Говорила мне мама меньше общаться с эксгибиционистами!

      — Дрейк!       Все ринулись к падающему парню. На секунду глаза Лейлы наполнились ужасом, но затем, взяв себя в руки, она ринулась в сторону мага, отступавшего в тень деревьев. Он пытался развернуться и убежать, но трясущиеся, не слушающиеся ноги мешали это сделать. Уже через секунду он на периферии сознания понял, что это конец.       — Крушащий кулак огненного дракона! — охваченный яростным пламенем кулак врезался прямо в лицо. Сознание померкло. Теперь точно — конец.       Мелиса со страхом осматривала ранения брата. Если внешний вид ничего не давал: были лишь царапины, полученные ранее, и ожог в месте прохождения луча — то внутри наверняка что-то творилось. Парень корчился от боли, дышал рвано, пытаясь вдохнуть как можно больше воздуха.       Ева искала информацию о магии нападавшего во всех своих книгах, мгновенно оказавшихся под рукой. Нужно было быстро что-то предпринять, иначе… никто не знал, что будет «иначе», но надеялись, что этого не произойдет.       Сакура тряслась и паниковала, впившись руками в волосы. Это она виновата в ранении ее любимого. Она отвлекла его, точнее заставила подставиться под удар. Теперь он наверняка будет на нее злиться, а может даже скажет, что не хочет больше ее видеть. Нужно ему помочь, но как?       Попытки Евы не увенчались успехом. Находились похожие элементы, но не абсолютно идентичные. Что делать? Эта фраза застряла в голове, заставляя бояться. Мелиса пыталась сделать хотя бы компресс, чтобы охладить боль, остудить жар, исходящий от тела Дрейка.       — Я… я наверное могу помочь, — тихий голос Ямамото раздался как гром среди ясного неба. Она вспомнила. Две пары глаз с мольбой смотрели на нее.       — Что ты можешь? — прохрипела Фуллбастер. У нее на руках умирал брат, ошибок допускать нельзя.       — Основной составляющей моей магии является поддержка, — запинаясь, выдохнула заказчица. — Наверное, если немного воспользоваться силой, ничего не произойдет, — девушка сжала кулон, висевший на шее. — Это ограничитель, с помощью него можно высвободить часть энергии, не повредив запечатывающую печать.       Водная волшебница в первый же день заприметила эту подвеску. Выполненная в виде солнца, в центре которого находился ярко-алый рубин, она приковывала взгляд. Камень переливался всеми оттенками красного, а в темноте казался черным. А она-то думала, что это обычная побрякушка.       — Что нужно сделать? — Ева стояла рядом с Сакурой, смотря той в глаза, заставляя нервничать и трястись еще больше.       — Снять кулон, но, как только магия пройдет сквозь него, отдавая часть своей силы, одеть обратно. В противном случаем, — девушка замолчала и прикусила губу, — в противном случае, от этого места не останется и следа.       Мелиса, сжав кисти в кулаки, впиваясь ногтями в кожу, следила за каждым движением заказчицы. За тем, как она осторожно поднимает руки, как убирает пепельные волосы, чтобы не мешали, как дотягивается до застежки цепочки, как слишком быстро, для такого кропотливого действия, стягивает кулон и направляет руки на застывшего Дрейка.       Бледно-голубой свет спокойно отделился от рук девушки, превращаясь в маленькие щупальца. Прошелся по поверхности земли, обошел ноги Евы, остановился около Мелисы, словно принюхиваясь, и стремительно пронзил тело мага. Парень дернулся, но после черты его лица разгладились, приняли почти умиротворенное выражение, лишь изредка дергавшийся уголок губ говорил о том, что процедура неприятна.       Сакура бледнела. Обманывать печать было сложно, сдерживать силу, чтобы она не разорвала на кусочки любимого — еще сложнее, но она держалась. Бережно вливала в него силу, исцеляя изнутри.       Цвет потока начал темнеть, становясь бирюзовым. Девушка начала задыхаться. Быстро подошедшая Ева повесила кулон на место, подхватывая падающую Ямамото. Девушка отдышалась и посмотрела в глаза Мелисе, тихо кивая.       Фуллбастер рывком прижала к себе тело успокоившегося брата, температура которого снова стала нормальной. Все прошло успешно. Он жив. Парень умиротворенно сопел, прижимаясь ближе к сестре, чувствуя, что родной человек близко. Девушка пустила предательскую слезу.       Все в порядке.       — Нам нужно в дом, ему нужен покой, — Сакура поднялась с помощью Евы и повернулась в сторону особняка, из которого выходил Себастьян.       Дворецкий поднял юношу на руки и направился в отведенную ему комнату. Все остальные двинулись за ним.       Птицы, почувствовав, что все закончилось, сели обратно на свои места, заводя лишь им известную песню. Зверьки вылезли из нор, принюхиваясь, осматриваясь. Ветер разнес последний, шумный вздох природы, заставляя листья, опавшие с деревьев, в некоторых местах замороженные, а в некоторых поджаренные, лететь в след нему.       Все успокоилось. Закончилось. Можно вздохнуть спокойно.       Порывы ветра трепали взлохмаченные волосы, заползали под жилетку, заставляя табун мурашек пробегаться по коже. Они охлаждали разум, приводили в порядок мысли и просто помогали успокоиться. Вдруг ветер затих. Загадки, оставленные после него, заставили слишком задуматься о случившемся. И так навязчивая фраза «Стать сильнее» уже не казалась такой глупой.