Звёздная пыль

      Блу подскочил с кровати с полным ощущением, что он что-то сделал не так, что-то упустил. Нет, ему не снились никакие кошмары или что-то в этом роде, просто мир, словно разделился на «до» и «после». Что-то было не как всегда, и он не мог понять, что именно. С этим чувством он спустился на завтрак, кормил ручной камень брата, убирался в доме, будил Папируса и заставлял его принимать участие в уборке. И всё бы ничего, да вот только чувство это прочно засело в душе.       Пока брат убирал свои носки по всему дому, Блу покормил малыша, провел с ним дружескую беседу, из которой узнал, что монстр напал на него, когда он прогуливался по лесу. Безумец, обращая кого-то в пыль, услышал, как предательски хрустнула ветка под ногами малыша. Страшно перепугавшись открывшейся ему картине, ребёнок побежал, что есть сил и наткнулся на Блу. Ну, а дальше он и сам все прекрасно знает.       Голубика старался приободрить малыша всеми силами, предложил ему тако, горячего шоколада, обещал, что больше с ним ничего плохого не случится, уж он-то не допустит. Однако, больше всего Монстрёнку было совестно за свое предательство, что бы не происходило, он не должен был так поступать. Блу мягко улыбался, выслушивая непрерывные извинения ребёнка, а после обнял его, так как его всегда обнимал брат, когда ему это было нужно.       Весёлыми играми Блу развлекал ребёнка и себя, как мог. Так прошло полдня, ближе к трём часам, он уже не знал, чем заняться, кроме как ходить на голове и лезть на стены. Папирус предвидел такой поворот событий, но ничего сделать с этим не мог, и только после напоминания о необходимости отвести дитя домой, позволил брату вытащить себя на совместную прогулку.       В Сноудине, не смотря на прогнозы Кросса, было тихо и спокойно, стало немного лучше, но ненадолго. Лезть на стены уже не хотелось, хотелось ходить по воде. Спустя полтора часа уговоров, Папс согласился отпустить Голубику в Водопадье отчитаться перед Альфис. И пока Папирус не передумал, Блу вылетел из дома, прокричав: «спасибопапиябыстро».       Блу в припрыжку перешел блок-пост, проходя по заливным лугам, он по привычке тыкал пальцами в эхо цветы, слушая их болтовню, но то, что сказал один цветок его удивило.       «Может ты прекратишь уже зудеть под ухом?», — чуть дальше от него, другой цветок сказал: «Я знаю, знаю, знаю!», — этот цветок, непреодолимо притягивая к себе внимание, рос в стороне от тропы, по которой Блу ходит с отчетом к Капитану Королевской стражи.       Дальше, в том же направлении, росли ещё цветы и ему стало интересно, что скажут они. Сойдя с тропы, Блу подошел к другому цветку.       «Лучше бы новое, что сказал, а то слышать одно и то же, как-то подзаёбывает», — Голубика нахмурился, с кем ведется этот разговор? Не похоже, что цветы слышали кого-то ещё.       Этот монолог тревожил, играя с воображением, вырисовывал в тенях зыбкие силуэты, заставлял нервно озираться по сторонам. Постояв на распутье, буквально, секунду, Блу продолжил уходить все дальше от тропы, отгоняя в мыслях нереальные очертания опасности.       «Да, да, да, по этому принципу мы и живем, бро».       Блу шел по дороге из слов: «Думал, я забыл? Тебе нужно прекращать нести чушь». Сколько бы цветов он не проверял, не было и намека на двухсторонний разговор, это настораживало куда сильнее, чем характер предложений.       «Было весело, не отрицай этого, а опыт всегда есть, где взять».       Блу стал, как вкопанный, в его голове носилось столько мыслей, что он не знал за какую ухватиться.       «Да брось, бро. Оглянись вокруг. Тут никого».       Поднялся легкий ветерок, покачивая эхо-цветы и края шарфика, напоминая о какой-то старой колыбельной.       «Никого-никого», — вторили цветы. Блу сорвался в бег. «Этот мир», «захлебнётся в пыли», «и никто», «не придет».       