако это только часть лечения. И она не избавит вас ни от волдырей, ни от возможности повторения этой реакции в будущем. Конечно, волдыри со временем сойдут, но до этого вам придется несколько недель ходить с безобразием на лице. Потом они начнут лопаться, сукровица будет течь прямо по вашим прелестным щечкам, кожа будет свисать некрасивыми лохмотьями. А если, не дай бог, попадет инфекция, процесс восстановления может затянуться на долгие месяцы, и нет гарантии, что он не оставит отпечатка на вашем лице. Кроме того, вам придется распрощаться с вашим любимым портвейном, так как в любой момент все может повториться в еще более плачевном варианте. Так что, мисс Яковлева, продолжим выяснение российско-британских отношений или будем лечиться? После такой тирады молодая женщина заметно присмирела и покорно позволила провести над собой все необходимые процедуры. В ожидании, пока компресс оказывал свое благотворное действие на кожу Татьяны, Анри пошла варить себе кофе. У нее слегка разболелась голова от всех тех выдумок, которые ей пришлось только что наплести. Разумеется, это был чистой воды блеф от начала и до конца. А врать девушка не любила. Но что было делать, если на ее первую в этом районе клиентку могли подействовать лишь угрозы вечного уродства и трезвости. Анри вспомнила, как была рада, когда первой пациенткой одной из частных клиник, которая не отказалась выслушать ее, оказалась дочь дипломата. Угодить такой клиентке означало получить автоматический пропуск в большую часть дипмиссий, а также к женам британских политиков. Тем более, что проблема Татьяны Яковлевой была довольно сложной, но не нерешаемой: лицо молодой женщины было усеяно мелкими атрофическими рубцами – следами перенесенной в подростковом возрасте ветряной оспы. Женщина уже пробовала делать лазерную шлифовку лица, но заработала только шелушение и покраснение кожи. Другие, более щадящие методы также не принесли результата. Женщина в отчаянье согласилась на глубокий химический пилинг кожи. В таком состоянии полной безнадежности Анри и встретила ее в Hurlingham Clinic *. Девушка с присущим ей энтузиазмом принялась рассуждать о рисках применения различных кислот и чудесных способностях кожи к саморегенерации при определенных благоприятных условиях. Татьяна, в ужасе нафантазировавшая, как с ее лица живьем снимут кожу, тут же ухватилась за такую возможность и пригласила Анри к себе в гости для более детального разговора. После этой встречи Анри неделю разрывалась между домом российского посла и домашней лабораторией, проводя необходимые анализы и разрабатывая индивидуальную программу лечения, стараясь максимально исключить возможные побочные эффекты и аллергические реакции. Откуда ей было знать, что беспечная пациентка нарушит строгий запрет на алкоголь в первые же дни лечения. Хорошо, что эффект проявился сразу и в таких явных последствиях. Еще не поздно было все исправить. Анри допила остатки кофе и приготовилась к новой битве. Теперь ей предстояло вернуть их с мисс Яковлевой общению прежний приятельский тон. *** - Неужели она действительно была одета во все розовое? И даже чемодан? Фи, какой вульгарный вкус, - миловидное личико дочери посла исказила забавная гримаса. Теперь, когда отечность лица явно уменьшилась, а зуд прошел, к молодой женщине вернулась ее всегдашняя беззаботная болтливость. Поначалу она с довольно кислой миной выслушала речь Анри о недопустимости употребления портвейна, впрочем, как и других алкогольных напитков, а также рекомендации по дальнейшему лечению. Однако ее настроение стало улучшаться по мере смены темы разговора со здоровья на красоту, с красоты на моду, с моды на погоду, с погоды на последние сплетни о знаменитостях. Когда же разговор случайно коснулся Шерлока (черт, видимо, теперь он так и останется Шерлоком), мисс Яковлеву словно вернули к жизни. Она забросала Анри множеством вопросов и сейчас смаковала подробности его последнего дела. Очевидно, на нее произвело впечатление своеобразное обаяние детектива-консультанта. Стараясь не обращать внимания на какой-то ноготок, легонько царапающий внутри от этой мысли, Анри делилась всем, что знала о Шерлоке со слов Джона. Не то чтобы ей нравилось обсуждать кого-либо с посторонними, но сейчас в первую очередь надо было любыми способами вернуть расположение этой влиятельной в своем круге женщины, поэтому условности были отброшены. Так же как и внезапное осознание того, что она начала считать Шерлока обаятельным. - Значит, мы договорились, завтра в полдень я жду вас у себя. До свиданья, Анри. Мисс Яковлева покидала Бейкер-Стрит через час в прекрасном расположении духа. От прежней злости не осталось и следа. - Всего хорошего, Татьяна. Не забудьте сегодня на ночь еще раз протереть лицо моим лосьоном. - Обязательно. До скорой встречи! Женщина скрылась за тонированными стеклами машины, а Анри тем временем почувствовала небывалое облегчение и зверский аппетит. Поднявшись наверх, она обнаружила всех обитателей дома вместе на кухне, что случалось с ними крайне редко. На нее уставились две пары вопрошающих глаз. Еще одна пара глаз предпочитала разглядывать воробьев, плещущихся в весенней луже за окном. Анри насыпала в тарелку фирменное рагу тетушки, которая к тому времени успела вернуться с молочной прогулки и приготовить замечательный обед, и поспешила удовлетворить любопытство ее и Джона в том, что касалось развязки истории со скандальной клиенткой. Едва она закончила свой рассказ, как со стороны окна донеслось саркастическое: - Вы уже Анри? А всего час назад эта дама была уверена, что вы – Хэриэтт, - Шерлок, наконец, отвернулся от окна и насмешливо наблюдал за девушкой. Анри ни мало не смутившись проглотила очередную солидную порцию рагу и невозмутимо заявила: - Эта дама может называть меня хоть Белым Кроликом, если при этом я получу ее лицо в свое безграничное пользование, а также лица всех ее знакомых. - Собираетесь озолотиться за счет доверчивых жен дипломатов? - Шерлок, - укоризненно произнесла тетушка Марта. - Я занимаюсь наукой, мистер Холмс, а не одурачиваю людей, которые доверили мне свою внешность, - в голосе Анри послышались металлические нотки. - И поэтому переехали поближе к элитным клиентам, - Шерлок переместился от окна к столу. - Наука, как и всякая другая деятельность, требует инвестиций, - Анри опустила ложку. - А ваши инвесторы знают, что являются, как вы выразились, «материалом для исследований»? – Холмс подошел к стулу, на котором сидела девушка. - Шерлок, - на этот раз друга пытался остановить Джон. - То, что мои клиенты не узнают, им не повредит. - А вы беспринципны, мисс Блэкстон, - эти слова были произнесены тихим голосом в самое ухо Анри. - Не более чем вы, мистер Холмс. На что не пойдешь ради дела. Не так ли? – девушка посмотрела прямо в глаза склонившемуся мужчине. В комнате повисло многозначительное молчание. За окном по-прежнему был слышен звук падающих с крыш капель. ____________________ * The Hurlingham Clinic and SPA – самая дорогая и престижная клиника пластической хирургии в Лондоне