A dream in reality

Тосты следовали друг за другом, и после каждого Гарри с удовольствием целовал мужа. В нем нарастало желание. Он испытывал настоящее мучение, разрезая торт и слизывая глазурь с губ омеги. Он хотел его. Еще несколько недель назад он бы и подумать не мог, что он будет страстно целовать своего помощника. Несколько недель танец с ним, показался бы Гарри лишь необходимостью. А Луи был последним человеком, которого он мог представить своим мужем. Сейчас же он с удовольствие держит этого омегу в руках, целует его нежные губы и слушает смех, что кажется ему колокольчиками. Он любит Луи. Насколько же надо быть глупым и слепым, чтобы не разглядеть этого парня раньше. Он постоянно твердил, что они друзья, а сейчас он безумно хочет этого «друга». Уже ближе к полуночи, когда они танцевали, прижавшись друг к другу, Гарри сказал, что им пора. — Домой? — Да, домой. Я ужасно хочу тебя, Луи. — Гарри чувствовал, как в паху нарастает возбуждение. — А ты хочешь меня, Лу? Луи посмотрел ему в глаза. Гарри увидел, что практически всю голубизну его глаз закрывает расширенный зрачок. — Хочу, — тихо прошептал омега. — Очень хочу. Когда молодые выходили во двор, где стояла машина альфы, Анджела вручила им в руки две коробочки и приказала открыть по команде. Через пару секунд из коробочек выпорхнули светлячки, озаряя темное небо огоньками. Разноголосый хор провожал пару, поздравляя и желая счастья. В машине оба молчали. Гарри боялся нарушить эту атмосферу неудачным словом. Лишь занеся Луи в дом на руках, Гарри припал к его губам. — Я хочу тебя, — хрипло прошептал он. — Лу, я так сильно тебя хочу. Он опустил омегу на пол и тут же прижал к себе. Но Луи отпрянул назад. Гарри напрягся. — Гарри, я должен сказать тебе две вещи. Это серьезно. — Если это по поводу предохранения, то я знаю. — Нет, Гарри…- омега сделал глубокий вдох. Его лицо было грустным. — Первая? — Луи закусил губу. — О нет! Ты не хочешь меня, не хочешь заниматься со мной любовью! — Хочу, очень хочу! Гарри, это будет мой первый раз, — Луи с мольбой в глазах посмотрел на альфу. — Я никогда не был с альфой. Гарри закашлялся. — Ты девственник? Луи кивнул, опуская глаза в пол. Господи, как стыдно. Гарри проклинал себя. Что он натворил! Он завел Луи поцелуями и словами, а омега даже не понимал, куда и зачем идет. — О, Господи! — простонал он и опустился на ступеньку лестницы.- Тогда какая же вторая вещь? Альфа рывком поднялся на ноги, подходя к Луи. И тут же все понял. Понял, что не только втянул его в эту игру, но и разбил сердце. Луи был влюблен в него! — Стой! Не слова больше. — Его голос перешел на шепот. — Пожалуйста, ничего не говори. Я понял. Луи кинул пиджак на пол. — Ну что ж, один мой ужасный секрет ты знаешь, о втором догадываешься.- Гарри поднял подбородок омеги, заглядывая в глаза. — Он не ужасен. — Какой из них? Быть девственником в мои годы или… — Луи, тебе всего двадцать три! Не стыдно быть девственником в таком возрасте, никого не слушай. — Альфа заметил, что Луи плачет. — Но если бы я знал, я бы никогда не втянул тебя в это. — Я специально ничего не сказал. Я боялся, что ты посчитаешь меня уродом. — Невинность — это бесценный дар омеги… — …и я готов тебе его отдать. Но ты почему-то не выглядишь счастливым, — грустно хмыкнул Луи. — Я не приму его, — твердо ответил Гарри. — Я прошу тебя. — Нет, Луи. Гарри отпустил омегу и отошел от него, поднимаясь наверх. — Я постелю тебе в спальне. — А ты где ляжешь? — В гостиной на диване, — не глядя на омегу ответил Гарри. Его слова причинили такую боль Луи, будто ему в сердце всадили нож. По щекам продолжали литься слезы. Луи стал медленно подниматься в спальню, где Гарри расстилал постель. Она должна была стать их брачным ложем, что ж, теперь Луи будет один. — Я принимаю твое решение, Гарри. Хотя я надеялся, что если мы будем проводить больше времени вместе, ты поймешь, что… — Что ты что? — альфа поднял на него глаза. — Что я привлекательный, достаточно сексуален и мил. — Господи, Лу, ты на самом деле такой! — Но тебе это неважно. — Лу, я не тот, кто должен быть рядом… Луи! Так ты делал это все в надежде, что я полюблю тебя? — Не только. Я хотел, чтобы у тебя все было хорошо, чтобы ты был счастлив. Я помогал тебе искренне. — Ничего не ожидая взамен? Даже если я тебе снова скажу, что карьера для меня на первом месте, и мы никогда не сможем быть вместе? — Да, — грустно улыбнулся омега. — Даже если все закончится здесь и сейчас, это стоило того? — Конечно, Гарри, если ты сохранишь эту работу. Мы поступим, как и договаривались. Разведемся, как только Константин улетит. — Все изменилось, — решительно произнес Гарри. — Я использовал тебя. — Ты не обманывал и не использовал меня, Гарри. Я понимал, что делаю. Я ни о чем не жалею, поверь. Ни капельки. Потому что я делал это ради тебя. Нет, и для себя тоже. Я делал это для нас., — омега отчаянно стер слезы с глаз. — Лу, ты единственный человек, которому я безоговорочно верю. Но сейчас я не могу тебя ни о чем просить. — С этими словами альфа вышел из комнаты и захлопнул дверь. Омега упал на кровать, рыдая. Зачем он ему признался? Хотя… Если бы они занялись любовью, Гарри бы все понял. Омега забрался под одеяло и вдохнул запах альфы. Он отчаянно пытался заснуть, но не мог. Луи всю ночь пролежал с открытыми глазами. Его взгляд был прикован к светящемуся циферблату. Три. Четыре. Пять. Омега дождался момента, чтобы позвонить в «Андерсон Корпорейшн» и сказать, что он увольняется.