Слова проносились перед глазами, подгоняемые ветром, часто сменяясь одно за другим. Блу бежал так быстро, как только мог, в сердцах надеясь не опоздать, но было ли это достаточно? И чего он хочет этим добиться?       — Даст! — закричал во все горло Блу, надеясь, вот только на что? На то, что никто его не услышит или всё-таки…       — Да ты - самоубийца, малой~       Блу подпрыгнул от неожиданности, повторяя действие души, обернувшись, он увидел того самого скелета, которого сам же и призвал на свою беду.       — Смерти ищешь? — в этот раз он был больше расположен к разговору, чем Блу поспешил воспользоваться.       — Нет, тебя.       — О-о, это одно и то же, — Даст призвал Бластеры, собираясь атаковать глупого скелета, возомнившего себя смертником.       — Подожди, — замахал руками перед собой Блу, повторять сценарий прошлой встречи он не желал, — я хочу поговорить с тобой... То есть, ты же всегда успеешь прибегнуть к насилию, так почему бы сначала просто не…       — Ты за кого меня принимаешь? Разве я не похож на того, кому это нахрен не сдалось? «УБЕЙ ЕГО УЖЕ, БРАТ!»       Голубика, недавно активно жестикулируя, прижал свои руки к груди и одернул себя от желания сделать пару шагов назад, если вообще не пуститься в бег от этого жуткого монстра.       Беседа явно как-то не завязывалась, и об этом говорили не только запущенные в Блу атаки, от которых ему спешно пришлось уворачиваться, но и не внушающий ничего хорошего блеск алого в глазницах, да опасное фиолетовое пламя.       Сражаться один на один немного легче, но он здесь не ради битвы.       — Я думаю, это будет не бесполезно, — продолжал гнуть свою линию Блу, он не намерен сдаваться, отрицая в мыслях ощутимую тяжесть в кармане от небольшой склянки со спасительной краской, — просто словами, можно многого добиться.       — Просто словами, ничего не изменить, — рычал сквозь сжатые зубы атакующий. «КОНЧАЙ ЭТОТ ЦИРК И УБЕЙ УЖЕ ЕГО!» — заткнись, я и без тебя знаю, что мне делать! «ЗНАЕТ ОН. А УЖЕ ВТОРОЙ РАЗ НЕ МОЖЕШЬ УБИТЬ ОДНУ НАЗОЙЛИВУЮ НИКЧЕМНУЮ ОШИБКУ!» — прекратив атаку, Даст на мгновение замер и лишь после жутко рассмеялся, содрогаясь всем телом. «ЧТО СМЕШНОГО?»       — Эм, Даст? С тобой все в порядке? — топтался на одном месте Блу, волнуясь, так как смеялся Мёрдор совсем не искренне, а скорее истерично. Он сделал пару неуверенных шажков в его сторону, глупо надеясь, тихими голосом и добрыми словами успокоить безумие в глазницах скелета.       — Ты говоришь совсем, как Эррор, — Даст пытался отдышаться, на ходу смахивая слезы, поступившие от смеха и обращая всё своё внимание на брата. «ТЫ ВКОНЕЦ СВИХНУЛСЯ!»       Убийца столько раз слышал эту заезженную фразу из уст Глючного, что услышав её сейчас, испытал некое подобие ностальгии, по тем денькам, когда Глюк грезил всех и каждого удалить из мира, включая и его, хотя он ни разу не был близок к этой цели.       — Я ничего такого не… — Блу совсем потерял нить происходящего, нерешительно застыв в стороне.       — Аргх, ты всё ещё здесь, — прорычал Даст, внезапно осознавая, что он здесь не один, точнее, что помимо его и брата, поблизости есть кто-то ещё. Неосознанно чувствуя тоску, он плюсом вспомнил ещё те дни, когда стоило ему только моргнуть, все сразу пускались наутёк. Эх, золотые времена. Ностальгировать так по полной.       Убийца выглядел уставшим, словно за одно мгновение, на него навалился недельный недосып, который давил на плечи, заставляя сгорбиться под своей тяжестью. Перед Блу стоял скелет с нескрываемым раздражением на лице, но оно казалось таким… напускным, абсолютно сейчас не нужным никому, кроме него самого. Маска, такая необходимая, но вместе с этим бесполезная.       — Я не собираюсь никуда уходить, — твердо сказал Голубика, он не намерен сдаваться, это не в его принципах, — я здесь, чтобы предложить свою помощь, — Даст не в силах понять, что не так с этим монстром, — тебе!       — Я был уверен, что нет психа безумнее меня, да, видимо, ошибался. Ты в край двинутый, — вынес свой вердикт убийца, покрутив пальцем у виска.       — Возможно, мы оба ошибаемся, а возможно нет, — продолжал тот запутывать слова и мысли в узлы. И у него это хорошо получается, видно невооруженным взглядом по недоумению, пробивавшемуся сквозь маску из раздражения и злобы на лице скелета. Это предавало уверенности, — тебя… никто никогда не пытался понять… — Не понятно, был ли это вопрос или утверждение, но от этого хотелось провалиться под землю, уйти, убежать от этого странного непонятно откуда взявшегося раздражающего чувства отчаяния.       Этот чертов малявка не то, что давил — плясал на расшатанных нервах неуравновешенного скелета. Самым разумным, по мнению которого сейчас было: «СДЕЛАЙ СЕБЕ ОДОЛЖЕНИЕ И ПРОСТО УБЕЙ ЕГО. Я УЖЕ НЕ МОГУ ВЫНОСИТЬ ЭТОТ БРЕД».       Даст усмехнулся, как точно совпали сейчас их мысли. Однако не стоит забывать, что ему приходится терпеть бредни призрака, куда чаще.       — …поэтому я хочу дать тебе шанс, — что было до этого, Мёрдор благополучно прослушал, удивляясь, его никак не радовала перспектива выпасть из реальности, тем самым подставив себя под удар. Он пытался проморгаться. Помогало плохо — …тебе ведь раньше никто не давал возможность что-либо исправить… «У Б Е Й У Б Е Й У Б Е Й», — голова трещала, мысли путались, не давая возможность сосредоточится хоть на чём-то. — …я верю, если ты только попытаешься. Каждый может стать луч«ОБРАТИ ЕГО В ПЫЛЬ»В тебе столько решительности, не верю, что её не хватит для…«УНИЧТОЖЬ ЭТУ ЖАЛКУЮ НАДЕЖДУ!»       Даст отчаянно скреб обеими руками свой лоб в попытке избавиться от голосов и от мерзкой липкой безысходности.        — Даст? — Блу коснулся его руки, от чего тот отшатнулся как от огня, быстро приходя в себя. — Ты в порядке?       Есть вопрос получше; когда он успел подпустить к себе эту малявку так близко?       — А похоже на то? — устало хохотнул убийца и, тяжело выдохнув, судорожно потер глазницы, — ты всё ещё здесь? — повторил он свою фразу, безо всякой интонации.       — Я же говорил, я никуда не уйду! — Блу надул щёки и, недовольно уперев руки в бока, продолжил, — ты меня совсем не слушал! «ТЫ МЕНЯ СОВСЕМ НЕ СЛУШАЛ»       — Даст, — позвал Голубика, приложив руки рупором ко рту. Удивительно, как это имя эффективно привлекает к себе внимание теряющего рассудок скелета, сейчас он был весь во внимании. Зачем только, сам не понимал, — я говорю, что ты ничего не потеряешь, если просто попытаешься, — Блу постарался показать свою самую добрую улыбку, в сердцах надеясь, что смог донести хоть что-то стоящему напротив монстру.       Даст задумался. «ТЫ РЕАЛЬНО ЗАДУМАЛСЯ? ТЫ СЕРЬЕЗНО ДУМАЕШЬ, ЧТО ЭТО ЧТО-ТО ИЗМЕНИТ? ТЫ - ИДИОТ?» Ему надоело слушать только брата.       Блу нервно теребил краешек своего шарфика, с надеждой устремив взгляд на скелета. Он терпеливо ждал ответа. За всю свою жизнь в нём не было столько терпения сколько сейчас. Его не могло не мотивировать то, что Даст его не атакует и то, что он действительно задумался, хотя может он опять всё пропустил мимо ушей…       — ага.       — А? Что? — честно не сразу поверив в услышанное, Голубика быстро заморгал.       — я говорю, почему бы и нет, — Даст лениво разминал шею, пока Блу медленно превращался в сверхнову. Его глазам позавидовала бы любая анимешка, столько «звёзд» нет во всем подземелье.       — Ты не пожалеешь! — пропищал от радости Блу.       — посмотрим.       Ругательства со стороны Папса заглушали неконтролируемые непрерывные звуки радостного Голубики, смахивающего на магазинчик с фейерверками, находящийся в опасной близости от открытого огня.